Кровавый Смерч

Лис На предплечье все еще ощущался хват демона. Как он не задел меня этими острейшими когтями, я не знаю. – Мне нужно вернуть коня, - в который раз прорычал Смерч. Сейчас, когда на нем была темная красноватая кожа, мне уже было проще смотреть на его лицо. А на тело все еще нет. Древний воин был соткан из одних мышц, весь он настолько гибкий и легкий, что он пугает еще больше, чем раньше. – Мы должны найти моего коня, - напомнил мне демон. По коридору лабиринта гулял сильный сквозняк. – Сначала тебе нужно прикрыться, – не оглядываясь повторил я. Понятия не имею, почему он все же шел за мной, пусть и ворчал. Но мне это на руку. – Вы за тысячу лет совсем уважение потеряли?! – Уважение изменилось, – спокойно ответил я. – В худшую сторону, – буркнул Смерч. Ветер вновь поднялся. – Примерять какие-то тряпки, пока мой зверь заперт неизвестно где… Ты ходишь по грани, Рихт Бестолковый. Я выдохнул сквозь зубы, открывая дверь в закуток тронного зала. Белые ковры хлюпали из-за крови. На стенах тоже остатки чьей-то жизни. Даже герб — белый олень с картой лабиринта в рогах — в бордовых потоках. Воины достали мечи, когда услышали нас в тени. Меня было заметить легко, мне поклонились и хотели уже поприветствовать меня, но… – Какая вонь! Просто отвратительно! Фу! Ты куда меня, дурак, привел?! У рыцарей в глазах сверкнул ужас, у некоторых открылся рот, слуги отошли за спины стражи. Советники побледнели. Никто мне даже не кивнул. Все смотрели на Смерча. Он шумно принюхался. Я уже был готов слушать очередные издевки и ворчание, но вместо этого услышал тихое, что мог распознать только я: – Вонь… Я сглотнул. Демон понял. Сердце вновь стало биться чаще при виде следов ударов молнии. Но я выпрямить спину, несмотря на мой потрепанный внешний вид, достоинство я сохранять умел. Опомнившись, мои подданные начали кланяться, пристально наблюдая за воином, стоящим за моей спиной, словно тень. Видели бы они его после освобождения… ушли бы на тот свет. – Подайте плащ, – холодно приказал я. *** По глазам своих защитников я видел, что они хотели слиться со стенами. Демон внимательно разглядывал убранство дворца, кружась как лист осенью. Плащ кружился вместе с ним. – Удивительно… так легко пробраться через окна… Я тяжело вздохнул. Открыл двери, за которые я пускал только семью и самых верных слуг. Но все были убиты. И впервые за несколько дней я пустил в свои кого-то. И это был Кровавый Смерч. Стоило ему зайти, страницы книг всполошились, свитки скатились со стола и постели, письменные перья разлетелись в стороны. – Сколько у тебя здесь еды для костра. Я, слушая его, ибо выбора не было, направился к своим одеждам, гадая, что не порвется на плечах. Смерч тронул когтями подсвечник. Сердце пропустило удар. – Успокойся, я не собираюсь устраивать пожар. Не моя техника. А вот баланс у этой приблуды неплохой… Я покачал головой, выдыхая. Демон явно собирался дальше изучать мои владения, но задумался. А затем открыл дверь и метнул тесаки в стену напротив, чудом не задев рыцарей. Один из них побледнел и пополз по стене. Демону стоило развернуться, махнуть длинными бордовыми волосами, и двери захлопнулись сами. Его шаги были такими тихими, что я вздрогнул, когда услышал его из другого конца покоев. – Ты еще глупее, чем я думал, Рихт Бестолковый! Я с подозрением оглянулся на него. Смерч держал в черных когтях карту дворца. – Дал бы мне кто эту бумажку тысячу лет назад… Я отвлекся и медленно подошел ближе, чтобы взглянуть, что он заметил. Воин сверкнул алыми глазами и прищурился. Но все же он протянул карту мне, когтем указывая на отметки, куда били молнии. – Эви… догадалась использовать защиту от нечисти… – демон горько улыбнулся, открывая черные клыки. – Что? – я с непониманием посмотрел на его лицо. И опять не смог отвести взгляд. Веснушки. На темной красноватой коже были черные, как точки чернил, веснушки. – Нечисть не посмеет приблизиться к чистой энергии. Она сводит с ума… пусть у нечисти его и не много. Эви сообразила ударить по источникам молниями, чтобы энергия вырвалась и покинула это место… Я бы… не попал в ловушку… Демон оскалился, наблюдая за порезами на моих руках. Сердце ускорилось. Алые глаза встретились с моими. У Смерча дернулось веко. – Хватит, – утробно прорычал он. Ветер поднялся. По покоям закружились листы бумаги и свитки. Я сделал шаг назад, Смерч сделал два ко мне. В носу стоял запах железа. Я уже готовился к когтям на горле. К боли. К смерти. Но меня схватили за запястья и крепко их сжали. Только тогда я понял, что они трясутся. – Хватит стучать своим сердцем у меня в висках, – недовольно проворчал демон. И отпустил. Я проследил за спиной, что затем напряглась. Он разглядывал отвернутые к стене картины. Лишь одна упала. На ней была женщина удивительной красоты. На руках она держала ребенка с зелеными глазами. Я подошел ближе под пристальным взглядом. Я прислонил полотно обратно к стене и вернулся к поиску одежды. Демон молчал. Наконец-то. Я достал свободную рубаху, которую надевал для практики фехтования. Но я так редко туда ходил, что белоснежная ткань была совершенно новой. Свободные штаны для тех же недостигнутых целей. Я обернулся на демона. Тот пристально смотрел на меня, склонив голову. Длинная прядь упала на лицо, Смерч фыркнули и сдул ее. Теплый воздух достиг и меня. Я протянул свою одежду. Демон принюхался к ткани. Я отвел взгляд, совершенно не зная, что мне показывать. Достоинство? Возмущение? Одернуть его? Я же не бессмертный. Когда я вновь перевел взгляд на тело воина, в глаза бросились ребра, которые обтянула темная кожа. Вниз я смотреть не хотел всей душой. Поэтому вновь разглядывал причудливые веснушки. Волосы явно раздражали демона, они лезли ему в рот, путались в клыках и когтях. – Что вы сделали с одеждой? Я вздохнул и подошел ближе, чтобы осторожно выпутать из его когтей его же жесткие волосы, потому что обзор был закрыт рубахой со сложной перевязью, которую древний воин победить не сумел. Демон застыл, когда я его коснулся. Тишина. Сквозняк перестал трепать бумагу. А затем толчок. Ветер оттолкнул меня к стене, выбивая из груди воздух. Глаз Смерча вновь дернулся, оскал показал клыки, а когти удлинились. – Не смей меня трогать, Рихт.