Шёпот в темноте

      — Да какого хера! Что значит — пропал? Что значит — вы не знаете, как?! Он ваш пациент или нет?! — громыхал под сводами больницы Блу-Пайн голос Джоди Морган, в этот момент как никогда напоминая голос её отца.       Разъярённая, как сотня чертей, она неслась по коридору в направлении палаты, и за ней поспешали несколько человек в халатах — медсёстры, персонал и врач, который лечил Симпсона. Подлетев к палате, Морган с треском рванула дверь на себя и ворвалась внутрь. Джеку не солгали. Палата была пуста. Капельницы, вырванные из катетера, валялись на голубой больничной простыне дохлыми змеями.       — Ну, и где он? — уперев руки в бока, осведомилась Джоди.       — Мы не знаем, детектив, — очень спокойно ответил врач, но лицо его дёргалось. — Медсёстры совершали обычный обход, я был в соседней палате у пациента, когда меня позвали. Мистера Симпсона здесь не оказалось. Мы сразу…       — Проверьте камеры, — распорядилась Джоди, не слушая.       — …мы сразу же проверили камеры, да, — устало договорил врач.       — И что?       — На камерах не видно, чтобы мистер Симпсон куда-то выходил. К нему в палату также никто не заходил.       Джоди коротко, зло рассмеялась:       — Шикарно! Симпсон не выходил, к нему никто не заходил, но тем не менее он пропал, и вы не знаете, где он! Мистика какая-то, не находишь? — повернулась она к Джеку.       — Детектив, готовы анализы мистера Симпсона, — аккуратно сменил тему врач и протянул ей листы. Джоди взяла, прочитала. Её бровь изогнулась, и она повернулась к Джеку, протягивая ему бумаги.       — Как тебе такое?       Детектив пробежался взглядом по ровным строкам, чувствуя, как брови вот-вот поползут вверх. По результатам анализов значилось, что Симпсон на момент аварии не был в состоянии ни алкогольного, ни наркотического опьянения, не находился также под воздействием психотропных веществ. А значит, он был в трезвом уме и памяти, когда сбил человека, предварительно набрав скорость перед столкновением.       — Трезвый, без помутнения рассудка, — проговорил Джек, быстро перечитывая. Снова трещала голова, хотелось курить, а Джоди немного успокоить. Что поделать, они уже в дерьме, остается только плыть по течению.       Симмонс прошелся по палате, осмотрел окна, которые открыть человеку в состоянии Симпсона просто невозможно.       — Он пришел в сознание? — между делом спросил Джек.       Врач и медсестра переглянулись. Ответ оказался отрицательный. Детектив попросил персонал выйти, стоило закрыться двери, повернулся к Джоди.       — Значит, ещё и исчез нахер, находясь без сознания. Это что за чертовщина у вас тут? — он обвёл взглядом палату. — Камер внутри нет, значит, он мог… выйти в окно, не знаю, всё равно не сходится. Почему здесь нет камеры? Так ведь можно, например, исключить врачебную ошибку.       — Я не знаю, не спрашивай, — Джоди выпустила из себя весь воздух, обеими руками взъерошила волосы, и без того растрёпанные. — Камер в палатах у нас никогда не было. Кстати, нужно будет сказать мистеру Гарольду, чтобы прописал этот пункт расхода в ближайшем будущем. Итак, что мы имеем: человек, сбивший другого человека, не находясь при этом под воздействием препаратов, исчез, будучи без сознания. Никто ничего не видел и не знает. Версии у меня две — либо он пришёл в сознание, но мозг у него затуманен лекарствами, плюс, ты же помнишь, у него амнезия, так вот он встал и пошёл домой на автомате. А вторая версия — он очнулся и всё вспомнил. И решил удариться в бега. Первым делом наверняка пойдёт домой, забрать машину жены, взять деньги. Нам нужно перехватить его. Я вызову сюда наряд, а мы с тобой погнали к дому Симпсона! На обратном заскочу в мэрию и проверю городские камеры — мне до чертиков интересно, как Симпсон вообще вышел из больницы.       Глаза Джоди разгорелись жёстким блеском, жесты были резкими, она говорила отрывисто и ходила туда-сюда, почти чеканя шаг. Новое дело мобилизовало все её силы, и сейчас Морган была подобна воинственной валькирии.       Джек согласно кивнул. Ему нравился ход её мысли, решительность, с которой она схватилась за это дело. Будто прежде, до его приезда, возможно, просто скучала. Не было толкового напарника или чёрт вообще знает, что в голове этой безумной девахи.       — Думаю, ты права. Сотрудники больницы могли не слишком внимательно просмотреть и свои камеры, не заметить, как он слинял из палаты. Хотя, чёрт возьми, на беглеца он похож меньше всего. На труса — да. Погнали, день будет занятным.       Всю дорогу к дому Симпсона — типичный жилой район типичного городка в американской глубинке, блестящая от дождя дорога, одноэтажные дома по обе стороны от неё, зеленеющие лужайки, низкие белые заборчики, американские флаги над входом, — Джоди вела машину, не отрывая от трассы взгляда, а сама по громкой связи собачилась с шефом Янгом, требуя выдать им ордер на обыск дома. Шеф Янг возражал, аргументируя тем, что оснований недостаточно, и упирал на Четвёртую поправку. И напрасно Джоди утверждала, что обыск дома поможет раскрыть информацию о совершающемся преступлении — побеге арестованного за непреднамеренное убийство (которое, кстати, очень скоро может быть переквалифицировано в преднамеренное) — шеф Янг был непоколебим. Под конец Джоди просто бросила трубку и пошипела, как рассерженная кошка:       — «Недостаточно оснований»! А что Симпсон сбежал из больницы — это недостаточное основание? Ну ничего. Сами справимся, — кивнула она напарнику, не отрывая глаз от дороги.       Вскоре она свернула на подъездную дорожку перед гаражом одного из домов слева от шоссе. Они вышли и направились к двери. Дом Симпсона был типичным одноэтажным строением, обшитым сайдингом, с крыльцом и флагом, который лениво обвис над входом. По выложенной плиткой дорожке они направились к двери. Над входом Джоди заметила камеру наблюдения и указала на неё Джеку.       Они постучали. Сперва внутри было тихо, затем послышались шаги, звонкий лай комнатной собаки, и на пороге, отворив дверь, показалась женщина средних лет, с завитыми, искусственно осветлёнными кудрями и очками на носу. Она спокойно, с лёгким любопытством, посмотрела на детективов.       — Чем могу помочь, офицеры?       — Детектив Морган, я и детектив Симмонс расследуем аварию, в которую попал мистер Симпсон, — сказала Джоди, показывая удостоверение. — Миссис Симпсон, вам известно, где сейчас ваш муж?       — Конечно же, известно. В больнице после этой самой аварии, в которой он и пострадал, — она перевела взгляд на Джека.       Тот тихо хмыкнул, коснувшись плечом плеча Джоди. Едва заметно, будто бы случайно.       — У вас устаревшая информация. Сегодня днем он покинул больницу, никого не предупредив. Дело такое, он непосредственный участник аварии, предположительный её виновник, а такое вот… действо говорит не в его пользу.       — Подождите-ка, — прервала она, слегка сощурившись. — Насколько мне известно, мой муж настолько пострадал в аварии, что находился в реанимации без сознания. Как же он мог просто уйти? Что за несостоятельная полиция в нашем городе, детектив Морган? Будьте уверены, я просто так это не оставлю. Мало того, что вы довели человека, пострадавшего человека, до реанимации, так ещё и не смогли уследить за тем, чтобы он был в безопасности!       «Твою ж мать, ну какого чёрта…» — пронеслось в голове Джека.       — Не забывайтесь. Ваш муж оказался за рулём в состоянии опьянения, из-за него погиб человек, — не моргнув глазом, солгал он, начиная давить уже сильнее, делая шаг вперёд и словно возвышаясь над женщиной. — Нам бы пройти осмотреть дом. Пока по-хорошему, если, конечно, вам не хочется поехать в управление и провести время на допросе. Ещё и обвинения выдвинем. Как насчёт возможного укрывательства преступника? Может быть, препятствование следствию? У вас большой выбор.       Она поджала губы, не нашлась, что ответить и молча шагнула в сторону.       — Рад, что с вами можно договориться, — Джек обворожительно улыбнулся и кивнул Джоди.       Они вошли в дом, держась рядом, мимо залившейся лаем собачонки и миссис Симпсон, выразительно поднявшей брови и всем своим видом говорящей о том, какого она мнения о местной полиции. В гостиной, точно такой же, как и в десятках других похожих домов, всё было в порядке и на первый взгляд — на своём месте. Телевизор, показывающий какое-то кулинарное шоу, большой диван, столик с журналами, множество книг на шкафчиках и полках. Очевидно, в семье Симпсона любили читать. На кухне также не было следов недавнего присутствия постороннего человека. Закипал электрический чайник, в вазе стояли фрукты. Никакого беспорядка, ничего, что бы указывало на то, что кого-то недавно прятали.       Джоди первой направилась к лестнице на второй этаж. Они осмотрели каждую спальню, проверили ванную, заглядывали под кровати и в шкафы — никаких следов присутствия Симпсона. Они остановились в коридоре, и Джоди, подняв голову, посмотрела на люк, который виднелся в потолке — чердак. К нему вела складная лестница, сейчас сложенная. Чтобы спустить её, было достаточно потянуть за висящий рядом шнур.       Она кивком указала Джеку на лестницу, а сама обернулась к миссис Симпсон, которая всюду следовала за ними укоряющей тенью.       — Подвал есть?       — Есть, — бросила та, поджав губы.       Ей явно не хотелось оставлять кого-то из них одного, да и в целом, было одно желание — выгнала бы их ко всем чертям, если бы могла. И всё же пришлось направиться с Джоди на первый этаж, а там уже и показать подвал. Джек выдохнул, огляделся, дёрнул за шнур, открывая люк и опуская лестницу. Тихо хмыкнул, поднялся наверх. Чердак был погружён в полумрак, не помогла даже одинокая лампа под потолком. Запах пыли говорил о том, что сюда поднимались довольно редко. Как и многие, чердак использовался для складирования ненужных вещей: коробки, шкаф со старой одеждой. Никого и ничего. Он нахмурился, окинул взглядом помещение, спустился обратно и наткнулся на хозяйку дома. Казалось, что она покраснела от недовольства, стоило только увидеть его. Джек не стал даже ничего говорить, никак оправдываться, хотя в первый миг очень хотелось. Прошел мимо неё вниз прямиком к Джоди. Там кивнул ей и направился к выходу.       Уже в машине открыл окно, закурил.       — Интересная реакция человека, у которого близкий попал в подобную ситуацию… мало того, что её муж подозревается в преднамеренном убийстве, так ещё и исчез из больницы… — бросил Джек, выпуская дым.       — Тоже заметил, да? — отозвалась Морган, не отрывая глаз от дороги. Пошёл дождь, затянув серой сеткой леса и приглушив полыхающий цвет листьев. Ели, тёмные и высоченные, столетние свидетели истории, тонули в тумане, который начал подниматься из лесных долин. Дорога, пролегающая между двух лесистых кряжей, блестела от дождя, и Джоди остерегалась набирать высокую скорость.       — Словно ей… всё равно. Ну сбил её муж человека, подумаешь. Ну висит на нём преднамеренное убийство. Ну пропал. Кажется, её разозлило только то, что мы пришли с обыском и обшарили дом. Да, в подвале тоже пусто. Как и на чердаке, я поняла.       Подвал в доме Симпсона был точно такой же, как и сотни других подвалов в типичных домах американской глубинки, разбросанных на просторах Америки. Полупустой, серый бетонный пол, серые стены, бойлер в углу, система отопления, в другом углу — какие-то коробки и хлам, никому не нужный, но всё же не настолько, чтобы его выбрасывать. Нигде ни следа, ни намёка, что там может прятаться сбежавший Симпсон.       — Значит, едем в мэрию и смотрим городские камеры. Смотрим, куда он мог пойти… если вообще ушёл, — неожиданно даже сама для себя прибавила она. — А ты как думаешь, Джек, куда его понесло?       Джек слушал её, кивал, потом задумчиво затянулся, провел рукой по волосам и пожал плечами.       — Честно, у меня разрыв мозга. С одной стороны, я думаю, что он просто подался в бега. Сыграл психа и метнулся подальше. С другой — его мог вывести из больницы кто-то влиятельный, но… он же просто рядовой учитель. На кой чёрт сдался, чтобы прикрывать его. Семейка неприметная. Странно…       Джек задумчиво хмыкнул.       –Тормознёшь здесь? — он указал на здание почты. — У меня есть одно дело. Не обидишься, если пропущу вашу милую беседу с мэром?       От неожиданности Джоди проехала мимо, потом сдала назад и остановилась:       — В смысле… что за дело? Надеюсь, связанное с расследованием?       Но она тут же напомнила себе, что его дела, вообще-то, её не касаются, а рабочий день идёт к концу, судя по тому, как начало темнеть затянутое тучами небо. Морган откинулась на спинку сиденья и привычно взъерошила волосы.       — Без проблем. Поеду очаровывать мистера Гарольда сама, да по ходу дела пропихну идею насчёт камер в палатах. Если что найдёшь — сразу звони. Я на связи.       И она, выпустив Симмонса, газанула так, что из-под колёс полетели брызги воды. Патрульная машина удалялась быстро и скоро свернула налево, к центру города, где располагалась мэрия и прочие муниципальные здания. Джек остался один.       Детектив выдохнул, быстро заскочил в здание почты, скрываясь от дождя. Внутри царила уже привычная для города пустота. За стойкой скучала девушка, по всей видимости, студентка. Увидев редкого посетителя, она подняла взгляд и улыбнулась, но больше для приличия. Джек огляделся, направился прямиком к ней. Сообщил данные, показал документы и принялся ожидать, пока сотрудница неторопливо ищет его посылку.       Почта, по всей видимости, была совмещена с небольшим магазинчиком, где выпадала возможность приобрести какие-то товары первой необходимости в виде базовых продуктов, инструментов, ещё каких-то мелочей для дома. Разглядывая всё обилие, он не услышал шагов вернувшейся сотрудницы, как и её голоса. Донёсся лишь обрывок странной фразы.       — …бензопилы.       — Что, простите? — Джек нахмурился и повернулся к ней.       — Говорю, у нас есть запчасти на разные бензопилы, — она довольно усмехнулась. — Ваше письмо.       Она отдала довольно толстый конверт Симмонсу, который поблагодарил её и поспешил выйти на дождливую улицу.       Увы, что внутри, он хорошо знал. Только мысли были совершенно в другом месте. Невольно всё вернулось к этой бензопиле. Что-то странное. Полная чушь. Потоптавшись пару минут под дождем, решил вновь вернуться в лес. Его тянуло туда полное непонимание произошедшего.       Добрался до дома, швырнул конверт без малейшего желания его открывать, после взял машину и отправился на место. Пока ехал, внимательно смотрел по сторонам, подмечая камеры на пути. Помимо этого, проехал и чуть дальше съезда к месту трагедии. Кто знает, вдруг незваный гость прибыл из соседнего города. Сделал фотографии этих самых камер, всё выслал Джоди. Решил, что неплохо бы было получить записи с камер, когда произошла авария с учителем, но с этим решил повременить.       Свернул с шоссе, оставил машину там, где ранее стоял пикап Тейлора, оттуда пешком направился к остаткам полицейской ленты, прихватив из багажника пилу. Спасибо, что Эрика была запасливой, в доме легко можно было найти практически всё, что угодно для жизни в глуши.       Добравшись до места, огляделся, смахнул со лба сырые от мерзкого моросящего дождя волосы, закурил и огляделся. Усмехнулся про себя, надеясь, что какие-нибудь местные охранники природы не примут его за браконьера и не пристрелят, после завел бензопилу. Глупее затеи придумать было сложно, но любопытство оказалось сильнее. Если всё пойдет не по плану, у Джоди будет ещё один идиот, случайно зарезавший себя. В противном случае, Тейлора получится оправдать от глупости, но вопросов прибавится. Симмонс закусил сигарету зубами и погрузил пилу в уже сделанный разрез. Повел чуть под углом так, что она застопорилась. Кнопку не отпускал, иначе заглохла бы. Постарался вытащить, тянул на себя, менял угол наклона.       Останавливаться не собирался до конца, но что-то позади заставило пробежаться по спине холодку. На ветер не похоже, его не было вовсе. Следом, практически над самым ухом, раздался шёпот. Совершено неразличимый, но, чёрт возьми, точно шёпот. Джек отпустил бензопилу, которая мигом заглохла, и резко обернулся, готовый дать в лицо любому шутнику, решившему подкрасться в не самый подходящий момент. Никого. Просто лес, укрытый туманом и моросью.       — Какого хера? — прошептал Джек. Сердце заходилось в необъяснимом волнении. — Кто здесь? Выходи, сука, обещаю, сразу не застрелю.       Откуда-то из глубины леса донёсся шорох — ветер поднимался между елей. Всё ближе начинали шуршать и вздыхать столетние деревья — ветер приближался. Только двигался он странно — полосой, словно чья-то невидимая огромная рука протягивалась через лес к Джеку. Всё ближе. Ближе. И ближе. Закачались, протяжно застонали ели совсем вблизи от него, глухо и грозно зашумели вековые деревья. В глубине леса, там, откуда пришёл ветер, показался густой туман. Шёл он не из низины — напротив, спускался с гребня холма. Со стороны Маунт-Блу.       И снова раздался шёпот — прямо в затылок, будто чьё-то дыхание скользнуло сзади по щеке. И в этот раз шёпот прозвучал отчётливо. Он произнёс лишь одно слово — «Сюда».       Взгляд безумно метался по стволам деревьев, теперь мерещилось всякое. Да, теперь ясно, как здесь можно перепугаться до смерти. И все же, на месте не было крови. От ран, нанесенных бензопилой! Убедившись, что никого нет, Джек вновь взялся за инструмент. Теперь было гораздо тревожнее. Застрявшая пила вызывала куда больше раздражения, желания завершить свой идиотский эксперимент гораздо быстрее.       — Давай, мать твою, — прошипел Симмонс, с силой выдернув лезвие из ствола.       Бензопила отлетела вбок, даже самым мыслимым и немыслимым образом не имея возможности вонзиться в бедро или куда еще. Джек не успел выдохнуть — по шее словно пролетело холодное дыхание, вновь раздался шёпот. Он обернулся, едва не перекусив сигарету вовсе. Никого. В лесу Симмонс находился один.

***

Апрель 2025. Полгода назад

      Джошуа Тейлор, сорока шести лет от роду, выехал из своего дома на Мейпл-стрит в 8.30 утра. Словно оправдывая своё название, улица была обсажена молодыми клёнами, чьи листья уже распустились во всю ширь. Он закинул в кузов своего пикапа бензопилу и затянул брезентовое покрывало — день с утра был пасмурный, со стороны восточного хребта натягивало тучи, чьи низкие рваные края цеплялись за вершины высоченных хмурых елей. Казалось, вот-вот пойдёт дождь. Он сел в пикап, который за годы, проведённые под дождями, ветрами и палящим солнцем из ярко-красного стал бледно-оранжевым, и завёл мотор. Пикап, рыча, покатил по улице в сторону шоссе и съезда на лесную дорогу в сторону Маунт-Блу.       На место Джошуа прибыл к девяти утра. Длинная земляная дорога, разбитая колёсами пикапов и вездеходов, шла между двух крутых склонов холмов, поросших высоченными мрачными елями. Тейлор остановил машину, заглушил мотор, вышел. Именно здесь бригадир велел ему допилить деревья, которые их бригада не успела вчера свалить. Плановая расчистка леса. Сегодня бригада была уже в другом квадрате, куда должен был приехать и Джошуа, когда закончит с деревьями тут. Он поправил кепку, окинул взглядом мрачные ели, стеной возвышающиеся над ним, увидел куски жёлто-красной пластиковой ленты, обвязанной вокруг некоторых стволов. А вот и отметка, которую сделал бригадир. Их тут немного, он управится за два часа и поедет к своей бригаде. Тейлор обошёл пикап, открыл брезент, достал бензопилу и направился вверх по склону к первому дереву.       Первые два дерева он свалил быстро. Пильная цепь шла ровно и легко, пила ревела, выплёвывая голубоватые облачка дыма. На третьем что-то застопорилось — он начинал пилить два раза, и оба раза всё шло не так. Цепь натыкалась на что-то, застревала, пила бессильно рычала, оглашая тихий лес рыком и запахом бензина. Джошуа плюнул, извлёк полотно из на треть пропиленного ствола, отключил пилу и поставил её на устланную хвоей землю. В конце концов, он уже начал уставать, да и инструменту нужно отдохнуть.       Пока он валил деревья, тучи немного развеялись, стало светлее, хотя в лесу, среди высоченных сумрачных елей, это было не особо заметно. Зато туман ещё сгустился, стоял в лесу подобно толстому ватному одеялу, и стволы деревьев в нём высились словно колонны. Джошуа закурил, присел на упавший несколько лет назад ствол. Было тихо, как в могиле, густой туман гасил все звуки, даже шорохи листьев. Из-за тумана казалось, что сейчас не середина весны, а поздняя осень. Вечнозелёные ели усиливали этот эффект. Становилось не по себе из-за этой тишины. Джошуа зябко передёрнул плечами, будто его кожи коснулся холодный сквозняк. Но ветра не было. Ни одна ветка не шевельнулась от дуновения воздуха. Странная тревога охватила его. И в самом деле, чересчур тихо. Надо быстрее заканчивать с деревом, валить ещё два — и ехать на новый участок. Он докурил сигарету, затушил окурок о ствол ели, которую собирался допилить, и наклонился за бензопилой. Поднял глаза, выпрямляясь — и застыл. Впереди, в тумане, что-то быстро двигалось среди деревьев.       Что-то невероятно быстрое. Чёрное, словно смазанная тень. Джошуа замер, не веря своим глазам. Мозг отказывался воспринимать то, что он видел. Чёрная тень из тумана надвигалась прямо на него стремительными рывками. Сейчас набросится!.. Он заслонился рукой, по нему хлестнул порыв ветра… И ничего. Нервно сглотнув, Джошуа осторожно выглянул из-за руки, которой закрылся. Никого. Ни движения ветки. В лесу пусто, только туман плавал среди могучих деревьев. Он шумно выдохнул. Что за чёрт! Не могла же ему примерещиться эта чертовщина? На нервы он никогда не жаловался, вчера не пил, спал всегда хорошо и был здоров как бык. Какие галлюцинации? Тейлор выругался и дёрнул за рукоятку стартера, заводя пилу. Раз, другой. Бензопила не заводилась. Ругаясь самыми последними словами и то и дело нервно озираясь, он дёргал и дёргал за рукоятку. «Да заводись ты! Ну!» Снова шум. Где-то в глубине леса. Джошуа замер, прислушался. Словно поднявшийся ветер гнул ветки… Он дёрнул за стартер ещё раз — и вдруг понял. Окатило вот так, враз обострившимся чувством опасности. Инстинкты первобытных людей, доставшиеся ему от предков, которые всю свою жизнь скрывались от кровожадных хищников, взвыли: «Опасность! Бросай всё и беги!» Джошуа медлил с бензопилой в руках, до боли, до чёрных пятен в глазах вглядываясь в сумрачную глубину леса. Ему показалось — там, в отдалении, мелькнуло что-то. Последние остатки здравого смысла оставили его, паника захлестнула, он бросил бензопилу, развернулся и побежал.       Быстрей, быстрей. Тяжёлое дыхание вырывалось из готовых разорваться лёгких. Вниз по склону, скорее! Вон там просвет, за ним — спуск на дорогу, а там в машину, запереться, по газам и на участок. Позади шумело. Теперь он слышал быстрые, лёгкие шаги — быстрей, чем у человека. Намного быстрей. Оно настигало. Бригадир, конечно, наорёт из-за бензопилы, но он не был здесь, не видел и не слышал…       — А!..       Его схватили за плечо и с такой силой дёрнули назад, что воздух вырвался из груди почти стоном. Тварь, схватившая его, была когтистой — длинные острые когти пропороли кожу куртки и рубаху и впились в плечо. Его швырнули спиной на ствол дерева, и он заорал бы от боли — если бы вдруг не оказался лицом к лицу с тем, кто его преследовал. От удивления звук застрял в глотке, глаза широко распахнулись. Он не мог вымолвить ни слова, лишь стоял, прижатый к стволу, и его плечо удерживала когтистая рука. Он глазам своим не поверил. Это же…       — Сэр? — невольно вырвалось у него. — Разве вы не должны быть на открытии больницы?       — Доброе утро, мистер Тейлор! — приветливо улыбнулся тот, кто стоял перед ним, обнажая страшные игольчатые клыки, торчащие вместо зубов. Из-за этого он говорил странно, с присвистом и шипением. — Не правда ли, чудный день?       Джошуа Тейлор не успел ответить, не успел крикнуть. Тварь отвела голову назад, как змея, готовящаяся к удару — и ударила, впившись всеми клыками в беззащитную шею человека. Каблуки его ботинок заскребли землю, пальцы судорожно сжимались и разжимались, на шершавую кору ели брызнула ярким разливом кровь.       Это не продлилось долго. Джошуа Тейлор умер от разрыва сердца, от шока, минуту и сорок шесть секунд спустя, чувствуя, как существо всё глубже вгрызается в его плоть и жадно вытягивает его кровь. Но это были мучительные минуты, и до последнего вздоха, до последней судороги, до того, как резко потемнело в глазах, а сердце пронзила слепящая боль, он находился в сознании.       Обычно они никогда не пьют кровь трупов и тотчас бросают тела, если по чистой случайности их убьют. Обычно они стараются не убивать. Но он так недавно открыл для себя эту сторону жизни. Он был так жаден, до всего — впечатлений, красок, крови. Поэтому тела надлежало маскировать, подгоняя всё под несчастный случай. Минуту спустя после того, как человек умер, взревела бензопила. Заработала странно, глухо — не завизжала, вгрызаясь в дерево, а забулькала, словно была живым существом и пожирала плоть. Во все стороны полетели ошмётки кожи и измельчённые цепью куски мяса. Кровь не полетела — её в этом теле почти не осталось. Пила поревела немного и снова стихла. Под пологом молчаливого леса завивался густой туман.       Тело Джошуа Тейлора обнаружат лишь к вечеру, когда он так и не приедет к своей бригаде и не будет выходить на связь. Врач, осматривающий тело, сделает вывод, что из-за неосторожного обращения бензопила отскочила от дерева, нанесла сначала глубокий порез на левой стороне шеи, почти отпилив погибшему руку, затем вонзилась глубоко в левую ногу, застряв в кости. Смерть наступила в результате кровопотери. Патологоанатом, в свою очередь, отметит разрыв сердечной мышцы и почти полное отсутствие в теле крови.       На месте гибели Джошуа не найдут ни кровинки.