Кровавый Смерч

Лис Гроза. Вестница перемен. Но она отступала. Временно. Темное небо все еще давило как свинцовые тиски. Кто бы мог подумать, что я, Лисандр Рихт, буду опасаться вспышки молнии в собственном доме. Вздрагивать при раскатах грома. Ожидать нападения, удара в спину. Взрыва или тихого убийства. Пусть лучшие преданные воины и защищали меня, но даже они гибли в сражениях. Они как могли держали под контролем южное крыло. Только южное крыло. Остальной дворец был разрушен, полы залиты кровью невинных людей, а стены изрисованы бурыми потоками. Такими же, какие сейчас были на моих щеках. Но я упорно вытирал слезы. Где-то внутри ребенок желал почувствовать касания матери. Тепло, защиту и нежность. Но моя мать бросилась в бой. Я буду нести ее память до последнего вздоха. Портрет этой сильной женщины в кабинете короля меня не отпускал. Пришлось снять картину и перевернуть изображением к стене. Я выгнал всех советников. Всю знать, что паниковали и жужжали, словно пчелы в улье. Я остался один. И в этой тишине я вспоминал, как отец, задыхаясь, мне сказал: – В лабиринте было тридцать душ. – хрипел он. – Не погибнет род, коль вернется кровь. Так говорил Вальтер… И сердце его перестало биться. В него ударила молния. Дыхание перехватило, руки сами потянулись к лицу, будто скрывая мой ужас. Я жалко бросился в укрытие, чтобы воевода Поборников в следующий миг не тронула меня. Чудом ее искрящиеся серпы меня не задели. Ее летающий угорь скользил в темных небесах, длинные плавники порождали молнии. Я благодарил богов. Эта тварь меня не нашла. Пришлось отступить. Каждый шаг от тела отца — мое падение. Но моя голова — единственное, что могло спасти от падения весь Мальгор. Бесчисленные свитки, карты, манускрипты. записи — все молчало. Ответа не было. Я не знал, что скрывалось в предсмертных словах. Но я упорно пытался найти даже ничтожное объяснение. Не ел, не спал, не отрывался от текстов на разных языках, пусть сами языки и были мертвы. Я не мог себе позволить отдых, пока мои подданные прятались от тьманесущих воинов. Я не слушал своих советников и воинов. Они убеждали меня забрать зачарованную карту и бежать через лабиринт под дворцом. Они молили меня отступить и скрыться, пока темное небо скрывало меня в тени. Но я не отступлюсь. Я — Рихт. Стук в дверь заставил меня в очередной раз закрыть красные глаза и схватиться за переносицу. – Что на этот раз? – Послы прибыли из Каэрона. Вам готовы дать укрытие, ваше Высочество, – сообщил мне советник моего отца. – Воины готовы вас вывести… – Нет. – Но вам нужно сохранить жизнь… – Нет, – твердо повторил я. Лорд прищурился. – Ваше мужество несомненно похвально. Но обстоятельства требуют… – Обстоятельства требуют вывести всех из дворца и беспрекословно исполнять мои приказы. Лорд обреченно покачал головой и вышел. Я устало рухнул на кресло, потирая подбородок с щетиной. “В лабиринте было тридцать душ”... Взгляд упал на карту, которой было больше тысячи лет. Я изучил ее вдоль и поперек. Рассматривал с разных сторон, искал текст на ощупь, пытался понять принципы, по которым лабиринт “живет”. Но постоянно эти извилистые коридоры вели к склепу. “Не погибнет род…” Если я ничего не предприму, то действительно погибнет. Думай. “Коль вернется кровь…” Лис, думай! Глаза вспыхнули надеждой. Я взял тонкое лезвие для вскрытия писем. Пустил кровь из пальца. Капля медленно текла по коже, словно издевалась надо мной. Словно запрещала мне дышать. Я уже клеймил себя безумцем, но разбившись о поверхность, кровь была подхвачена… стенами. Они кружились будто в танце, утягивая за собой мою кровь. Осталась алая дорожка. Я нахмурился. Вторая капля поползла немного в сторону, скрещиваясь в предыдущей линией. Третья, четвертая, пятая… Я сбился со счета. Коридоры лабиринта плыли в стороны, постепенно окружая склеп. Эти узоры ползли в стороны, я начал сомневаться в трезвости моего состояния. Я внимательно следил за всеми изменениями, что запустила моя кровь. Вихрь. Это был вихрь из стен лабиринта. А полоски крови вывели одно единственное слово: “Смерч”. Я вздрогнул и отстранился от карты. Вгляд мой метался из стороны в сторону. В голове вспыхнула старая легенда… Кровавый Смерч. Живой кошмар, которого победил мой предок — Вальтер. Я тряхнул головой, будто пытался проснуться ото сна. Бред. Причем тут он? Он погиб в лабиринте во время знаменитого сражения… Древний демон, чудовище, убийца, от чьего нюха смог сбежать только мой великий предок, бывший Поборник… Поборник. Опять я посмотрел на слово “Смерч” и схватился за голову. Судорожные поиски карты территории не прошли зря. Поборники не просто окружили дворец. Они нападали из выходов в подземный лабиринт. Наемники знали, как пробраться во дворец, который они разрушили. Но… Если они шли в лабиринт не ради захвата изнутри? Не требовали выполнения условий. Убивали, не задавая вопросы. Настигли мой дом, как стихийное бедствие. Исчезли как вспышка молнии. Но гром все еще стоял в моих ушах. Дыхание сбилось. Это ведь безумие. Но все сошлось. Я вылетел из кабинета и направился в библиотеку, провожаемый расспросами и попытками меня образумить. В руке я сжимал нож для писем. У нас было великое множество писаний о победе моего предка, о начале новой эпохи. Прочитать и изучать все я не успею. “В лабиринте было тридцать душ…” Без сомнений, это тридцать воинов Тридцать великих родоначальников, что отдали свою жизнь и память во имя заключения чудовища. А что мне искать? Исследовать гербы? Спрашивать их потомков? Молиться, в конце концов? Нужно думать, как они. Именно они нашли способ победить. Значит, нужно узнать их мышление. Узнать их жизнь. Мне нужна их биография. С трудом, но я нашел эти толстые книги. Как они не еще превратились в пыль, я не знаю. Пальцы осторожно перелистывали хрупкие страницы. Происхождение, власть, заслуги, обязанности, ошибки и просчеты. И каждая книга начинается со слов: “Воин Вальтера Рихта, одолевший Кровавого Смерча”. Я громко захлопнул тридцатую книгу и отложил в сторону. “Не погибнет род…” Я осмотрел гербы на кожаных переплетах. ”Коль вернется кровь...” С картой сработало. Я вновь пустил себе кровь из пальца. Ничего не происходило, и я нахмурился. Неужели я так глуп и наивен? Неужели настолько слаб, что цепляюсь даже за старые легенды? А что мне еще остается? Упала тридцатая капля. Кровь змеями поползла по тисненым узорам. В голове пустота, я не мог оторвать взгляд от происходящего. Смысла не было никакого. Просто линии. Но… они обрывались. Насколько я отчаялся, если сижу посреди библиотеки и собираю пазл из собственной крови? У меня не было догадок, какая здесь логика. Рисунка не получалось, это не цифры, не древние языки. Это просто… “Так говорил Вальтер…” Трясущимися руками я открывал последние страницы книг, разглядывая обложку изнутри. Моя кровь выписывала по одной строке в каждой книге. “Мы боялись этого дня…” “День наступил…” “Сила была не с нами…” “Хитрость оказалась нашей силой…” Подобное признание я даже и придумать бы не смог “Кровь привела врага…” “Враг принес кровь” “Смерч опасен…” “Спокойствие в смерти…” Какая-то бессмыслица. “Наша честь…” “Настало время…” “Пришла непогода…” “Мы одолели вихрь…” “Мы сохранили тишину...” “Слава ходит по землям…” “Суть была под землей...” Звучит уже привычнее. “Хозяина потерял ветер…” У ветра нет хозяина… верно? “Вихрь — кандалы…” Как воздух может сковать? “Оружие спрятано…” Полная глупость для воина. “Мощь идет за нами…” “Верхом на кошмаре…” “Со смертью в руках…” Неужели древние рыцари были так… не уверены в своих силах? “Мы заманили…” “Оставалось только ждать…” “И Смерч пришел…” Эту легенду о великой находчивости знает весь мир. “Заточили в камень чудовище…” “Оставили память потомкам…” “Породили надежду…” “И спрятали боль…” Подвиг в глазах народа. “Лабиринт ведет кровь внутрь…” Это то, почему то чудовище попало в ловушку. “Рихт найдет защиту…” Тишина оглушила. Мне оставалось наблюдать за частицами пыли в библиотеке. Пальцы разжались, выпуская переплет. С грохотом тридцатая книга упала на пол. *** – Окружить склеп! Вывести людей из подземных укрытий! Направить всех заклинателей на блокировку выходов из лабиринта! — рявкнул я своим воинам. Все поднимали удивленный взгляд и шептались о моей несдержанности. Я потратил несколько минут одиночества на восстановление дыхания. Просто катастрофа… До последнего не хотелось верить, что весь этот кошмар из-за изваяния в королевском склепе в сердце зачарованного лабиринта. Лабиринта, чьи стены на карте образовывали вихрь. Драгоценное время я тратил на размышления. Куда меня только не заводила мысль… И везде был тупик, который возвращал меня к склепу. Поборники идут вглубь, чтобы добраться до легендарного воина. И я не знал, что они захотят с ним сделать. Но я стою у них на пути. Мой род стоит на пути. Я посмотрел в окно. Гроза идет. Поборники приближаются. Я сжал кулаки до побеления. Иного пути нет. *** Раскаты грома слышались даже под землей, в тысячелетнем лабиринте, чьи стены расходились передо мной и вели к склепу. Пока я здесь, под дворцом, под небом гибнут от рук Поборников люди. Я сжимал челюсти до боли. Я не помню сколько раз разрезал ладонь кинжалом. Потому что моя кровь вела меня вглубь, как когда-то вела само чудовище в руки моего предка. – Выше Высочество, вы уверены? Это… это кошмар во плоти! – пыхтел придворный заклинатель. – Это последнее, что я могу сделать, – тихо ответил я. Мои быстрые шаги раздавались эхом. – У вас есть союзники, есть защитники… Зачем вам этот раб Ашерона? – последнее старик прошептал. – Он нужен не мне. Он нужен всем нам. Причитания заклинателя и его страхи я не слушал. В голове роились мысли о том, какое именно зло я освобожу. Что, если я потеряю контроль над таким рабом? Если его пробуждение разрушит все остатки покоя в мире? Насколько он будет силен после тысячи лет заточения? И вот они. Ворота. Витые ворота, которые охраняли по моему приказу. Воины мне поклонились. Скрип. Металл отворил проход, сразу же из склепа вырвался сквозняк, пробирающий до костей. Я сглотнул и кивнул бледному заклинателю. Старик сбивчиво читал заклинания на общедемоническом. То ли из-за незнания древнего языка, то ли из-за страха. Он повторял одно и то же несколько раз. Он плакал, он молил меня остановиться. И ничего не происходило. Но стоило мне разрезать кинжалом руку… Стены заходили ходуном. Ветер заглушал любые звуки и подхватил мою кровь, разнося запах по всему лабиринту. Пол вибрировал, надгробия предков раскалывались. А статуя древнего чудовища, застывшего словно в танце, начала оглушительно трескаться. Раскат грома. Стены начали осыпаться, поднялась пыль и каменная крошка. Заклинатель побледнел, седины на его волосах явно станет больше. Из трещин потекла густая темная жидкость. Кровь. Пол заливали лужи, но воздух подхватил и их. Образовалась воронка, которая сдирала с изваяния камень, как охотник шкуру со зверя. Мне пришлось сделать шаг назад, чтобы вихрь меня не задел. Воронка стала непроницаемой для зрения. Но в ней я увидел огромный силуэт. Мощные когти, длинные волосы, огромные клыки и… сердце, которое билось вместе с моим. Когда ветер стих, я… Я не мог не вознести молитву Вальтеру Рихту. Это…. существо на коленях совершенно не похоже на древнего могучего воина. С него будто содрали плоть. Были видны артерии и вены, телом были сгустки крови. В длинных бордовых волосах колтуны, черные когти разрезали каменный пол. Он оскалился, я увидел движения его мышц и черные клыки. Это жалкое чудовище и есть Кровавый Смерч? Но стоило ему поднять на меня взгляд… Взгляд алых глаз, горящий ненавистью и болью.