Шёпот в темноте

      Перед глазами всё мелькало. Проблесковые маяки скорых, полиции — всё смешалось в калейдоскоп безумия. Удивительная вещь — память. Джек отлично помнил, как сбили Фила, как на асфальт упало переломанное тело, от которого, кажется, отлетела рука и стопа, но забыл в тот самый миг, когда столкнулся с перепуганным взглядом Джоди, не сразу вынырнувшей из его спасительных объятий. Симмонс и сам запоздало понял, что продолжает крепко сжимать её плечи, не желая показывать произошедший ужас. Кажется, эти широко распахнутые глаза, чуть растрепавшаяся прическа навсегда запечатлелись в его памяти. Уже после приезда всех служб, стоя у своего автомобиля и оттирая успевшую подсохнуть кровь с лица, Джек думал вовсе не о том, какого чёрта сотворил Коллинз, а о том, как нервничает Морган, давая показания. Нет, в голосе её не было ничего такого, только чёткость передаваемой информации, однако, он видел, как Джоди потирает пальцы, крепко сжимает их, старательно сдерживая мелкую дрожь. Ту самую, которую он уже ощущал, прижимая её к себе. Не о том он думал. Совсем не о том.       Среди приехавших появился и шеф Янг. Вышел из машины и едва ли не бегом оказался возле дочери. Сжал её плечи, спросил что-то, получил кивок в ответ, а после обнял, поглаживая по голове. Джеку показалось, что на щеках Джоди блеснули слёзы. В тот же миг отвернулся. Ну нет, этого он видеть точно не хотел. И всё же отметил, что отношения у них довольно нежные. Джоди припала к отцу, словно маленькая девочка, которой необходима защита.       Опрашивающие их весьма скептично отнеслись к тому, что Коллинз сам шагнул под колеса несущейся фуры. Многие знали о давних разногласиях между Филом и Джоди, многие знали, что Джек теперь её напарник. Выводы складывались сами собой и совершенно не в их пользу. Симмонс хмыкнул. А уж если у особняка мэра стоят камеры — явно стоят — вопросов будет ещё больше. Детектив присел на капот автомобиля Эрики и закурил. Дерьмо случается. С ним — слишком часто.       От места аварии ехал в гордом одиночестве. Джоди хотела с ним, но Янг решил забрать дочь сразу домой, чтобы та перевела дух. Взвесив всё, она согласилась. В этом случае, Джек был солидарен с её отцом. Обсудить произошедшее можно будет и на следующий день. А он обещал быть непростым. Уже дома, заперев изнутри гараж, дойдя до прихожей, Джек выдохнул и смачно выругался. Ответом была тишина. Приняв горячий душ, смыв с себя всю дрянь прошедшего вечера, он устроился на диване гостиной с бутылкой виски и вчерашней пиццей. Ничего, кроме работы, в голову не лезло. Коллинз наркоман — очевидно, но даже в таком случае поведение вызывало ряд вопросов. Заодно, ещё одна странная смерть в копилку города. Не будь их с Джоди рядом, попробуй докажи, что произошло самоубийство, а не очередной несчастный случай. Или же это был именно он? Испугался, оступился из-за невнимательности? Звучит, как бред.       Уже погружаясь в тяжёлую дремоту, Джек дошёл до решения — хватит сидеть за бумажками, пора пройтись по местам гибели людей. И самой занятной ему казалась с участием бензопилы. Решено. Именно туда они и направятся с утра. Главное, не забыть сообщить об этом напарнице, которой вряд ли захочется сидеть в управлении, где на них будут нацелены взгляды всех сотрудников.       С утра полицейский участок встретил его косыми взглядами сотрудников и шепотками за спиной. Пока он добрался до кабинета, стало совсем паршиво на душе от этого нездорового внимания. В кабинете ещё никого не было — ни Мэгги, ни Джоди, да он и приехал раньше времени. Не прошло и десяти минут, как в кабинет ввалилась мрачная Морган — с растрёпанными волосами, с мешками под покрасневшими глазами, на лице написано крупными буквами, что эту ночь она не спала.       — Отстань от меня, Дерек! — рявкнула она на кого-то позади себя в коридоре и с треском захлопнула дверь. Бумаги, пришпиленные к доске на стене, закачались. Она сорвала с себя куртку и швырнула её на вешалку, после чего, долго выдохнув, наконец кивнула напарнику.       — Думаю, смысла желать доброе утро нет. Ты как? Спал хоть? Я нет, — она прошла к столу и принялась нервно перебирать бумаги. Руки у неё, совсем как ночью, подрагивали. Снова глубоко вздохнула, словно загоняя бурлящие эмоции куда-то вглубь, отбросила волосы со лба и сказала:       — Что у нас на повестке сегодня? Делом Коллинза будет заниматься Шортс, папа… то есть шеф Янг так сказал. Шортс уже много лет в детективах и считается лучшим спецом среди всех. Так что, возможно, нас опросят ещё раз, — её голос едва заметно, но всё же дрогнул.       — Спал — слишком громко сказано, — произнёс Джек, потерев подбородок через щетину. — Знаешь, я думаю, у нас обоих мало желания находиться сегодня здесь, поэтому есть одно предложение. Почему бы нам не прокатиться на место, где мистер…       Джек задумчиво пролистал дела, выискивая нужную фамилию.       — Мистер Тейлор имел неосторожность зарубить себя нахер бензопилой. Мне было бы интересно взглянуть на это место вживую. Заодно, будет возможность развеяться вдали от этих… сплетников.       Симмонс потянулся, не сводя с неё взгляда. Растрёпанная, взъерошенная, но что-то было в этом обаятельное.       Джоди хмыкнула.       — Что ты хочешь там увидеть, интересно? — она была возведённая, как туго натянутая струна. Неосторожно тронешь — лопнет, хлестнёт так, что не обрадуешься. Под не слишком хорошо удерживаемой внешней холодностью кипел вулкан, и сейчас это было особенно хорошо видно. — Полгода прошло, происшествие случилось в апреле! Тогда и сразу следов особо не нашли, а уж теперь… Хотя странно было то, — добавила она уже тише, вполголоса, будто для себя, — что ни на земле, ни вокруг, на деревьях, не было крови. Но, судя по характеру повреждений, нанесённых самому себе, кровь должна была лететь во все стороны…       — Я знаю, чего там точно не найду — шепота, взглядов, говорящих, что мы толкнули Фила под фуру.       Она на минуту притихла, раздумывая над чем-то, затем повернулась и, наткнувшись на пристальный взгляд напарника, кивнула:       — Погнали. Эй, тут у меня сейф, — она постучала по панели на стене рядом со своим столом. — Убери все дела туда. Пока ещё что-то из них не пропало, пока мы ездим.       В коридоре им снова пришлось столкнуться с взглядами и шепотками, а затем послышался зычный голос шефа Янга. Он вынырнул из ближайшего кабинета и, увидев Джека и дочь, мгновенно затормозил.       — Детектив, — кивнул он Симмонсу, поздоровался с ним за руку и перенёс всё своё внимание на дочь: — Как ты? Всё хорошо, милая? Вы куда?       Джоди закатила глаза, явно недовольная, что отец при всех коллегах так выделяет её.             — Нам нужно на выезд, кое-что проверить на одном из мест преступлений, — уклончиво ответила она. — Я зайду с отчётом позже, мистер Янг.       На парковке их охватил холодный осенний воздух, запах мокрого асфальта и палых листьев из леса. Яркие краски листвы, перемешанные с тёмной хвоей высоких елей, пестрели вокруг города, радуя глаз. Они сели в машину Джоди и поехали в сторону шоссе, которое связывало Блу-Пайн с другими городами штата, а затем свернули на земляную дорогу, ведущую прямиком на запад, в сторону Маунт-Блу. Здесь Джоди остановила машину, заглушила мотор и вышла наружу.       С обеих сторон их окружали довольно крутые скаты холмов, поросших высоченными мрачными елями. Под деревьями плавала дымка, которая вечно витала в окрестностях Блу-Пайн. Было сыро и довольно свежо, и Морган поёжилась. Маунт-Блу была так близко, что до неё, казалось, можно дотянуться рукой. Уперев руки в бёдра, Джоди кивнула на южный скат, где между деревьев до сих пор виднелись обрывки пластиковой жёлтой ленты, огораживающей место преступления.       — Вон. Там его и нашли. Пойдём, покажу.       Джек огляделся, вдохнул полной грудью сырой воздух, окинул взглядом Джоди, мрачную тень горы, достал сигареты.       — Не против? — на свежем воздухе всегда тянуло курить сильнее. — На самом деле, я не знаю, что надеюсь увидеть. Разве что, попробовать восстановить хоть примерно цепочку событий. Хоть попробовать предположить это безумие…       Джоди коротко мотнула головой — не против, мол — и первой начала взбираться на довольно крутой холм. Склоны холмов с обеих сторон охватывали дорогу, словно скалы — ущелье. Сперва поднимались, хватаясь за стволы могучих елей, дальше пришлось держаться и за колючие лапы деревьев. Наконец они выбрались на место, где было относительно ровно, и перевели дух. Морган остановилась, осматриваясь, затем кивнула в сторону огромной старой ели, чья вершина возносилась на много футов над их головами.       — Его нашли тут. Смотри, вот и пропил в стволе остался, — она указала на глубокую щель в стволе дерева, оставленную, должно быть, бензопилой. — Тейлор лежал вот здесь. Левая сторона шеи раскромсана, рука почти отпилена… — она покачала головой, вспоминая. — Сама пила вонзилась в левое бедро и глубоко застряла в кости. И знаешь… — она запнулась, словно не зная, говорить или нет. Потом покачала головой, поджала губы и, будто решившись, ринулась в места в карьер:       — Ну, по идее, когда такое происходит, вокруг должно быть много крови. На деревьях, на земле — везде. А её не было. Судмедэксперт — Три Пинты, то есть… Док Шеффилд, ты его видел вчера, — сказал, что смерть наступила в результате кровопотери. Но при этом был разрыв сердечной мышцы. Словно… Док тогда так и сказал — словно перед смертью что-то напугало его так, что от этого он и умер.       Джек откинул со лба сырые волосы, закусил зубами сигарету, изобразил, будто держит бензопилу, после выдергивает, прикидывал её траекторию, после хмыкнул.       — Левша или правша? — бросил он, не поднимая взгляда на Джоди, чтобы не сорваться и не спросить, как она после вчерашнего. Простая вежливость, ничего более, но ему казалось, что это повысило бы доверие к нему, как к коллеге, которому не плевать.       Природа вокруг навевала странные чувства. Такая непонятная мистическая атмосфера, которая окутывала их подобно туману, спускающемуся с вершины горы.       Джоди, которая внимательно следила за действиями Джека, кивнула на дерево:       — Правша, всё стандартно. В тот день он работал здесь один — его бригада ушла дальше к горе, на другой участок, а он доделывал план тут. Ну и… Если бы был хоть кто-то — он бы позвонил в 911, остановил кровь, может, Тейлор и выжил бы… — в её голосе отчётливо послышалось сожаление о ещё одном человеке, ещё одной жизни, которую не удалось спасти. — Хотя при таких ранах шансов не было в любом случае.       Погода, и так не самая лучшая с утра, портилась. В Блу-Пайн было пасмурно почти постоянно, особенно осенью и зимой, часто с окруживших город лесов наползали туманы, окутывая дома и дороги плотным молочным покрывалом, а в узких длинных долинах между поросшими лесами кряжами дымка витала почти постоянно.       Джек задумчиво хмыкнул, повторил движения вновь, прикидывая возможность того, чтобы пила не просто вылетела, а угодила в места повреждений. Перехватил сигарету пальцами, выпустил дым в сторону, чтобы не попал в Джоди.       — Херня какая-то…. Ты его знала? — он уловил эту интонацию. Будто бы ещё не знакомую для него в исполнении напарницы.       Ему, конечно, сочувствие было знакомо. Много раз, сталкиваясь со всевозможным дерьмом на работе, Джек проносил всё сквозь себя. Страдал от этого, пил, со временем научился фильтровать это всё. Иначе рисковал просто сойти с ума. Хотел дать ей совет — относиться проще, но непрошеные советы ещё хуже.       Джоди пожала плечами. Она выглядела печальной и не смотрела на него.       — Город у нас маленький, здесь все друг друга так или иначе знают. Соседями не были, но друг друга знали, виделись на городских праздниках, здоровались при встрече. У него осталась жена и двое детей. Младшая в средней школе. Ладно, — она провела рукой по лицу, будто сгоняя невидимую паутину воспоминаний и печали. — Есть какая-то зацепка? Увидел что-то или мы сюда просто так скатались? — к ней вернулся обычный насмешливо-ровный тон.       Правда была в том, что она до смерти устала. Иногда ей хотелось рвать и метать, отрастить когти и ими разодрать плёнку реальности, сделать хоть что-то — но прекратить эту череду смертей, когда один за другим в городе гибли ни в чём не повинные, самые обычные люди, и у них оставались семьи и дети, которые по ним скорбели.       — Знаешь, на самом деле, увидел, — хмыкнул Джек. — То, что никаким чёртом не получится нанести себе подобные увечья самостоятельно. Вот никак.       Он развёл руками, показал несколько примерных траекторий. Всё мимо. В его словах была правда и логика — невозможно.       Джоди не выказала удивления. Вообще. Словно ждала этого, или уже знала. Скорее всего, знала. Полгода прошло, было время всё осмотреть, и не раз.       — Плюс, ты говоришь, что он умер буквально от разрыва сердца. Не знаю, были ли сопутствующие заболевания, но едва ли можно настолько испугаться застрявшей в дереве бензопилы. Он был не один. Вопрос лишь в том — кто? Можно посмотреть камеры на шоссе, но никак не засечь того, кто мог зайти из леса.       Помолчав, она ответила:       — Да какое там сердце. Здоров, как бык, в силовых соревнованиях на праздниках всегда участвовал, пил… Ну разве что пиво. Немного, пьяным никогда не видели. И правда — откуда бы взяться разрыву сердца? Если только… — она обернулась и цепким взглядом прошлась по замершим неподвижно вековым громадным елям, тёмным и внушительным, словно спящие великаны. Какая-то мысль молнией блеснула в её серо-зелёных глазах, и она резко двинулась вверх по склону холма, кивнув Джеку:       — Пойдём.       Они поднимались по склону, уходя прочь от дороги, довольно быстро, не запыхавшись, разгоняя влажную голубоватую дымку тумана, и та будто расступалась, пропуская их. Под ногами хрустела осыпавшаяся пожелтевшая хвоя, могучие стволы деревьев проплывали мимо, будто ноги исполинских животных, чьи тела терялись высоко в тумане. Наконец впереди показался просвет, и они вышли на вершину холма. К югу и востоку перед ними расстилались леса, переливаясь всеми оттенками осени, в узкой долине между кряжами плавал туман, а к западу, так ужасающе близко, что казалось — она сейчас упадёт на них, — высилась гора. Массивная, округлая, чёрная, словно уголь. Джоди кивнула на неё.       — Не уверена насчёт того, что с Тейлором кто-то был, но я точно знаю, что могло напугать его до чёртиков. Маунт-Блу. О ней много легенд и слухов ходит, и все, как один, нехорошие. До сих пор то одному, то другому что-то в тумане примерещится, если домой поздно возвращается, да ещё подшофе. А тут — он был один, в лесу тишина, Маунт-Блу близко, и он знает это… Может, и не выдержали нервы. Занервничал, дёрнул пилу, на себя неудачно рванул… Мало ли.       — Я могу понять, если бы это произошло в сумраке, — кивнул Джек. — Буду честен, лес порой может сильно пугать, но все же… Светло, день. Хотя, одному может показаться всякое, согласен.       Он сделал паузу, задумчиво оглядываясь, после остановил взгляд на Джоди.       — Почему на склоне горы ничего не растёт? Словно… выжженная земля. Или здесь она как-то особо плодородна? Типа… чернозём?       Джоди облокотилась о ближайшее дерево и кинула на гору.       — А это и есть одна из местных легенд. Её название, Маунт-Блу, дано не просто так. Говорят, что когда-то — пару веков назад — гора была голубоватого цвета из-за голубых елей, которые росли на ней и покрывали её от подошвы до вершины. Голубых елей тогда было очень много в округе, собственно, в честь них наш город и назвали. А потом, в 1814 году, случился пожар. В легендах города та ночь сохранилась как «Ночь огненной горы». Не знаю, что случилось — да и никто не знает, наверное — но в ту ночь гора полыхала так, что пламя пожара было видно за много миль. Кто знает, что тогда случилось — молния ударила, или лесной пожар — но гора выгорела вся, все голубые ели на ней погибли, и с тех пор гора стоит чёрная и безжизненная, на ней ничего так и не растёт.       Она помолчала и добавила вполголоса, словно про себя, задумчиво глядя на угольную Маунт-Блу:       — Возможно, то был лесной пожар. Но тогда выгорел бы весь лес, и даже если с тех пор он оправился — то почему Маунт-Блу стоит такая уже двести лет? Существуют легенды… — она оборвала сама себя, тряхнула головой и заключила деловым тоном: — В общем, легенд много. И наши в них в большинстве своём верят, так что Тейлор запросто мог испугаться. Но я согласна отрабатывать ту версию, что с ним кто-то был. Только вот кто? И как нам вычислить его, если здесь места глухие, и ни свидетелей, ни камер?       Джек слушал её, осматривался, после остановил взгляд на самой Джоди. Что-то особенное было в её голосе, пока она рассказывала местную легенду. Будто бы восхищение? Или таинственность, присущая всем этим местам. После снова потянулся за сигаретами, но сдержался.       — Начнём с камер, которые установлены на дороге. Посмотрим, вдруг кто-то попадется на них. Отталкиваться будем от этого. Но если человек пришел со стороны леса — дело дрянь. Хотя бы попробуем. Надо бы и коллег опросить, может, у него были проблемы, разногласия с кем? Всякое быть может, ты понимаешь. Думаю, твои коллеги сейчас тоже едва ли желают нам чего-то хорошего.       — Согласна. Тогда пошли, — она первой развернулась и стала спускаться с холма назад в лес, и, когда могучие ели сомкнули кроны высоко над их головами, лесной полумрак обступил их, а туман, плавающий под деревьями, приглушил все звуки, их невольно охватила дрожь. Не верилось, что позади остался лесной простор и долина, и Маунт-Блу — здесь, в лесу, всё было так тихо и сыро, так первобытно-пугающе, что казалось — в лесу сохранилось совершенно другое время.       — Доступ к городским камерам есть только у мэра, — рассуждала Джоди, пока они спускались с холма, хрустя опавшей хвоей. — Ещё шеф Янг, конечно, имеет к ним доступ, но сам помнишь, с каким трудом мы получили доступ к камерам в участке — кто нам доступ к городским камерам даст. Тут надо действовать по-другому. Через мэра. Я знаю мистера Гарольда с детства, он ко мне хорошо относится. Если попробовать умаслить его… Или я могу обратиться к Лиаму. Но честно, — её лицо на миг исказила гримаска, — я бы не хотела втравливать его в это всё. Не потому что я беспокоюсь о нём, не подумай. То есть… я беспокоюсь о нём, конечно; я имею в виду — здесь ему ничего не угрожает. Просто… я не хочу, чтобы он влезал в мои дела.       Джек слушал её, скрывая удивление. Так много слов о Лиаме, но будто бы… Странная интонация. Она не просто не хотела его вмешательства, её словно это искренне раздражало. Однако в этом понять мог. Его работа всегда касалась только его. И все те случаи, когда уже почти бывшая жена лезла в неё — бесили неимоверно.       — А что по поводу семьи Тейлора? Их расспрашивали о конфликтах? Я стараюсь найти хоть какие-то минимальные зацепки, сама понимаешь, — Джек шагал рядом, убрав руки в карманы, поглядывая на неё и улавливая легкий аромат корицы.       — Расспрашивали, конечно, — она ловко перескочила через упавшее много лет назад, покрытое мхом и уже почти истлевшее бревно. Ухватилась за еловую лапу, удерживая равновесие на крутом склоне. — Никаких конфликтов и ссор — ни с соседями, ни с кем. Да все и так это знали. Тейлор был мужик классный, у него одно собирались компании на уик-энд, жарили барбекю, гоняли пиво — словом, обычный мужик. Такое впечатление… — она замолчала, подбирая слова. — …что он стал жертвой случайно. Просто вот так остался один, неосторожное обращение с пилой — и вот он погиб. Но точно такое же впечатление складывается во всех остальных случаях. Погибший в лесу — заблудился, растерзали звери; слетел с дороги в старый карьер — была плохая погода, почти нулевая видимость; утонул в лесном озере… Случайности, несчастные случаи, нелепые смерти. Если бы не одно «но». Каждый раз, всегда, все жертвы были одни. Случай с Симпсоном — первый за всё время и единственный, когда к нам в руки попала видеозапись. Все остальные… И это странно. Это более чем странно — что люди гибнут поодиночке, и никогда не удаётся найти следов. Тебе так не кажется? У вас такое бывало в Лос-Анджелесе?       Джек слушал её, не отставал, впитывал ароматы леса, этой чарующей сырости, мха. Совершенно не хотелось ассоциировать этот город и лес с чем-то тёмным, пускай и сильно напрашивалось. Джоди была словно лесная фея… нет. Словно местная ведьма, в самом хорошем смысле, хранительница леса, которая знала каждый пенек, каждое деревце. Ему казались странными подобные мысли, но именно они так навязчиво заполняли голову.       — Для меня совершенно не странно, — отозвался он. — В крупных городах, на дальних трассах, да и на отшибе подобное случается довольно часто. И даже в Лос-Анджелесе, напичканном камерами, люди пропадают бесследно или гибнут при загадочных обстоятельствах. Увы, приходилось сталкиваться с подобным.       Джоди кивала, слушая напарника; её рассеянный взгляд был устремлён под ноги, но она не видела устланной палой хвоей земли.       — Да, но… — начала она и замолкла. Потом покачала головой. — Ладно, ЛА большой город. Но у нас… Маленький тихий городок, что могло пойти не так? А оно пошло. Люди пропадают и гибнут, и хорошо, если потом находят тела. Если честно, я так устала ездить на очередной вызов на труп и потом в очередной раз ставить на дело печать «не раскрыто». Хочется уже докопаться до причины, раскрыть всё и устранить причину раз и навсегда.       Они спускались медленнее, чем шли сюда — склон холма был довольно крутым. В один момент, в очередной раз придерживаясь рукой за еловую лапу, Джоди подняла глаза — и остановилась. Её глаза расширились, устремившись на что-то вдали.       Отсюда восточный хребет, покрытый громадными мрачными елями и лишь кое-где — яркими пятнами лиственных деревьев, — был виден очень хорошо. Кряж подступал к городу с юго-востока и поэтому так и назывался, под деревьями постоянно плавал голубоватый туман, исчезая только в жаркие летние дни, и кряж почти всегда укутывала дымка. Гряда была слишком крутой, и там никогда на памяти Джоди не валили деревья, там не проводили Большую охоту и туда не забредали туристы — гора, как уснувший исполин, охраняла город от резких восточных ветров, и она же становилась причиной обильных зимних снегопадов, преграждая путь западным воздушным потокам, несущим снеговые тучи. Люди редко поднимали глаза на кряж, и вряд ли стали бы там что-то высматривать. Да и вряд ли он был бы виден снизу, из города или с дороги. А вот отсюда…       — Да быть того не может, — проговорила Джоди и коснулась руки напарника, привлекая его внимание. Кивком указала направление. — Смотри.       На крутом склоне восточного хребта, прячась среди полыхающих осенними красками деревьев и почти утонув в голубоватом тумане, высился особняк — судя по его виду, старинный и потемневший от времени. Джоди покачала головой:       — Да ладно. Он существует? Тот самый особняк из легенд? Вот ни за что не поверила бы.       — Из легенд? — переспросил Джек, всматриваясь в таинственную, но манящую даль. — Я думал, ты здесь весь лес знаешь, как свои пять пальцев.       Последнее произнес тише, замечая, как внимательно она смотрит на величественное здание.       — Что это за место такое? Среди лесов… здесь что, жил сам Дракула? — бросил Джек, слегка усмехнувшись.       — В Блу-Пайн много легенд, — откликнулась Джоди, прищурилась, вглядываясь в силуэт особняка, который тонул в тумане. — И особняк — одна из них. Говорят, особняк ещё старше, чем город, и кто тут тогда жил — не известно. Кто-то говорит — один из основателей города, Элайя Питерсон; мэр Гарольд его прямой потомок. Другие — что там жила какая-то женщина, очень красивая, но её боялись и к особняку близко не подходили. А третьи и вовсе утверждают, что там жили ведьмы, — Джоди усмехнулась, встретив взгляд Джека, и пожала плечами. — В общем, придумывают, кто во что горазд. Правда, скорее всего, намного прозаичнее, и не удивлюсь, если там действительно жил кто-то из первопоселенцев и основателей города.       Джек с немалым удовольствием слушал её рассказ о местных легендах. И правда, народ любит выдумывать всякое, что с реальностью не имеет ничего даже близко общего. Мистика, мрак — всё свойственно человеческой фантазии. Кто-то верил, кто-то нет. Симмонс относился ко второй категории — абсолютный скептик, хотя где-то в глубине души ему нравилось думать о том, что где-то ещё есть жизнь, которая им попросту не видна.       Она снова, прищурившись, посмотрела на особняк, и жажда открытий, толкавшая её на разного рода приключения ещё с детства, стала вдруг нестерпимой. Словно голодный к столу с яствами, она потянулась к особняку, порывисто сделала шаг в ту сторону — под ногой хрустнула ветка. В голове Джоди прикидывала маршрут — если спуститься с этого холма и перейти шоссе, а потом подняться на восточную гряду — то до особняка будет рукой подать…       — Леса-то я знаю, но не восточный кряж, — сказала она. — Туда вообще мало кто из местных ходит. Кто-то особняка боится, кто-то просто малознакомого леса, а для кого-то кряж слишком крутой. Ты как хочешь, а я туда, — внезапно заявила она, снова примерилась взглядом к особняку, запоминая место, и ринулась вниз с холма. Тем более что возвращаться в участок совсем не хотелось.       А вот такая решительность в том, чтобы рвануть к особняку, поселила сомнения. Паникёром он не был, но шанс свернуть себе шею был слишком уж явным. Сказать что-то против не успел — отвлёк звонок телефона. Скрытые номера доверия не вызывали никогда, но все же предпочел ответить.       — Слушаю, — произнёс он, показав Джоди поднятый вверх указательный палец. — Да, сэр. Оу, это… весьма неожиданно. Конечно, разве я могу отказаться от такого предложения. Понял вас. Передам ей, благодарю.       Джек убрал телефон и взглянул на напарницу.       — Планы меняются…       Звонок заставил её очнуться — вздрогнув, Джоди остановилась, и пелена, будто застлавшая её глаза, спала. Она, словно впервые увидев, что находится вокруг неё, огляделась, с удивлением посмотрела на Джека, который говорил по телефону. Взглянула на дальний особняк, который совсем затянуто туманом, и он исчез из виду. На восточном кряже под деревьями плавал только туман, и больше не было ничего. И никуда пойти ей не хотелось. Никуда не тянуло со страшной силой. Джоди тряхнула головой. Теперь ей самой сильное желание пойти к особняку, что захлестнуло с головой, показалось странным.       — Что случилось? — спросила она у Джека. — Кто звонил? Шеф Янг? На допрос, что ли, опять зовут? — её лицо красноречиво исказилось. — Мать его так, этого Коллинза, и после смерти нам покоя не даёт!       — Не шеф, Джоди. Мэр, — он поднял брови, стараясь не сильно показывать недоверие к местным органам власти. — Сказал, что огорчён произошедшем на вечере, тем, что мы так и не успели толком познакомиться, поэтому… отправляемся на званый обед в узком, как он выразился, семейном кругу.       Джек пожал плечами, будто сам себе, бросил последний взгляд на особняк и кивнул Джоди, намекая, что пора им возвращаться.       Брови Джоди взвились — она не сдержала удивления, услышав, кто звонил. Затем её лицо исказила красноречивая гримаска, которая тут же исчезла.       — Гляди-ка, а мистер Гарольд всерьёз заинтересовался тобой, — озадаченно произнесла она. — Хотя не так часто к нам переводят людей аж из Лос-Анджелеса, но всё же… Что ж, обед так обед, — она глубоко вздохнула. — Удалось отмазаться вчера, по счетам платить приходится сегодня. Пошли.       Спуск с холма занял куда больше времени, чем подъём — склон был довольно крутой, приходилось идти осторожно, то и дело придерживаясь за еловые лапы. Наконец показалось место, где нашли тело Тейлора, Джоди сбавила шаг, словно хотела ещё раз осмотреть местность и, быть может, что-то найти — что-то, пропущенное ранее, но затем покачала головой и зашагала дальше. Друг за другом они спрыгнули с довольно крутого обрыва на земляную дорогу невдалеке от оставленного полицейского автомобиля; внутри Джоди тут же включила печку, встряхнула влажными после тумана волосами. Круто развернулась — из-под колёс полетели комья грязи — и повела машину обратно в сторону шоссе. Они уже ехали по трассе, когда Джоди внезапно осенило:       — Чёрт, да зверь ведь сам бежит на ловца! На обеде и спрошу у него про доступ к городским камерам! Прикинусь милой, глазками похлопаю, поулыбаюсь — и дело с концом. Мистер Гарольд меня любит, как родную дочь. Тебе придётся мне подыграть, — объявила она, обгоняя машины.       — Много у вас тут было приезжих полицейских? — вдруг обронил Джек. — Слышал, кто-то тоже пропадал без вести. Интересно, слухи это? Или мне стоит работать менее ответственно?       Он сдержал смешок, покосился на напарницу. Не то, чтобы Джек рассчитывал на какой-то серьёзный ответ, ведь вопрос, даже подобная мысль звучит невероятно бредово. И все же это самый минимальный повод узнать чуть больше о местных событиях. И если уж действительно здесь пропадали сотрудники, то ничего удивительного, что на обычных людей кладут один конкретный орган. Джек отвёл взгляд от напарницы, посмотрел в окно, жалея, что завел эту тему. Ну вот чего не промолчать, чего слушать мудака Фила.       Лицо Джоди тотчас утратило живость и стало похоже на гипсовую маску — ничего не выражающее, замкнутое. Глаза погасли, эмоции, которые отражались на лице, делая его привлекательным и живым, исчезли без следа. Она снова стала напоминать машину, а не человека, со строгим непроницаемым взглядом.       — Приезжие бывают, — помолчав, ответила она. Глаза не отрывались от дороги, блестящей от влаги, тянущейся через бесконечные мрачные еловые и яркие лиственные леса, повитые туманами. — Особенно те, кого направляют в глубинку сразу после академии — знаешь, опыта набраться. Только все они надолго не задерживаются — ни один не отработал и полгода. Месяца три-четыре — и пишут рапорт, и уезжают обратно в большие города. Оно и понятно — кому хочется провести жизнь в таком захолустье, — она усмехнулась, затем покосилась на Джека. — Не в обиду, если что. Но ты тоже оттрубишь тут год и махнёшь обратно в ЛА. Так что я всё понимаю, тут остаются только те, кому есть дело до Блу-Пайн. То есть местные.       Она ловко обогнала автомобиль, плетущийся перед ними и, видя, что трасса пустынна до горизонта — дорога шла под уклон, — прибавила скорости.       — Насчёт пропавших без вести копов — нет, не было такого. Все уезжали. Когда я вернулась из академии, со мной тоже приехал один парень. Джейк Эрикссон, его направили к нам. Через два месяца он уехал — правда, как-то странно, — она нахмурилась. — Среди ночи, ни слова не сказав мне и попрощался только СМСкой. И потом не отвечал на мои звонки. Ну да ладно. Его жизнь, его судьба, ему решать. Вот и приехали, — она кивнула на величественный особняк мэра, выплывший из-за стены деревьев, и лихо свернула на подъездную дорожку.       Джек хотел было для приличия возмутиться, что даже не дали привести себя в мало-мальский порядок после прогулок по лесу, но, по правде говоря, ему было совершенно плевать на это. Произвести какое-то положительное впечатление? Да кому оно нужно, когда ты просто временный детектив. Кто знает, что случится в его жизни, вдруг и он решит в один миг сорваться с места и рвануть, куда глаза глядят среди ночи. Нет, конечно, так Джек не поступит. Слишком сильно чувство ответственности не только перед этими людьми, но и перед Ником, перед Генри.       Припарковавшись на личной стоянке, они вышли. Джоди невольно поёжилась, бросив взгляд туда, где вчера стояла патрульная машина и Джек разговаривал с Коллинзом. Отгоняя мысли о том, что произошло дальше, она шагнула к особняку.       — Ну, щас начнётся… Ты глянь, иллюминацию не убрали до сих пор. Неужто нас ждали, — усмехнулась она.       — Мэра будто и не огорчило происшествие на вечере. Вернее, не огорчила смерть Фила, а вот то, что вечеринка пошла не по плану — да, — усмехнулся Симмонс, покосившись на Джоди.       Проклятье, отчего-то так хотелось пробить эту холодную стену.       Морган усмехнулась в ответ на слова напарника, бросила на него быстрый понимающий взгляд.       — Быстро ты просёк мистера Гарольда, браво, — чуточку насмешливо бросила она. — Ты прав: в семье Питерсон любят пускать пыль в глаза, демонстрировать своё богатство и поражать людей праздниками и вечеринками, особенно гостей из других штатов. А тут — надо же, шикарная вечеринка так нелепо оборвалась, пришлось прервать такой блестящий праздник! Огорчение, — Джоди с притворным сожалением покачала головой, проходя мимо большой клумбы перед фасадом. Гравий дорожки хрустел под ногами, огненные розы пылали в серости октябрьского дня, как костры, и терпкий горьковатый аромат далеко расплывался перед величественным особняком, которому было не одно столетие. Джоди бросила острый взгляд на спутника и хмыкнула:       — Не подумай, мистер Гарольд так-то хороший и прикольный дяденька, и о городе он заботится, делает всё для Блу-Пайн. Вон, недавно выбил из финансирования штата крупную сумму на оборудование больницы, обещал построить новые корпуса начальной школе. И все свои обещания он выполняет. Просто… не пойми меня неправильно, но я не люблю всё это пускание пыли в глаза. А они любят. У меня с ними на это всё разные взгляды. О, а вон и он, — кивнула Джоди на появившуюся в дверях фигуру мэра и помахала рукой. — Что ж, играем по плану!       Когда они подошли, Морган одним прыжком взлетела на ступени и очаровательно улыбнулась:       — Добрый день, мистер Гарольд! Как поживаете? Ваше приглашение застало нас с Джеком в врасплох, мы были на выезде. Поэтому не обессудьте, но в таком виде! — она кивнула на себя.       — Брось, Джоди, — широко улыбнулся мэр. — Мы с тобой уже практически семья, к чему извинения. Всё понимаю, все мы люди подневольные. Детектив…       Он пожал руку Джека, который чуть склонил голову в знак приветствия.       — Рад вас видеть. Джоди, проводи детектива в столовую, будь добра.       Вслед за напарницей Симмонс проследовал через вычурный холл, прошёл в уборную, где вымыл руки, и вскоре оказался в столовой. На вечере ему не довелось увидеть это место, но сейчас хотелось поморщиться от обилия всего, что указывало на богатство принимающих гостей. От освещения резало глаза. Проклятье, Джек предпочёл бы завалиться на диван дома и пить пиво, а не вот это вот всё. Поразительно, но дома у Ника, занимающего не последнюю должность, подобного великолепия было меньше в разы.       Джоди чувствовала себя не в своей тарелке. Слишком чужеродной она себя здесь ощущала, слишком не на своём месте. И так было всегда, сколько она себя помнила. Другое дело — в лесах: там Морган была на своём месте, свободной, и чувствовала себя непринуждённо. Но здесь, в этом пышно обставленном старинном поместье, в котором, казалось, замерло само время, она чувствовала себя попавшей в клетку птицей и буквально задыхалась.       За столом ещё никто не сидел, но в его центре уже стояло изобилие разнообразных блюд. Наверняка не тех, что остались после праздника — они могли себе позволить выкинуть всё, что не успели потребить. Неподалёку — возле панорамного окна — стоял Лиам с матерью Ингрит, шепчась о чем-то. Стоило заметить подошедших, как разговор прервали, приветственно кивнули. Джеку было некомфортно.       — Садитесь, чего стоять, — произнес подошедший позади Гарольд.       Джек переглянулся с Джоди, опустился за стол. Так неуютно ему, пожалуй, ещё не было. После прогулки по лесу они выглядели слишком уж инородно.       Увидев её, Лиам шагнул к ней, но тут как раз кстати за стол всех позвал мистер Гарольд, и Джоди ограничилась кивком в сторону Лиама и поспешила занять место справа от Джека. От миссис Питерсон так легко было не избавиться — та села справа от Джоди, в торце, напротив мужа — мэр занял место во главе стола. Протянув руки к Джоди, эта холёная дама с надменным взглядом полуприкрытых тяжелыми веками глаз изобразила улыбку на узких, ярко накрашенных губах:       — Джоди, дорогая! Как я рада видеть тебя! Ты вчера на вечере блистала! Вы с Лиамом были такой красивой парой! — она бросила полный любви взгляд на сына, который занял место по другую сторону стола от Джоди и Джека. — Очень жаль, что вечер прервался таким грустным образом, и никто не имел удовольствие видеть, как вы танцуете… Ах, милая, ты была так похожа на свою дорогую маму! Не правда ли, Гарольд?       — Весьма, весьма! — поддержал жену мэр, не слушая толком, что она говорит. Джоди изобразила ответную улыбочку и пожала протянутые к ней руки миссис Питерсон:       — Благодаря вам, мадам. Да, очень жаль, что вечер закончился так рано и не удалось потанцевать… В самом деле.       Отпустив руку миссис Питерсон, она бросила на Джека взгляд — нечто среднее между паникующим и криком о помощи.       — Замечательный у вас дом, мистер Питерсон, — Джек поспешил хоть как-то спасти от всеобщего внимания напарницу. — Да, увы, не вышло толком всё разглядеть, но теперь я вижу эту роскошь. Поместью много веков, да?       Он старался показать интерес, но выходило паршиво. Оставалось надеяться, что мэр будет слишком сильно увлечён его похвалами и не просечёт, насколько детективу хочется сбежать прочь. Гарольд выглядел не совсем сосредоточенным на беседе, часто оглядывался, будто бы ждал кого-то ещё. Лиам строил глаза Джоди, а ей, похоже, тоже хотелось скорее отвернуться. Подобное не могло укрыться от внимания Симмонса. Не зря он детектив, чёрт возьми. Все попытки сыночка Гарольда заговорить с Джоди проваливались.       Дом мэра, передававшийся из поколения в поколение, был любимой темой хозяина, и мистер Питерсон мог рассказывать о нём часами, так что Джек не прогадал — Гарольд тут же пустился рассказывать о временах, когда особняк был заложен, когда на место будущего Блу-Пайн прибыл его предок и один из основателей города — Элайя Питерсон, — и так увлёкся этим, оседлав любимого конька, что больше ни на что внимания не обращал. Миссис Питерсон, напротив, выглядела нервной, то и дело поглядывала на часы и искусственно улыбалась гостям.       — Ты что, прямо с работы сюда приехала? — с насмешливыми нотками в голосе спросил у Джоди Лиам. Та высоко подняла брови:       — А откуда ещё? Я вообще-то каждый день работаю, а надо — так по выходным и по ночам поднимают, — резче, чем нужно было, отрезала она. Слов «В отличие от тебя» не произнесла, но они отчётливо повисли в воздухе.       Лиам усмехнулся и откинулся на спинку стула:       — Ты постоянно на работе. Сходили бы куда-нибудь, как люди — так нет, вечно занята.       — Лиам, прошу тебя, — нервно произнесла миссис Питерсон. — Наша дорогая Джоди устала, не дразни её, будь добр. Что о тебе подумает наш гость? — она улыбнулась Джеку. Лиам только усмехнулся.       Беседа шла, они сидели за столом, а обед всё не начинался.       — Да где же они! — наконец не выдержала миссис Питерсон, в который раз глядя на часы. Джоди наклонилась к Джеку и тихо произнесла:       — Я слышала, должны приехать брат и сестра Лиама. Видимо, они задерживаются. Их мы и ждём.       «Проклятье, эти духи…» — пронеслось в голове Джека. Он медленно, едва уловимо вдохнул, чуть усмехнулся Морган и кивнул.       Жужжание мэра будто и не заканчивалось. Симмонс кивал, но совершенно не слушал. Попутно изучал семью, поглядывал на Джоди, от которой так и веяло корицей. Захотелось покурить, кофе.       — Явились, чёрт побери, — долетело до слуха Джека.       Гарольд не рассчитывал, что это кто-то услышит, но детектив взглянул на него мимолётно, после проследил за взглядом. Из столовой вела лестница. На её верху появились двое. Описать их парой слов было трудно. Бледные, словно сошедшие с картин. Девушка и парень были близнецами. У обоих огненно-рыжие волосы. Они притягивали взгляды своей необычностью. У молодого человека была стильная укладка, яркие глаза. Белоснежный костюм практически сливался с его кожей. Девушка выглядела куда более впечатляюще. Длинные волосы лежали крупными локонами на одном плече. На ней был топ на лямках, короткая юбка, сидящая на тонкой талии. На ногах — тёплые чулки и туфли на высоком каблуке. Яркий макияж выделялся пятном на бледном лице.       Джек едва не с открытым ртом наблюдал за тем, как они словно плыли над полом. Под явно недовольным взглядом Ингрит парочка села за стол.       — Знакомьтесь, детектив Симмонс. Марк и Мэделин Питерсон. Младшие дети нашей семьи. Учатся в другом штате, приехали на каникулы, — произнёс Гарольд, но будто бы сквозь зубы.       Брови Джоди взвились, она окинула близнецов взглядом, но потом отвела глаза и вежливо улыбнулась миссис Питерсон:       — Они так выросли с тех пор, как я в последний раз их видела! И… изменились.       — Даже слишком, — прошипела Ингрит, прожигая своих младших взглядом.       Признаться, Джек так и не знал, для чего его пригласили. Мэр много говорил о семье, о своих делах, пусть и в общих словах. Самого же детектива интересовали близнецы. Их поведение… сказать, что оно притягивало внимание — промолчать. Мэделин стреляла взглядом в него, сидела, закинув ноги на Марка, поглаживая его длинными пальцами, он же гладил её в ответ. Казалось, что это может зайти совсем уж далеко. Только вот родители словно и не замечали такого поведения. Джек случайно коснулся руки Джоди, лежащей на краю её стула, взглянул на неё. Похоже, подобное было в новинку и для неё.       Обед шёл, шёл и шёл. Мэр разглагольствовал, близнецы вытворяли… иначе, как перформансом, Джоди это не могла назвать, а мистер Гарольд и Ингрит словно и не замечали ничего. Лиам перебрасывался фразами с отцом и матерью, пытался шутить с ней и очень явно игнорировал Джека — настолько, что Джоди было неловко за… него. Она вдруг поймала себя на мысли, что думать о нём, как о женихе, ей трудно. Стремясь подержать Джека, она то и дело бросала на него взгляды. Перехватив его выразительный взгляд, она едва заметным поднятием бровей сигнализировала ему — не спрашивай, я сама не в курсе, что тут творится. Молчаливые дворецкие, словно чёрные тени, подавали и убирали блюда. Обед приближался к своему завершению, а Джоди уже умирала от скуки и рвалась назад, в леса. Ей хотелось что-то делать, а не сидеть и слушать разговоры.       — Как только встанем из-за стола, — наклонившись к Джеку, шепнула она, — я попробую перехватить мистера Гарольда и получить у него доступ к камерам. Ты мне помогаешь. Возьмём его в клещи.       Выпрямилась и тут же нарвалась на странный взгляд Лиама — тот пристально, без улыбки, наблюдал за ними с другой стороны стола.       Джек и сам поймал этот взгляд. Вспыхнуло острое желание сделать что-то провокационное, чтобы Лиам прожёг к чертям под собой этот пафосный и чертовски неудобный стул. Кажется, рыжая парочка влияла на него не лучшим образом. Все же лишь доброжелательно улыбнулся, надеясь, что это не выглядело слишком уж презрительно.       Проклятый обед будто и не собирался заканчиваться. Джек не пил, но уже кружилась голова от паров, выдыхаемых хозяевами праздника жизни. Хотелось на воздух, просто подышать. Не тут-то было. Наконец, словно во сне, Гарольд взглянул на часы, объявил, что пора бы уже расходиться — у него много дел.       Джоди тут же вскочила из-за стола, взглядом призывая Джека к действию, просияла одной из самых своих очаровательных улыбок и устремилась к будущему свёкру:       — Мистер Гарольд! Вы так интересно рассказывали про основание Блу-Пайн и о том, какую роль в развитии города сыграла ваша семья, что я прямо заслушалась! — подбежав, она взяла мэра под руку и мило ему улыбнулась. — А правда папа говорит, — перешла она на шёпот и сделала «страшные» глаза, — что у вас есть доступ к всем-всем камерам, что есть в Блу-Пайн? Я имею в виду, к тем, что стоят на улицах и дорогах?       Мэр, остановившись, с отеческой улыбкой слушал её.       — Конечно, Джоди. Безопасность города — превыше всего, а я, как мэр, несу за жителей личную ответственность. Кстати, Эйбл также имеет к ним доступ.       — Правда? — широко распахнула глаза и похлопала ими Морган. — Папа никогда не рассказывал! Говорил, только у вас есть доступ!       Мэр от души расхохотался:       — Ну Эйбл, ну старый лис! Ты что, посмотреть хочешь, как выглядит наш город на камерах? Никогда, что ли, не видела? — поддел он.       — Ни разу, сэр! — бодро отрапортовала Джоди. Появилась надежда, что уломать мэра окажется проще, чем они думали.       — Зачем тебе доступ ко всем городским камерам? — спросил Лиам, приближаясь к ней со спины и игнорируя Джека, стоящего рядом.       — Слушай, Лиам, — Симмонс окликнул его, задумчиво смотря в окно. — Это что, Мустанг 66-го года? 4.7 литра, автомат и двести лошадей?       Он указал на улицу, где, поблескивая глянцем, стоял тёмно-синий автомобиль — будто ночное небо. Лучший момент и повод для отвлечения. Ненавязчиво вынудил его повернуться, отвлекая от Джоди, которая отступала все дальше с Гарольдом.       Если любимым коньком мэра был особняк, то Лиам обожал всё, что связано с машинами. Он мог говорить о них часами, рассказывая Джоди тонкости, которые её вовсе не интересовали, так что она предпочитала отключаться и согласно угукать. И сейчас ей только и оставалось, что поражаться, глядя, как виртуозно Джек обнаружил сначала слабое место мэра, а затем и Лиама. Лиам тут же отвлёкся и принялся рассказывать про автомобиль, упомянул машины, что стояли в гараже семьи мэра, отошёл к окну, словно позабыв, что рядом Джек, которого он вознамерился игнорировать. Джоди не удержалась от восхищённого взгляда на напарника. Вот бы и ей уметь так читать людей!       Мэр, очевидно, пребывал в хорошем расположении духа, потому что пожал Джоди руку и весело сказал:       — Ну как будешь в ратуше — забегай, покажу, что и как там камеры показывают! А сейчас прошу меня извинить, у меня дела. Лиам, позаботься о наших гостях. Детектив, рад был встрече! Заходите ещё, как представиться минутка, — он за руку попрощался с Джеком и быстро ретировался, на ходу набирая чей-то номер. Морган бросила на Джека ликующий взгляд, который означал: «Победа!»       Близнецы всё не уходили, жеманно принимая театральные позы и бросая странные взгляды на Симмонса и Джоди. Морган первой подошла к миссис Питерсон, тепло взяла её за руки:       — Спасибо за приглашение и чудесный обед, миссис Питерсон, мы с удовольствием остались бы ещё, но нам с детективом тоже пора обратно к работе. Дела не ждут, увы. Всего хорошего! Была рада повидаться! Нет, Лиам, провожать меня не надо. Я большая девочка и до машины точно дойду.       Оказавшись на улице, Джоди с трудом сдержалась от восторженного вопля и повернулась к напарнику с сияющими глазами:       — Разрешение наше, Джек! Завтра как раз завернём в ратушу и посмотрим камеры! Так, а теперь куда? — спросила она, садясь за руль. — Что-то мне говорит, что обратно в участок ты не торопишься.       — Я туда не тороплюсь совершенно, — бросил он, прекрасно помня, как на них там косились, как еще будут коситься. Ну уж нет. — Как насчёт обеда?       Вопрос вырвался сам по себе. Только после того, как озвучил, понял, что они толком ничего и не ели во время визита к мэру. Не до этого было, а вычурность лишь отталкивала. На самом деле, после произнесенной фразы, хотел было извернуться, пояснить, что прозвучать могло не совсем так, как должно было, только вылетевших слов было не вернуть. Ответа не дождался — отвлек звонок телефона.       — Да что за день, чёрт возьми, — пробубнил он и прижал смартфон к уху, не отводя взгляда от Джоди. — Слушаю. Чего? Погоди, помедленнее. В смысле, Симпсон пропал?       Их с Морган взгляды встретились. Оба поняли, что день обещает быть слишком долгим.