Тьма

      После приезда в Оазис Следопыт экстренно собрал всю команду для обсуждения ситуации с ордой. Дженнифер не позвали, а она удивленно отметила, что в группе есть еще ребята. Конечно, видела их в поселении раньше мимолетно, но совсем не придавала значения их статусу.       Остановившись перед закрытыми дверьми штаба команды, огорченно попинала снег и отправилась прочь. Бродила, пока не дошла до гаража, позвала с собой Хоупа, уже с ним последовала в сторону ремонтирующегося забора. Вразнобой стучали молотки, доносилась ругань. Дженни остановилась в стороне, предоставив свободу счастливому Хоупу, который скакал по сугробам, щелкал челюстями, хватая снежинки. С улыбкой убрала руки в карманы и смотрела за тем, как поверх новых досок закрепляли плотные листы железа. Невольно задумалась о той орде. Их множество, они чертовски опасны. Если вся эта толпа двинется на Оазис — конец. Не спасет забор, не спасет ров с шипами. Не спасут обстрелы из всего оружия, что есть в поселении.       Дженни хмыкнула, опустившись на расчищенную скамейку. Почему вообще думала об этом, если не позвали даже послушать. Немного обидно, но ведь она все еще просто везучая девочка. Такая ли везучая? Дженнифер почесала за ухом подбежавшего Хоупа и вздохнула. Удивительно, насколько быстро оказались заняты ее мысли из-за совершенного пустяка. С другой стороны, уж лучше так, чем снова окунаться в недавние воспоминания. Она подставила лицо падающим снежинкам, охлаждающим его. Чем ближе становились праздники, тем в груди сильнее тлело чувство предвкушения. Пускай, основное мероприятие решили отложить на новогоднюю ночь, Рождество в Оазисе никто пропускать не собирался. Все попытки Дженни выпутать, что же грядет, провалились, потому что Эбби и Хейб молчали и лишь переглядывались шутливо. Бар уже во всю начинали готовить к празднованию. В Оазисе снова создавали чарующую атмосферу для многих живущих здесь детей и взрослых. К сожалению, отчасти грядущее событие омрачилось нападением в Ночь и ремонтом забора.       Спустя несколько часов прогулки, Дженни отвела Хоупа обратно к мастерской, поменяла воду в миске и поплелась в бар. Не дошла. Ее окликнула Монна, помахала рукой. Дженнифер потрусила тут же к ней. Подойдя ближе, оказалась в объятьях улыбающейся женщины.       — Как я рада видеть тебя, моя девочка! — Монна оторвалась, сжала ее щеки, осматривая покрасневшее лицо Дженни. — Что я вижу. Неужели, ты улыбаешься?       Дженнифер опустила взгляд, заметив, что уже просто не сдерживает искренней улыбки.       — Так соскучилась по тебе, Дженни… Ты спешишь? Прогуляемся?       — Конечно, — согласилась она.       Монна взяла ее под руку и неторопливо направилась в сторону теплиц. Очевидно, что хотела затеять разговор, но никак не решалась. Поглаживала руку Дженни, чуть сжимала, а у той не было желания избавиться от ее прикосновений.       — Как ты… в смысле, где и как была это время?       — Где только не была, — невесело усмехнулась она. — Было непросто, если честно.       Дженнифер помедлила, покачала головой.       — Главное, что вернулась, верно? — спросила тихо.       — Ну конечно… Дженни, ты хочешь поговорить? Вернее, я же была на том вечере. С тех пор мы не обсуждали ничего.       — Все в порядке, — пожала она плечами. — Много изменилось.       Монна грустно вздохнула. Дженни же почувствовала, что та готовится сказать что-то еще, и вряд ли это будут приятные слова.       — Не надо, Монна, — поспешила она. — Понимаю, о чем и о ком ты хочешь поговорить. Мне тоже есть, что сказать, пока не начался негатив. Я вытащила Адама с того света. Смогла помочь с пулевым ранением. Столько сил, я даже не представляю, откуда нашла их. Устроила его на одном месте, перетащила на другое. Еле вытащила. Тогда все изменилось.       Дженнифер смотрела на Монну. Твердо, уверенно, чтобы у той не возникло и доли сомнения, что она знает, о чем говорит, и говорит искренне.       — Виноват Барри. Пусть его проверят, а лучше, вышвырнут за наркотики отсюда, — собеседница покачала головой, прекрасно понимая возмущения Дженни. — Адама я простила. Мы сильно сблизились из-за общей проблемы. Не думаю, что меня кто-то в этом поймет. Да и не нужно. Главное, что я знаю, какой он.       Монна молчала несколько минут, поглаживала ее кисть, после слегка улыбнулась.              — Большое сердце у такой малышки, — она вновь притихла и решилась продолжить говорить спустя время. — Можно задать тебе один вопрос? Ты ведь давно без родителей, так? Никогда не думала, ну или не хотела бы, чтобы тебя удочерили? Пускай, в таком мире, пускай, не официально. Просто если бы кто-то захотел взять тебя под опеку.       Дженни совершенно растерялась. Конечно, подобного ожидать не могла. Не понимала, к чему вообще задан такой вопрос. Задумалась. Естественно, в какой-то момент ей не хватало родителей, защиты и тепла, которое могли подарить только они. И все же, одной проще. Никакого горя, потерь. А в душе все разрывалось. Монна копнула слишком глубоко.       — Не знаю, Монна, правда. Чем больше я думаю об этом, тем хуже становится в душе. Иногда даже влюбиться хочется, но это же все глупости.       — Почему же? Ты еще такая юная, самое время для этого, — улыбнулась Монна, скрывая за этим печаль. — Надеюсь, придешь на празднование? Агата подберет тебе наряд.       — Думаю, я соглашусь надеть платье, — улыбнулась в ответ Дженнифер.       Монна притянула Дженни к себе и крепко обняла.       — Сходишь потом к Агате со мной?       — Конечно, Дженни.       Они распрощались и разошлись. Дженни все думала о том, что почти все рассказала Монне. Именно с ней хотелось быть откровенной, поделиться даже тем, что произошло там — на источниках. Поделиться, как делилась бы с Амандой. С замиранием сердца шептать о том, что испытывала тогда.       «Лучше снова думать о том, что не взяли на собрание по встреченной орде…»       Дженнифер все же надеялась, что расскажут. Хотя бы Адам проболтается. Только его не видела ни на следующий, ни через день. Было не по себе, страшно, что за ее спиной приняли решение об изгнании или вроде того. И сразу убеждала себя в том, что не могли бы поступить с ней подобным образом.       С каждым днем дел наваливалось столько, что едва удавалось передохнуть. Голова слегка пухла, но Дженни не жаловалась, ощущая удивительный прилив сил. Она с охотой занималась тем, что разносила заказы, задерживалась, чтобы помочь украсить зал. В помощь постоянно напрашивался Фред. Эбби с большой охотой поручала ему задания поближе к Дженни, которую навязчивое внимание лишь раздражало. Насильно мил не будешь, черт возьми. Абигейл это было непонятно. Неловкие шутки, попытки подкатить игнорировались. Детский сад, честное слово.       — Приехали! Они приехали! — среди дня, только закончился обед, в бар ворвался мальчик — сын Монны.       С восторгом сообщив о чьем-то приезде, сразу скрылся за дверью. Эбби захлопала в ладоши, махнула рукой Дженни, которая стояла на столе, развешивая фонарики.       — Иди на улицу! — улыбнулась она. — Там кое-что офигенное!       Она сперва растерялась, после слезла со стола, накинула куртку, натянула ботинки и почти бегом выскочила из бара. К воротам спешили жители: взрослые и дети. Последние были явно в восторге. Дженнифер ускорила шаг. Въезд в поселение был открыт, слышались громкие восклики восхищения.       Дженни протиснулась мимо толпящихся людей и широко распахнула глаза. На территорию заехал пикап, в багажнике и частично на крыже которого лежала огромная пушистая ель, присыпанная снегом. Транспорт остановился. С места водителя вылез растрепанный Адам. Она сразу же встал на подножку и принялся расстегивать ремни. К нему присоединились еще двое — незнакомые ребята из группы. Они освободили ель, сняли с машины и погрузили на тележку для дров. В сопровождении восторженной ребятни, повезли дерево к месту установки — на площадь напротив бара. Там заранее организовали все необходимое, чтобы установить ель. Втроем они сняли дерево с тележки, поставили вертикально и проверили все крепления. Казалось, вот оно — волшебство. Только из бара поспешно вышел Хейб с большой коробкой и, судя по всему, увесистой. Дженни не успела даже ни о чем толком подумать, прежде чем он поставил коробку на заснеженный стол рядом. Ребятня сразу бросилась к ней, доставая один за другим украшения. Сердце Дженни замерло, с воодушевлением наблюдая за этим. Взрослые помогали младшим, своим детям, другим ребятам вешать елочные игрушки. Дженнифер не двигалась. Молчала, наблюдала и понимала, что хочет тоже. Хочет с головой окунуться в атмосферу, которую не сравнить больше ни с чем. Самой подходить и участвовать было как-то неловко. Будто чужая на празднике жизни.       Дженни потерла ладони, сделала шаг назад и наткнулась на кого-то спиной. Поспешила повернуться с извинениями, но стоящий там Адам успел сжать ее плечи.       — Почему ты стоишь в стороне?       — Там все со своими друзьями, семьями. А я что? Лишнее звено.       Адам хмыкнул.       — Что за глупости? Хочешь лишить себя праздника? Ну уж нет, — он отпустил плечи, крепко сжал кисть и повел за собой ближе к дереву.       Стало так спокойно. Адам подавал ей украшения, сам развешивал их повыше. Дженни, поневоле, вспоминала детство. Не каждый год удавалось встречать с Уолтером. Чаще он просто приезжал на каникулы. Воспоминания вонзились в кожу, словно еловые иглы, запахом которых наполнился воздух.

***

      В Бекли было необычайно снежно. Сразу после Рождества, на которое Уолтер не успел приехать, весь город засыпало. Аманда лишь чудом не застряла по дороге домой, вместе с небольшой елью. Впервые в дом попало живое дерево. Шестилетняя, на тот момент, Дженнифер с восторгом носилась вокруг. Вместе с Амандой нарядила дерево. Часто подбегала, втягивая запах. Лесной, еловый, удивительно яркий и невероятно приятный. Правда, расстроилась, что не было огоньков. Прошлые сломались, а новые купить попросту забыли. Конечно, Аманда пообещала заехать на следующий день после работы в магазин, но огорчение было здесь и сейчас.       Не соврала. Купила лампочки, но в тот же вечер обессиленная завалилась спать. До Нового Года оставалось часов пятнадцать. Аманде, наконец, выпал выходной, она занималась готовкой, когда вдруг раздался звонок в дверь.       На пороге стоял Уолтер. Весь в снегу, широко улыбающийся, загорелый. Дженнифер взвизгнула от восторга и бросилась к нему на руки. Он привез с собой вкусности для дочери, украшения в подарок жене.       До полуночи оставалось всего пару часов, когда из-за усиливающегося снегопада город остался без света. Выжидающая каждую секунду, чтобы зажечь гирлянду на елке, Дженни разочарованно надула губы. Казалось, что праздник окончательно и бесповоротно испорчен. пока Аманда пыталась безуспешно дозвониться городским службам, Уолтер обустроил все в гостиной: расставил на столе свечи, а те, что имели у себя купол для защиты от детей и животных, аккуратно расположил на ветвях.       Дженни и Аманда широко открыли рты, стоило зайти обратно в гостиную. Огоньки свечей играли на стенах, посуде, подсвечивали пушистые ветви, создавая поистине сказочную атмосферу. Дженни запомнила тот год. Он стал одним из самых лучших.

***

      К тому моменту, как закончили украшать дерево, уже изрядно стемнело. Все собравшиеся ждали главного — когда зажгутся огни. Дженни отступила назад. Ближе к курящему Адаму, который тут же выкинул окурок и как-то совершенно по-дружески положил руку ей на плечо.       Всего спустя несколько минут среди наблюдающей толпы пронесся восхищенный вздох. Дерево, лампочки, украшающие улицы, вспыхнули сотнями светлячков. Малышня восторженно запищала, а Дженни будто ничего и не слышала, рассматривая все окружающее великолепие. Огоньки отражались на ее лице, в синих глазах. Детский, совершенно непосредственный восторг. На плече чуть сильнее сжались пальцы. Дженни повернула голову и поймала на себе взгляд Адама. Он изучал ее, потом наклонился чуть ближе к ее уху, одним своим шепотом практически проникая под кожу, в самую душу.       — С Рождеством, Дженни.       Она смогла лишь улыбнуться, одними губами произнеся слова взаимности. В горле пересохло, лишая возможности выдавить хоть что-то. На улице раздавали горячий чай, незамысловатые угощения. Народ гудел, бродя по поселению, которое теперь светилось, словно та самая ель. Дженни и Адам тоже не стояли на месте. Неторопливо прогуливались в молчании.       — Хороший вечер, — тихо произнес он.       — Что решили делать с ордой?       Адам усмехнулся. Нашла, что спросить.       — Недовольная, что тебя не позвали?       — В точку. Будто я совсем бесполезна.       — Это не так. Просто это было собрание именно команды Следопыта.       — Ты же расскажешь мне, что там было, правда? — выдала она, практически не оставляя Адаму шансов на отказ.       — Давай отойдем чуть дальше? — он убрал руки в карманы джинс и огляделся.       — Идем, — Дженни бросила взгляд на украшенное дерево и поплелась следом.       Адам молчал, пока они не достигли места назначения — сваленных в кучу бревен, служащих заготовками для дальнейшего строительства. Он смахнул снег, достал неведомо откуда запрятанный в целлофан плотный плед и расстелил его, приглашая Дженни сесть. Сам не спешил. Шагнул в сторону и закурил.       — Не боишься, что тебя это убьет? — она чуть склонила голову, смахивая снежинки с ресниц.       — Скорее, меня убьет кто-нибудь из поселения, когда узнают о твоей беременности.       Дженни невесело усмехнулась, ощутив неприятный укол. Он прав. Очередного скандала не миновать. Настроение оказалось совершенно испорчено. Только ругани не хватало. Тем более, вблизи праздника. Адам продолжал курить в молчании, смотрел на нее, жалея о том, что ляпнул не подумав. Выкинул окурок в жестяную банку и сел рядом. Помолчал еще минуту, после чего слегка похлопал ее по колену.       — Не грузись, слышишь? Прорвемся.       — Ладно, что там было на собрании? — решила сменить тему Дженнифер.       Адам взлохматил свои волосы и пожал плечами.       — Короче, ребята анализировали все возможные пути, куда могут двинуться измененные. Нейтан даже запарился и как-то просчитал все это на компе…- он заметил ее растерянное выражение. — Тебя не познакомили с Нейтаном? Компьютерный гений группы. В общем, огромные шансы, что двинутся к нам. Дальше на севере дорога перегорожена, юг и восток тоже закрыты. Там же, южнее, поселение, которое не подпустит орду даже близко.       — Почему они толпятся там? В смысле, бродячие орды обычно… бродят.       — Согласен, такого никто не видел прежде. Единственное, Следопыт надеется, что они никуда не двинутся, как минимум, до Ночи. За это время укрепим оборону. Если не случится чего-то непредвиденного.       — Например?       — Например, Гэрри, — вздохнул Адам, подавив раздражение.       — Что у вас произошло? В смыслы, вы же, видимо, были друзьями. Почему же все изменилось?       — Ну, произошла довольно паршивая ситуация. У него был младший брат. Положительный, искренне добрый. Мы уже учились на последнем курсе, когда это случилось, — Адам сделал паузу, потерев колени. — В общем, над парнишкой надругались и сожгли заживо.       Дженни ахнула, почувствовав, как по спине прошелся холодок.       — Гэрри попросил меня и Лию о помощи, но посчитал, что сделали недостаточно. Разругались еще сильнее, вот и все.       Дженнифер молчала. Сказать оказалось нечего. Почему-то сочувствия к Гэрри не появилось совсем. Она помнила, как он будто бы игрался с ней, позволив, но не дав сбежать.       — Кто-нибудь из группы знает эту историю?       — Теперь. да. Следопыт слегка прижал меня, пришлось рассказать.       — А ты считаешься частью группы?       — Официально нет. Но так повелось, что я постоянно таскаюсь с ними. Поэтому душевно — часть команды, — Адам хохотнул. — Или душная часть команды.       Дженни слегка улыбнулась, но продолжила молчать, обдумывая все услышанное. Значит, Следопыт вполне учитывает то, что Гэрри может снова объявиться и теперь нападет… на них, например. Окажись он совсем ненормальным — нападет в Ночь или сразу после, когда будут максимально уязвимы. Она нервничала, царапала ногтями кисти, пока Адам в молчании провожал ее до бара. Ощущалось спокойствие, безмятежность. И острый, давящий страх от того, что это может закончиться в любой момент. Просто рухнет и все.       Они попрощались у лестницы к комнатам на втором этаже, Дженни проводила Адама взглядом и прошла в комнату. Скинула прямо на пол куртку, обувь и забралась на стол, раздвинув шторы. Восторгу не было предела — вид открывался прямиком на площадь, где установили ель. Губы сами по себе растянулись в улыбке. Будет сидеть здесь всю новогоднюю ночь до самого утра и наслаждаться видом. Отличный план! Утащить себе еды — станет идеальным. Только ей пора бы привыкнуть, что планы никогда не сбываются.

***

      — Не отвлекаю?       Адам заглянул в теплицу, где на стульчике отдыхала Монна. Вместо лицезрения того, как все готовятся к празднику, она занималась поливом растений. На последней теплице, по всей видимости, силы закончились. Уставший взгляд скользнул по Адаму, а губы тронула теплая улыбка.       — Заходи, хоть посмотрю на тебя. Давно не видела.       Адам, чувствуя, как до боли щемит сердце, зашел внутрь, прикрыв за собой дверь. Монна хотела подняться, но он быстрее подошел к ней и присел на корточки напротив. С грустью она смотрела в зеленые глаза, растрепала слегка его волосы.       — Что же ты натворил, — прошептала она.       Сердце сжалось от острой боли. Лучше бы она тоже кричала, пыталась отлупить его. Все лучше, чем слышать это болезненное разочарование в ее голосе. Серые глаза Монны наподнились слезами, которые быстро стерла перепачканной в земле рукой.       — Я ведь не поверила в это. Ну ты же не такой, — слезы вновь покатились по ее щекам. — Адам, как же так?       Он с трудом проглотил ком, застрявший в горле. Произнести хоть что-то было невыносимо трудно. Ответить стыдно и совестно. Молчал, словно провинившийся школьник. Только проступок выходил за все рамки.       — Скажи, что ты хоть поговорил с ней? Хоть попытался. Как чувствует себя, узнавал? — не унималась Монна, но все не повышала голос.       Адам вздохнул, опустился на ребро грядки и запустил пальцы в волосы.       — Поговорил, Монна. Просил прощения, Раскаялся. Мы все обсудили.       — И что теперь намерен делать? — Монна выдохнула, будто успокаиваясь. Дженни не соврала ей, не стремилась просто обелить его.       — Все чуть сложнее, чем просто прощение. В целом, все непросто. Я люблю ее, Монна. До одури.       Она смотрела на него. Никакого презрения или отвращения. Сочувствие и будто бы… понимание. Коснулась его руки. Горячей от всплеска эмоций, болезненных и ранящих слов.       — Монна, могу поделиться с тобой кое-чем важным? Только прошу пока сохранить мои слова в тайне.       Монна вытерла слезы платком, поспешила кивнуть. Адам чуть помедлил, но все же знал, что именно ей можно довериться. Она не расскажет.       — Дженни беременна.       Монна покачала головой. В глазах читалось неприкрытое разочарование, сочувствие, наверняка, к Дженни.       — В другое время, при других обстоятельствах посоветовала бы, непременно, жениться. А сейчас… — она пожала плечами. — Самое большое, что можешь сделать, показать не словами, а действиями серьезность. Ты сам готов поддержать ее?       — Естественно, — без раздумий ответил Адам.       — Ты обсуждал с ней это? — Мона проницательно смотрела на него, кажется, вот-вот заглянет прямо в душу.       — Не обсуждал, — признался он. — Когда Дженни рассказала… я охренел. Не совсем подходящие были обстоятельства. Отреагировал не совсем правильно. Сказал, что нужно все переварить. Теперь никак не соберусь с мыслями, Идиот.       — Придется собраться. Серьезно, Адам. Ты просто обязан поговорить с ней. Я не шучу.       — Поговорю.       Монна окинула его строгим взглядом и снова улыбнулась.       — Я рада, что ты пришел поделиться.       — Давай помогу тебе здесь, — он поднялся на ноги, поправил джинсы и забрал у Монны лейку. Тут же помедлил. — У меня есть одна просьба…

***

      Новый Год подходил все ближе. Удивительное спокойствие охватило Оазис. Такое, какого за последние пять лет не испытывала даже близко. Естественно, оборона никуда не делась, как и улучшение защиты забора, рва. Практически день и ночь кипела работа. Никого из группы почти не видела. Знала, что могли несколько раз за день уезжать и возвращаться. В баре за это время уже почти составили меню к празднику, гудели о каком-то грядущем гулянии.       Дженнифер стояла за стойкой, нарезая овощи, собирая и поджаривая тосты. Настроение было хорошим, самочувствие, к счастью, тоже.       — Привет, Дженни.       Она, погруженная в свои мысли, вздрогнула и едва не резанула себя по пальцу. Подняла взгляд и увидела только пришедшего с мороза Адама. Снег таял на волосах, превращаясь в капли. Щеки и нос покраснели, но на губах мелькала улыбка. Дженнифер оглянулась, заметил сразу обострившееся внимание вытирающей дальние столы Абигейл. Лишь бы снова не начала скандалить.       — Привет, — она повернулась к Адаму. — Будешь заказывать?       — А что ты готовишь? — он облокотился на стойку.       — Тосты с овощами и беконом.       — Сделаешь парочку? — Адам демонстративно помахал Эбби и снова взглянул на Дженнифер, кладущую тосты на полотно гриля. — После обеда все идут кататься на коньках. Пойдешь со мной?       — Я не умею, — захлопала глазами Дженни.       — Ничего, научу, — пожал он плечами. — Зайду за тобой через часик. Договорились?       — Да, — она не сдержала улыбки, опустив взгляд и передав тарелку с тостами.       — Что у вас тут… происходит? — голос подошедшей Эбби заставил вздрогнуть обоих.       Адам мимолетно улыбнулся, отсалютовал ей и ушел.              — И как это понимать? — хмыкнула Абигейл.       — Можно мне уйти после обеда? — сходу сменила тему Дженни, безмятежно продолжая готовить.       — Куда же ты намылилась? — уже не скрывала возмущения Эбби.       — На озеро. Покатаюсь, развеюсь.       — Об этом говорили, да? Ну что за дурость?       Дженни подняла брови.       — Мне не хотелось бы, чтобы ты шла ради… Адама, — она будто брезгливо поморщилась. — Он не заслужил возвращения, как и капли твоего внимания.       — Ясно, — бросила Дженни. — Это не ради Адама. Ради себя. Я после возвращения пашу, как проклятая. Не заслужила немного отдыха?       — Заслужила, — подошедший Хейб положил ладони на плечи Эбби. — Я отпускаю тебя. Посетителей все равно будет очень мало.       — Спасибо, — кивнула Дженнифер.       Страйкер отвел Эбби прочь. Вырвался вздох. Повисшее в воздухе напряжение начало таять. Ее злило отношение к Адаму, но в глубине сознания зрело понимание. Одновременно со злостью. Никто не цепляется к Барри, не гнобит его. Ходит, ухмыляется, получает восхищение от того, какой счастливый и ответственный отец. За это, будто бы, ему и Лу прощалось любое дерьмо. Возникало желание уже самостоятельно набить ему морду. Ей было совсем непонятно, почему Следопыт, узнав о его вине, ничего так и не сделал. Допускала мысль о том, что он вовсе не поверил. От этого становилось обиднее.       Адам вновь не обманул. Вернулся в бар спустя час. Уже переодевшийся, побрившийся и невероятно довольный. Под практически испепеляющий взгляд Эбби просто увел Дженни из бара.       — Она успела продрочить тебе мозги? — Адам покосился на Дженнифер, поправив на плече небольшую спортивную сумку.       — Совсем немного. Сказала, что не хочет, чтобы я шла ради тебя.       — А ты идешь ради меня? — усмехнулся он.       — Вовсе нет. Я очень много работала в последнее время. Значит, заслужила отдых.       — Тебе стоит больше отдыхать.       — Нет. Иначе все заподозрят.       Адам остановился, коснулся ее плеча и повернул лицом к себе.       — Ты же понимаешь, что все равно придется рассказать?       — Да, понимаю. Но предпочту оттянуть этот момент, — она отвела взгляд.       — Мы можем сделать это вместе.       — Они вскроют тебя там же…       Дженнифер вздохнула и направилась с ним дальше. Вдвоем вышли за ворота, вместе с немалым потоком других жителей прошли через лес прямиком к замерзшему озеру. На берегу организовали места для переобувания в виде самодельных лавок, столы с горячими напитками и угощениями, с возможностью приготовить все на месте. Отдыхающих оказалось поразительно много. И взрослые, и дети катались по озеру, шумели. Играла музыка. Еще по периметру стояли вооруженные охранники.       Адам подвел Дженни прямиком к тележке с коньками и призадумался.       — У тебя шестерка, да?       Она кивнула и продолжила восторженно изучать окружение. Адам выбрал подходящие по размеру коньки, довольно новые на вид, и подвел к лавке. Дженни опустилась на край возле громко хохочущей тучной дамы, взглянула на Адама, который опустился перед ней на корточки и открыл свою сумку.       — Так, снимай обувь, — попутно проговорил он.       Дженни стянула ботинки и опустила на них ноги. Адам же достал из сумки теплые вязаные носки. Сам принялся расшнуровывать ее коньки. Дженнифер натянула носки, заправив в них джинсы, вытянула ноги и поболтала ими в воздухе.       Адам поставил перед ней коньки, придержал их, пока она засовывала ноги и принялся затягивать шнурки.       — Ну я же умею их завязывать, — Дженни стало совсем неловко.       — Ага, только вот у тебя ботинки даже без шнурков, — Адам покосился на ее обувь песочного цвета и усмехнулся. — Короче, обычная шнуровка не подходит. Нужна максимальная фиксация. Иначе есть риск сломать ноги. А это очень неприятное дерьмо, поверь мне.       Дженни наблюдала за ним, сдерживалась, чтобы не запустить пальцы ему в волосы. Наверняка, Адам чувствовал ее внимательный взгляд на себе, но не подавал виду.       — Хорошо, поднимайся, — он встал и протянул ей руки.       Дженни вцепилась в его кисти и осторожно выпрямилась. Коньки сильно сдавливали ноги, не давая обуви болтаться, как это было у нее обычно.       — Тесновато. Но так и должно быть, похоже… — задумчиво произнесла Дженни.              Адам кивнул, усадил ее обратно и сел рядом, ненароком вынудив подвинуться сидящую даму. Из своей сумки вытащил коньки — приятный бонус одной из вылазок. Свою обувь убрал в сумку вместе с ботинками Дженни, поднялся и помог ей. Покачал головой, застегнул до подбородка ее парку и вытащил из своего кармана синюю вязаную шапку.       — Ну Адам, — вздохнула она.       — Ничего не хочу слышать, — усмехнулся он, одел поверх ее растрепанных волос шапку, поправил пряди возле лица и довольно кивнул. — Подарок от Монны, не обижай ее. Готова?       Одолеваемая волнением, она кивнула. Кое-как добрела с Адамом до входа на озеро, а дальше началось самое страшное. Первый шаг на лед дался не так-то легко. Колени тряслись, ноги скользили — вот уж удивительно. Адам крепко сжимал ее кисть, поддерживал под локоть, не позволяя упасть. Дженни смотрела только себе под ноги, старалась контролировать каждое движение, забывая о риске врезаться в кого-нибудь.       — Смотри, тебе нужно отталкиваться и скользить максимально далеко. Не нужно пытаться шагать, будто ты на земле, поняла?       — Нет, — искренне ответила Дженни.       Адам хохотнул, поравнялся с ней, показывая все на своем примере. Оттолкнулся и скользит, оттолкнулся и скользит. Объяснял спокойно, терпеливо. Боялся, что она оступится, запнется и шлепнется. Дженни ловила себя на том, что Адам хороший учитель. Убеждалась и в том, что не соврала Уолтеру — он хороший парень. Правда, даже в его надежных руках не могла расслабиться. Ругала себя за неспособность пробовать самой, позволив ему спокойно покататься, а не таскаться с ней. Вот как, лазить невесть где среди измененных было гораздо проще и менее страшно.       Спустя полчаса напряженного катания, держаться на льду стало чуть легче. Колени перестали дрожать, принцип отталкивания и скольжения стал понятен. Дженни удавалось проехать успешно несколько футов, но после снова накатывала паника, она начинала семенить и едва не падать.       — Ты доверяешь мне? — Адам вдруг остановился напротив нее, сжал кисти и хитро улыбнулся, слегка прищурив зеленые глаза.       — После таких вопросов у меня появляются сомнения, — произнесла она едва ли не шепотом, но подумав с мгновение, добавила. — Доверяю.       Адам кивнул, будто и совсем ненароком погладил большими пальцами ее кисти, после заглянул в глаза.       — Слушай внимательно. Тебе не нужно будет ничего делать. Просто расслабься, я все сделаю сам.       — Ладно, — кивнула она.       Он сжал ее руки в своих чуть крепче, так и остался стоять лицом к ней, а сам начал движение спиной вперед, поглядывая через плечо и убеждаясь, что позади никого. Сперва неторопливые шаги, после быстрее и быстрее. Ветер бил в лицо, трепал торчащие из-под шапки волосы. Казалось, что все вокруг превратились в одно непонятное пятно, мелькающее перед ней. Зрение фокусировалось лишь на человеке перед ней. На его улыбке, глазах, горячих руках, сжимающих ее собственные. Так странно, так глупо и неправильно. На них точно смотрели. Ее точно ругали, его ненавидели. За что? Просто за возможность отдохнуть? За то, что их вообще не должно никак касаться. Ничего такого не происходит. Ничего такого не произойдет. Ей кажется, что со стороны наблюдают. Действительно, стоило повернуть голову и сосредоточить свой взгляд на чем-то кроме Адама, заметила Фреда. По спине пробежал холодок. Он смотрел на них, кажется, чуть не испепеляя. Дженни видела, как сжимались его кулаки, как он шепчет явные ругательства. Кажется, что-то про взрослого мудака. Пугающий, почти звериный взгляд. Адам же с абсолютным спокойствием, кажется, и не замечая Фреда, притянул ее ближе, опуская ладонь на ее спину. Уже ниже талии, едва ли не на поясницу и, судя по всему, складывая пальцы в один весьма конкретный жест. Всегда в своем репертуаре. Фред не увел взгляд, в отличие от Дженни, которая так и продолжила ощущать, как ей практически прожигают спину.