The Night We Met

— Доброе утро, — Минхо проснулся первым. Заметив, как Джисон зашевелился и приоткрыл один глаз, он сразу провел ладонью по его макушке, мягко поглаживая. Зарывшись пальцами в волосы младшего, парень начал массировать кожу головы. Хан тут же прикрыл глаза в удовольствии, даже промычал глухо, потому что голос после сна еще не прорезался. Парни провели вместе всю ночь, обнимаясь и целуясь в попытках согреться после холодного, но безумно уютного вечера, проведенном в их месте. Старший никак не мог насытиться этим притягательным юношей, который ластился к нему как кот. Честно? Страшно становилось, его никогда не тянуло так к кому-то, наверное, потому что и столь ярких чувств Хо никогда не испытывал. Даже к Сону, который был его первым во всех смыслах. Жизнь свела их достаточно странным образом. Когда перевелся в новую школу, Минхо оказался в одном классе со странным блондином, который даже на корейца не особо похож. Волосы его светлые (как выяснилось позже — крашеные), а глаза серые, но при этом черты лица азиатские. Оказалось, что парень родился от отца-корейца и русской матери, которая вся была светлая, как типичная славянская красавица, но от нее сыну достался только цвет глаз, из-за чего весь его образ кардинально менялся. Удивительно, как нестандартно сыграли рецессивные гены в парне. Но Минхо не обратил на него никакого внимания, потому что ему все еще были по боку все окружающие. Он знал, что, скорее всего, надолго тут не задержится, поэтому смысла знакомиться с кем-то и дружить — нет. Того же нельзя сказать про Сону. Он-то сразу заметил новенького и начал к нему присматриваться. Можно соврать, если сказать, что Хо не понравился ему с первого взгляда. Внешне парень и правда хорош собой, его плавные и приятные черты лица мало кому не понравятся. Подростки злые, и Сону не стал исключением. Не получив ожидаемого внимания, которым его одаривали чуть ли не все подряд, он начал вести себя подло: то подставлять перед учителями, указывая, что Минхо точно знал ответ на все задачи и вопросы, которые ставил преподаватель, то запер в туалете, для освобождения из которого Хо в результате выбил дверь и был наказан, то случайно в столовой разлил напиток прямо на школьную рубашку темноволосого. Минхо это заебало. Он терпел до последнего, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, ожидая, что это само как-то прекратится, когда парень успокоится. Но даже терпение Ли может кончиться. — Ты что себе, блять, позволяешь? — Минхо подкараулил Сону после школы за поворотом в сторону его дома. Он каждый день заворачивал именно через него, Минхо проследил за ним пару раз, чтобы убедиться. — Совсем страх потерял, долбаеб? — Хо с самого начала был сильнее и немного крупнее. По комплекции Сону несильно уступал парню, но тем не менее именно Ли смог зажать его так, что тот и шелохнуться не мог. В ответ поступила лишь ироничная улыбка, будто именно этого юноша и ждал. Ждал, когда же Минхо сорвется и обратит на него внимание. Получается, цель достигнута, но что делать дальше? Блондин не придумал ничего лучше, чем поцеловать его прямо там. Ну, а что? Никого поблизости нет, это чертова подворотня, через которую Сону ходил специально, чтобы оторваться от толпы школьников, расходящихся по домам. Минхо на секунду замер, не успев обработать информацию, но тут же оттолкнулся от парня, встав на расстоянии вытянутой руки: — Ты совсем ебанулся? — он был растерян, и это сразу заметил Сону, хоть тот и пытался скрыться за агрессивной гримасой. Минхо сам не понял свою реакцию. Он был в шоке от произошедшего, но все-таки внутри что-то екнуло. — А тебе не понравилось? — парень продолжал улыбаться, подходя ближе к брюнету, заставляя того отпрянуть еще дальше. Однако стена напротив была не так далеко, и Минхо быстро сам прижался к ней. Он не боялся встрять в драку, тем более с этим наглым мальчишкой, он боялся неизвестности, которая охватила его с ног до головы. Ответ на вопрос никак не приходил, соответственно — не был озвучен, поэтому Сону сильнее прижал его к поверхности, ставя в проигрышную позицию. — Если непонятно, могу повторить, — и он повторил, на этот раз не предоставляя возможности освободиться так легко. Минхо поддался. Почему? Потому что понравилось. Его обдали новые неизвестные ранее ощущения, которые хотелось распробовать лучше, тщательнее. Ли перехватил инициативу почти сразу в силу своей властной натуры, через пару минут уже Сону был вжат в ту же стену, а Минхо пробовал впиться в чужие губы все сильнее. Блондин не прогадал. С самого начала был риск, что его не просто отошьют, но и поднимут на смех по всей школе. Но, даже если Хо не ответил бы взаимностью, он оставил бы произошедшее между ними в тайне. Сону отчего-то был в этом уверен, поэтому и решил попытать счастье. Да, способ странный и довольно резкий, такой же, как и Чхве Сону — взбалмошный, наглый и прямолинейный. После произошедшего Минхо не смог отрицать влечение к парню, но он связывал это исключительно с физической потребностью, которую он мог и хотел удовлетворить в нем. Сону оказался неплохим парнем. В те редкие разы, когда они разговаривали после секса, Хо успел узнать, что в детстве блондина травили за внешний вид. Перейдя в среднюю школу, он твердо решил, что не позволит повториться той же истории, имеющей место в младшей. Поэтому и стал таким жестоким задирой, который только так умел привлечь к себе внимание. Он был красивым, не только из-за необычных глаз, но и на лицо неплох. Чхве пошел от противного и решил выглядеть еще ярче, поэтому и покрасил волосы, так и не сменив цвет, регулярно подкрашивая то, что было. ~~~~ Минхо резко выдохнул, издав глухой стон и прикрыв глаза в блаженстве, которое только что испытал, кончив прямо в парня. Ему нравилось так завершать начатое, а Сону не был против. Плавно опустившись на спину под ним, он не стал выходить сразу, наслаждаясь, как плоть блондина сокращается вокруг него. Оказывается, тот опустошился еще пару минут назад. А Хо даже не заметил, будучи поглощенным собственной эйфорией. — Минхо, — зов был такой тихий и слабый, но устремлен прямо в ухо брюнета, потому что тот уткнулся носом в подушку сбоку от Сону. Ли промычал вопросительно в ответ, он без сил, но желание резко перебороло слабость, из-за чего еще раз грубо толкнулся внутрь парня, проходясь точно под нужным углом. Услышав громкий стон в ответ, на лице растянулась довольная улыбка, после которой он все-таки освободил юношу и лег рядом. — Я тебя люблю. «Черт», — промелькнуло в голове парня, он явно не хотел этого. Они состояли в подобных отношениях уже около полугода. Брюнета не интересовало ничего, кроме секса. В своей голове он уже давно нарисовал полный психологический портрет Сону, и там не было ничего даже немного любопытного. Хо просто с цепи сорвался, ему хотелось секса, а Чхве давал ему его. Почему бы и нет? Сону смягчился, стал более податливым, Минхо его буквально продавил, создав спокойную и покладистую версию юноши. Но он не специально, просто блондин сам начал чувствовать к нему больше, чем просто физическое влечение. Они были друг у друга первыми, но мозг Ли работал немного иначе, он не привязывался к людям, даже если исполнялись почти любые его прихоти. Минхо считал, что они оба получали удовольствие от процесса, значит, ничего не обязан ему. Никаких возвышенных чувств со своей стороны он не обещал, но Сону продолжал все крепче влюбляться в его образ, в его естество, в его голос, в его поведение. — Хорошо, — ответил Хо. Он не знал, что еще сказать. Хотел бы просто проигнорировать, но тогда тот с вероятностью в сто процентов взорвется за считанные минуты. — И это все? — Сону смотрел на него с возмущением. Ли безумно хотелось сбежать, он всегда сбегал, сделав дело. Ему не хотелось проводить с парнем лишнее время, это не входило в его планы: работа стоит, надо дела делать. Да что угодно, только не оставаться в этой комнате, будучи заваленным вопросами, на которые у Минхо не было удовлетворительных ответов. — Мне пора на работу, — парень начал поспешно одеваться, сев спиной к Сону на краю кровати. Он точно чувствовал, как в нем дыру прожигали где-то в районе сердца и легких. — Почему ты такой? — Чхве непонятно на кого злился больше: на себя за свою беспочвенную надежду или на Минхо, который не давал ему то, что хотелось. — Какой? — он застегивал ширинку джинсов, которые уже начинали спадать с него. Юноша сильно похудел за последнее время из-за постоянной работы, которой становилось все больше. Чан начал сильнее доверять ему как раз тогда, Минхо только исполнилось семнадцать. — Мудак, — парень вытянул руку перед собой, показывая брюнету средний палец, когда тот уже собрался уходить. — Ты даже про работу ничего не рассказываешь, я нихуя о тебе не знаю. — Меньше знаешь — крепче спишь. Нехуй тебе про меня ничего знать, — Минхо наклонился и укусил Сону за тот же средний палец, после чего развернулся к выходу из комнаты, подняв руку в знак прощания, даже не обернувшись. И вот так было всегда. ~~~~ Чан взял Минхо на одно дело, чтобы проверить младшего и убедиться в его надежности. Одно дело, когда он бегал по мелким поручения, но теперь Минхо совсем не тот маленький мальчик. Парень повзрослел и ментально окреп, проверка его нынешнего положения стала необходимостью, прежде чем отправлять на реальные дела, где от большой команды останется только второе слово. Ли сразу знал, что задача не из легких, и без жертв, возможно, не обойдется, но ослушаться значило поставить крест на дальнейшем сотрудничестве. В этом бизнесе все элементарно: или ты делаешь все беспрекословно, или ты останешься один. По мнению Бана, ничего сложного делать не нужно: главарь небольшой группировки, которая крышевала один из последних районов Сеула, до которого еще не успела дойти рука Чана, желал встречи. Чан человек простой, долго ломаться не будет. Хочешь встречи — будет встреча, но один шаг в сторону, и разговор станет еще короче. На первый взгляд по старшому и не скажешь, что он еще тот головорез: всегда спокоен как удав, трезвый ум, реакции сдержанные. Минхо как-то видел, как он стреляет (в его гараже есть небольшой тир, который он сам соорудил) — у него руки не дрожали ни разу. Когда они с младшим проводили время в гараже, а Чан любитель опрокинуть баночку-другую пива в такие моменты, и нужно было куда-то срочно ехать, он весь собирался за считанные секунды, насколько бы не был пьян, и ехал без промедлений. Он полностью посвятил свою жизнь господину Хану, и поэтому выполнял все его приказы без задней мысли. Добравшись до назначенного места, Чан с Минхо и еще несколькими людьми старшего встали в ожидании. Исхода два: или главарь чужой группировки согласится на условия сотрудничества, выдвинутые Чаном, или он силой заставит согласиться. У них в тылу неподалеку было еще подкрепление на случай, если что-то пойдет не по плану. — Опаздывают, — заключил Минхо, глянув время на мобильнике. Младший волновался. Вдруг все-таки они не согласятся так просто, и придется вступать в бой. Драки парень не боялся, он боялся применения огнестрела, который даже у него за пазухой присутствовал, не говоря уже об остальных. — Ты куда-то торопишься? — Чан размеренно докуривал сигарету, будто у самого нет абсолютно никаких дел на сегодня и он мог прождать тут столько, сколько нужно. Главное, что они сами приехали, а не струсили, как, возможно, сделает эта шайка-лейка. — Нет, просто заметил, — Хо поперхнулся на таком взгляде старшого. Но не успел окончательно распереживаться, перед ними объявились те, кого они ждали. — Извиняйте за заминочку, мне надо было поссать, дорогие друзья, — голос мужчины, стоявшего в центре, пронзил слух Ли, он был одновременно высоким и хриплым, одним словом — мерзкий. Не то чтобы это как-то волновало юношу, но даже его уши скрутились бы в трубочку, если бы могли. То явно был главарь. Он заправлял штаны, будто ходил отлить за ближайший угол, что не исключено. Благо не решился это сделать у всех на глазах, иначе за подобное неуважение мог лишиться возможности повторить подобные действия в будущем. Нужно повториться, что Чан оставался простым человеком с четкими принципами и рамками, нарушение которых влекло за собой справедливое, по его мнению, наказание. — Ушик, всем похуй, где ты там был. К делу переходи, — Чан отбросил уже потухший бычок в сторону и вышел вперед, вставая в метре от того самого Ушика. Происходящее напоминало сцену из какого-нибудь голливудского кино, по крайней мере, Минхо так казалось. Тихий переулок, никаких лишних глаз. Это место всегда обходили за километр обычные люди, простые граждане и жители их города. Причина заключалась в том, что здесь с определенной регулярностью собирались какие-либо преступные группировки по тем или иным поводам, каким именно — знать не особо интересно. — Я знаю, что ты собираешься заявиться к нам на район, Чан, — он старался держаться гордо, все-таки за ним стояли его парни, которых он сам к себе взял, почти как сыновья. Группировка эта образовалась очень давно и состояла из самих жителей района. Они сторонились чужих, чтобы оставаться независимыми и не пускать продажу наркоты. Местные все равно обдалбливались, закупаясь в городе, но хотя бы самой торговли не происходило, потому что если за таким делом поймают свои же, то точно не обойдется простым «ай-ай-ай, так нельзя делать». Само собой, этот район был как бельмо на глазу Чана. Он так усердно карабкался на вершину к господину Хану не для того, чтобы какая-то банда разбойников препятствовала его массовому захвату территории. В Сеуле именно он был ответственным, решая все грязные вопросы за Донсока и став правопреемником, когда прошлый приближенный, можно сказать, ушел на пенсию. Он сослужил хорошую службу своему господину, за что был отпущен на старость лет как раз тогда, когда на горизонте появилась достойная замена. Да, в этом мире не всегда «уйти» означало смерть, здесь уважение превалировало намного сильнее. Минхо стоял немного поодаль от старшого, разглядывая рожи врагов напротив. В нескольких метрах, где-то в третьем ряду от Ушика, стоял Сону. На лице Ли появилось неподдельное удивление, теперь страх разборок с применением оружия стал еще большей проблемой. Он не хотел драться с юношей, а тем более не хотел, чтобы его убили ненароком. Он такой же подросток, как и сам Хо, не был плохим человеком и не должен сдохнуть собачьей смертью. — Твои информаторы не врут, — Чан даже не шевелился, как встал изначально в открытой позе, раскинув руки по сторонам, так и стоял, пяля в глаза напротив. Минхо перевел взгляд обратно на говорящих, следя за каждым их движением, даже за тем, как мышцы дергались на лице, чтобы успеть заранее понять, какие перспективы их ожидали сегодня. — И хули ты собрался делать в нашем районе? — Ушик подошел ближе, выпятив вперед грудь как зверь какой-то. — А то ты не знаешь. Все как обычно: или вы сами сдаетесь, или придется силой отнимать. За спиной Ушика было не так уж много людей — около двадцати человек, можно было бы и без дополнительной силы обойтись, но Чан не хотел рисковать. Поэтому он все-таки завел руку себе за спину, показав подчиненным, что нужно вызвать остальных на всякий случай. Если они решат все здесь и сейчас, то так будет даже проще. Это быстрее, и не придется нарушать мирный покой местных, не имеющих никакого отношения к преступному миру. — Мы не собираемся сдаваться героиновым ублюдкам, — Ушик уже упирался своей грудью в грудь Чана, готовясь драться, но у самих не было ничего кроме холодного оружия. Этот бой был проигран заранее, но просто так опустить руки они не могли, это не по-мужски как минимум. Минхо в тот вечер никого не убил. Он специально накинулся на Сону, чтобы вырубить его с кулаков, оберегая от того, чтобы кто-то другой не полез с пистолетом, но добрая половина от его соратников полегла. Чан не чуждался таких методов, он предупреждал. В мире побеждают только сильнейшие, никакое чудо не помогло бы этим героям. Такова реальность, с которой лучше не спорить, а становиться той самой силой, как это сделал Чан и впоследствии Минхо, окончательно став своим у старшего. Бан ни разу не пожалел, что подарил ему байк год назад, он заслужил. Заслужил своей преданностью. После этого инцидента Минхо больше не приходил к Сону, и не потому что тот не мог больше дать ему то, что хотел Ли, а потому что ему совесть не позволит после случившегося продолжать такие встречи. Они из разных миров, из разных лагерей. Контактируя дальше, Хо считал бы себя предателем и своей организации, и парня. Почти сразу Ли перевелся в другую школу во избежание встречи с Чхве, который через некоторое время собрал вокруг себя дворовую шайку, состоявшую из таких же подростков все того же района, чьим уроженцем был. Минхо старался избегать его всеми силами, но иногда не выходило, они не раз дрались, но только на пару, своих ребят Сону не привлекал в их дела, сетуя на то, что Хо его личная проблема. Но каждый раз Минхо либо уделывал его до звездочек в глазах, либо вовремя успевал свалить, как тогда с Джисоном у кафе. Когда они столкнулись в последний раз у магазина, Минхо наорал на него с такой злостью, что тот попросту не смог эмоционально вывезти этого. Все же драться всегда проще, чем отстоять себя словесно. Сону накинулся на него, как только заметил на горизонте, причитая что-то про его нового парня, что являлось лишь догадкой, в который раз упоминая о его предательстве. Хо не выдержал, слишком долго старался, больше года, и заявил, что он лишь пользовался им, что нихера не чувствовал к нему и за душой у него не стоит, ровным счетом, нихуя. От части не соврал: он действительно хорошо относился к парню и продолжал также относиться, просто это не его человек, не тянуло его так, как сейчас к Джисону. Разница кардинальная. Хан лучше по всем параметрам, но по каким именно Ли не знал, просто лучше, просто это его. Ведь так обычно и бывает, чувства сами дают о себе знать, не спрашивая разрешения. ~~~~ Наконец Джисон полноценно открыл глаза, увидев перед собой все того же побитого Минхо, на лице которого содраны все пластыри, потому что старший избавился от них ровно в тот момент, когда они снова переступили порог квартиры после вечерней прогулки. — Бесишь, — Хан зарылся лицом в подушку, чтобы не видеть этой потрясающе отвратительно картины, и отвернулся, стянув одеяло с Минхо и зарывшись в него полностью. — Да в смысле? — Ли засмеялся с такого Джисона, потянул его за талию к себе и прижал, чтобы дальше никуда не уполз. — Ты только проснулся, а уже ворчишь, — у него получилось немного стянуть пуховое покрывало с головы младшего и уткнуться носом ему в висок, губами припав к уху. — Представляешь, мне с утра запрещают взглянуть на самые милые щеки в моей жизни. Давай накажем этого нарушителя? — Минхо прикусил мочку Хана, тем самым заставив его резко дернуться и перевернуться на спину, тревожно взглянув на Хо. — Ты че творишь? — брови приподнялись, а глаза округлились, парень пребывал в культурном шоке. Что это старший задумал делать с ним? Ли еще громче засмеялся, под шумок залезая к юноше под одеяло с головой, и, развалившись на нем сверху, а щекой прижавшись к чужой груди, сковал его своим весом. — Ай, черт, ты тяжелый! Слезай! Слезай, кому говорят! — младший начал брыкаться под парнем, пытаясь выползти, но все бесполезно. — Ну Минхо! — Не хочу, ты тогда опять от меня отвернешься, — пробурчал под одеялом тот, сильнее сжимая талию в своих руках. — Не отвернусь! Правда-правда! Только не раздави меня! — Минхо чуть приподнялся на локтях, предоставляя больше свободы, и тут же упал набок рядом, схватив все также за туловище и притянув. — Так лучше? — Джисон снова ребенком сделался и закивал активно, поджимая губы. — Вот и хорошо, — Минхо неожиданно утянул младшего в поцелуй. Старшему было мало вчерашних нежностей, ему хотелось каждую секунду пробовать юношу на вкус, трогать его тело руками, ощущать рядом с собой. Нехотя он оторвался, чтобы дать время Хану опомниться. — Ты такой сладкий, Хан-и, — все это время улыбка не сходила с его лица. Это, наверное, самое приятное утро за всю его паршивую жизнь, которая в один день превратилась в прекрасную, лучше не придумаешь. Джисон тут же стал красным, и пяти минут не прошло, как он проснулся, а к голове кровь прилила от смущения. Казалось, он никогда не привыкнет. Закрыв глаза и потерев их кулачками, он после снова посмотрел на Хо, будто не верил, что все это реально. — Тебе не кажется, — парень снова поцеловал, но глубже, сразу проникая языком и вызывая у младшего тихий стон, загасившийся в мычании. Минхо теперь совсем не хотел отлипать от Джисона, следом приподняв его и положив на себя. Он водил руками по спине младшего, как по своей собственности, проходясь по пояснице и переходя на позвоночник. По Хану легкая дрожь прошлась, он подставлялся под чужие руки, тая под их воздействием. Они идеально подходили друг другу, оба не сомневались в этом. Слишком хорошо. В порыве Минхо случайно прикусил нижнюю губу младшего до крови и резко оторвался: — Прости, пожалуйста, — в парне включился режим заботы, он даже привстал на локтях, чтобы дотянуться куда-то, однако поблизости не оказалось никакого антисептика, а Джисон сковывал его движения, сидя сверху. Уже через несколько секунд Хан обратно напал с той же жадностью, вписывая голову Ли в подушку. Ему было все равно на эту безобидную алую каплю, она не стоила прекращения такого момента. Минхо даже глаза не сразу закрыл, распахнув их сначала до максимума, но, расслабившись, погрузился обратно в прекрасный сон и зарылся пальцами в макушке младшего, слегка оттягивая волосы. Он готов был сразу взять его на этой кровати, но сам не собирался проявлять инициативу, они даже не говорили об этом. Минхо уверен, что Хан девственник. Когда ему было трахаться с таким режимом жизни, о котором Хо хоть и немного знал, но достаточно, чтобы осознавать тернистость его пути. Тем более с парнями, тем более, что Минхо актив. Вдруг им вообще придется искать какой-то компромисс в таком деле? Но признаки вожделения старший проявлял отчетливо, Джисон давно чувствовал под собой его твердую плоть, стараясь не обращать внимания. Иначе как насладиться происходящим? Каждый раз останавливаться, когда появлялся малейший признак возбуждения? Они оба хотят друг друга, но как именно начать — неизвестно. Старший опустил свободную руку ниже по пояснице, остановившись ею на заднице Джисона и грубо сжимая. Он безумно хотел ее помять, уже давно, но только сейчас позволил себе, проверяя чужую реакцию. Ничего особенного в ответ не последовало. Минхо уже опустил вторую, во всю хозяйничая на новой территории. Под резким порывом, он уложил парня снова на спину, нависнув сверху, но удерживаясь навесу, чтобы младшему было комфортно, он все не отрывался от поцелуя, а ладони легли на торс Джисона, нырнув под футболку. Хан простонал. Каждое прикосновение к его коже проходилось приятно колющей волной. Он снял с себя мешавшую ткань, чтобы Хо мог продолжить свои манипуляции без страха перейти черту. Так он и сделал, почти сразу спустившись поцелуями по шее на ключицы и параллельно прижимаясь пахом к нему, расположившись между ног. Он терся отчаянно, будто это могло заменить полноценное проникновение, но, на самом деле, ему было достаточно. Несколько минут назад вовсе хватало лежать в обнимку, а тут неожиданно такой прогресс. — Хо, — протянул младший, еле пробивая звуки сквозь тяжелое дыхание. Старший сразу встрепенулся, опасаясь, что перегнул, и поднял взгляд, отлипнув от сладкой кожи. — Нет-нет, все хорошо. Просто я еще не готов к… ну ты сам понял, но я могу попробовать сделать это ртом, — он был так искренен в этот момент. Понимал, что своим поведением издевался над Ли, поэтому хотел хотя бы как-то исправить ситуацию. Минхо растаял на месте от столь милого проявления юноши, который правда хотел помочь. Хо снова улыбнулся, поцеловав коротко: — Ты не должен мне ничего, я все понимаю. Лучше давай тебе помогу я. Парень видел и чувствовал, что в штанах Джисону становилось тесно, поэтому накрыл его возбуждение ладонью, нежно проводя из стороны в сторону, на что младший заскулил. Сам не ожидал от себя настолько острой реакции на прямой контакт. Взглянув на Ли, показалось, что он начал умолять его не останавливаться, а только продолжать. Минхо долго уговаривать не нужно. Парень стянул с него домашние треники сразу вместе с боксерами и ровно также, но уже без лишней ткани провел ладонью по всей длине. Джисон простонал в голос, слегка выгнувшись и откинувшись головой в подушку. Минхо начал опускаться поцелуями все ниже, давно оставив в покое ключицы парня и переходя на его торс. — Что ты... — Джисон издал глухой хрип, потому что почувствовал горячий язык на его налитом члене. Младший машинально попытался соединить ноги между собой, но был остановлен. Ли посмотрел на него снизу-вверх, оставаясь все в том же положении, взял руку Хана, что лежала неподалеку и не могла найти себе места. Старший заботливо положил ее себе на макушку, показывая, где она должна находиться все это время. — Минхо... Блять! — он сжал крепче волосы в ладони, когда тот вобрал глубже в себя, стараясь сделать настолько приятно, насколько мог, помогая себе языком, лаская со всей нежностью и любовью. Так сильно хотелось сделать ему хорошо, что сам начал невольно течь предэякулятом прямо в белье. Свободной рукой Минхо залез в свои штаны, начав помогать и себе избавиться от напряжения. Они были возбуждены до предела, несмотря на то, что большего позволить пока не в силах. Чертовы чувства перекрывали все оставшиеся адекватные мысли, поэтому Хо просто отдался процессу, впрочем как и Хан. Джисон излился раньше, не смог удержаться. Чужой язык обернулся самым блаженным, что он когда-либо ощущал на себе, никакая рука и в сравнение не пойдет. Минхо следом поднялся к юноше и впился в его губы, как это делал раньше — жадно, не желая выпускать его, параллельно продолжая работать своей рукой и тереться об естество младшего, вскоре тоже достигнув пика. — Я тебя ненавижу, Ли Минхо, — Джисон говорил сбито, пытаясь отдышаться. Нахлынувшие ощущения оказались настолько яркими, что парень не мог собраться в кучу, бегая глазами по лицу напротив и не понимая, на чем остановиться. — Да-да, я так и поверил, — снова та любимая ухмылка. Вместо того, чтобы отпустить, он спустился губами к шее и укусил его. Метку оставить хотел не просто так, а чтобы все знали, кому принадлежал. ~~~~ — Хо, ты уверен, что нам надо к Чану идти? Джисон с Минхо направлялись к припаркованному байку. Старший еще днем предложил сгонять вечером в гараж к Чану, потому что хотел показать Хану так называемый «свой мир». Ведь это место и правда являлось частью его будничной жизни, ему безумно нравилось проводить время со старшим, а тем более копаться в железках. Раньше он уже рассказывал об этом Джисону. Младший опасался идти к Чану, потому что тот знал слишком много о младшем Хане, много того, что он пока не хотел рассказывать Минхо. Все еще не знал, как преподнести информацию о своем прошлом и планируемом будущем. — Да, конечно, тебе понравится! Я тебе гарантирую это. Вы же вроде знакомы с Чаном? Он же все-таки приближенный твоего отца. Они наконец подошли к диавелу, Минхо сразу начал доставать шлемы из сетки и вставлять ключ зажигания, пока не заводя мотор. — Да, знакомы, — обреченно ответил Джисон, не особо сдерживая свою реакцию. Он взял шлем из чужих рук и уже было начал надевать его на голову, как Минхо добавил: — Я и Сонни позвал, чтобы она не грустила одна в выходные. Некрасиво немного вчера с ней получилось, — после такой прекрасной новости младший расцвел. Присутствие их подруги означало, что никаких разговоров о подпольном бизнесе не будет. Все присутствующие не позволят этому произойти. Юноша облегченно выдохнул и уже с радостным лицом надел шлем. — Я знал, что она поднимет твое настроение, — с улыбкой заключил Хо, тоже надевая шлем, и они вместе уселись на байк, выезжая к старшому. ~~~~ — Минхо! Дж…! — Чан резко останавливался во время приветствия, заметив за парнями девушку, о которой он был предупрежден, но подумал, что это какая-то шутка, — Ёнсу! — продолжил он. — Рад вас видеть! — парни обнялись, похлопав друг друга по спинам. Следом Чан переключился на пока незнакомую гостью. — Бан Кристофер Чан, — парень протянул руку девушке, сдержанно улыбаясь, показывая ямочки на щеках и пристально вглядываясь нее. — Ян Сонни, — представилась она, вложив свою ладошку в руку парня, тот плавно наклонился и поцеловал ее в тыльную часть. Да, он немного переигрывал с любезностью, но ребята, стоявшие рядом, явно оценили. Хо даже тихо прыснул, заметив подругу, которая вся покраснела от такого внимания к себе. Вечер точно ожидался прекрасный, как минимум потому, что ему выпадет часть наблюдать за Чаном, который принимал гостей не из преступного мира. Они прошли дальше в помещение. Заходили прямо через вход в гараж, который примыкал к небольшому домику, в котором жил Чан. Гараж был явно больше самого дома, да и проводил большую часть времени хозяин именно здесь: тут и диван стоял, на котором можно было поспать, и мини-холодильник — все, что надо для жизни. В глубине помещения стояли три машины и два байка, которые Минхо уже знал наизусть, включая их начинку. Черная матовая Aston Martin Valkyrie была приобретена самой первой, как давняя хотелка Чана, наконец накопив на которую, он смог убедить себя в том, что двигался в правильном направлении своей «карьеры». Maserati 124 Coupe 1974 года уже для души. Отец ему еще в детстве рассказывал, как хотел ее, но после его смерти получил машину только младший Бан, отдав своеобразную дань. Ну и наконец Nissan Skyline R34, которую они усердно ковыряли с Минхо уже на протяжении года, потому что времени свободного все не хватало. Чан первым делом взялся за покраску, превратив изначально черный пошарпанный кузов в лакированный аспидно-синий. Ему сильно хотелось увидеть ее во всей красе, поэтому принял решение исправить возможные будущие повреждения после ремонта. В ряду мотоциклов стояли Suzuki GSXR 1000 в песочно-черной расцветке и такой же, как у Минхо, Ducati Diavel 1260, только из серии коллаборации с Lamborghini. Оглядев сию красоту, у Джисона глаза на лоб полезли: мало того, он был фанатом ретро-тачек, так еще и его любимый Aston Martin присутствовал. Ему правда был интересен весь этот мир автотехники, но по-настоящему увлечься не оставалось возможности, поэтому довольствовался красивыми картинками и проезжающими мимо по улицам суперкарами. — Что-то попить или поесть? Если чего-то нет, Минхо сгоняет в магазин за пару минут. На небольшом столике у дивана стояли несколько напитков: пиво, изначально предназначавшееся старшему, но ему не было жалко им поделиться, кола для Хо, которую тот литрами мог пить, находясь здесь, и еще небольшой отряд разносольных банок с газировками, рядом размесились снеки. Минхо злобно зыркнул на старшого, закатывая глаза. Он, конечно, его подчиненный, но не мальчик на побегушках же? Джисону и так ничего не надо было, а в магазин Ли один раз уже съездил в одиночку. Повторять такой опыт младший явно не горел желанием, поэтому промолчал. Сонни девочка воспитанная, будет довольствоваться тем, что есть. Оба отказались, но девушка все-таки решила попросить разрешения выпить пива вместе со старшим, в чем ей не было отказано. — Чан-оппа, а кем вы работаете? — уже выпив бутылку пива, девушка стала посмелее и перестала молчать, поэтому вопрос вышел из ее уст самостоятельно. Все же такая красота перед ней предстала, что любопытству не было предела. — Ох, — Чан почесал затылок, уводя взгляд куда-то в сторону, пытаясь экстренно придумать, что сказать. Понятно теперь, от кого Минхо перенял эту привычку, которая проступала в любой сложный момент. — Ничего особенного: как и все, на дядю, — ему все-таки удалось сгенерировать нейтральный ответ — маленькая победа Джисона и Минхо. — Вы, наверное, хорошую должность занимаете, раз так живете, — было понятно, на что она намекала (разнообразие личного автопарка). Минхо стало немного неловко, но он был уверен, что Чан отнесется с пониманием. Она по прежнему оставалась неопытной школьницей с донельзя простым пониманием мира. Ей можно простить многое. — Можно и так сказать, — снова очаровательная улыбка, которая заставляла Сонни зависнуть, особенно будучи под легким опьянением. Она уже совсем не думала о Минхо, как о парне, а тут появился такой мужчина на горизонте. Нет, она не была какой-то охотницей на большие кошельки, просто Бан правда произвел на нее неизгладимое впечатление. Чтобы это сделать, много труда не надо, она в целом была достаточно восприимчивая, а Чан проявлял себя по отношению к девушкам исключительно порядочным человеком. Отец этому с детства учил, а теперь он учил этому Минхо. — Хо рассказывал, что ты одноклассница Ёнсу, верно? — Да, именно, — она попыталась усесться поудобнее, ютившись на небольшом черном диванчике с тканевой обивкой вместе с парнями, которые расселись как короли. Чан заметил, что младшие немного оборзели, забыв про комфорт девушки, и злобно зыркнул на них. Минхо сразу понял, к чему были эти взгляды, и толкнул слегка Джисона, чтобы тот подвинулся и они освободили для Сонни больше места. — И как тебе эти двое? — Чан сделал еще один глоток пива. Он потягивал его медленно, еще не завершив с первой бутылкой. Ему нравился сам вкус напитка, поэтому абсолютно не торопился опьянеть. — Особенно вот этот, — он указал пальцем на Минхо. — Не доконал своими выебонами? Сонни стало не по себе на минутку, она же несколько дней назад признавалась в любви как раз этому парню, и именно он помог ей немного привести мысли в порядок, а тут ей надо сказать свое мнение на его счет. — Они замечательные, Чан-оппа, я более добрых и понимающих людей не встречала в своей жизни, — парни одновременно посмотрели на девушку со взглядом, аля, «она точно про нас?». Сказано это было абсолютно искренне, как на духу, она даже не успела обдумать их. Старший засмеялся практически в голос, наблюдая за их реакцией на сильное заявление. Он был согласен с ней полностью. Бан знаком с Хо уже шесть лет, тогда ему было девятнадцать и он около трех лет работал на господина Хана, к которому попал случайно, первый раз в своей жизни покупая наркотики, причем себе. Отец тогда совсем недавно погиб в аварии, направляясь на работу офисного клерка. В молодости он хотел стать гонщиком, но мечта быстро испарилась, потому что, еще не будучи совершеннолетним, мужчина получил черепно-мозговую травму, что обрекла его всю жизнь бороться с головокружениями и другими последствиями, напоминающими о происшествии. В день аварии он ехал на автобусе рано утром, и в него врезался какой-то остолоп на джипе, потерявший контроль над управлением своей говнотачки (так выражался Чан). Погиб только его отец. Младший Бан убедил себя в том, что наркота поможет ему забыться, но попавшийся ему барыга отчего-то решил поговорить, заметив бегающие глаза, которые явно давали понять, что парень сомневался в своих действиях. Не то чтобы он первый такой, все малолетки выглядели также, когда первый раз приобретали товар, но, как потом он объяснял Чану: ему просто было скучно в тот день. Никакого движа не предвиделось, и он никуда не торопился, поэтому решил достать малого. Это «доставания» привели к тому, что Чан рассказал о своем прошлом, об отце, о том, чем хотел заниматься в будущем — посвятить себя механике, как хотел того батя, но понял, что это все бессмысленно, потому что без отца он потерял стимул куда-либо двигаться. Барыга, наверное, из жалости, которая сработала в нем рандомным образом, позвал парнишку работать с ним, лишние руки тогда не помешали бы, потому что они планировали расширение своего подразделения сразу на два района, дабы не плодить мелких руководителей. Чану терять тогда было нечего, вот он и согласился, а позже, втянувшись и познакомившись с господином Ханом, что произвел на него впечатление величайшего человека своего времени, решил продолжить развиваться именно под его началом. Когда он встретил мальчишку, таскавшего мешки на равных с остальными, пока подрабатывал грузчиком в свои десять с небольшим (выглядел он младше своего возраста), Чану безумно стало интересно, что же у него за судьба такая. Сначала Минхо отшивал парня, не понимая, чего тот к нему прицепился. В его глазах Чан увидел взрослого, совсем не ребенка. Он посчитал, что у такого парнишки есть будущее не только рядом с ним, а в принципе, однако мальчик, сам того не подозревая, мог загубить его. Поэтому Бан решил попробовать заманить его к себе, чтобы воспитать по-своему, как не могли его родители. Идея тогда казалась ему грандиозной. На деле масштаб оказался не столь великий, но он ни одного дня не жалел о содеянном, потому что неизвестно, куда бы малого завела жизнь, если бы так и продолжил таскать те мешки. Скорее всего тоже к Чану, но уже по другому делу. Минхо действительно оказался добрым малым, хоть и не показывал это старшому открыто, пребывая вечно в хмуром настроении и с подозрением знакомясь со всем новым. Однако каждый раз, когда Чан проводил время с этим ребенком и на горизонте появлялся какой-нибудь бездомный кот или собачка, мальчик тащил Чана в магазин, чтобы купить им еды и накормить. С возрастом такое яркое проявление заботы ко всему живому пропало, и сам парень ожесточился, но по-другому в этом мире нельзя. Бан все равно был уверен, что внутри тот ни капли не изменился, все также оставаясь тем маленьким добрым мальчишкой. — Я с тобой полностью согласен, Сонни, — заключил старший, после чего на нем сосредоточились взгляды парней с ровно тем же выражением лица. — А вы че уставились? Тебя уж, Хо, я как облупленного знаю, — встав с Aston Martin, на капот которой облокачивался, чтобы смотреть на ребят с удобного ракурса, он поставил пустую бутылку на стол, рассчитывая, что позже уберет весь мусор, и взял новую. — Малой, пошли в скайлайне покопаемся. Минхо загорелся ярким пламенем. Он уж думал, что не предложат. Ли вопросительно взглянул на Джисона, невербально спрашивая разрешения. Тот одобрительно кивнул, с чистой душой отпуская парня заниматься тем, что ему приносило неизгладимое удовольствие. Хану несложно было остаться и поболтать с Сонни, тем более они в любой момент могли присоединиться к ним. — Идем! — Хо сразу вскочил с места, прихватил банку колы и направился вслед за старшим в конец гаража, где как раз стоял нужный автомобиль. В такие моменты Минхо становился как раз тем самым мальчишкой, которого Чан взял под опеку. Старший замечал эти изменения и нарадоваться не мог, что не ошибся, что его малой все тот же. Когда они подошли к тачке, где их было слабо слышно, особенно, если говорить тише, Чан сразу начал новый разговор: — Слышь, малой, дашь мне телефон этой вашей Сонни? — ему стало неловко за самого себя, будто он какое-то преступление совершал, к которым, по идее, уже давно привык. Минхо весь довольный стоял. Он не ожидал, что Чан так скоро обратится к нему с подобной просьбой, но зато ему стало окончательно ясно, что со старшим что-то нечисто, когда тот приказал им отодвинуться от Сонни. — Хён, ей семнадцать, — конечно, Хо не имел ничего против, она не такая уж и маленькая. Кто он такой вообще? Но попытаться поддеть — святое. — И че, блять? Я же не трахать ее завтра поведу, — на самом деле тут к Чану было не придраться, он бы ни за что не стал давить на девушку в сексуальном плане, даже если бы у них что-то закрутилось, особенно на несовершеннолетнюю. — А куда? — все с той же хитрой мордой продолжал Ли, параллельно доставая телефон из кармана, чтобы сообщить контакты своей новой подруги. Чан поднял злобный взгляд, как тогда у дивана, но Минхо знал, что за ним стояло в худшем случае легкое раздражение, и этот факт благословлял его на продолжение провокаций. — Еще одно тупорылое слово и я завтра трахну тебя, — Чан резко изменился в лице, улыбнувшись во все тридцать два. Минхо же тяжело сглотнул, замерев. — А ты че думал, я не знаю? — Про что не знаешь? — Ли сделал вид дурачка, чтобы проверить, к чему Чан это сказал. — Что ты по парням, — младший резко закрыл рот Чану, дабы никто не услышал его. — Ты че блять? Сонни не знает, — Хо в панике. Мало того, что Чан, оказывается, в курсе его ориентации, так еще и подруга не должна знать этого. Старший убрал чужую руку со своего лица. — Думаю, она не дурочка, по вам сразу видно, долбаеб. Но я это заметил, еще когда ты бегал домой к тому парнишке светловолосому из районной банды, — он продолжил говорить тише, чтобы не смущать парня. — В смысле блять? — у Минхо в голове промелькнуло подозрение, что раз Бан знал все еще тогда, то, возможно, намеренно повел его на те разборки. — Нет, я не знал, что он был в той банде, но это ничего не поменяло бы, если тебе интересно. От твоих муток не должна зависеть работа. Ты сделал все правильно, — Чан говорил спокойно, открывая капот скайлайна. Минхо все понял, Чан был как всегда прав. Его одобрение невероятно ценно, а еще важнее то, что он сказал следом: — Про вас, — старший кивнул куда-то в сторону ребят на диване, — я не расскажу господину Хану, но не думай, что этот мальчишка так прост. Это только кажется. Имей в виду, что я не буду рассказывать только потому, что Джисон в состоянии решать абсолютно все свои проблемы самостоятельно, и ваши взаимоотношения — меньшая из них. Слова Чана ввели парня в ступор, они только в несколько раз больше его запутали. Он и без него понял, что Джисон не так прост, но вот вторая часть звучала максимально абстрактно и неоднозначно. Минхо представить не мог, что тот подразумевал, но только собрался задать уточняющий вопрос, как старший заткнул его: — Понимай, как хочешь, большего я не скажу. Где телефон Сонни, пиздюк? — он резко повернулся к Ли, паля пронзительно, будто если сейчас же номер не окажется у него, то миру придет конец. — Да щас, хён, — он уже стоял с телефоном в руках, открывая контакт Сонни, и следом отправил его парню. — Скинул. — Хороший мальчик, а теперь тащи инструменты, — ехидно натянув улыбку, Бан указал парню на ящик, стоявший неподалеку, а второй без промедления направился выполнять приказ.