валенок

      Просыпаюсь от телефонного звонка. Блин, сколько я проспал? Планировал же только на пару часов прилечь. Даже будильник не ставил.       — Алло, — отвечаю, не посмотрев, кто звонит.       — Так и понял, что ты там харю плющишь ещё, — доносится бодрый голос Тимофея из трубки. Вот тебе и «с добрым утром».       — Я что, проспал? — вскакиваю с кровати и начинаю соображать, что нужно запихнуть в портфель.       — Ага, не достучался до тебя, пришлось одному топать. Можешь ещё минут сорок поваляться, — слышу, как он прикуривает.       — Блин, я так не могу, постараюсь хотя бы к середине успеть.       — Забей. Выдохни. Мир не рухнет, если ты не придёшь на лекцию по философии один раз, — говорит Тим весело.       — Жду тебя ко второй, — и сразу сбрасывает, чтобы я даже возразить не успел.       Капец, блин. Сажусь на кровать и смотрю в стену. Надо было так тупануть в очередной раз.       Собираюсь. Еду на занятия один. Как-то необычно даже. Уже привык, что мы с Тимом гоняем туда-обратно вдвоём постоянно. Захожу в кофейню. Красавчик-бариста интересуется, где сегодня потерял своего друга, а я мысленно показываю ему язык.       В аудитории все что-то оживлённо обсуждают, присаживаюсь рядом с Саней и спрашиваю, что происходит.       — Бля, Тит, до тебя хуй достучишься. Тему реферата выбирай по философии и пиши номер в чат, пока всё самое нормальное не расхватали.       Захожу посмотреть список, потом пролистываю сообщения. Ну, ёбаный ты в рот. Мир не рухнет, да, Тимофей? Не то, чтобы нормальное, уже и всё ненормальное разобрали, осталась только парочка каких-то совсем ебанутых вариантов. Тим вообще себе «эмпиризм Бэкона» захапал. Это я, блин, хотел её подготовить. Выбираю какой-то всратый вариант из оставшихся и сажусь недовольный дуться на весь мир. В середине пары вспоминаю про свой замечательный список: «МИНУСЫ КРЫСИНА», и записываю туда ещё один пункт.       7. Украл мою тему по философии. ***       — Тит, у тебя сейчас лицо, как у той девочки, к которой никто на фан-встречу не пришёл, — угорает староста, пока мы идём в столовку.       — Зато ты блестишь, как начищенный самовар. Где эти двое, кстати?       — Курить ушли. Так что случилось? — староста сегодня перестанет лыбу давить? Даже еду себе нормальную сам берёт, это у нас что-то новенькое.       — Я хотел другой реферат, — бубню обиженно, присаживаясь за стол. Бля, аж самому от себя смешно становится.       — Так поменяйся с кем-нибудь. В чём проблема? — какие все умные, не могу.       Показываю старосте свою тему и интересуюсь, согласен ли он махнуться. Саня начинает откровенно ржать надо мной и говорит, что на такое говно он точно подписываться не будет. Ладно, месяц ещё до сдачи, может, кто захочет взять мою невъебенную тему. С радостью обменяю её на что угодно.       Ленок с Тимом тоже довольные в столовую вваливаются. Только я сегодня с кислой рожей хожу, что ли? Рассказали бы мне пару поводов для веселья. Тимофей смотрит на наш стол, серьёзно кивает и уходит за едой. Бля, эти переглядки Лены с Саней прекратятся когда-нибудь? Весь день себя странно ведут. ***       Две недели прошло с момента раздачи тем. Так никому моя и не приглянулась. Зато Тим весь изнылся: «Философия — это даже не наука», «Да кому она вообще нужна?». Идея помочь ему с рефератом пришла сегодня. Когда он пыхтел на перерыве с распечатанными к семинарскому занятию бумажками и вырвиглазным жёлтым текстовыделителем подчёркивал странные слова. Да и учитывая то, как Тимофей Борисович меня по профильным предметам подтягивает, это ещё самая малость, что я для него сделать могу.       Тим заходит ко мне уже как к себе домой. Цепляет на кухне яблоко и топает в комнату. Там раскладывает свои вещи, сначала предлагает разобрать тему, а уже потом приступить к домашке. Мнусь сегодня больше обычного. Слушаю его вполуха, прокручивая в голове предложение и размышляя, когда мне там можно вставить свои пять копеек.       — Тим? — решаюсь наконец-то, после того, как он заканчивает умничать.       — М? Не понял что-то? — ну как можно таким хорошим быть? Пожалуй, не буду его расстраивать тем, что его краткую двадцатиминутную лекцию почти полностью пропустил, витая в своих мыслях.       — Да неее… Я это… Спросить хотел…       — Отсоси потом спроси, — вот умеет Тимофей Борисович кринжа навалить в нужные моменты. Сам пизданул, сам посмеялся со своей идиотской шутки.       Руку ему на бедро кладу и сдавливаю. Смех у него тут же прекращается, смотрит на меня внимательно, сглатывает, а в глазах полное непонимание. Видеть Тимошу в замешательстве очень забавно. Но ничего, переживёт. Хоть юмор свой жуткий поумерит.       — Я-то отсосу. Ты что, сомневаешься? — тут главное лицо максимально серьёзное держать. То, что за свой длинный язык я не получу пиздов уже давно понятно стало, так же как и то, что Тимоша парень тактильный и никаких травм ему моё жмяканье за ляжку не нанесёт.       — Ты это, Никол… То есть Тить… Тьфу ты, бля, Тит. Говорил же, ебаное прозвище, — чего это с ним? — Ты руку-то убери.       — Чё, зассал? — в какой момент я таким количеством храбрости запастись успел?       — Ага, как же, — произносит Тимофей опять своим обычным голосом. Быстро же он уверенность себе вернул.       Не успеваю руку убрать, как меня рывком сажают на стол, не прикладывая больших усилий, и раздвигают ноги. Секунда. Даже возмутиться такой наглости не успеваю, а Тим уже втягивает меня в поцелуй. Без стеснения лапает просто везде, до куда только может дотянуться. Сначала сжимает бока, потом одной рукой бедро сдавливает, а второй в волосы зарывается. Целуется агрессивно очень. Губы оттягивает, потом сразу же языком по верхнему ряду зубов проходится. В себя вдавливает, обхватив поперёк спины. Моих же способностей сейчас хватает только за плечи его держать, чтобы на стол не упасть. До сих пор краешком сознания думаю, что это всё сон и такого не могло на самом деле произойти. Только вот Тим очень уверенно продолжает опровергать мои сомнения. Уже под свитшот залез и теперь прям так наглаживает, не через тканевый барьер, что ещё приятнее. Мысли остановить это всё даже не проскальзывает, сейчас могу думать только о том, какой он охуенный, ну и надеяться, что не заметит мой стояк. Тим губу прикусывает, тут же зализывает и отстраняется, тяжело дыша.       — Пиздец. Если бы знал, что по ебалу не получу, то ещё лет пять назад это сделал, — произносит тихо, уперевшись лбом мне в плечо и пытаясь привести в норму сбившееся дыхание.       От кого? От меня, что ли? Тимоша хоть и умный, но иногда такую чушь несёт.       — Я сейчас, — со стола спрыгиваю и планирую в ванную прям на минуточку забежать. Мне больше и не надо.       — Стоять, — обхватывает меня одной рукой поперёк груди, вторую на низ живота кладёт и спрашивает тихо на ухо, — Ты куда это собрался?       Пиздец, от этого шёпота мурашки по всему телу побежали. Губу прикусываю и не знаю, что ответить.       — Можно? — спрашивает, задевая пальцами край резинки от шорт.       Киваю. Он рукой быстро сразу мне под трусы ныряет. Пальцем по головке проводит, выдыхаю слишком громко и сам в ладонь толкаюсь.       — Не спеши, — произносит хриплым голосом и ту руку, что на груди моей была, на живот опускает, к себе меня ещё теснее прижимая. Так мне явно тяжелее двигаться будет. — Или ты торопишься куда-то?       Водит рукой очень медленно, я за предплечье цепляюсь, хнычу. От отчётливого ощущения, что сзади в меня ещё и упирается член Тима, вообще голову рвёт. Темп увеличивает, сжимает сильнее, от таких выверенных движений не выдерживаю и кончаю, простонав что-то невнятное. Ноги аж ватные стали после такого. Хорошо, что я в крепкой хватке Тимофея нахожусь и он меня быстро на кровать сажает.       — Я ща, — только он свалить собирается, как я его за руку ловлю, смотрю снизу-вверх и свободной рукой спортивки с него стянуть пытаюсь. — Ты чего это удумал? — глаза у него расширяются, стоит как статуя и совсем мне помогать не хочет. Остатками мозгов понимаю, что двумя руками это удобнее сделать будет, и приспускаю его штаны сразу вместе с бельём.       — Только… — уголок губы нижней закусываю, взгляд отвожу и думаю, как предупредить о том, что сейчас это первый раз будет.       — Я понял, не парься, — большим пальцем по скуле мне проводит. — Точно уверен?       Серьёзно, блядь? Мы вот сейчас моё явное согласие обсуждать будем, когда я с тебя трусы уже стянул?       Ничего на это не отвечаю, беру член у основания и провожу языком по головке. Тим вдыхает, поднимаю глаза, а он на меня смотрит и, кажется, не моргает даже. В рот погружаю меньше чем наполовину, начинаю головой двигать и рукой одновременно помогаю. Через пару минут таких манипуляций затекает вся челюсть. Выпускаю член изо рта, чтобы дать себе пару секунд передохнуть, и вожу рукой по влажному стволу вверх-вниз.       Мне не нравится, когда у меня что-то не получается. Мог бы хоть намекнуть, как ему приятнее. Нужно будет потом техники, что ли, разные погуглить. А то в порнухе все обычно заглатывают целиком и никаких проблем. Тоже так научиться надо. Во второй раз стараюсь взять глубже и двигаюсь не быстро.       — Я могу руку положить на затылок? — блядь, да. Это от тебя и требовалось изначально.       Угукаю, Тим снова глубоко вдыхает и показывает мне нужный темп. Так становится куда проще и интересней. Дышит тяжело, смотрю на него — губу закусил. Пару раз не выдерживает и тазом вперёд двигает, за что извиняется. Чувствую, как член во рту становится ещё больше, ускоряюсь, и через пару секунд ощущаю терпкий вкус на языке. Не задумываясь, проглатываю и отстраняюсь.       — Ты… Это… — что-то у Тима совсем проблемы с речью стали. — Ты чё? Как?       — Нормально. На вкус не вафли, конечно, но ничего.       Что он, правда, так всполошился? У него-то в этом опыта вон явно побольше.       — Я сейчас, — беру из шкафа чистое бельё, домашние штаны и ухожу в ванную. Наедине с собой решаю не развивать никаких мыслей, нам всё-таки нужно ещё домашку доделать. Потом самоедством займусь. Захожу в комнату, Тимоша на стуле сидит и в конспект смотрит. Только впечатление такое, что не читает он ничего, а залип просто.       — Я так-то тебе хотел предложить помочь реферат по философии сделать, — решаю хоть как-то его из состояния анабиоза вывести и толкаю в плечо. — Тему ты прикольную выбрал просто.       — А? Да, конечно, давай. Если хочешь, махнуться можем. Я вообще просто рандомную цифру написал. Даже не смотрел, что там.       — Ага, — теперь моя очередь подвисать. Это что же получается? Я только что отсосал за нужную тему по философии?       Сидим в какой-то неловкости и молча уроки делать продолжаем. Когда с домашкой покончено, предлагаю Тимофею как обычно пойти попить чай, но он отказывается, ссылаясь на очень важные дела. Вот пиздобол. И когда это они у тебя, интересно, появиться успели?       Уходит, а во мне какая-то необоснованная злость просыпается. Вот на что я, собственно, рассчитывал? Что мы после такого замутим и умрём в один день? Нет, но мог хотя бы и на чай остаться. Во всём этом негодовании достаю листочек «МИНУСЫ КРЫСИНА» и записываю ещё один пункт.       8. Слишком большой член.       А что? Это же правда.       Бля, вот что я творю? Детский сад. И почему это вообще минус?       Через пару часов приходит смска.       Главный красавчик группы: «Ты точно впоряде?»       Главный красавчик группы: «Не в обиде ни на что?»       И как это расценивать? Типа извини, Тит, что ты мне отсосал. Давай всё забудем и продолжим общение как раньше? Или извини Тит, что ты мне отсосал. Давай просто перестанем пересекаться.       Вы: «Всё хорошо». ***       Ну пиздец. Лучше бы я такой бессонницей страдал, когда за домашкой сижу. Сейчас же всё выполнено, а дурацкие мысли вообще никак спать не дают. Размышления начались с того, что с Тимофеем надо завтра обсудить случившееся. А закончились тем, что необходимо сделать вид, будто бы ничего не было.       Думал написать Сане или Лене, потом в голову пришла мысль создать беседу, где они вдвоём. Через пятнадцать минут решил, что это скотство по отношению к Тиму обсуждать что-то за его спиной в чате с названием «боевые горошинки». Зашёл в телегу, Тим в сети, набираю ему сообщение «Всё норм?», но тут же стираю эту бредятину. Закрываю телеграм и блокирую телефон.       Просто взяли и испортили нормальные отношения. Во всём философ со своими рефератами виноват. Мне бы хоть кто-нибудь сказал, как себя вести после такого? Я готов любого послушать.       Может, вообще универ прогулять завтра? Я вон в том году ни разу занятия не пропустил. От одного дня точно ничего не случится. А что? Сошлюсь на болезнь. Может же человек захворать? Точно, так и сделаю. Надо будет только Саню предупредить. Кину ему сейчас сообщение в отложку, чтобы завтра с утра не подрываться и поспать нормально.