ЦУ-Е-ФА

      — Может, не пойдёшь сегодня никуда? — спрашивает Тиш, как только я глаза открываю. Это мне, видимо, вместо доброго утра. — Отлежишься денёк.              — Тих, да нормально всё, — чмокаю его в щёку и поднимаюсь с кровати.              Что так переживать-то, в конце концов? Даже я за ночь отошёл. Может, и правда его талисман Потапыч работает?              Одеваемся, завтракаем, разбираем кровати, всё как обычно, только на пары выходим немного раньше.              В аудитории пока только Арина и Платон. Сидят хихикают, а у меня аж внутри всё закипать начинает. Какая-то запоздалая реакция на произошедшее. Вчера на это так злиться надо было.              — Я ща, — кидает мне Тиш быстро.              Не успеваю даже за плечо его схватить, он в несколько шагов около Платона оказывается и со стула его дёргает. Тот вообще не понимает, чего от него хотят. Тих молча, совершенно не меняясь в лице, прописывает чёткую двоечку, первый удар в печень, второй по еблищу. Хуй знает, может, на этом бы не остановился и в конце ещё на тупой башке планктона попрыгал, но я этого драчуна оттаскиваю сразу.              — Совсем пизданулся? — шиплю на него.              — Ты мне нос сломал, придурок, — орёт на него Платон, запрокинув голову. Арина около него начинает с салфетками прыгать, предлагает сходить умыться, но он её только нахер шлёт.              — Если б хотел сломать, то сломал бы. А ещё раз так сделаешь, я тебе вообще руку отрежу, — говорит слишком спокойно, присаживаясь за парту.              Бля, не люблю злого Тихона.              Нет. Даже не так.              Я его побаиваюсь, когда он реально злиться начинает.              — Я на тебя заяву накатаю, — говорит уже спокойнее, опустив голову вниз и приложив салфетку к носу.              Тих хмыкает и снова к нему подрывается. Только теперь даже не дёргает его, а просто лицом в парту вжимает. Срываюсь с места, но он так безэмоционально говорит: «Сел обратно», — что и я, и даже Арина, к которой он не обращался, слушаемся.              Нашёптывает ему что-то на ухо, наклонившись вплотную, ладно хоть не пиздит больше, тот угукает, и Тиш отходит. Ещё пару минут сидим молча, не знаю, как Тихон, но я переваривая случившееся, а потом начинают подходить одногруппники, разбавляя эту звенящую тишину.              Непонятно, заметили они что-нибудь или нет. Планктон пачку влажных салфеток Арины потратил, привёл себя в порядок и сидит как ни в чём не бывало. Только рожа слегка отекла.              — Пойдём выйдем, — шепчу Тихону.              — Ща пара начнётся, — ебать ученик. Одиннадцать лет только и искал повод, чтоб проебать, а тут за ум резко взялся.              — Ничего страшного, — кидает быстрый взгляд, в котором удивление читается, и встаёт молча.              Идёт за мной в конец коридора, ничего не спрашивая, а я всё ещё продолжаю чувствовать, что он злится. Захожу в туалет и заталкиваю Тиша в дальнюю кабинку. Щёлкаю шпингалетом и, не тратя ни секунды, впиваюсь в его губы. Он от удивления сначала вообще никак не отвечает, но потом очухивается и пытается на себя инициативу перетащить. Перехожу на шею, втягиваю кожу, прикусываю и тут же зализываю. Тиш от этих действий шипит и ещё теснее меня к себе прижимает. Но в запасе у нас не так много времени, чтоб тут обжиматься стоять, я планировал ещё и на пару попасть, пусть и с опозданием. Присаживаюсь на корточки и, не мешкая, приспускаю его спортивки сразу вместе с трусами. Я ещё в первый учебный день приметил, что тут кабинки прям полностью закрытые, не то что в школе.              — Ты чё творишь? — возмущается Тих, когда я беру его полувставший член в руку и провожу языком по всей длине.              — Тебе надо сбросить напряжение, — объясняю быстро и повторяю движения. А меня вся эта херня с дракой и с быстрым отсосом в туалете ещё и пиздец как возбуждает. Я, походу, реально изврат какой-то.              Ну, может, не один я, потому что Тих тоже с пол-оборота заводится. Хоть и пытается строить из себя правильного.              — Ну не тебе же в рот мне его сбрасывать, — последние слова уже чуть ли не простонывает, потому что я, не церемонясь, обхватываю губами затвердевший ствол. Ответил бы ему, что именно мне в рот. Но этот самый рот занят сейчас куда более важными вещами. Вспоминаю совет про расслабить горло, но мои попытки заканчиваются кашлем и слезой из глаза.              А это не так просто, как хотелось бы. Ещё желательно вести бы себя потише, но ни у меня, ни у Тихона, который время от времени поскуливает, закусив свою руку, не получается. После неудачной попытки взять глубоко решаю просто помочь себе рукой. Двигаю головой, поднимаю взгляд вверх, а Тиш, не отрываясь, на меня смотрит.              — Вань, я ща, — хочет отстраниться, но сзади него стена, а я начинаю ещё активнее действовать.              Кончает, схватившись за мой затылок, жду пару секунд, выпускаю член изо рта и проглатываю. Ноги затекли к хуям, в следующий раз надо на колени будет встать. Поднимаюсь и тут же обнимаю Тихона за шею, он в ответ свои руки вокруг моего пояса сцепляет.              — Больше никогда ни с кем не дерись, — шепчу ему на ухо.              — Почему? Мне понравился бонус после, — выдаёт он довольно. Расслабляюсь окончательно, слыша привычные весёлые нотки в голосе Тихона.              — Бонусы ты и без этого получать будешь, — сжимает мой член через джинсы, уже собирается расстегнуть пуговицу, но я перехватываю его руку. — На пару надо, ну и считай, что я отдал долг за первое сентября.              Смотрю на экран, занятие уже минут десять как идёт. Некрасиво, конечно, так врываться, но что поделать. Ещё и от Димаса несколько сообщений пришло. Конечно, шмотки-то наши в аудитории лежат, а самих нас нет нигде. Выглядываю из кабинки, в туалете пусто. Выходим, смотрю на себя в зеркало и предлагаю Тихону проебать первую половину семинара. А то по моим губам сразу видно, что я чей-то хуй сосал.              — Ой, бляяя, прости, — указываю ему пальцем на шею, заметив на ней багровое пятно. Тих сразу меня от зеркала отодвигает и начинает себя рассматривать.              — Придурок, блин, — ржёт он, после чего разворачивается и толкает меня в плечо. — Я пятнадцать минут назад без вот этого уходил, такую метку хер скроешь.              По-моему, он совсем даже не злится. Стоит теперь шею свою на фронталку в разных ракурсах щёлкает. А я в это время пока пишу Ксюхе.              Вы: «если что, всё норм. придём в перерыв. есть пластырь?»              Вы: «телесный».              Добавляю через пару секунд, а то, зная Ксюшу, сейчас окажется, что у неё только с принцессами, а нам лишнее внимание к шее Тихона ни к чему.              Ксюша: «Есть, вынести?»              Вы: «если не сложно».              Стоим недалеко от аудитории, выходит Ксюша, а за ней Димас сразу хвостом. Бля, это было ожидаемо.              — Чё случилось-то у вас? — спрашивает староста даже встревоженно немного. А потом замечает моего чудика, который решил, что сейчас очень беспалевно будет прикрыть свою шею ладонью и с невозмутимым лицом уставиться в плакаты по пожарной безопасности.              — Ну-ка, ну-ка… — подходит он к Тишу, пытаясь не засмеяться.              — У тебя сигареты с собой? — перевожу тему, а то Тихон совсем уж не знает, куда глаза деть.              — Всегда со мной, — хлопает по карману, а я киваю в сторону курилки. Идём вчетвером молча, Тиш руку от шеи так и не убрал. Будто бы всем непонятно, что он там скрывает явно не вампирский укус.              — Свеженький, — комментирует Димас засос, пока Ксюха Тихону пластырь клеит. — Я так понимаю, до занятий его ещё не было, и раз вещи ваши в аудитории…              — Логические цепочки строить умеешь, пятёрка тебе, — перебиваю его, не дав договорить. Да он и так бы догадался, а может, и уже догадывался. На фоне ещё Ксюха начинает пищать и обнимает Тихона, хотя складывается такое впечатление, что она его просто задушить решила.              — А вы времени зря не теряли, — усмехается Дима, прикуривая. На такую спокойную реакцию я, если честно, не рассчитывал, но это очень приятно.              — Да вы тоже, — киваю на Ксюху, у которой на шее тоже пластырь наклеен, только прямоугольный, а не квадратный. Так-то не собирался это комментировать, но раз у нас тут каминг-аут незапланированный, пусть они с нами тоже секретиками поделятся.              — А как вы догадались? — переводит Ксюша удивлённый взгляд на меня. Стучу указательным пальцем по своей шее, показывая, что как бы не только её парень два плюс два сложить может.              — Ааа… Да не, это у Димы просто кот такой вреднючий, я его погладить взяла, а он меня царапнул.              — Ну да, ну да, сделаем вид, что верим, — говорим с Тишем в один голос.              — Не, это правда, — подключается староста.              Тут ему кто-то звонит, он сразу отвечает, просит нас подождать его и уносится к воротам института.              Возвращается через две минуты с букетом белых пионов, спасая нас от очень неловких Ксюшиных вопросов. Её, блин, с батей моим познакомить надо, они походу такие темы обсудить смогут, что чертям в аду тошно станет.              — С днём рождения, — поздравляет Ксюху, вручая букет, а потом целует.              Мы с Тихоном стоим, как два ебантяя, хлопая глазами. Бля, ну хоть где-нибудь указала бы, что у неё день рождения сегодня.              — С днём рождения, с нас подарок, — лезем её обнимать после того, как они нацеловались.              — Да, подарок. Он это, в портфеле, — указывает староста рукой в сторону корпуса.              — Пиздец ты пикми , — комментирует тихо Лена, проходя мимо нас. Вот сука, а такая неприметная вечно, даже не подумал бы, что может такой неприятной тварью быть.       Все втроём собираемся что-то сказать, но Ксюха опережает.       — Ага, мы ща ещё и поебёмся вчетвером. Позвала бы тебя с нами, но, боюсь, мальчики разбегутся, когда твой щавель увидят.              Ксюше, походу, реально похую́, кто и что про неё подумать может, стоим с открытыми ртами от её ответа, а она спрашивает так спокойно: — Ну что, в бар? Отпразднуем моё семнадцатилетие и ещё несколько приятных моментов.              Мы её точно испортили. Время десять утра, а она уже отмечать собралась.              — Погнали, — соглашаются сразу Тих с Димасом.              — Тут одно место есть, там коктейли во-о-от такие делают, — говорит довольно, стараясь показать большое кольцо перед собой и не уронить букет.              Походу, в этот раз мне Тихона тащить, они уже с Ксюхой вперёд утопали и спорят, кто из них быстрее такую бадью выпьет.              Ну и ладно, своя ноша не тянет.