Детективное агенство по делам сверхъестественным

      Ночь. Самое противоречивое время суток. Именно ночью город засыпает в своём вечно повторяющемся цикле жизни. Шумная суета уступает место безмятежности и спокойствию, но, несмотря на это, именно ночью случается большая часть самых страшных, загадочных и печальных событий.       Сайно в компании кружки крепкого кофе в привычной для себя манере засиделся за работой допоздна. Нет, работы не было много, но шла она тяжело. Просто смена обстановки позволяет взглянуть на ситуацию с другой точки зрения. Стены кабинета достаточно сильно примелькались в глазах. Возможно, так случилось от того, что детективное агентство, помимо своей основной функции, часто использовалось и как место для ночлега.       Не стал исключением и этот день. Лишь под утро, услышав скрип дверной ручки, Сайно интуитивно принял положение сидя, направив полуоткрытые заспанные глаза на дверной проход. Щека запомнила форму стола, а чернила предательски отпечатались на лице, оставив слово «Приз — рак». Контекст хоть и утерян, но, возможно, это и к лучшему. Пара ушек показалась из дверного проёма, а затем и знакомое лицо:       — Оу… Доброе утро? Вот почему я не дозвонился до тебя дома! Ты знаешь, недосып плохо сказывается на продуктивности и… Ахах, — не смог сдержать смеха, увидев эти каракули на лице у друга. — Теперь подрабатываешь у нас в качестве печати?       — Читаешь, будто на лице написано-о-о… — договорить фразу помешал сладкий зевок с интуитивным потягиванием. — Я ценю твою заботу, Нари, но я действительно не испытываю с работой никаких трудностей, — он откинулся на спинку стула, убрав руки за голову.       — Ну так-то я планировал сегодня заняться обработкой газетных статей, но ты, видимо, уже всё сделал, а значит, мне остаются финансовый отчёт и… — тихо вздохнул, — работа с клиентом.       Подошёл ближе, поставил на стол свой чай в бумажном стаканчике из ближайшей к ним кофейни и упаковку снеков в качестве утреннего перекуса, пододвинул их ближе, как бы делясь.       — Узнал что-нибудь из статей? — следом за вопросом раздался хруст.       — Решил поискать информацию о той деревне, и, похоже, там правда что-то нечисто. Вот, посмотри.       Фенек по привычке сел на столешницу и пододвинулся, чуть нависнув над Сайно, заглядывая в экран. На них двоих места за столом нет, а со стороны заказчика ничего не видно. На знакомом им двоим сайте, посвященном псевдонауке и теориям заговоров, нашлась очень давняя статья. Крупный заголовок через всю страницу, как дешевая работа веб дизайнера, гласил: «Проклятье Салема». При беглом взгляде статья повествует о старом доме, в котором после смерти владельца начали замечать странные звуки, будь то скрип дверей, шёпот или шаги. Подумав на проделки детей, дом заколотили, но мистические звуки никуда не делись.       — Ффвучит, как буффто там поффелились какие-то зверуффки, но я бы ффсё же провелил…       Вот уже и от самого Сайно исходили хрустящие звуки снеков. Тигнари же не был так оптимистичен:       — Не нравится мне всё это. Не вызывают доверия жители отдалённых деревень вблизи болот и глубин леса. Это либо пустое дело, либо… Ты помнишь, ничем хорошим не заканчивается. — Захватил несколько печенек из пачки, запивая чаем. — По нашей статистике, именно в таких отдалённых деревнях происходят ужасные вещи, так ещё и одни из самых опасных. Это помимо того, что в половине всего, что там происходит, виноваты сами местные. Вот и получится, как обычно: нам либо идти выгонять бомжей из заброшек… опять… либо эти деревенские точно что-то скрывают.       Кажется, волчонок ещё немного клюёт носом, сейчас Тигнари даже не уверен, что его друг может функционировать в полной мере и правильно воспринял всё, что ему сказали. Глубоко вздохнул:       — Я всё ещё не понимаю, зачем тебе вторая работа, Сай. Того, что мы получаем с заказов, вполне хватит для тебя, при этом не гробя здоровье. С мешками под глазами ты станешь страшнее, чем все монстры, которых мы встречали до этого, но эффективность нашей работы точно не повысится, потому что и последних клиентов ты тоже распугаешь. Просыпайся! — чуть подтолкнул его в плечо.       — А? Что? — Он так резко всполошился, как будто только что спал с открытыми глазами.       — Ты что, реально уснул?       — Нет, конечно, нет… Ну, может, немного. Слушай, работа мне не в тягость. Я здоров настолько, насколько может быть здоров человек 26 лет… — Зевнул так, что слезы проступили, и потянулся так, что что-то хрустнуло. Вот уже потихоньку пробуждается, чему очень способствует завтрак.       — Доход агентства не покрывает и аренду помещения, а нужно платить ещё за квартиру и другие расходы. Мы вкладываемся поровну, и большего я просить не буду. Всё в порядке, — отмахнулся от обеспокоенности фенека. — Тем более я после работы постарался подготовить всё побыстрее, чтобы уже сегодня к обеду отправиться в путь. Очень хочется прогуляться после долгой ночи. — Наконец-то встал из-за стола, потянулся. Тигнари только вновь меланхолично вздохнул.       — Обычно много желающих среди пьяниц дают отличную возможность размяться, но в последние пару дней в баре подозрительно спокойно. Пойду приведу себя в порядок, а ты пока что можешь более детально разобраться со статьёй.       Сайно зашёл в соседнюю комнату, не стал закрывать дверь, а Тигнари пока сел за стол и без особых комментариев погрузился в чтение. Однако большие уши имеют и недостатки.       Его внимание отвлёк шум шуршащей одежды. Ушко дёрнулось в направлении звука, а в душе поселилось любопытство. Предательское любопытство, от которого греются уши. В чём же интерес? Он прекрасно знает, что Сайно там делает, но просто… Найти бы себе оправдание, но ничего в голову не приходит, и… В какой-то момент Тигнари отвлёкся от чтения только потому, что навязчивое желание утолить любопытство и борьба с этим желанием заняли все его мысли. В конце концов, ему уже случалось видеть Сайно практически без одежды, в этом же нет ничего такого? Говоря откровенно, он с теплотой вспоминает их поездку на море большой компанией. Эти пару недель, что они провели все вместе, по-особенному остались в сердце. Так и зачем же ему тогда это делать?       Наступил короткий момент тишины, в котором он услышал частые, волнительные удары собственного сердца. Тигнари не был уверен в том, что это не отразилось на его лице заметным румянцем, но вот он убрал руки от клавиатуры и, не имея возможности воспротивиться, повернул голову и заглянул в приоткрытую дверь. Сайно стоял по пояс без одежды, на его легкоатлетичный рельеф тела падал солнечный свет. Светлые волосы спадали на спину. Он смотрел в ростовое зеркало напротив, поднял руки завязать волосы в хвост, и тогда на плечах проступили крепкие мускулы.       Вот теперь Тигнари однозначно покраснел и сразу же стыдливо отвернулся. Хвост нервно закачался из стороны в сторону, и это было не остановить.       «Тц... дурак… какой же я дурак.»       Правильно ли испытывать эти чувства к своему близкому другу? Правильно ли молчать об этом из года в год? Скрывать и делать вид, что всё в порядке?       Да, в один момент он счастлив даже просто находиться рядом, в другой момент — это испытание для его сердца, потому что такие короткие моменты, что вновь напоминали ему о том, как он влюблён, терзали своей неопределенностью, надеждами и неисполнимыми желаниями.       Надев свою форму, Сайно вернулся в кабинет.       — Вот и всё, можем отправляться.       Наверно, как-то особенно резко Тигнари перевернул к нему и торопливо защебетал:       — Стой, нет, подожди. Мы не готовы! Понимаешь, сложно понять, к чему вообще нужно подготовиться — к призракам или демонам, а взять всё снаряжение не получится, так что предлагаю…       «Отключай чувственный мозг, включай логический мозг. Соберись, тряпка!» — Проглотив свои мысли, он спрятал их глубоко в своём сознании и с головой погрузился в дело, как делал это всегда.       Некоторые обсуждения привели к заключению. Остановились на предложенном Сайно варианте:       — В непредвиденных обстоятельствах предлагаю взять лишь самое главное: кол, святую воду, распятия, благовонья и свечи. К сожалению, в таком бардаке их будет не так-то просто найти, поэтому пора прибраться.       Поиск снаряжения постепенно превратился в небольшую уборку. Первую находку обнаружил Тигнари, а именно осиновый кол с подписью «Лея», затем Сайно нашёл коробку со святой водой и благовоньями. По мере разбора вещей по своим местам, поиски становились всё проще, а к прибытию клиента кабинет уже был в почти идеальном состоянии.       Через некоторое время, как и было назначено, пришёл сам заказчик. Его звали Бахнам, коренастый деревенский мужичок. Проводили гостя, начались короткие переговоры. Тигнари попытался поспрашивать ещё информацию и детали, но что-то ещё узнать не удалось. Заказчик показался запуганным, настороженным, будто за его спиной стоял человек с револьвером. Он утверждал, что его жизнь в опасности из-за того, как часто в последнее время к нему начал наведываться колдун. Откровенно говоря, Сайно не верил ему, но принимал к сведению сказанное. Всё-таки странным казался этот человек, как-то картинка не складывалась. Действовать надо осторожно.       После ухода заказчика Сайно поделился своими переживаниями с Тигнари. Они так и не смогли договориться по этому вопросу, потому что фенек вполне доверял ему и считал, что Бахнам такой же запуганный и потерянный человек, как и любой другой, кто приходит к ним в бюро за помощью и пониманием. Когда люди сталкиваются со сверхъестественным, они всегда остаются в полном ужасе, особенно когда это потустороннее себя не скрывает.       Бахнам утверждал, что у них живёт колдун… или колдунья. И что дом — это её проклятье. Однако, когда команда стала поднимать источники и газеты, то находили кучу других историй: будто это дряхлый старик, который крадёт и ест детей, а другие писали, что он возвращает души мёртвых. Кто-то говорил о том, что он на самом деле не плохой, а просто затворник, но нигде ничего достоверного не было. Версий его «хобби» было много, начиная от серийного маньяка, заканчивая праведным целителем, и нет уверенности: а видел ли его хоть кто-то? Это всё помимо того, насколько неохотно они вообще об этом говорили.       — Похоже, что на данный момент мы получили всю возможную информацию. Остаётся лишь посетить деревню и лично убедиться во всём происходящем.       На том и порешили.       

***

      До станции идти по времени ещё прилично, но на улице летний солнечный день: что может быть приятнее? Люди неспешно шли по своим делам, дети гонялись друг за другом во дворах, и даже котики повыбирались из своих домов, чтобы насладиться свежестью воздуха. Оживленный городской шум утих на фоне неожиданного предложения Сайно.       — Я тут вспомнил кое-что. Ты знаешь, тут недалеко от нас открылась лавка с вкуснейшим мороженым? Мы просто обязаны попробовать, предлагаю зайти туда по пути.       «Здоровое питание — это не про нас», — промелькнуло в голове ушастого.       — Хм... ну хорошо, на самом деле это будет очень кстати перед отъездом.       В глазах Сайно читалась неподдельная радость. Так легко заразиться хорошим настроением, особенно когда обыкновенно хмурый волчонок сейчас своей мягкой улыбкой согревает сильнее, чем летнее солнышко. Тигнари легко улыбнулся и тихо посмеялся:       — Ахах, а ты знал, что гиперактивность — это эффект сильного недосыпа? Если что, я предупреждал.       Лавка с мороженым и правда была достаточно близко и выглядела как небольшой фургончик, внутри которого стояла девочка с ушками в снежно-белом фартуке. На бейджике небрежнымпочерком было выведено имя «Диона».       — А как ты это место нашёл?       — Да так… Коллеи подсказала… Кх-кхм.       Тигнари посмотрел на друга и...       «О нет... он делает тот самый голос и то самое выражение лица, а значит...»       — Знаешь, что общего у стоматологов и продавцов мороженного? Они пломбируют зубы.       Молчание.       — Ну… Пломба, пломбир, мороженное… Нет, не смешно?       От шутки Сайно Тигнари сделал своё стандартное для такой ситуации выражение лица. Уголки губ чуть дрогнули в улыбку после осознания смысла (шутка 8/10), однако после объяснения стали недвижимы (6/10). Неплохой результат. Очевидно, что Тигнари оценил шутку по достоинству, но ничего не сказал — всё понятно без слов!       Воспользовавшись замешательством, Сайно подошёл к фургону и заказал два рожка: ванильный себе и с топлёным молоком для друга. В это короткое время ожидания Нари находил возможность понаблюдать за котиками, чья грация истинного хищника всегда притягивало его внимание. Затем его внимание переключилось на проходящих мимо людей. Через несколько минут они уже сидели в тени развесистого дерева с мороженым в руках.       Вот он, долгожданный момент пробы. Касается языком и топит своим теплом поверхность. Сайно уже предвидел сладкий вкус ванили на языке, но вместо него почувствовал топлёное молоко. Они вдвоем удивились и повернулись посмотреть друг на друга одновременно. Тигнари и сам откусил мороженое и осознал в тот же момент:       — Оу… — посмотрел на рожок в руках, где теперь от его укуса остались полоски от зубов и пары несколько укрупнённых клыков.       — Похоже, мне попалось топлёное молоко… А у тебя ваниль? Видимо, мы перепутали рожки.       — Да, ты прав.       Тигнари на самом деле не нравится ваниль, ну и понимал, что согласится, ведь Сайно сейчас предложит поменяться, однако…       — Мы, конечно, можем поменяться, но… я уже лизнул своё, не знаю, будет ли тебе приятно есть его после меня.       Сайно заметно смутился, а рука сама потянулась к затылку. Казалось бы, чего в этом такого?       Они же всё же лучшие друзья, которые всё делят друг с другом.       «Приятно ли будет есть после меня?»       Эта фраза застряла в голове, как неожиданно непростой вопрос. Со стороны какой-то гигиены, откровенно говоря, Тигнари это не особо беспокоило.       «Опасность есть только в том, что, беря в рот то, что было в другом рту, ты подсаживаешь к себе бактерии другого человека, может в худшем случае случиться раздражение или воспаление. —Задумался. — В целом-то это можно избежать, если пользоваться ополаскивателями для рта и… Я знаю, что у людей, живущих вместе, такого никогда не случится, ведь… Тем или иным путём люди, живущие вместе, бывает, обмениваются микрофлорой, чаще всего это происходит путём…»       Вот тут в мыслях Тигнари резко остановился.       «… непрямого или прямого поцелуя.»       Нари совершенно не ожидал, что логический мозг заведёт его в ментальную ловушку.       «Если я соглашусь, это будет непрямой поцелуй!»       На слова, сказанные Сайно, Тигнари задумался, уставился в рожок. Хвост стал ходить из стороны в сторону, пока вдруг резко не остановился, после чего начал ходить ещё чаще. Наглядно виден процесс размышлений. Затем он отвел взгляд, не хочет, чтобы молчание сильно затянулось. Им обоим не нужно, чтобы они заходили в этих размышлениях слишком далеко.       — Н-нет проблем, разве что… буду надеяться, что не заражусь твоим чувством юмора.       Улыбнулся и протянул свой рожок другу. Сайно даже не поверил в услышанное. Округлил глаза от удивления и посмотрел на Тигнари, как бы спрашивая: «Что? Ты правда согласен?». Лишь протянутое угощение смогло полностью убедить его в добровольном согласии. Они обменялись рожками. Сайно как-то засмотрелся на следы от хищных зубов на его мороженном. Остатки неловкости ещё витали в воздухе.       Сайно замолчал, над чем-то задумавшись. Затем чуть приподнял голову, в глазах мелькнула искра, он посмотрел вдаль.       «О Боже, нет…», — Тигнари сразу всё понял и закрыл лицо рукой.       — Кхм. Не волнуйся, оно передаётся исключительно воздушно-хахатательным путём.       Обречённый вздох.       — За что мне это всё…       Довольный собой, Сайно удовлетворенно прикрыл глаза и сложил руки на груди. Пусть публика и не ценит, но он определённо хорош. Справедливости ради, как бы не любил Тигнари эти шутки, но одного отрицать не станет: в каждой из них Сайно остаётся самим собой, таким, какой есть, и именно это делает каждую из них ценной. Всем же понятно, что возмущение его на самом деле чаще не настоящее и слегка преувеличенное… Конечно, кроме моментов, когда Сайно шутит так на людях… Тогда действительно хочется провалиться под землю… Прямо как сейчас.       Вот Сайно кусает мороженное и стоило только распробовать, как он приобретает одухотворенный восхищённый вид.       — Вау! Это определённо лучшее мороженое, которое я когда-либо ел.       Посмотрел на Тигнари, ожидая реакции. И тот откусил кусочек мороженного прямо на месте, где его попробовал до этого его друг. Ушки подскочили вверх, как будто удивился.       — Мммм… И правда очень вкусно.       Ответом Сайно стала мягкая улыбка.       «Нам обоим будет лучше, если не показывать ситуацию неоднозначной», — только так фенек мог сохранять спокойствие и наслаждаться временем, проведённым рядом, не тревожа своё сердце… Но маска спокойствия легко рассыпалась, когда в следующий момент он посмотрел на Сайно и его нежную улыбку… Сердце забилось чаще, а на щеках расцвёл румянец.       «Я… я просто рад, что всё хорошо и… он счастлив.»       Он чуть отвернулся. Волосы скатились под своей тяжестью, прикрывая смущенное лицо.       Так или иначе, вскоре он подскочил с места, чтобы развеять эту тишину и, сказав что-то в духе:       «Предлагаю поесть по дороге, нужно поспешить посмотреть билеты на электричку», поднял и потащил Сайно под локоть за собой дальше по улице.       Когда они пришли на станцию, всплыла некоторая неприятная корректировка в изначальный план. Их электричку отменили, а значит уехать они смогут только на вечерней. Возвращаться в агентство не было смысла, так что пару часов они провели в ожидании поезда, играя в «призыв семерых». Сказать откровенно, хоть со стороны и казалось, что Тигнари «мозг команды», на самом-то деле играл он заметно слабее Сайно. Эти карты ему не поддавались. Благо, практики у них было много, так что Нари старался догнать друга в мастерстве, хотя бы для того, чтобы Сайно было интересно с ним играть в любимую игру. С другой стороны, не то, чтобы у Сайно был выбор: Коллеи играть с ним больше не хочет, а предлагать сыграть заказчикам было как минимум странно, поэтому он каждый раз радовался возможности поиграть с Тигнари.       На ночь проверять обозначенный в статьях дом команда не решилась. Одно радовало, что Бахнам гостеприимно предложил переночевать у него дома, ведь никаких гостиниц или хостелов в деревне не было, по понятным причинам. Идти ночью в логово врага без подготовки это очень не продуманное решение. Сначала нужно провести дневной обход и в безопасности осмотреть территорию, а уж потом идти на ночную охоту. На том и порешили. Меньше всего Сайно хотел бы подвергнуть жизнь Тигнари опасности.       Поезд прибыл, когда солнце уже клонилось к вечеру и выглядывало сквозь верхушки деревьев, и отправился в путь сквозь укрытые мягкими лесами холмы. Забросив багаж на верхнюю полку, Сайно сел рядом с другом. Тигнари достал книжку и погрузился в чтение. Да, сейчас поздняя весна, экзамены уже закрыты, и только с осени начинается новый год аспирантуры, однако его увлекала научная литература. Не скрывая интереса, волчонок мельком взглянул на её содержание. Заголовок гласил «Органогенные микрофоссилии докембрия». К сожалению, он так и не понял, зачем декабрю устраивать микро фотосессии, да и картинок внутри книги он не обнаружил, что достаточно сильно его раздосадовало. Мысли о книге прервались протяжным зевком, который он интуитивно прикрыл рукой. В голове промелькнули слова Тигнари о связи гиперактивности и недосыпе. Под методичный стук колёс электрички веки становились всё тяжелее, а тело — мягче. Сайно и сам не заметил, как задремал. Голова всё больше и больше наклонялась в бок до тех пор, пока мягко не коснулась плеча Нари. Почувствовав под головой опору, он окончательно успокоился и провалился в сон.       Тигнари затаил дыхание. С этого момента он больше не шелохнулся, только бы не потревожить сон и не прервать этот трепетный момент. Это чувство сравнимо с тем, когда на плечо садится бабочка. Наверно, ему стоило бы разбудить Сайно, чтобы тот не спал под вечер, однако, кажется, Тигнари никогда не смог бы это сделать.       Отвлекся от книги, не хотелось больше читать. Он хотел чуть повернуть голову и посмотреть, но, наверно, даже такое слабое движение разбудит Сайно, так что он наблюдал краем глаза, прислушивался к близкому дыханию.       Влюблён. От этого время шло так быстро. Нари прикрыл глаза, и им оставалось так мало времени до того, когда этот момент закончится, придёт их станция, нужно будет выходить и идти, однако.       Голос по громкой связи объявил что-то невнятное. Пора. Открыл глаза и посмотрел на друга.       Сказал мягко, почти шепотом:       — Сай…       Потянулся рукой, хотелось как-то коснуться его, чтобы нежно пробудить ото сна. Коснуться ладонью щеки, но рука остановилась. Невидимая преграда вполне реальна. Он посмотрел на руки Сайно, задумался. Коснулся пальцем тыльной стороны ладони друга, чуть поводил-погладил. Затем слабо тыкнул в предплечье.       Некогда работая в полиции, Сайно получил профессиональную деформацию и научился чуткому сну. В какой-то момент это пусть и полезное умение превратилось в слабость, ведь при таком отдыхе тело не может в достаточной мере расслабиться. Ночные пробуждения были для него обычным делом, но в этот раз он спал на удивление очень крепко. Возможно, именно состояние комфорта рядом с Тигнари позволило ему полностью перестать тревожиться. Он даже подсознательно может положиться на него.       — Сайно…       Этот тихий голос. Среди всех голосов пассажиров в вагоне он сразу же узнал его. Он слышал его прямо во сне. Такими словами журчала вода, когда после долгого блуждания по пустыне он преклонился к воде оазиса. Странный сон. Но размышления об этом подтолкнули его к пробуждению, и только сейчас он понял, что лежит на плече друга.       — Сайно, нам сейчас выходить пора.       — А?.. А, да, спасибо, что разбудил, — он протёр глаза и потянулся, — не люблю дневной сон, он как будто силы отнимает, а сейчас… Такая бодрость.       — Пф, ну естественно, ведь для твоего организма сон не был дневным. Это была та часть ночного, что была ему так нужна. — вздохнул, — Как так можно-то… — Тигнари разочарованно покачал головой.       

***

      Деревню можно было действительно назвать глухой — с трёх сторон лес, а с четвертой подходит железная дорога, линии электропередач и ответвление трассы от ближайшего города.       Пока Бахнам вёл их до дома, Сайно изучал местных жителей и географию деревни, надеясь увидеть тот самый дом из газетной статьи. К сожалению, а может и счастью, дом заказчика был в другой стороне деревни.       Заказчик жил один, хотя и имел достаточно большой дом. Сказал, что достался он ему по наследству, а сам работает в городе, редко приезжает сюда с семьей, как на дачу, так что попросил чувствовать себя, как дома. Поскольку общаться он начал с агентством пару недель назад, так и получилось, что вполне доверял этой парочке. В конце концов, они единственные были готовы заняться проклятьем, когда другие сочли бы мужчину сумасшедшим.       Всё вполне хорошо, Тигнари не терял время и, пока шли через деревню, делал записи и болтал с Бахнамом. Однако Сайно чувствовал тревогу, не то от странного места, куда они попали, не то несколько напряжённого поведения сопровождающего.       — Вам точно будет удобно спать вдвоём в гостиной? — обеспокоился о гостях хозяин дома.       — Да, думаю, я лягу на полу.       — Ну смотрите, если что, комната подготовлена для гостей.       Любопытно ли, но напарники пока не встретили ни одного полуоборотня в деревне, хотя местных здесь под вечер было не очень много и выборка маленькая, однако по статистике, полуоборотней в мире 50%, а из 20 местных не было ни одного. Отсутствие полуобротней показалось чрезвычайно странным. Тут их не любят? По какой-то причине им не нравится тут жить?       Их накормили вкусным ужином, за что были очень благодарны, хотя Тигнари вкус показался странным. Бахнам сказал, что, возможно, это из-за того, что он использует ингредиенты, которые вырастил сам. Так или иначе, пока Сайно с Тигнари находились в доме, могли видеть некоторые Личные вещи владельца, в том числе Сайно случайно (намеренно) обнаружил спрятанную фотографию Бахнама и его дочери, полуоборотня-кролика. Матери на фотографии не было. На вопросы ответил, что он отец-одиночка, а дочь живёт и учится в городе. Почему даже дочь Бахнама уехала отсюда, и почему он прячет её фотографию? Расспрашивать об этом хозяина, видимо, бесполезно — уж слишком ловко он избегает прямых ответов. Лучше будет просто держать ухо в остро. Картинка не складывается.