Все мы ангелы

Луна только-только ушла за горизонт, а молодой ангел уже сидел на своей кровати, исследуя новый предмет. Поздней ночью к нему пришëл Антон и отдал защитный артефакт единичного действия, который его попросили найти. Большую часть ночи они сидели на одной кровати, пытаясь понять, есть ли у них возможность сделать такие артефакты самостоятельно. Уже под утро Антон ушëл на впервые проводимую на базе вечеринку.   Оставшись наедине с новым предметом в руках, Арсений не прекратил попытки понять его устройство. Этот артефакт был хорошей возможностью защититься. Хоть он и не имел собственного сознания, но был достаточно сильным, потому что мог поглотить любую атаку среднего уровня. При том, даже если атака будет превышать возможности артефакта, он заберëт на себя всë, что может. Такая сила помогла бы ангелам в борьбе с серафимами, всë ещë являющимися основной опасностью. Единственной проблемой было то, что этот артефакт одноразовый. Он уничтожается вместе с атакой, которую поглотил. Поэтому Арсений хотел сделать много таких артефактов. Тогда у ребят будет не одна попытка спастись.   Из приоткрытого окна донëсся весëлый смех. Звуки радости были новыми для этой местности, а Арсений впервые за долгое время слышал их. Невольно его лица коснулась лëгкая улыбка, но она так же быстро исчезла. По сравнению с остальными, ему нужно работать. Нет, он понимал, что имеет полное право веселиться, но не хотел напиваться на вечеринке. Вместо этого Арсений проспал половину ночи, до прихода Антона. Такой отдых сейчас, в период сильных переживаний, ему ближе.   От выглянувшего солнечного луча, мягко прилëгшего на переполненную разнообразными записями кровать, Арсений повернул голову в сторону окна. Светает. Очертания яркого небесного шара игриво выглядывали из-за горизонта. Ангел невольно задумался о необходимости размяться, ведь не вставая сидел с артефактом и записями о нём уже пол дня. Во время сего мыслительного процесса в общей телепотической связи послышался диалог, в котором Серёжу спрашивали о щитах. Задумавшись о новой разработке ребят, ангел невольно забыл о своей идее. Когда ему всё же удалось вспомнить, о чём он думал, то она уже не казалась такой привлекательной. И вместо того, чтобы пройтись до гостиной и заварить себе кофе, он просто вытянул ноги и расправил крылья, меняя положение, в котором сидит. Вместе с тем Арсений пообещал себе, что в скором времени встанет и хорошо отдохнëт, но сам же знал, что не исполнит обещание. В полной тишине, прерываемой только отдалëнным смехом, он перевернул страницу, выискивая нужную информацию.   Внезапно утреннее умиротворение прервало шуршание, прозвучавшее совсем рядом с хозяином комнаты. В первое мгновение Арсений подумал, что его решил посетить Антон, ведь примерно с таким же еле заметным звуком он обычно телепортируется. Но когда Арсений поднял взгляд, то понял, как же сильно он ошибался.   Перед ним стоял тот, кого он ещё никогда не видел вживую, но часто обсуждал в компании друзей. Его физиономию Арсений встречал каждый день на разных рисунках и статуях, ведь эта личность была важна не только для ополченцев, но и для всех ангелов его Лиги. Перед ним предстал сам серафим Творчества.  Арсений успел только мельком оглядеть его белый балахон с засохшими пятнами краски, взлахмоченные седые волосы и выразительно выпячивающие уши. Почти сразу после появления что-то увесистое в руках гостя начало мерцать, ярким светом заполняя комнату. Кинув неопознанный предмет на кровать, серафим исчез, так и не сказав ни слова.   Всë происходило молниеносно. Вот, серафим появился, а вот, его уже нет. Вместе с его исчезновением свет, излучаемый предметом, дошëл до своего пика. В телепатической связи прозвучал чей-то крик, но ангел не успел понять ни слова, как был поглощëн неизвестной силой.   Он даже не успел понять, что умирает.   Но тут свет исчез, будто бы его и не было. Воцарилась тишина, теперь кажущаяся совсем не умиротворённой, а давящей и пугающей. Она была мëртвой. Не звучало ни смеха из приоткрытого окна, ни шелеста листьев, а первые лучи Солнца, до этого кажущиеся весëлыми и игривыми, вдруг стали невыносимо раздражающими и надсмехающимися. Комнату наполнили испуг и подавленность.   В полном шоке Арсений посмотрел на свою кровать, куда только что был кинут мигающий предмет. Теперь его там не было. Как и не было нового артефакта, дающего один шанс на спасение.   Кажется, только что Арсений использовал эту единичную возможность.    

*** 

  Ночь выдалась насыщенной. Первую её половину Серёжа провёл в окружении сокомандовиков и огромного числа коктейлей, которые делала ему Имане совершенно бесплатно. Ангельский организм не позволил потерять сознание от количества алкоголя в крови и полностью убрал похмелье, но зато оставил приятное чувство расслабленности. Впервые за долгое время ангел позволил себе широко улыбнуться и полноценно отдохнуть. Наконец-то он почувствовал себя живым.  Вторую половину ночи он провёл в лазарете, подменяя большинство медиков и позволяя им провести время на вечеринке. Ему и ещё трём ангелам остались на попечение двенадцать раненых, получивших урон во время внезапных атак противников. В принципе, он мог остаться тут один, но трое лекарей не захотели оставлять своих пациентов. Серёжа очень удивился такому своеобразному проявлению врачебной заботы, но спорить не стал. Арсений – далеко не единственный ангел, не являющийся приверженцем вечеринок в столь трудный период.  Лазарет не требовал постоянной работы с пациентами, состояние многих из них было почти под стать уровню здорового ангела. Именно поэтому у Серёжи выдалось свободное время, которое он потратил на создание щита, разработанного их защитным отрядом. Вчера вечером им наконец-то удалось создать купол, который удерживал все атаки, созданные внутри него. Такое заклинание позволяло сохранить целостность базы, что было важной проблемой в последнее время. Поразмыслив, Серёжа создал щит так, что его конец отходил от стены на расстоянии двух метров, тем самым запирая только центр комнаты. Обычно ангелы телепортируются точно в середину, а значит любая атака изнутри должна была пойти тоже оттуда.  В тот момент, когда из-за горизонта показались первые солнечные лучи, медики встали из-за своих мест, распределяясь по четырём комнатам для того, чтобы устроить утреннюю проверку пациентов. На удивление, Серёжа быстро осмотрел и подлечил всех, кто ему достался. Чтобы не тратить времени зря, он решил сделать ещё запасы святой воды. Она уходила в огромных количествах, потому что постоянно была нужна и отряду медиков, и отряду, работающему с информацией.   – Серёжа, тут Дима спрашивает, когда щитовики займутся защитой базы. – прозвучал женский голос в общей ментальной связи. По нему парень узнал командующую отряда наблюдателей (по-другому: работающего с информацией).  В это самое время Серёжа выливал воду из бутылки в чашу, а потому ответил не сразу:  – Ведь только утро... Дайте ребятам отдохнуть на вечеринке вместе с остальными... – последняя капля упала, и ангел откинул бутылку в сторону, заговорив без внезапных пауз, – А почему Дима сам спросить не может?  – Занят. Тут снова собрались все серафимы.  – Что-то говорят? – спросил заинтересованно кто-то из ополченцев, тоже подключённый к связи.  – Нет, опять...  На этом краткий диалог был завершён, все продолжили заниматься своими делами. Посреди тихого бормотания молитвы в гостиную вошла ангел, вгляделась в Серёжу и, стараясь не шуметь, прошла в сторону кухни, где в каждом шкафчике вместо съестного стояли бутылки со святой водой. Когда Серёжа закончил, то повернулся к ней и спросил:  – Тебе зачем?  – У пациента крайняя степень заражения тёмной энергией, белых перьев почти не осталось... – она сделала паузу, удручённо смотря на бутылку в руках, – Думаю, вдруг так я смогу помочь...  Сопереживание и отчаяние в глазах девушки отозвалось в сердце Серёжи ноющей болью. Многие врачи сильно переживают за своих пациентов, а безжалостная война не оставляет ни на ком ни одного живого места. Так и получается, что в военное время переживание врачей возрастает до небес. Поджав губы, Серёжа помолчал, думая, чем может помочь. Он знал того парня, о котором шла речь. Этот ангел был очень вспыльчив и в считанные секунды подвергся такой степени раздражения, что наполняющую его тёмную энергию уже никто не смог остановить. Если бы не вовремя подоспевшие врачи, он бы окончательно превратился в тёмную нечисть.  И тут Серёжу осенило.  Расплывшись в улыбке, он поднёс к татуировке на левой руке указательный палец правой. После нажатия на это место линия скрепки начала светиться красным, но быстро погасла, а прямо поверх рисунка появилась настоящая красная скрепка. Серёжа протянул её удивлённой девушке:  – Небольшой подарок от меня. Удача будет на твоей стороне, – как только ангел взялась за протянутый предмет, он добавил чуть громче, – Но... – она перевела взгляд со скрепки на него, всё ещё не переставая удивляться, – Не надо надеяться только на это. Тебе нужно постараться самостоятельно.  – Конечно, я понимаю. Я вообще не привы-...  Договорить девушке не дал внезапный шорох, раздавшийся за спиной повернувшегося к ней собеседника. Взглянув туда, она вдруг побелела и подалась назад в испуге. Комната озарилась ярким светом, но Серёжа так и не успел повернуться на его источник, лишь услышав крик Димы:  – Осторожно!..  Но уже поздно.  Свет был долгим и ярким. Серёжа чувствовал некую выбивающую силу, которая росла по мере роста свечения. Но постепенно всё прекращалось, а подавляющая энергия начала исчезать. Серёжа огляделся и только сейчас заметил, как барьер, окрасившись в голубой, постепенно растворялся. Самая ближайшая его часть была прямо в сантиметре от Серёжи.   Постепенно ангел стал осознавать, что произошло. Если бы он в одиночку не поставил ночью щит на комнату, если бы он сел чуть ближе к столу...  Ему вновь сильно повезло.   

*** 

  В эту ночь Дима впервые осознал, как близки ему стали эти ребята. Сидя на вечеринке со стаканом крепкого алкоголя, он нашёл себя весёлым, наслаждающимся жизнью. Улыбки ангелов, их игры и смех заставили парня вымести из головы тяжёлые размышления и оставить свободную пустоту. Обычно Диму радовало веселье членов семьи или близких друзей, он бы и подумать не мог, что эта огромная команда ангелов, собравшихся вместе из-за общего врага, заставит его почувствовать то же самое. От осознания такой близости с сокомандовиками Дима почувствовал только новый прилив счастья.  Может, как раз из-за этой крепкой дружной связи он уступил своё место на вечеринке, заменяя нескольких наблюдателей. Компания Ока тоже была неплоха. За это время они хорошо сработались и часто обсуждали какие-то вещи лишь из желания насладиться обществом друг друга. Ни Дима, ни Око не были болтливы, поэтому обычно их диалоги скудны на слова, но переполнены несказанным уважением. Артефакт уважал хозяина за его преданность, смелость и принципиальность, а он в ответ почитал стойкость, которую держал в себе предмет, проходя через тяготы жизни в аду. Они стали настоящей дружной командой, каждый член которой рад, что является её частью. И Дима знал, хоть Око никогда и не говорило это вслух: артефакт был рад, что когда-то давно предложил именно этому ангелу быть его хозяином. На самом деле, Дима и сам доволен таким стечением обстоятельств.  Под конец ночи серафимы решили устроить экстренное собрание. Конечно, Дима наблюдал за этим лично. Однако разницы никакой не было: пятеро пожилых ангелов сидели за одним столом и молчаливо переглядывались, очевидно, обсуждая что-то в ментальной связи. И всё же, ангел внимательно следил, пытаясь вычленить по изменившейся мимике или новым телодвижениям, о чём шла речь.  – Вчера вечером ты с друзьями обсуждал, что ваши ангелы, отвечающие за защиту, должны поставить внутренние щиты на каждую комнату здания. За ночь только Серёжа защитил лазарет. – вдруг подсказало Око, вырывая хозяина из внимательного наблюдения.  – Точно... Спасибо...  С момента их переезда в отдельную базу и становления командующими группы ополченцев, Око часто подсказывало Диме, что тот когда-то намеревался сделать. Парню приходилось работать с огромным количеством поступающей информации, и если бы не Арсений и Око, то в какой-то момент он бы забыл что-то важное, из-за чего появились бы ужасные последствия. Арсений в этом плане был ответственным за обработку и обдумывание всей информации, Диме даже не приходилось думать, что он увидел или услышал, он сразу пересказывал полученные данные. Око же выполняло роль своеобразного советчика, артефакт запоминал всё, что происходило с хозяином, и в нужный момент высказывал, что было бы лучше сделать прямо сейчас.  – Ты можешь на секунду отвлечься? – спросил Дима у единственной девушки, сидящей с ним в гостиной. Остальные четверо наблюдателей, отказавшихся от вечеринки, распределились по комнатам, им было удобнее работать в одиночестве.  – Да, сейчас... – протянула в ответ командующая отряда обработки информации. Вскоре она встала со своего места и подошла к парню, – Что такое?  – Проверь всех щитовиков. Если они так и не поставили защиту, то спроси у Серёжи, когда они этим займутся, хорошо?  – Конечно. – она так и не отошла, продолжая стоять около дивана, где расположился Дима.  Вскоре послышался диалог по общей ментальной связи, но Дима не обращал на него внимания, интересуясь только тем, что отображалось в его линзах. Серафимы всё также молча сидели на своих местах. Иногда кто-то из них стучал пальцем по столу или изменялся в лице, но всё это было стабильно и обыденно, как и несколько дней до этого. Однако сложно было не заметить, как активизировались серафимы. После нападения демона они стали собираться по несколько раз в день и обсуждать что-то, не говоря вслух ни слова. Это настораживало всех, не одного Диму, поэтому ангелы так старались узнать, что же обсуждают противники.  Но в этот раз что-то изменилось. Перемена была едва заметна, но приноровившейся в наблюдении Дима всё же смог кое-что вычленить. Пятеро серафимов сидели за большим овальным белым столом. Их фигуры, как всегда, были статны и изящны, под стать настоящим ангелам. Цепкий, почти хищный взгляд каждого перемещался с одного серафима на другого, скорее всего они переводили глаза на говорящего в данный момент. Однако сейчас серафимы не были как обычно расслаблены и горделивы, их физиономия, казалось, даже самая маленькая её частичка, была напряжена. Кроме того, некоторые неосознанно делали что-то ритмичное. Например, двигали ногой, выбивали ритм ладонью или водили большим пальцем туда-сюда по столу. Дима не был психологом, но прекрасно знал, что всё это – признаки стресса и нервозности.  – Ты заметил, да? – снова прозвучало Око, только в этот раз оно было более серьёзно, будто бы готово к бою. Эта привычка всегда ждать опасности осталась после работы со Змеем.  – Что заставило их так напугаться? – задал риторический вопрос ангел в ответ, вычленяя основную суть их общих переживаний.  Дима вгляделся в изображение ещё внимательнее. Пятеро серафимов. Овальный белый стол. Грация, изящество, гордость. Хищные, выдающие настоящую суть взгляды. Напряжённость. Неосознанные колебания. Стресс и нервы. Всё то же.  И тут, серафимы начали оглядываться друг на друга, будто пытаясь найти кого-то. Дима внимательно наблюдал, как все взгляды в конце концов свелись к одной личности, которую он сам ненавидел, наверное, больше всего: к серафиму Роста, директору школы.  Диме показалось, его сердце остановилось. Взгляд опасливо бегал по изображению, пытаясь найти ключ к разгадке. К чему был этот выбор? Почему именно серафим Роста? Что же будет дальше? Но ответы никак не удавалось найти. Обычно в таких ситуациях Дима советуется с Оком, но в этот раз он не успел сказать ни единого слова.  Вдруг все пять серафимов разом исчезли.  Повинуясь первобытному инстинкту самосохранения, Дима сразу же защитил себя, создавая сферу. В мгновение ока сориентировавшись, он придумал последовательность действий, которой будет следовать в этой странной ситуации. Первым делом он поставил под свою сферу девушку, всё ещё стоящую около него. Следом он собирался сказать в связь, что его насторожило:  – Осторожнее!..  Только и успел прокричать Дима, как в двух метрах от него появилась смутно знакомая фигура. У левого уха послышался испуганный «ой», отчего гость в издевательской манере растянулся в усмешке. Широкая улыбка, круглая голова, улыбающееся морщинистое лицо... Серафим Общения. Но больше всего привлекал не внезапно появившийся гость, а странно мигающий предмет в его руках.   Однако даже проанализировать эту картину Дима не успел. Серафим исчез так же быстро, как и появился. А вот яркий предмет остался. Комната наполнялась светом, а Дима отчётливо почувствовал, как какая-то сила пытается выбить из него и его заклинания всю имеющуюся душу. Но он так просто не сдаётся. Свечение всё росло, а вместе с ним росло и количество души, которое вкладывал Дима в сферу. Он обязан был выстоять, он обязан был сохранить сферу. Если не ради себя, то хотя бы ради Ока и девушки, прижавшейся к нему. Не зря ему дали большие запасы души.  Он справится.  Он и в правду справился. Свет резко исчез, оставляя после себя только пугающую тишину. Дима осмотрелся. Спокойно и пусто так, будто бы сюда никогда не телепортировались незваные гости. Первые лучи нового дня отражались от святой воды в стоящей на столе чаше. Солнечный зайчик на потолке игриво переливался, но Дима не разделял это веселье. Он перевёл взгляд на мелко дрожащую девушку, прижавшуюся к нему слева, и понимал, что чувствует себя точно так же.  Раньше он хотел умереть, но теперь ужасно боялся такого исхода.   

*** 

  Постоянная работа в обществе трудоголиков научила Антона нескольким приëмам. Он прекрасно знал, что и сам не являлся человеком, который умеет отдыхать, но всë равно старался помочь друзьям научиться расслабляться. В эту ночь был ещë один такой случай.   Когда яркая луна начала медленно опускаться, освобождая место для подступающего утра, Антон вышел из комнаты Арсения. Он настолько устал, что был готов заснуть прямо на мраморном полу, не доходя до собственной кровати. Тогда ему и стало понятно, что сейчас пришло время для отдыха. Выбирая между тихим сном и весëлой вечеринкой, он выбрал второй вариант.   Выйдя на улицу, он повернул направо. В ночной тишине, на лужайке среди умиротворённого леса пребывало настоящее веселье. Антон ещё не выглянул из-за угла, но уже слышал столько беззаботных диалогов и радостного хохота, что знал, он впервые увидит место, похожее на настоящий рай. Как часто бывает по пути к вечеринке, ангел заволновался, беспокоясь, вдруг его усталая неподвижность испортит остальным всё веселье.  Однако, когда Антон повернул и осмотрел лужайку, то понял, что ошибался. Открытое пространство от самой базы до границы защитного барьера и начала леса было заполнено беззаботными ангелами. На каждом из них красовалась хотя бы небольшая улыбка, которая, будто зараза, настигла и Антона. Ближе всего к нему расположились разношёрстные ангелы, разбившиеся на компании друзей. Все они сидели на мягкой траве и весело рассказывали разнообразные истории, делились сплетнями или просто шутили. Чуть поодаль, от середины лужайки до её правого конца, самого дальнего от Антона, заполняли пространство компании ангелов, играющих в разные подвижные игры. Кто-то играл в волейбол, создав сетку простой иллюзией, кто-то развлекал себя бадминтоном, а кто-то танцевал под задорное пение группы ангелов. Слева вдалеке стояло несколько рядов столов, расположенных в шахматном порядке. Каждый квадратный белый стол окружало множество ангелов, увлечённо за чем-то следящих или яро что-то обсуждающих. Там находились настольные игры. Некоторые из них были алкогольными, некоторые – азартными. Какие-то игры азартными сделали сами ангелы, например, Уно, Монополию или Алиас. С той стороны послышался чей-то раздражённый крик: «Я купил тот участок раньше тебя, гони сюда мой коктейль!» Антон усмехнулся, но понял, что ему и самому неплохо было бы выпить хоть что-то. Так сказать, влиться в компанию увеселившихся.  Чуть правее настольных игр, под тенью старого дерева, распластавшего свои широкие ветви в разные стороны, стояли кухонные шкафы со столешницей, взятые из гостиной в одной из квартир. За этой импровизированной стойкой расположилась темнокожая девушка. Она двигалась от одного шкафчика к другому, собирая ингредиенты в рядом стоящий блендер. Её тёмные волнистые волосы с небольшим запозданием двигались в обратную от её перемещений сторону. Вокруг стойки сидели ангелы, у каждого из них в руках были стаканы с разноцветными напитками. Некоторые тихо переговаривались друг с другом, но основной задачей каждого, конечно, было напиться до беспамятства. Антон этого желания не разделял, но всё же хотел чуть расслабиться со стаканом в руке. Именно поэтому он подошёл к девушке, широко улыбнулся и сел на свободный стул около стойки:  – Привет, Имане. Как себя чувствуешь?  Девушка повернулась и тоже сдержанно улыбнулась. Как бы неэмоциональна она ни была, Антон всё равно каждый раз мог разглядеть в её тёмных глазах радость встречи.  – И тебе привет, Антон. Всё же удосужился почтить нас своим присутствием?  – Да, выкралось небольшое окно, – он кивнул, хмыкнув, – Вот и решил сделать перерыв.  – Ну и правильно. Все мы должны отдыхать.  – Да, ты права... Слушай, – Имане заинтересованно посмотрела на парня, закинув последний кусок лимона в блендер и закрыв крышку, – Ты пацанов не видела? Я в этой толпе не могу их разглядеть, – он повернулся назад и осмотрелся, подтверждая свои слова. Ни Димы, ни Серёжи поблизости не было. Усмехнувшись, Антон добавил, – Даже с высоты своего роста.  Имане тоже ухмыльнулась. Осмотрев лужайку за спиной Антона, она покачала головой:  – Извини. Я видела Диму и Серёжу ещё до полуночи. Они вдвоём подошли ко мне и попросили налить им. Арсения я вообще не видела.  – Да, Арс не приходил. Не захотел.  – Зря. Я бы, может, бесплатно налила ему что-нибудь прикольное.  Увидев молчаливый согласный кивок Антона, девушка нажала на кнопку включения блендера. На этом диалог на время приостановился. Наблюдая за продуктами, звучно перемешивающимися в пластмассовом контейнере, Антон прислушался к диалогу двух ангелов справа от него. Те обсуждали какую-то бессмыслицу: ремонт их квартир, желания на Рождество и какие-то легенды. «Скорее всего, примерно так же здесь сидели Серёжа и Дима», – подумал Антон, переставая зацикливать внимание на бессмысленной болтовне. Он уже понял, что друзья, скорее всего, ушли, решив заменить других ребят, которые были обязаны не покидать свои места в эту ночь. Конечно, Антону немного обидно, что никто его не дождался, но на вечеринке было много других ангелов, с которыми можно неплохо провести время.   Как только звук блендера затих, Антон продолжил диалог, переставая оглядываться на ангелов рядом:  – Вообще, хочу сказать, что эта вечеринка просто удивительна. Вы собрали все игры, мебель, алкоголь, подготовили площадку и договорились со всеми всего за один день. Не думал, что вам удастся сделать всё так быстро.  – Это в меньшей степени моя заслуга, – Имане пожала плечами, через сито выливая содержимое блендера в шейкер, – Почти всё это сделал Алекс.  – Не приуменьшай свой труд.  – Я этого и не делала, – добавляя в железный стакан ещё несколько разноцветных жидкостей, ответила она. Закрыв содержимое крышкой, она начала двигать руками вверх-вниз, перемешивая, – Вся наша команда в этот раз была под его чутким руководством. Алекс бегает, как в задницу укушенный целый день. Хочет, чтобы этот небольшой праздник прошёл идеально.  – Даже сейчас? – Антон поднял брови в удивлении, невольно следя за действиями девушки.  – Ага.  – Но тут всё идеально! Куда ещё лучше?  – Понятия не имею, – она легко пожала плечами, открыла шейкер и вылила содержимое в стакан, – Последние два года, находясь вместе с нами под гнётом учителей, Алекс сильно проникся теми праздниками, что мы тайно устраивали. Он видел, как сильно это помогает ангелам держаться.  – Правда? Он тебе сам сказал об этом?   Антон заинтересовался. Последнее время всё так быстро закрутилось, что у него не было никакой возможности откровенно поговорить с Алексом и узнать его получше. Поэтому теперь он пользовался возможностью выяснить хоть что-то от его друзей. К тому же сплетни в этой школе намного интереснее человеческих.  Имане хмыкнула, глянув на парня выразительно насмешливым взглядом. Насадив на стакан разрезанную клубнику, она ответила:  – Я бармен. Я много про кого знаю.  – А, ну да... – Антон кивнул, – Что ещё можешь про него рассказать?  – Это допрос? – она поставила стакан перед Антоном, удивлённо посмотревшего на неё, – Пей, парень.  – Просто так? Без всяких поручений и всего такого?  – А что, хочешь помочь?  – Я думал, что придётся...  – Ну, я могу устроить, – нагло улыбнувшись, она посмотрела на его изменившееся лицо, после чего тихо посмеялась, – Но не буду. Считай, что это моё спасибо за то, что ты делаешь для всех нас.  От такой откровенности Антон опешил и даже не знал, что сказать в ответ. Решив лишний раз не показывать себя дураком, он просто забрал свой коктейль и сделал глоток из розовой трубочки.  – М... – он отодвинул голову от напитка, облизав губы, – Как всегда очень вкусно, спасибо. Что за коктейль?  В карих глазах девушки Антон разглядел благодарность. Он понял, комплимент ей понравился.  – «Тихий океан». Пробовал когда-нибудь такой?   – Может и пробовал, – он пожал плечами, состроив незнающее лицо и улыбнувшись, – Знаешь, как это бывает, пробуешь сначала что-то простое, типа «Кровавой Мэри», потом идёшь дальше по списку, а на следующее утро уже и не помнишь, что было после того первого заказа.  Имане хмыкнула, услышала от ангелов рядом с Антоном просьбу сделать что-то прикольное и переключилась на них, как обычно пытаясь узнать, что ребята дадут ей взамен за напиток. Попивая коктейль с небольшой кислинкой, ангел смотрел на яркие звёзды на небосводе, размышляя, сколько ещё будет таких прекрасных спокойных ночей. Ему очень нравилось всё, что окружало его в этот момент, и он совсем не хотел, чтобы это заканчивалось. Чтобы продолжилась эта отвратительная война...  – О чём задумался? На тебе прям лица нет.   На свободный стул справа от Антона приземлился Алекс. Его лицо как обычно было украшено широкой улыбкой, а глаза блестели немного детским, но таким живым весельем. Антон повернулся к новому собеседнику, выдавив улыбку:  – О жизни.  – Как-то слишком грустно ты выглядишь для того, кто думает об этом. Выше нос, парень! – он по-дружески ударил его в плечо, – Я не разрешал впадать в меланхолию на этой вечеринке!  – Тогда я, получается, нарушитель?  – Ну если ты хочешь, чтобы тебя так звали... – несколько мгновений он серьёзно думал, после чего рассмеялся, – Да забей, я не ставлю ни перед кем рамки.  – Я и не переживаю.  Антон внимательнее осмотрел собеседника. Броские движения руками и искрящаяся радость будто сочились из парня, наполняя его обычную внешность – русые волосы, серо-зелёные глаза, светлая кожа – изюминками, присущими только ему. Антон всегда был проницательным и часто по телодвижениям или мимике угадывал настроение людей, поэтому ему удалось заметить несколько сигналов. Во-первых, продолжительные взгляды на один предмет, будто Алекс очень долго о чём-то думал, а потом заставлял самого себя возвращаться в реальность. Во-вторых, броские движения были несколько вялыми. В-третьих, улыбка чересчур широка. Сложив все сигналы вместе, Антон сделал вывод, что его собеседник сильно устал. Сразу после ангелу вспомнились слова Имане: Алекс на ногах больше суток и тратит все свои силы на проходящую вечеринку. Тогда усталость вполне очевидна.  В то недолгое время, в которое между ними воцарилась тишина, Антон придумывал, как можно помочь другу отдохнуть. Тогда-то и пригодились знания, полученные за весьма долгую жизнь в постоянно трудящемся обществе.  – Слушай, Алекс.  – М? – он даже не повернул голову, задумчиво глядя на старое дерево.   Сейчас парень был очень похож на существо, которое только-только проснулось и никак не может понять, что вообще происходит. Заметив это сходство, Антону пришлось сдержать улыбку, чтобы не испортить момент.  – У меня есть возможность получить безлимитные коктейли... Ты что хочешь? «Кровавую Мэри», «Пина коладу» или, может, «Тихий океан»? Последнее, кстати, очень советую, – он указал взглядом на полупустой стакан в правой руке, – Мне нравится.  Пока Алекс пытался осознать, о чём его спрашивают, Антон мельком глянул на Имане, а точнее на её лоб, и воспользовался заклинанием разума:  – Глянь сюда.  Девушка, прерывая смешивание ингредиентов, развернулась. В её глазах промелькнуло непонимание, но, увидев усталого Алекса, как обычно скрывающего всё за маской веселья, она поняла:  – Он непоколебим. Ты ни за что не заставишь его отдохнуть.  – Спорим?  – Я бы взял попробовать то, что ты сейчас пьёшь, оно и в правду выглядит интересно... – он ответил на нужный вопрос, отчего Антон ошибочно начал думать, что уже добился своего, – Но... – от одного из столиков с настольными играми послышались недовольные крики, Алекс прислушался к ним, – Извини, я не могу с тобой выпить... Тут так много дел... – Антон успел заметить в чужих глазах нотку тоски. Было понятно, парень отказывается от предложения с неохотой. А значит его можно дожать. К счастью, он так и не встал со своего места, такая возможность осталась.  – Ты уже проигрываешь. – послышался насмешливый голос.  – Ничего, это временно... Ну так поспорим?  – Как хочешь. Если выиграешь ты, то я сделаю коктейль не только ему, но и тебе.  – В двойном объёме.  – Не лопните? – она укоризненно подняла бровь от такой наглости.  – Не-а. – Антон в ответ мельком глянул на неё, расплываясь в нахальной улыбке.  – Если выиграю я, то ты будешь перетаскивать все столы с этой вечеринки, когда она подойдёт к концу, – перевела тему она, молчаливо соглашаясь на условие, – Идёт?  – Окей. Смотри и учись.  Антон теперь вообще не обращал внимания на Имане, а та повернулась обратно к столику, где смешивала ингредиенты, только теперь девушка внимательно слушала, какой был диалог у двух парней. Алекс в то время смотрел в сторону какого-то конфликта, в очередной раз сложившегося у пьяной компании за игрой в Уно. Антону сразу стало понятно, если он не сделает что-то прямо сейчас – спор будет проигран.  – Алекс, хей.  Он повернулся и вопросительно посмотрел на него.  – Забей ты на них. Настолки никогда не обходятся без хотя бы небольшой ссоры, – Алекс нахмурился, а Антон жизнерадостно улыбнулся, похлопав его по плечу и залпом допивая свой коктейль. Первые два правила выполнены: показать, что внимателен к человеку и повторить его манеру общения, – Вот сам посуди, будет ли всем нам лучше, если ты станешь уставшим и озлобленным?  – Нет, не будет, – он замотал головой, – Но я не бываю злым...  – Злость – такой же фактор нашего настроения, как и многие другие. Усталость всегда следует за ним. Ты просто не сможешь постоянно скрывать своё состояние, так что, может, тебе лучше остановиться сейчас и просто взять перерыв? – ещё два правила в кармане. Сильные речи и разговоры о будущем. В каком-то смысле Антон почувствовал себя торгашом, многие из них продают что-то втридорога такими же методами, – Вот просто представь. Мы сидим там, на поле, – он махнул рукой в сторону, где сидели ангелы и разговаривали на разные темы, Алекс на мгновение глянул туда, – Разговариваем о всяком. Ты рассказываешь мне что-то сокровенное, я в ответ делюсь секретами. Над нами звёзды, а вокруг нас несколько коктейлей. Разве не здорово?  – Здорово... – Алекс вздохнул, поджав губы, – Но меня не оставят в покое. Без меня ребята не справятся.  – Не справятся? Ты что, не веришь в них? – Антон громко рассмеялся, по-дружески ударяя парня в плечо, – Они умные ребята, найдут, что делать. Да, Имане?  Девушка посмотрела на них, немного удивившись, но тут же кивнула, говоря:  – Два года назад мы и так справлялись без тебя.  – Вот видишь!  Алекс посмотрел на Антона, потом на Имане, потом снова на Антона. Несколько мгновений он размышлял, взвешивая все за и против. В то время Антон думал, что всё, сейчас парень откажется и уже не будет больше смысла уговаривать. Придётся таскать мебель...  – Ладно... Но только недолго.  Антон широко улыбнулся, победоносно глянув на Имане. Та, ухмыльнувшись, покачала головой и, пробубнив что-то, принялась за работу.  – Ну и молодец! Так и надо! Что тогда попробуешь?  – То же, что и ты.   В течение непродолжительного времени парни разговаривали о разных бессмыслицах, откидывая все ссоры и важные проблемы куда-то в сторону. Они чувствовали себя свободно, говорили обо всём и при этом ни о чём. С их стороны иногда слышались удивлённые восклицания или задорный смех, которые прекрасно соединялись с общим гулом, витающим по площади лужайки. Им обоим впервые за долгое время было так весело и хорошо, ведь казалось, что такое настроение и эти разговоры, плавно перетекающие из одной темы в другую, никогда не закончатся. Рассказ Алекса об удивительном случае на одной из вечеринок прервался стуком четырёх стаканов о стол.  – Четыре? – в удивлении просил так и не узнавший о споре ангел, – Почему?  Имане молчаливо пожала плечами, чуть улыбаясь. Мимолётный взгляд её карих глаз на Антона буквально сквозил благодарностью. Скорее всего он первый, кому удалось уговорить Алекса.  – Ну и ладно, – ангел пожал плечами, – Спасибо.  – Да не за что. Тут два «Тихих океана», «Секс на пляже» для полюбившего его Алекса и «Маргарита» для Антона, которая, думаю, ему понравится.  – Понял, спасибо! – Алекс широко улыбнулся, встал со стула и взял два своих коктейля, – Пойдём?  Антон поймал быстрый взгляд Имане и ответил:  – Ты пока найди самые удобные места, а я сейчас подойду.  Когда Алекс удалился, бармен подошла к Антону, улыбнувшись:  – Ты настоящий волшебник.  – Все мы тут в каком-то смысле волшебники, если считать духовную силу магией, – Антон беззаботно пожал плечами, – Я сам тот ещё трудоголик, поэтому мне было не сложно.  – Это хорошо. Я правда рада, что он наконец отдохнёт, – девушка долгим взглядом наблюдала, как Алекс ходит по лужайке среди рассевшихся групп ангелов и пытается найти пятачок, где они смогли бы присесть, – Алекс всегда пытался помочь всем вокруг. Устраивал вечеринки, защищал каждого. Потом пришли вы и стали вытворять такие вещи, что никому раньше и не снились. Алекс так этим воодушевился, что когда вы назначили его командующим, он окончательно перестал заботиться о самом себе...   – Я и не заметил... – Антон нахмурился, мельком глянув в сторону обсуждаемого ангела, – Он совсем перестал общаться с друзьями?  – Да. Это меня и тревожило больше всего, – Имане кивнула, на миг её лицо исказилось переживанием, которое она решила скрыть, взяв тряпку и начав вытирать столешницу, – Поэтому я тебя и благодарю.  – Не за что. Ты говори, если будут такие случаи. Переутомлённые ангелы нам не нужны.  Имане снова кивнула, после чего Антон встал, взял свои коктейли и удалился в полной задумчивости. Он проходил сквозь смеющихся ангелов, пытаясь никого не задеть, но при этом всё ещё обитал где-то там, в своих мыслях. Много ли таких, как он или Алекс, которые, не задумываясь о себе любимом, стремятся изменить мир к лучшему? Как быстро определить таких людей? Как сделать так, чтобы все они стали заботиться о себе? Антон знал, переутомлённые бойцы никуда не годятся. А они прямо сейчас на войне. Нельзя вот так просто лишаться столь большой мощи.  – Опять думаешь о жизни? – беззаботно спросил Алекс, сверкнув проницательным взглядом.  – Типа того, – Антон выдавил улыбку, – Роль командующего наложила свой отпечаток.  – Знаешь, это немного не честно, – Алекс наблюдал, как парень опускается около него, предварительно поставив стаканы неподалёку, – Я, значит, отказался от роли главного, перестав руководить вечеринкой, а ты продолжаешь думать о глобальных целях войны?  Антон хмыкнул, чем вызвал и у Алекса небольшую улыбку:  – Да, ты прав, это не очень честно.  – Вот и я про то же! – сделав глоток любимого коктейля, Алекс перевёл тему, – Лучше расскажи, откуда вы вчетвером свалились со своим кредо «ломаем все устои, но выходим сухими из воды».  Мгновение смотря на парня, Антон залился смехом:  – Как ты точно описал, ха-ха... – когда последние смешинки слетели с его рта, он вздохнул, поставил руки за спиной и откинулся на них, глядя на усыпанное звёздами небо, – Мы вчетвером были комиками в России. Ты, наверное, знаешь об этом... – конечно же Алекс знал, ведь был таким же общительным, как и Антон, а значит самым первым узнавал все сплетни и разговоры школы, – Кое-кто... Поспособствовал нашей смерти... Мы все попали в аварию, когда ехали на свой же концерт. Так и оказались здесь.  – Понятно... Ничего необычного, я даже немного разочарован, – он вздохнул, переведя взгляд с Антона на ночное небо, – Не похожи вы на обычных ангелов.  – Оно как-то само, знаешь... – Антон хмыкнул, – В самом начале, попав сюда, мы поклялись, что сделаем всё, чтобы быть обычными ангелами. Как-то устали от постоянного внимания, хотели хоть немного вспомнить, что такое обычная жизнь.  – Но потом пришло Распределение?  – Но потом пришло Распределение, – он кивнул, без разбора взял один из своих коктейлей, сделал глоток и продолжил, теперь смотря на группу веселящихся перед ним девушек, бурно обсуждающих что-то, – Ты же понял, что это всё произошло само? Мы даже не знали тогда, как задействовать силу.  – Да, я так и предположил. Ваши удивлённые лица – это что-то... – он посмеялся, после чего по-детски обиженно добавил, – Знаешь ли, я из-за вас проиграл ту ставку.  – Ну кто мог знать, что Серёжа пойдёт в Бизнес? Я и сам этого не ожидал. Из него так себе бизнесмен со всеми этими машинами и казусами...  – Машинами?  Антон фыркнул:  – Да так, спросишь у него как-нибудь, когда возникнет время... – мельком глянув на задумчивую фигуру Алекса, ярко выделяющуюся своей светлой одеждой среди тёмных ночных пейзажей, Антон спросил, – А ты сам откуда?  – Телевидение, – беззаботно ответил ангел. Он, как и Антон, почти окончательно отпустил прошлую жизнь, сосредоточившись на нынешней. Сложно было думать о прошлом, когда находишься на войне, – Вёл смешную развлекательную передачу, задавал вопросы гостям. Я не был комиком. Скорее интервьюером или журналистом. Ну, при этом имел своё шоу на телике. Неплохо, да?  – Тогда мы, получается, в каком-то смысле коллеги?  – Ну типа того.  Они, улыбнувшись друг другу, пожали руки, с артистично серьёзными видами «приветствуя» друг друга словом «коллега». После этого парни молча выпили. Алекс продолжил.  – А умер я даже немного смешно. Уже пожилой пошёл на передачу, где часто пугают. Заработал инсульт, а откачать так и не успели.  Антон не смог подавить хохот, поэтому громко рассмеялся:  – Как-то не очень продуманно с твоей стороны. Ты даже не вспомнил, что пугаться в преклонном возрасте не надо?  – Я не особо считал себя старым, знаешь ли... – Алекс тоже улыбнулся, – Это сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что семьдесят пять – это довольно много.  – Это дохуя.  – Ну или так...  Они захихикали и почти одновременно отпили. Антон чувствовал себя живым. Откровенные разговоры где-то близ вечеринки со стаканами в руке – вот, что и в правду показывает всю прелесть существования. Ещё и это спокойствие природы, отсутствие какого-никакого ветерка и медленно прячущаяся луна... В общем, Антону становилось всё лучше и лучше. И не ему одному.  Постепенно ночь сменялась утром. Ребята продолжили разговаривать, неспеша потягивая коктейли и наблюдая за всё ещё бурно отдыхающими ангелами. Вот так, вдвоём, они чувствовали себя свободно и непринуждённо. Никто особо не затрагивал по-настоящему важные темы: количество раненных, нехватку кадров и отсутствие хотя бы какого-то умения в ведении войны. Просто не хотели. Просто не видели в этом смысла. Отдыхать нужно не для того, чтобы обсуждать свои проблемы, а для того, чтобы хотя бы на миг отвлечься от них. Никто не переставал улыбаться, а Антон с ужасом заметил, что его живот предательски болит от переизбытка смеха. Отмахнувшись от неприятных ощущений мыслью, что так он накачает пресс, ангел продолжил перекидываться с Алексом шутками.   И всё бы ничего, но первые яркие солнечные лучи показали себя сквозь извилистую дорожку веток. Постепенно наступало утро. Светало.  Прямо перед смеющимся от очередной шутки Антоном появилась высокая белокурая женщина с большими голубыми глазами. Всего за мгновение, в которое он успел её увидеть, получилось узнать серафима Здоровья. Удивлённая мысль ещё не настигла его, а женщина уже исчезла, оставляя на своём месте, прямо в ногах Антона, сияющий предмет. Яркий свет разрастался, забирая вместе с собой силы всех, кто находился слишком близко к предмету. В особенности быстро увядала душа Антона, почти касавшегося его ногой. Он так и не успел ничего сделать, испуская последний дух.   Все, кто был близко к предмету, упали. Только тогда свет прекратился.   

*** 

  Алекс всегда знал, что война не оставляет просто так. У неё нет отдыха, нет паузы, нет сожалений. И всё же, он попытался создать счастье. Ещё два года назад ему удалось выучить урок: вечеринка – лучший способ расслабиться на излишне серьёзных и суровых Небесах. Поэтому именно этот способ сделать всех весёлыми он выбрал, когда в очередной раз заразился идеей помочь сразу всем.   Он любил ощущение, рождающееся, когда он помогает другим. Поэтому в той, ещё человеческой жизни, все пожертвования на его шоу уходили в детские дома или приюты. В какой-то момент Алекс развил в себе стойкость и храбрость, после чего стал незаменимым помощником. Он был нужен всегда и везде. И его всё устраивало.  На Небесах было чуть по-другому. Помощь нужна была каждому, но оказывать её открыто тут нельзя. Тогда-то он и познакомился с Уиллом. Белокурый паренёк быстро увидел в нём хорошие задатки и предложил участвовать в их авантюрах. Алекс познакомился с вечеринками и до беспамятства влюбился в них. Нет, конечно, раньше он тоже присутствовал на подобных мероприятиях, светская жизнь наградила его этим сполна, но до момента вознесения на Небеса Алекс и подумать не мог, как важны могут быть такие мероприятия.  И он снова стал помогать. А потом узнал, что этого недостаточно. Пришли четыре новеньких и стали ломать все правила и показывать окружающим, что можно не мириться с общепринятыми порядками. Раньше Алекс и предположить не мог, что пойти против директора вообще возможно, но теперь... Он не без помощи избежал суда и получил новую цель: помочь поменять все здешние правила. В этот раз он не был главным или в составе команды руководителей, однако всё равно видел, что его дела приносят пользу. От этого чувства пробирала улыбка, а кончики пальцев начинали еле заметно подрагивать.   Помощь другим стала наркотиком, но Алекс не считал свою зависимость страшной.  Он в очередной раз помог всем, устроил эту вечеринку и впервые за долгое время увидел на лице каждого ангела улыбку. Это была замечательная ночь. Но утро оказалось не самым лучшим. Алекс не знает, как не потерял сознание. Скорее всего во всём виноваты не прекращающиеся тренировки, начавшиеся с переезда на другой остров. Но даже так, с натренированной душой, он растерял почти всё, а потому с трудом мог двигать даже глазами.  Вокруг царила паника. Взрыв задел не только его и Антона, но и ещё около десятка человек. Четверо из них лежали без сознания, вокруг них столпились остальные, пытаясь хоть чем-то помочь. Ангелы со всех уголков побежали в их сторону, но в какой-то момент остановились. Посередине поля появился серафим. Опять.  Снова взрыв. Снова паника. Ангелы падали прямо на глазах Алекса, отчего его сердце непроизвольно сжалось. Хотелось помочь, подсобить хоть чем-то... Но он был ранен. Он умирал и уже не мог нормально передвигаться. Зато имел возможность наблюдать.  Этот раз был необычный. Серафим Роста, директор школы, остался на месте, закрыв себя щитом от взрыва. Алекс вгляделся в его морщинистое лицо, в переполненные злостью глаза и вдруг понял: серафим смотрел на бездыханное тело Антона. На мёртвое тело их командира. Алекс вдруг подумал, что это конец, они проиграли. Как же сильно он ошибался...  – Слушайте сюда, несносные глупцы! – крикнул он громко и величественно, с помощью души усиливая звук своего голоса, – Это последний момент одуматься! Мы ждём то время, пока солнце выходит из-за горизонта. Когда рассвет окончится, в сиё место направится наша небесная армия. Вам не пережить этой битвы!  И исчез, оставляя лужайку в полной тишине, с господствующим шоком.  Но Алекс знал, времени на эмоции у него нет. Дела серьёзнее, чем все они предполагали. Это не просто нападение – это предупреждение об их скором крахе. Гениальный ход, деморализующий всех ополченцев. Как командующий отрядом ближнего боя, как ученик небесной школы, как просто очень ответственный ангел – он был обязан помочь всем хоть чем-то. Нужно было спасти каждого, оставить их в живых.  Однако Алекс не мог. Он не был, как они. Не был таким смелым революционером, не был искусным бойцом или обладателем Удачи. Алекс был обычным ангелом, таким же простым, как и сотни других ангелов. А значит сам он никому не поможет, не спасёт ни одну душу.  И тут его осенило.  Он посмотрел на бездыханное тело, грудь которого уже не вздымалась, кожа немного побелела, а крылья неестественно распластались рядом, теряя прежний яркий цвет. Он может помочь одному ангелу, который уже в состоянии спасти остальных. По сравнению с ним Антон особенный, важная фигура на шахматной доске. Значит тут и думать не надо.  Алекс не мог двигаться, поэтому у него не было возможности нормально приблизиться. Зато был шанс достать до тела крыльями. Он потянулся ближайшим крылом к Антону, но его самого начало клонить в сторону движения. Парень не выдерживал нагрузки, созданной обязанностью сидеть ровно. Когда он понял, к чему всё идёт, то всё равно не стал ничего предпринимать. Светлое крыло с еле видным зелёным отливом коснулось лица Антона. «Есть!» – возликовал ангел, сразу после этого упав лицом прямо в землю. Он так и продолжил лежать, лишь немного повернув голову для того, чтобы иметь возможность дышать.  Не обращая внимания на крики и плач, на топот чужих ног и разговоры по связи, Алекс сосредоточился на душе, которую стал передавать Антону. Да, он умер, но мозг жив ещё какое-то время, а значит если постараться, то можно обойтись комой или клинической смертью. Нужно только... Постараться... Мысль о живом мозге навели Алекса на раздумия. Антон должен знать, что происходит, чтобы сразу начать действовать. Алекс должен помочь всем, чем сможет. А потому совсем-совсем незаметную часть души он потратил на то, чтобы оказаться в разуме друга. Всё остальное он продолжил передавать, но его сознание при этом было уже там, глубоко в голове Антона.  Тут красиво. Зелёный луг с высокой травой, несколько летающих над ним бабочек, яркое солнце. Спокойно и умиротворённо, но очень живо и ярко. Антона долго искать не пришлось, его высокая фигура стояла прямо посреди пространства. Парень закрыл глаза и ни на что не реагировал. Но он дышал. А раз дышал, значит был жив. Алекс со всех ног побежал к нему, перепрыгивая неровности земли и совсем не замечая ничего вокруг:  – Антон!  Он не реагировал, но это не был повод сдаваться.  – Антон, очнись!  Ни единого звука. Алекс попробовал вновь. В этот момент он уже добежал и схватил парня за плечи, сильно тряся:  – Антон, открой глаза, прошу тебя!  Медленный вдох. За ним ещё один, потом ещё... Сначала Антон нахмурился, совсем не радуясь яркому солнцу, но всё же открыл глаза, повинуясь знакомому голосу. Он какое-то время смотрел на парня перед ним, не совсем понимая, кто это такой, но вскоре всё встало на свои места:  – Алекс? Что ты тут делаешь? Где мы? – он огляделся, анализируя пространство. Оно было очень знакомо, даже слишком знакомо, – Это мой разум?  – Он самый. Извини за вторжение, но мне нужно с тобой поговорить.  – О чём? Что-то случилось?  – Да. Ты умер.  – Что?.. – Антон нахмурился. Он не помнил этого, совсем не помнил, – Но почему тогда я...  – Твой мозг какое-то время жив. Но это не важно, – Алекс замотал головой. Он говорил быстро и слаженно, совсем не тратя время на эмоции и дыхание. Ангелу уже не нужно было показывать свою личность, ведь скоро от неё совсем ничего не останется, – Слушай меня. Это очень важно.  – Что такое? – Антон в миг посерьёзнел, осознавая, что всегда улыбчивый паренёк стоит перед ним без тени эмоций.  – После твоей смерти произошёл второй взрыв. Пришёл директор, сказал, что, когда закончится рассвет, они придут и нападут всей своей армией. Тебе и парням нужно защитить всех от этого.  – Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах, – Антон кивнул, внимательно рассматривая серо-зелёные глаза напротив. Что-то ему не нравилось, – Мы знали, что когда-нибудь что-то такое произойдёт.  – Да. И это хорошо.  Алекс кивнул, позволив себе немного улыбнуться. Не только потому, что Антон в скором времени поможет всем, но ещё и из-за ощущения, что остались совсем песчинки силы. Скоро он передаст все свои небольшие запасы, а с ними Антону уже помогут врачи. Дальше парень справится, нужно только оживить его.  – Тогда я пойду? – он наклонил голову в бок, а в серо-зелёных глазах пролетела печальная птица надежды, – Порви там всех за меня, хорошо?   Алекс развернулся и пошёл прочь с этого луга, совсем не смотря на пролетающих мимо капустниц. Он бежал оттуда, бежал, куда глаза глядят, лишь бы не видеть пронзительный взгляд зелёных глаз. Ему нужно было поскорее скрыться, чтобы перестать ощущать это отвратительное чувство совести. Впервые пробудившейся вины за спасение.  Удаляющаяся в неизвестность фигура вдруг пробила Антона на дрожь. Он сделал шаг вперёд и отчаянно крикнул, сам не зная зачем:  – Алекс, стой!  Но Алекс не остановился. Он, наоборот, сорвался на бег и вскоре скрылся где-то, где Антон уже не мог его разглядеть. Исчез, так и не попрощавшись.  Вскоре Алекс закрыл глаза, испустив последний вздох, в то время как Антон подхватил передачу, резко и очень глубоко вдохнув.  Веселье и вечеринки окончательно исчезли на острове.