Корона льда. Погибель отверженных магов

      Когда Ая открыла глаза, оранжевый свет бил в окно, скользя по зеркальным крышам. Монолиты зданий обманчиво излучали тепло, когда как ветер нес лишь осколки листьев. Шторы так и остались не задернуты. В номере мертвенно тихо, хотя снаружи наверняка гам автомобилей и суета.       Ая поморщилась, изнемогая от слишком яркого дня. В голове искры, все затекло, поза такая же, как и в глубокой ночи: тело закинуто поперек кровати. Будто железная, едва согнувшись, Ая приподнялась и рукой пошарила по простыне. Двигательные нейроны с неохотой передавали сигналы. К такой сонливости приводили разве что таблетки. Таблетки или удар по голове.       Наконец кафф нашелся. С нежностью проведя по золотым чешуйкам, Ая насадила на ухо систему — в голове тут же прозвенело пропущенное сообщение: общий сбор. Ничего страшного, вроде не проспала.       Подавляя боль в висках, Ая заставила себя встать. Копна высохших волос пощекотала щеку, шелк полусброшенного пеньюара пополз следом по гладкому полу. У выхода из номера ждал поднос: скрученная в рулет рыба, водоросли и крупы. Тарелка фруктов. Оглядывая ванну, Ая сунула в рот кусочек папайи. Не помнила, что делала там вчера, все смешалось в грязный серый ком, но прикасаться к раковине было неприятно: что, если там остались следы рук?       Совершенно нелогичный страх. Такой же, как и попытка закинуть в себя горсть обезболивающих из ящика. Они не помогут, у боли совсем иная природа.       Как бы там ни было, из номера Ая вышла уже полностью укомплектованной. Без сучка, без задоринки. Ничто не выдавало сомнение, слабость, страх. Волосы тщательно расчесаны, струились по плечам, холодный взгляд блестел в панелях отеля, темный плащ аккуратно сидел. Не было нужды носить его на базе, но Ая хотела. Казалось, только он мог ее скрыть.       В коридорах тихо, большая часть отеля пустовала. Наверняка когда-то тут была жизнь, но морионы перекрыли ее, по крайней мере ту, на какую рассчитали бывшие хозяева — ведь здесь поселились эсперы. И этажей хватало с лихвой, настолько, что Ая фактически могла иметь свой.       Это место босс вырвал из лап спонсоров, щедро покрывающих долги государства и отсутствие претензий у людей, которых вывели среди ночи из домов и пугали оружием. А после их деревню сожгли. По крайней мере, так говорили. И также говорили, что полиция подкупила местных бандитов, чтобы устроить расправу. Никто не знал, куда уходили концы этой запутанной истории — и не хотел знать. Главное, что об этом больше не шумели, никто не подавал иск, не делал заявление. Эсперы молчали, а взамен, лишенные дома, обосновались в шикарных комнатах отеля, безвозмездно отданного во владение мориону.       И это в центре столицы!       Босс любил урвать кусок пожирнее, Ая это уже поняла.       Лифты ей не нравились, но ковылять по лестнице сейчас было бы еще хуже. Так что Ая просто смотрела как проносились цифры на блестящей панели, отмечая спокойствие на лице без толики макияжа. Так и не привыкла, не хотела марать себя красками, они были… лишними.       Когда двери открылись, и Ая шагнула на выход, мимо пронесся вихрь с криком. Подающий надежды подросток бежал радостно с палкой — где Микк только ее нашел? — а за ним, хватая за пояс и почти стягивая штаны, маленькая болтушка с тонкими желтыми косичками.       — Отстань!       — Отдай, дай! — пищала Альвия.       — Я же говорю, она моя!       Ая проводила процессию взглядом, с грустью осознавая, что ей в ту же сторону.       Крик прервался, и Микк тормознул, лишенный своего оружия, потому что палку с легкостью подхватил и поднял здоровенный мужчина. На его счастье, коридоры были достаточно высоки.       — Будет моя, — хмыкнул Вадим.       — Эй, верни!       Игнорируя, здоровяк ткнул пацана в плечо его же оружием:       — Это что?       — Мы тренировались с Грином, а она…       — Одеваться тебя не учили? — Вадим поддел палкой расстегнутые пуговицы.       — Какая разница…       — Цыц.       Недовольно сопя, Микк перезастегнулся, явно натягивал рубашку впопыхах.       — Маленьким надо уступать, — провозгласил Вадим, вручая боевой инструмент Альвии.       — Ул-ла! — обрадовалась та.       — Ну да, по тебе поэтому нельзя попасть?       — А ты маленький?       Микк насупился, и Вадим подтолкнул пацана к распахнутым дверям кабинета. Ая проследила за тем, как они вошли. Если младшая группа тут, ничего серьезного не ожидалось. Или наоборот?       В спокойствии Ая двинулась дальше.       Местом сбора служил люкс для высокопоставленных персон, вмещающий, помимо роскошной спальни, ванны с мраморным джакузи, сауны и дополнительной гардеробной — просторную гостиную с возможностью провести мозговой штурм.       Окна занавешены плотными шторами, так что комнату озаряли лишь приглушенные цвета лампы. Свет таинственно блестел, отражаясь от золоченых столиков, панелей, люстр, налаченного паркета из мореного дуба, можно подумать, пространство наполняло множество свечей. А в пучине темно-синих подушек на диванах и креслах, окаймленных узорами, разместились эсперы. И, несмотря на обилие народа, шума не было, наличие старших подстегивало.       Джей закинул ноги на столик с изысканными ножками и спорил о чем-то c Наиль, та слегка касалась руки Мирим. Линда неподалеку подогнула ступни, смотря в книгу. Никто не возмущался на наполняющий комнату сладковатый аромат самокруток Эшли — на Эшли вообще никто не ругался с недавних пор. Подлетевшая Альвия прыгнула на колени к Мии, которая прокручивала в проекции таблицы со списками и расчетами на всю ораву. Микк неловко повел плечами и устроился неподалеку от плюхнувшегося на диван всем своим весом Вадима.       Остановившись у богатой резной арки, Ая наблюдала за командой. На секунду показалось, что все как раньше, и они не в огромной башне отеля, а в продуваемом ветром коттедже, собрались на первом этаже и проводят вместе очередной день в беззаботном веселье. Может, так и было, и локация не имела значения. Только для Аи что-то поменялось.       Забыть об этом не давали глаза, что принадлежали существу, в одиночестве устроившемуся на кресле. Как съежившийся зверек, девочка единственная, кто заметил Аю, вернее сказать: почувствовал. Взгляд как всегда хмурый, волосы у лица, явно не без усилий Мии, забраны в аккуратные косички, но отросшая челка все равно топорщилась, скрывая обладательницу даже пуще прежнего. Ая не должна была смущаться этого испепеляющего взгляда, этих бездонных, темных, как океан, глаз. Если бы не она — их бы не было. Ничего бы не было. Так что…       Ты верно поняла, я здесь.       Миша отвернулась и лишь глубже зарылась в богато украшенную обвивку. Девочка готова была провалиться сквозь мебель, пролететь вниз, сквозь пустые комнаты, в небытие — Ая была уверена. Ая тоже этого хотела, но положение обязывало. Поэтому медленным шагом, тихой поступью, она тоже погрузилась в пространство.       Дыхание еще нескольких эсперов колебало воздух: у каждого этажа были смотрители, они сидели у стены. Те, на кого босс возлагал чуть больше ответственности. Нити от них чувствовались бледнее, почти таяли, хотя с некоторыми Ая успела перекинуться парой зарядов.       Несмотря на свое положение, Ая осталась стоять в тени, совершенно необязательно защищая выход. С противоположной стороны, где была еще дверь, Ая знала, появится другая обладательница плаща. Так и было.       Стук каблуков. Пальцы проскользили по спинке дивана, глаза Гадюки, — темные нынче, а, значит, все в порядке, — отметили лишь часть присутствующих: кивок Вадиму, строгий взгляд девочкам. Женщина заняла почти симметричную с Аей позицию в другой части зала. Не подала виду, но, конечно, чувствовала присутствие и ее тоже.       Появление морионки вызвало мандраж. Она, как и все эсперы тут, собрались не просто так. Чем они, в конце концов, отличались от других, разбросанных по миру? Не только отсутствием дома, проблемами с законом и даже не особенностью способностей…       Все они доверились человеку, в котором на первый взгляд не было ничего необычного. Который терялся, словно блек, сливаясь с мраком своего плаща. Но при внимательном рассмотрении устойчивый зритель мог бы заметить хорошее сложение, длинные конечности и при всей умиротворенности — дикий холод в глазах. Ощущение рождала не резкость черт, не заостренность бровей, не строгий изгиб губ — само кажущееся вовсе не человеческим нутро.       Он не использовал магию. Но он же был лучшим.       И теперь Ая зависла в тени, охраняя его стаю. Или… свою? Учитывая, что носила плащ, который не преминула надеть. Он спадал с ее плеч, жесткий и одновременно гибкий, защищающий и в плохую погоду — даже согревающий, но никогда — не душащий. Ая не могла испытывать чувств, тем более к куску ткани, но его, пожалуй, любила. Странной, больной любовью.       Желала, как и того, кто мелькнул после паузы в пролете.       Темный, волосы спадали, как всегда прямые, чуть забранные назад, хотя некоторые пряди выбивались, будто специально — у босса ничего не было просто так. Порыв встрепенуться, подлететь исчез в сознании, и Ая спокойно ждала, пока он сам не решит обратить на нее внимание. Внутри разливалась комфортная пустота, слегка пульсировала в такт физической оболочке.       Воцарилась тишина, и щеки Аи адски защекотало. Забавно, но она, наверное, единственная в этой комнате, кто сегодня видел что-то действительно стоящее…       Как улица в момент немеет, будто нет ни ветра, ни машин, ни звуков рекламы. Как эту лживую тишину разрывает глухой стук, который легко перепутать с падением набитого картофелем мешка. Как с треском выпадает коммуникатор, и выплевывает бумагу деловой портфель. И никто, никто, начиная от печатающего что-то в своей коморке обывателя, до человека, выходящего из такси, не замечает. Не поворачивает головы, даже если хочет. А если и сопротивляется — не видит. Не настоящей картины. Ибо при всей свободе человеческой воли, на самом деле, они слепы. Им плевать.       Они не хотят знать.       Нервы стянуло в грязный ком у груди, и Ая сдержала всхлип.       Она сделала сегодня что-то действительно стоящее и не зря носила этот плащ.       Едва войдя, босс наполнил комнату своим присутствием. Сузил пространство, будто вывернул воздух. Может быть, Ая даже слышала, как запульсировал ряд огоньков, и дело не только в ее нутре — все, как свечи, волновались рядом.       Но емкую полутьму гостиной внезапно нарушил еще один свет. Яркий. На секунду Ае даже показалось, ее ослепила фотовспышка.       Взгляд Левина мгновение задержался на Ае, или вовсе нет, не успела уловить, как зацепилась за слишком важную деталь. Мышцы натянулись, ожидая опасности, ибо босс вошел — не один. Остановился, развернулся и протянул руку, вводя в комнату нечто светлое. Светлое и новое.       Незнакомка вплыла на приглашение, поднимая маленький острый подбородок. Она не была слишком высокой, но белый комплект с юбкой вытягивал и колыхался, словно перья, а рука слишком естественно обвила запястье Левина. Рядом в плаще мориона он выглядел как страж.       Почему-то Ая заметила открытый ворот рубашки у его голой шеи, непристойно выпирающий кадык и касающиеся кожи кончики волос, а потом — улыбку. Уголки губ босса были довольны. Восхитительны.       И от этого злость наполняла нутро.       Все молчали, ждали в ставшей вдруг такой неловкой тишине. Босс провел гостью, как на светском рауте, обвел вокруг кресла перед остальными и подождал, пока та сядет. Ни звука, только шелест юбки и едва заметное дыхание.       Ая заметила, как округлились глаза Джея: посчитал незнакомку красивой? У него слегка приоткрылись губы, дернулся, что-то хотел сказать, но тут же занял прежнее положение — боссу хватило короткого взгляда, чтобы придержать эмоции парня.       Невидимые свечи колыхнулись, и нота волнения утихла.       Выдержав паузу, Левин сообщил:       — Это Изабель.       Ая жадно забегала взглядом по собравшимся: казалось, представление ничего не пояснило, любопытство окружающих не исчезло. Но Вадим и Гадюка были заметно спокойны, равнодушны, никакого интереса. Будто для них это не было сюрпризом. И оба в темных плащах.       — Изи, если можно, — кротко поправила девушка… женщина. Сложно определить возраст, но явно не девочка. Ногти Аи с силой вжались в ладонь. Озаренная будто сиянием гостья подняла глаза сначала на босса, затем на остальных, тех, что были в кругу: — Мне так привычнее, даже для младших. Особенно, младших.       — Как скажешь, — согласился морион.       Женщина улыбнулась.       Босс обвел взглядом присутствующих:       — Изабель наша важная гостья.       Кто-то кивнул, эсперы у стен переглянулись.       — Изи, — вновь вклинился мелодичный звук. Женщина расправила на коленях кружавчатые складки, все так же улыбаясь.       Левин скосил взгляд: он стоял, а она сидела. Рядом. На… его кресле.       — Я позабочусь о том, чтобы не забывать ваше ожидаемое имя, Изи, — наполняя голос бархацой, пообещал Левин. Его рука легла на спинку того самого кресла, и пальцы Аи сжались еще сильнее.       — Буду благодарна.       Босс хмыкнул.       — Надеюсь, не нужно пояснять, что значит «важная», — обратился он ко всем. — И «гостья». Правда, Микк?       Тот хотел что-то возразить, но Вадим притянул его к себе, закрывая лапой рот.       — Конечно же, речь не идет ни о каких тренировках, Изи в подобном не участвует. Она поселится этом номере, так что собираться вы сможете в конференц-зале. Так будет удобнее.       — Ох, это совсем необязательно…       — Я настаиваю. — Левин склонился к гостье: — Лучше нам знать, где вы всегда находитесь.       Изи насмешливо выдохнула, прикрыв глаза. Поправила одну из упавших прядей на лицо.       Ногти Аи плотнее вошли в кожу, и, будь не такой онемевшей с вечера, обязательно бы почувствовала боль.       Левин обратился к дежурным этажей и реквестировал устроить караул, тем временем взгляд Аи вновь проскользил по обивке кресла, на высокой спинке которого все еще покоилась его рука. А чуть ниже — светло-русые волосы, забранные в неловкий пучок, белая кожа и обнимающий ее ворот ажурной блузки. Пальцы под длинными рукавами-воланами переплетены и покоились на коленях.       Ая оставалась в тени, но даже отсюда чувствовала подрагивание огоньков. Будто кололась шипучка. Даже в ауре босса, любопытство окружающих сложно унять, нет-нет да поглядывали на странную «гостью», но все же с симпатией. Привычная атмосфера взбудоражена, и это не нравилось Ае.       От фейерверков случаются пожары.       Вдруг из нее словно выбило дух. Внимание привлекли пальцы уже в другом кресле, ближе. Остро ближе! Девчачья рука сжалась, чуть ли не царапая мебель, и Ая спохватилась, понимая, что стала виной этому.       Тише.       Звук лопнувшей обивки.       Все повернули головы. Сердце Аи загрохотало, и Миша, дернувшись, встала. Встала она, но это будто раскрыло положение самой Аи. Все смотрели на нее, в том числе… босс.       Сядь.       Игнорируя, Миша двинулась к выходу.       Сядь!       Руки Аи дрожали, она чувствовала, что паникует, хотя для этого не было повода. А от взгляда Левина жутко пульсировала вена. Миша все портила! Ае пришлось подойти и схватить девочку, отчего та зашипела. Точно зверь. Ая сильнее сдавила ее плечо, испытывая жгучий стыд.       — Если малышке надо в туалет, ничего страшного, котенок, — пробасил Вадим. Хоть он и обратился так, Ая отпустила.       — Конечно.       Она ступила обратно в тень, позволяя Мише покинуть гостиную, а потом и номер. Конечно же, та шла не в туалет. И каждый знал, что она не вернется. Ая знала. Эта девчонка доставляла только неприятности. И каждый раз проблема была в том, что она — жива.       Ая не могла уйти за ней. Или с ней.       Или с кем-либо еще.       Ая просто не могла…       К своему стыду, она больше не улавливала, что говорил Левин. Смотрела в панели стен, пытаясь подавить нахлынувшую дрожь. Проглоченное много раньше просилось назад.       Вот поэтому Ая не любила есть.       Заглушая импульсы, она тратила все силы лишь на то, чтобы застыть, удержать ночь в своей оболочке. Чувствовала, что Миша ушла, и это из-за нее. Из-за того, что она потеряла контроль. Из-за того, что непонятная светловолосая женщина сидела на кресле босса и улыбалась так, будто вокруг не было тьмы. И ведь ее не было.       А Левин стоял рядом и тоже улыбался.       — Было сложно, боюсь, даже очень. Но все заботы выпали не на мои плечи, мне оставалось только бояться, — ответила на что-то «Изи».       — Уверен, вы не боялись, — голос босса.       — Теперь мне хотелось бы принять полноценную ванну и прийти в себя.       Усмешка.       — Я думал, вы уже приняли ванну.       — Вы же понимаете, что женщинам нужно гораздо больше «пространства»…       — О, тут ванна просто охренительная! Вам понравится, — смех Джея.       Босс снова глянул на парня, и тот жестом повязал рот на замок.       — Вы можете распоряжаться номером, как угодно, но, пожалуйста, не покидайте этаж без моих людей. Без способностей вас остановят на первом углу, как поймут, что вы вышли из этого здания.       — Я смотрю, вы любите все контролировать…       Голоса смешивались в цветные пятна, Ая привалилась к стене. Чувствовала, что внутри жжет. Это нехорошо.       Где-то на задворках сознания еще улавливала голос Левина, но звуки едва складывались во что-то осмысленное. «Охрана», «правительство», «не ожидают», «подготовьте», «не должно выйти», «спасибо», «Мирим», «твой отец», «не беспокойся». Слова разлетались в полутьме гостиной, которая стала вдруг особенно ощутима. Тупая боль стягивала живот.       Но самое страшное — Ая чувствовала, как он смотрит. Теперь смотрит, следит, будто на нее повесили метку. От этого хотелось крепче сжать пальцы, но это бы насторожило босса еще больше. Так что силы уходили еще и на то, чтобы стоять ровно, не делать лишних движений. Один сплошной контроль.       В один момент все как-то внезапно кончилось. В комнате будто стало светлее. И оживленнее. Кто-то ушел, кто-то общался, тишина собрания улетучилась, царила будничная суета.       Босс с безразличным видом стоял среди эсперов и смотрел на Аю. С очень ясным посылом. Светловолосой гостьи не было, зато Мия обратилась к Ае, стоило пройти мимо:       — Заметила еду? Ты еще спала, не хотела тебя будить.       У Аи дернулась губа.       — Д-да, с… спасибо.       — Ая, — пискнула Альвия своим детским голоском и, подскочив на диване, показала ладошки. — Я лепила лулетик! Было вкусно, да? Я слопала два!       Мия погладила дочь по голове. Благо, та не подскочила, потому что Ая не была уверена, что готова трогать ребенка. Не еще одного, и не сейчас. Но девочку, хоть и лучившуюся счастьем, сдерживало что-то: рука матери ли, аура босса или… инстинкт? Так что Ая просто снова кивнула, стараясь кое-как улыбнуться.       Хотя… это же ребенок, даже не эспер. К чему так стараться?       Дернув головой, Ая вновь ощутила внимание босса. Оно не ослабевало, просто он давал ей возможность вести себя естественно. Говорить, любезничать, смеяться, взаимодействовать с кем и как хочет, но правда была в том — что не хотелось ни с кем.       И он знал это.       Вблизи от его тела стало лучше. Тела, силы и всего того, что к нему прилагалось. Даже воздух легче наполнил легкие.       Вслед за молчаливым призывом Ая пошла на выход, остановился босс только в пустом коридоре. Голос был обычным, твердым, но все же интимным, когда Левин повернулся к ней:       — Ты нервничаешь.       — Нет.       Ложь.       — Спала?       Ая кивнула.       — Таблетки помогают?       Этот вопрос был хуже удара под дых, который получила на тренировке. Как если бы босс спросил: ты такая слабая? Но в его голосе не было обвинения, и он сам это предложил. Точнее, таблетки предложила Катрин, а Левин сказал, что идея хорошая.       — Я спала, — выдавила Ая.       — Умница, — глянув в сторону и убедившись, что глаз нет, Левин провел по ее распущенной пряди. Ая подавила импульс сделать шаг навстречу. Не сейчас, не здесь. — Почти не попадала на камеры, — прошептал босс, продолжая. — Не так, чтобы бросалось в глаза, не в опасных местах. Ребята хорошо прикрыли.       Ая кивнула, чувствуя, как пол начинает кружиться.       — Моей птичке плохо? — Левин склонил голову.       Ты давно не заходил.       С тех пор, как Ае стали требоваться таблетки.       — Я не птичка… — прошептала она.       Пальцы Левина переместились с волос на шею и мягко погладили под затылком. А затем вжались, притягивая ближе:       — Да, — согласился босс с придыханием. — Ты — Карательница…       Стук каблуков расширил пространство. Отдался в голове эхом, разлетаясь по стенам.       В коридор вышла Гадюка, равнодушно бросила взгляд на Аю, ее растревоженные волосы, руку на шее — босс не убрал — и огонь в глазах мужчины. И так же спокойно и медленно прошла мимо. Ни грамма реакции.       Но Ае вдруг захотелось отстраниться. Небольшая заминка привела в чувства, спина выпрямилась, дыхание стало ровнее. Где угодно, но не здесь — как бы босс ни был добр.       Соглашаясь с этим маленьким актом бунтарства, Левин отпустил, кольца блеснули, прежде чем спрятал руку в карман брюк. Мужчина откинулся к стене и беззаботно посмотрел на Аю.       — Она не чтец, да? — спросила Ая, припоминая недавнюю гостью. Босс сказал, тренировок не будет, и она «без способностей».       Левин лукаво улыбнулся:       — Почему ты так решила?       Как обычно, говорил так, словно Ая — глупый ребенок. Задавал вопросы и ждал, что она будет отвечать. Почему опять? Игры кончились.       — Это просто видно, — практически выплюнула Ая.       — И тебя не смутил цвет глаз?.. И то, что она здесь?..       Неужели Левин думал, что Ая может так легко купиться на банальные факты? Нет, конечно, босс не стал бы вести простого человека с улицы в Обитель. И уж тем более не стал бы давать той держать себя за предплечье. Зачем он позволил себя держать? И представлять эту женщину всем… И все же, такая версия — это было бы слишком легко. И Левин не стал бы трогать чтеца. Как и Ая.       Мысль о том, что кто-то повлияет на нее, вызывала злость. Ее никому нельзя трогать, никто не мог влиять на ее энергию, никто.       Ладонь, скользящая к самому сердцу…       — Не чтец, — подтвердил Левин. — Но в ее роду есть их кровь.       — И что. Теперь это значит, что вы будете тащить всех, кто имеет какую-то там кровь??       — Тише… — Левин говорил, смеясь, его явно все это забавляло. — Хочешь устроить скандал? Я думал, ты взрослая. Думал, ты умеешь… сдерживать себя.       Губы Аи задрожали. Он думал, Ая просто проглотит это и замолчит? Думал, ее так просто утихомирить?       Хотя… с чего бы ей вообще испытывать что-то.       Мысль поразила, и плечи опали. Грудь перестала судорожно вздыматься.       — Тяжелый был день? — спросил Левин все еще с улыбкой, но уже не издевающейся. Но ему не требовалось спрашивать или что-то говорить, он и так все знал. Всегда знал.       И загонял этим вопросом в ловушку, потому что день Аи не мог быть тяжелым. Тяжелым было тело, что рухнуло на асфальт. Тяжелым для костей и мышц оказалось его держать. Тяжелым был вдох. Последний вдох. И выдох…       Ая отступила, все еще глядя на босса. Он же смотрел в ответ, и в его стальном взгляде невозможно было что-либо прочитать. Ни сожаления, ни упрека, ни радости.       Из комнаты вышел еще кто-то. Все направлялись по своим делам. Левин поманил пальцем, и, как по команде, из стайки выделился Джей. Откликнулся готовый зажечься фонарь.       Опять он за свое.       — Погода сегодня отличная, чтобы прогуляться, — как бы ни к чему заметил Левин.       Ае хотелось закусить губы до крови, но не стала.       — Скромняшка, — поприветствовал Джей. — Как ты?       — Нормально.       — Это значит, что ты готова поесть мороженного?       Ая молчала дольше, чем требовалось, только посмотрела на Левина с укором: он опять это делал?       — Ты же не хочешь, чтобы тебя замечали в городе лишь в определенные дни? — склонил голову босс. — С определенными людьми?       — Нет, — выдавила Ая.       И уж точно не морион лучший кандидат для отвода глаз. Точнее, в этом он как раз хорош, но на Аю должны были смотреть. В максимально бессмысленных занятиях.       — Идите, проветритесь, — бросил Левин.       Ая отступила, сдерживая желчь.       — Это… ты дралась? — Джей разглядывал локоть Аи. Она встрепенулась, дернулась, но не потому что парень трогал — на плаще обнаружилась зацепка.       — Наверное, когда шла назад… — выдохнула Ая.       — Тебя видел Грин? — Левин прищурился, ловя малейшие изменения на ее лице. И увидел страх, потому что серьезно обратился к Джею: — Отвези ее подальше. За город.       — Да, босс! — Джей шутливо отдал честь.       Рука Левина легла на плечо Аи, но не так, как раньше. Иначе. Он смотрел ей в глаза, и, казалось, зрачки стали уже не такими узкими, в них читалось…       — Выплесни это, — велел босс.       Тогда ты заглянешь? Придешь ко мне снова?       Ая покачала головой.       Босс не приходил потому, что она слабая. Вовсе не потому, что ему было противно, не потому, что он был занят. Кем-либо другим. И… это тепло на плече. Он переживал за нее.       — Не волнуйся, скромняшка. Залатаем, — подмигнул Джей, имея в виду, видимо, плащ.       Ая неуверенно посмотрела на Левина. В его взгляде больше ничего не было, только холод, рука тоже пропала.       — Я не хочу больше пить таблетки, — сказала Ая. Это был вопрос, но и просьба тоже, и требование.       Левин неопределенно пожал плечами:       — Посмотрим.       И ушел, будто у него появились дела. Может быть, так и было, просто оставил двух опасных эсперов прохлаждаться в коридоре. Хоть одна из них и носила плащ. Порванный.       Джей стоял рядом, такой яркий и вытянутый при всей привычной расхлябанности. Волосы взъерошены, от лица пахло клубничной жвачкой.       Ая тут же поняла, что скоро ее затошнит, мотнула головой к выходу, желая поскорее миновать лестницу. И не видеть никого в лифте. Но именно на ступенях накатила слабость. Джей был рядом, позволил на себя опереться.       — Почему ты не хочешь пить таблетки? — спросил, пока они спускались.       Потому что тело все равно нихрена не чувствовало.       — Я соскучилась по снам, Джей.       — Хочешь я приду для компании?       — Нет.       Ая хотела, чтобы пришел другой.       Тот, кто заставит ее сердце биться.       А не застывать, когда наступает мучительная тишина.       — Ая, все в порядке?       Тишина. Гул. Шум улицы. Взмах крыльев. Шелест разлетевшейся по асфальту бумаги. Застывший воздух и тишина, тишина, тишина…       Сама не заметив как, Ая ступила мимо. Чуть не навернулась на ступенях, опасно накренясь над пролетом.       И крепче сжала руку парня, когда тот подхватил.       — Ненавижу чертовы лестницы, — прошипела Ая, аккуратно переставляя ноги в привычных, хоть и не ощущавшихся почти кроссовках. Тут, как и с макияжем. — И зачем ты покрасил волосы в этот уродский голубой?..