A Dragon Kissed by Sun

      Нед Старк       Он словно окаменел; одно только ощущение того, что Ашара и его дочь спят рядом, заставляло его не хотеть уходить. Закрыв и снова открыв глаза, он медленно высвободился из объятий любимой, не желая ее будить.       Нед встал на ноги, собрал свою одежду и приготовился к предстоящему дню, сегодня они отправлялись в Солнечное Копье, и Нед не ждал этого с нетерпением. Он хотел остаться здесь и растить свою дочь, но знал, что не может.       И он знал, что в Винтерфелле его ждет еще один ребенок; он не раз подвергал угрозе свой брак с Кейтилин Талли; он знал, что она ждет ребенка. Но, несмотря на то, что у Неда не было этого ребенка от женщины, которую он любил, он не мог заставить себя испытывать неприязнь к детям или даже любить их меньше, чем свою дочь от Ашары.       Медленно подойдя к ее кроватке, почти боясь, что разбудит ее, он увидел ее маленькое пухлое личико; ей был всего месяц, и уже были видны ее темные волосы, ее нос явно был от Ашары, но, просто взглянув на ее волосы, он понял, что у нее волосы Старков. Волосы цвета воронова крыла, и Нед не сомневался, что она вырастет красивой женщиной.       Он опустился на колени и, еще раз убедившись, что не издает шума, присмотрелся к ней поближе, чтобы разглядеть, как вздымается ее грудь; он нежно коснулся ее маленького носика.       Сделав глубокий вдох, он оглянулся и увидел, что Аша спокойно спит в постели. Снова повернув голову к дочери, он наклонился ближе и поцеловал ее в лоб.       — Я знаю, что не буду занимать большого места в твоей жизни, я плохой отец, но ты должна знать, что я всегда буду любить тебя; твой папа любит тебя, сейчас и всегда, — закончил Нед со слезами на глазах.       Встав, он подошел к двери, взявшись за ручку; он повернул голову и еще раз посмотрел на свою семью, прежде чем открыть дверь и уйти; Нед не знал почему, но он чувствовал, что увидит ее снова; это был не последний раз.       Позже       Нед и королевская гвардия заканчивали свой пост; они готовились к скорому отъезду; Нед навестил Джейхейриса этим утром, чтобы повидаться с ним; принц был здоров, как только может быть здоров младенец, Уилла казалась порядочной женщиной и не из тех, кто может их предать.       Артур сказал, что они доберутся до Солнечного Копья на лодке; это займет меньше времени и будет безопаснее для короля, Нед не возражал, и часть его чувствовала, что оставлять своего племянника в Солнечном Копье было бы опасно; он знал, что королевская стража была там, чтобы защитить его. Несмотря на то, что он не был знаком с двумя из них, он знал, что они преданы его племяннику, но Джей останется один в Дорне, в яме со Змеями.       Какая-то часть его просто хотела отвезти его, Ашару и его дочь в Винтерфелл, но он знал, что такой вариант исключен.       Артур предложил попытаться заключить сделку с Дорном, чтобы укрепить их «Дружбу». Нед подумал об этом и решил, что стоит попробовать; как только он вернется в Винтерфелл и по-настоящему завладеет Севером, он начнет улучшать ситуацию.       — Лорд Старк, мы уходим, — вырвалось у Неда из головы, когда он услышал голос Артура; он кивнул головой и встал, Хоуленд последовал за ним.       Его друг сегодня был особенно молчалив; Нед спросил, в чем проблема, но Рид просто сказал, что это было что-то из-за сна, который он видел; Нед не пытался расспрашивать больше.       Вскоре они оказались за пределами Звёздопада, в доках замка, и там их ждала большая лодка; Нед был вынужден признать, что лодка была достаточно большой, чтобы быть кораблем. Он подумал, что это был самый большой корабль, который был у замка.       Нед видел, как мальчики-оруженосцы заносили деревянные ящики внутрь корабля, готовя его к отплытию. Капитан был лысым мужчиной с большим животом, у него не хватало зубов; черт возьми, у него не хватало зубов больше, чем у него было на самом деле. Нед повернул голову и увидел, что к ним приближается Уиллы; на руках у нее был его племянник, за ним следовал Артур, но его взгляд был прикован к Ашаре, которая шла к нему, держа на руках Алианну.       Ее фиалковые глаза пронзали его душу, и Нед снова почувствовал, что его тянет к ним; когда он впервые увидел ее, ему показалось, что он на турнире в Харренхолле.       — Нед, — ласково позвала она его, останавливаясь рядом; она видела, что его взгляд прикован к их малышке, которая проснулась.       — Можно мне подержать ее? — спросил Старк, почти умоляя ее; теперь она увидела, что он выглядит таким печальным, как никогда раньше; он изо всех сил старался выглядеть сильным перед ней, его глаза были влажными, он крепко прижимал Али к себе.       Ашара медленно протянула ее ему; он держал ее в объятиях, ее фиалковые глаза смотрели на него снизу вверх, на ее пухлом лице медленно расплывалась улыбка, как будто она могла узнать его.       Нед наклонился и поцеловал ее в нос. — Я твой папа, и я так сильно тебя люблю, — прошептал он самым нежным тоном, на который был способен. Его взгляд медленно переместился на Ашару.       — Ты удивительный отец, Нед, — прошептала она ему. Северный Лорд ничего не сказал, но он знал, что это неправда; он не был хорошим отцом, нет, он покидал свой дом, свой настоящий дом, свою дочь из-за своих обязанностей.       Нед крепко зажмурился, почти ожидая, что это дурной сон; открыв их, он вернул Ашаре их дочь.       — Когда она подрастет, скажи ей: — Когда выпадает снег и дует белый ветер, одинокий волк умирает, но стая выживает, — не забудь сказать ей это, — сказал Нед.       — Обязательно, — пообещала Ашара, наклонилась и поцеловала Неда; тихий волк секунду стоял молча, прежде чем ответить на поцелуй, почти чувствуя, что это будет их последний поцелуй.       Отстранившись, он посмотрел ей в глаза: — Я люблю тебя, Аша.       — Я тоже тебя люблю.       Нед повернул голову и подошел к кораблю, зайдя внутрь лодки, он повернул голову к Ашаре, которая махала им рукой.       Старк просто продолжал смотреть ей вслед; она медленно удалялась, а он продолжал смотреть, как ее фигура удаляется все дальше и дальше, пока не исчезла совсем. В этот момент Нед прослезился.       Солнечное Копье       Нед увидел, как перед ними медленно проступает Солнечное Копье, и вынужден был признать, что замок был довольно красив. Самая высокая башня достигала солнца, острие башни пронзало солнце, и перед ним был виден символ дома Мартеллов.       Старк надеялся на спокойную дискуссию; он надеялся, что не будут обнажены мечи и не прольется кровь, но знал, что весь Дорн взывает к справедливости для Элии и ее детей.       Нед почувствовал, что в горле у него пересохло, как в Дорнской пустыне; он не мог проглотить ни глотка, ему казалось, что в этой стране сухо, а от солнца у него кружится голова. Сам воздух был тяжелым для его легких; ему казалось, что он не вдыхает достаточно воздуха.       Одно дело отправиться в Звездопад, а другое — в Конец Дорна, где даже дракон пал. Нед нашел это ироничным: Дорн убил первого и единственного дракона, убитого людьми во время полета, и теперь они искали у них помощи.       Этот выстрел до сих пор вспоминают. Многие пытались сделать подобное, но это было невозможно; шансы были практически равны нулю.       Вскоре корабль достиг пристани; Нед увидел того, кто, как он предположил, был принцем Оберином Мартеллом, ожидавшим их в доках; рядом с ним стояли пятеро вооруженных копьями охранников; Нед взглянул на Хоуленда, стоявшего позади него, и кивнул ему. Он подошел вплотную к принцу, в то время как Нед стоял в пяти футах впереди, и внезапно головокружение прошло; он снова мог ясно видеть.       Его рука лежала на рукояти Льда, глаза слегка сузились, когда королевский стражник встал рядом с ним.       Внезапно он почувствовал чью-то руку на своем плече; повернув голову, он увидел Артура.       — Не волнуйтесь, милорд, Оберин может быть кем угодно, но только не убийцей детей; если у него и есть намерения причинить кому-то вред, то это могу быть я? — Спокойно сказал Дейн, убирая руку; Артур с облегчением увидел, что все стражники, сопровождавшие принца Оберина, обычно охраняли принца Дорана.       Вскоре лодка остановилась перед причалом; птицы летали по всему причалу, поедая маленьких существ и все, что попадалось им на пути. Королевские гвардейцы первыми вошли в порт, за ними по пятам следовал Нед, за ним стояла Уилла, а за ней Хоуленд.       Нед видел, как принц Оберин свирепо смотрит на него, и это была правда; он пристально смотрел на Артура. Его взгляд переместился с него на маленький сверток, который держала Уилла; это заставило всех положить руки на мечи.       Нед ожидал, что принц выйдет вперед, но тот вместо этого остался стоять на месте.       — Я надеюсь, ваш путь не был слишком утомительным, милорды; мой брат ждет вас внутри, — четко произнес Оберин.       Нед кивнул, и вскоре они направились к замку, почти не оглядываясь.       Когда они добрались до замка, то миновали улицы, заполненные людьми; Неду пришлось отвести взгляд от откровенной «одежды», которую они носили. На многих дамах были почти прозрачные платья.       Он знал, что в Дорне все по-другому, когда дело касалось интимной жизни, но разгуливать в таком виде по людной улице было для него непривычно.       — Справедливость Дорну, справедливость королеве Элии, — услышал Нед крики с другой стороны улицы. Он увидел человека, который собрал людей и слушал, как тот в центре толпы кричал, что они должны убить короля-оленя, львов и волков.       Нед отвел взгляд, и вскоре они оказались внутри замка.       Пол был выложен разными цветами, в том числе красными кирпичами, покрытыми шелком. Ковер лежал на полу со всех сторон, закрывая каждый уголок; он был красного цвета с тонкими полосками, вышитыми золотой нитью. На двери были надеты серебряные перчатки — символ дома Мартеллов, помещенный перед входом, чтобы указать, кому принадлежал этот замок.       Пройдя по коридору, они вскоре подошли к двери, охранники открыли ее, и, войдя внутрь, увидели мужчину, сидящего на стуле в верхней части комнаты, рядом с ним стоял довольно мускулистый и крупный мужчина, держащий в правой руке большое копье.       Войдя внутрь, Нед осмотрел каждый уголок комнаты; он увидел, что стражники покинули комнату; единственными, кто представлял опасность для Джейхейриса, были принц Оберин и стражник, стоявший рядом с принцем Дораном; он осмотрел принца и увидел, что тот расслабился.       — Лорд Старк, — Нед отвлекся от своих мыслей и встал перед группой.       — Принц Доран, принц Оберин, примите мои соболезнования в связи с тем, что случилось с принцессой Элией, принцем Эйгоном и принцессой Рейнис. Мне жаль, что я не смог защитить их, — искренне произнес Старк.       Оберин скрыл свое удивление за маской гнева, в то время как Доран просто сглотнул.       — Благодарю вас, лорд Старк, и приношу свои соболезнования, в сваязи с тем что случилось с лордом Старком, вашим братом и принцессой Лианной, — произнес Доран нейтральным тоном, прежде чем его глаза встретились с братом.       Нед был удивлен именем, которое он использовал для Лианны; он ожидал, что они с принцем Оберином будут называть ее по другому.       — Я знаю, почему вы здесь, милорд; моя сестра прислала мне письмо, в котором рассказала о Лианне, — все, кроме Артура и Оберина, выглядели удивленными этим.       У Неда перехватило дыхание, и он все еще держал руку на рукояти своего меча.       — Я не виню вас за то, что случилось с Элией; вы потеряли столько же, сколько и мы, если не больше. Дом Мартеллов будет на стороне дома Таргариенов, — искренне провозгласил Доран, заслужив одобрительный кивок Оберина.       Это заставило Неда вздохнуть с облегчением. — Мой принц, я бы хотел, чтобы мой племянник вырос здесь и, когда придет время, занял подобающее ему место на Железном троне, — твердым тоном произнес Нед, вызвав шокированные и недоверчивые взгляды Дорана и Оберина.       — Зачем тебе помогать Старк? Я думал, Роберт твой самый близкий друг? — спросил Оберин с легкой насмешкой в голосе, подходя к нему на несколько шагов. Нед повернулся и посмотрел на него с холодной яростью в глазах.       — Всё так и было, пока я не услышал, как он смеется над трупами невинных детей. Роберт, которого я знал, умер в тот момент, когда сделал это, и я пообещал своей сестре, что буду защищать её сына и помогать ему; если принц Джейхейрис захочет занять трон, я помогу ему, — заявил Нед, делая шаг к Оберину, не отрывая от него взгляда.       Змей некоторое время не сводил с него глаз, затем повернулся к брату и отступил на несколько шагов.       — Да, мы с радостью вырастим его здесь; у него будет лучшее образование; королевская гвардия и моя личная охрана позаботятся о том, чтобы защитить его. Поверьте мне, лорд Старк, здесь ваш племянник будет в безопасности, — заявил Доран.       Нед не считал себя человеком политики, но был уверен, что здесь его племянник будет в безопасности. Старк думал взять его с собой в Винтерфелл, но это вызвало бы новые проблемы; ему пришлось бы заявить, что он его бастард, а Кейтилин никогда бы его не полюбила; она была последовательницей Семерых от начала и до конца.       И не говоря уже о том, что королевская гвардия, следующая на Север, привлечет много нежелательного внимания как Роберта, так и к Тайвина.       — Очень хорошо, — ответил Нед и оглянулся на Хоуленда; тот одобрительно кивнул, к его большому облегчению.       — Теперь, прежде чем мы поговорим о том, как мы обретем силу, нам нужно поговорить о принце Джейхейрисе, — заявил Доран, заслужив недоуменные взгляды всех присутствующих.       — Вы говорите о короле? — спросил принц Освелл с ноткой гнева в голосе, делая шаг вперед.       — Я имел в виду, что нам нужно скрыть его имя, здесь он будет в безопасности, но если до Королевской Гавани дойдут слухи о том, что мы зовем его принцем Джейхейрисом, даже такой дурак, как Писелль, сложит два и два, внутри замка он в безопасности, но у Паука везде есть уши, и мы не можем называть его Джейхерисом или принцем, — заявил Доран. Нед не мог не согласиться с его утверждением.       — А что ты собираешься делать? Обращайся с ним как с низкорожденным, — процедил сир Герольд сквозь зубы.       — Нет, как я уже сказал, с принцем Джейхерисом будут обращаться точно так же, как с моими детьми; ему придется расти под фамилией бастарда, пока не придет время рассказать ему правду, — объяснил Доран.       Это вызвало презрительные взгляды королевской стражи.       — Он прав, — заявил командир, к их большому удивлению. Но затем его взгляд остановился на принце Доране, как бы давая понять, что он должен быть осторожен с тем, что скажет дальше.       — Чьим бастардом он будет?       Это заставило Дорана повернуть голову к Оберину, что заставило всех остальных посмотреть на него. Оберин заметил, что все смотрят на него.       — Что?! — Спросил Оберин, но вскоре понял, что происходит. Он открыл рот, чтобы немедленно возразить, но принц поднял руку, останавливая его.       — Брат, у лорда Старка уже есть дочь от леди Ашары; мы не можем сказать, что это его ребенок; неподходящие люди могут спросить, почему он воспитывается здесь, а не в Звездопаде, а ты, с другой стороны, известен тем, что… Доран остановился, поскольку уже ясно высказал свою точку зрения.       Это заставило Оберина тяжело вздохнуть, и ему показалось, что весь Дорн обрушился на него. Он хотел сказать «Нет», но знал, что сказала бы ему сестра, если он откажется, она была бы разочарована. Оберин перечитал письмо столько раз, сколько смог; он признал принца Джейхейриса ее сыном.       Оберин встал и подошел к молодому Таргариену; это заставило каждого королевского стражника положить руки на мечи.       — Просто хочу увидеть его, — заявил Оберин, и женщина, державшая принца на руках, показала ему его одним взглядом. Принц почувствовал, как у него перехватило дыхание, а глаза наполнились слезами, когда он посмотрел на копию Эйгона и Рейнис; как бы ему ни хотелось этого не признавать, он не мог не видеть их в мальчике; он был их братом, единственным оставшимся в живых.       Джейхейрис открыл глаза, его темно-фиолетовые глаза встретились с глазами Оберина, и на его губах появилась улыбка. От этого Змей почувствовал слабость в коленях. Он отвернулся.       — Я буду растить его как своего сына, если вы все согласны, — заявил Оберин, обводя взглядом всех присутствующих в комнате. Это вызвало улыбку у Дорана; через минуту королевские гвардейцы тоже кивнули.       — Как его будут звать? — Спросил лорд Старк.       Оберин только пожал плечами, так как не подумал об имени.       — Джон, его можно звать Джон Сэнд, — заявил Нед, заслужив одобрительный взгляд Оберина.       — Теперь мы приготовили для вас комнаты и теплую ванну; вы можете оставаться здесь, сколько захотите, — сказал Доран.       — Спасибо, мой принц, — ответил лорд Старк и последовал за слугой, за которым вскоре последовали Уилла и королевская стража.       Оберин Мартелл       Он направился в свою спальню, сопровождаемый женщиной по имени Уилла; он велел слуге позвать его любовницу и дочерей. Они должны были быть здесь.       Добравшись до своей спальни, он хотел представить Джейхейриса своим кузинам; им нужно было знать о пополнении в семье; Оберин знал, что лгать им, возможно, было не лучшим решением, но он не хотел, чтобы они возненавидели его, если бы узнали, что он сын Лианны, мысль о том, что он их младший брат, заставила бы их полюбить его.       Войдя в свою спальню, он заключил Джейхериса в объятия, к большому неудовольствию стражника, но Артур вступился за него, сказав, что не причинит вреда королю. Сейчас, когда он был один, его невольно тянуло к мальчику; он так сильно напоминал ему Эйгона.       Черт возьми, Оберин проклинал свое невезение.       Это не заняло много времени, и дверь открылась, явив его возлюбленную Элларию, которая мило улыбнулась ему, прежде чем ее взгляд упал на ребенка в его руках; ее глаза слегка расширились, прежде чем на ее лице появилась улыбка.       Вскоре Обара, Нимерия и Тиена вошли внутрь. Они заметили младенца у него на руках; Обара выглядела удивленной, но сдерживала эмоции, в то время как Нимерия и Тиена, казалось, были готовы взлететь от счастья.       — Отец, кто это?.. — Он? — спросила Нимерия первой, убедившись, что это мальчик.       Оберин тяжело вздохнул; его дочери уселись рядом с ним.       — Девочки, отныне это Джон Сэнд, ваш брат. Я хочу, чтобы вы относились к нему так же, как относитесь друг к другу, и любили его, — заявил Красный Змей; это заставило всех остальных в комнате, даже Обару, бросить на него взгляд, обещающий смерть тому, кто причинит ему вред.       Два Месяца Спустя.       Нед Старк       Путешествие на север было долгим и заняло много лун. Но когда, наконец, показались руины Рва Кайлин, Нед подумал, что никогда не видел более приятного зрелища. Хоуленд Рид оставил их там, присев на одно колено и пообещав Неду молчать о Джейхерисе, но затем они продолжили свой путь в Винтерфелл.       Дорога домой, подумал Нед.       Покинув Дорн, Нед прибыл в Королевскую Гавань, чтобы присягнуть Роберту; поклявшись в верности, Старк объявил в присутствии нового короля, что у него есть незаконнорожденная дочь, к большому удовольствию Роберта.       Он сразу же спросил, где она, но Нед просто ответил, что она со своей матерью, затем Джон Аррен спросил его, зачем он ездил в Дорн, и Нед заявил, что хотел принести соболезнования дому Мартеллов, к большому неодобрению Роберта.       Но следующее, о чем спросил Нед, шокировало всех: он попросил, чтобы его дочь носила фамилию Старк. Роберт, конечно же, согласился, не задумываясь.       Покинув Королевскую Гавань, Нед отправил письмо в Звёздопад. Он надеялся, что это хоть немного скрасит его отсутствие, то, что он не был частью жизни его дочери.       В последние дни к северу от Курганов выпал снег, но по Королевской дороге все еще можно было проехать, если соблюдать осторожность. Воздух был холодным и бодрящим, он обжигал легкие, а вокруг был благословенный Север — серо-зеленые часовые, заснеженные вересковые пустоши и прямые высокие сосны.       Небо было голубым и ясным, и солнце искрилось на льду. На мгновение Нед почувствовал радость. Но потом он вспомнил, что его ждет впереди. Во время долгого путешествия из столицы он решил для себя ничего не рассказывать Кейтилин о Джейхерисе. Он подумывал о том, чтобы довериться ей, но чем больше он об этом думал, тем больше понимал, что у него нет другого выхода, кроме обмана, хотя эта мысль вызывала у него отвращение до глубины души.       Он не мог просить ее стать соучастницей его измены — это было бы крайне несправедливо, — и как он мог гарантировать ее молчание? Возможно, он и взял ее в жены, но на самом деле они были не более чем незнакомцами — он не знал, как она отреагирует на такую новость и готова ли вообще присоединиться к его плану. И если бы ей когда-нибудь пришлось выбирать между племянником и собственным ребенком, он вряд ли смог бы винить ее, если бы этот выбор дался ей легко. Короче говоря, риск был слишком велик. И поэтому он решил просто хранить молчание.       Бедная Кейтилин, подумал он. Когда она взяла меня за руку в септе в Риверране, она, должно быть, думала, что выходит замуж за благородного человека.       Подъемный мост был поднят, а ворота закрыты, но когда Нед приблизился, стоявшие на страже серые плащи узнали его боевого коня, и прозвучал сигнал открыть дорогу лорду Эддарду. Он услышал треск льда на цепях, когда подъемный мост опустился, а затем глухой удар, когда он ударился о землю.       Во дворе замка было тихо. Все домочадцы ждали его, а его жена стояла впереди, держа в руках сверток.       Он подошел к ней и поцеловал в лоб.       — Добро пожаловать обратно, милорд, это ваш сын Робб Старк, — гордо сказала Кейтилин. Нед повернулся, чтобы посмотреть на своего сына, у него были каштановые волосы и глаза дома Талли, но скулы, нос и телосложение как у Старков.       Нед улыбнулся и поцеловал его в лоб, прежде чем повернуться к Кейтилин. — Он очень красивый, — сказал он. Он повернулся, чтобы поприветствовать своего… брата.       Это был Бенджен, который подошел поприветствовать его с другого конца двора. — Нед! — воскликнул он. — Добро пожаловать домой!       — Брат, рад тебя видеть. — Он крепко обнял Бенджена. Прошел год с тех пор, как Нед в последний раз видел своего младшего брата, но перемены в нем были очевидны. Бен стал на несколько дюймов выше, его лицо стало тоньше, нос и скулы заострились и стали менее детскими, а на подбородке появился едва заметный намек на щетину. Он выглядел почти взрослым мужчиной. — Ты повзрослел, — заметил Нед.       — А ты выглядишь усталым, — заметил Бенджен с кривой улыбкой. — Путешествие было тяжелым для тебя?       Нед вздохнул. — Весь этот год был тяжелым. Пойдем, — сказал он, — мне нужно еще многое тебе рассказать.       Они оказались в солярии. Нед не сел в кресло, чувствуя себя неловко в комнате, которая, как он знал, теперь принадлежала ему, но в которой все еще витал призрак его отца. Вместо этого он подошел к окну и выглянул наружу. Сквозь него он мог видеть Богорощу и огромные белые ветви и кроваво-красные листья сердце-дерева, тянущиеся к небу; позже он отправится туда и вознесет молитву. Он услышал, как его брат отодвигает стул позади него, и через мгновение повернулся к Бену.       — Когда? — спросил он наконец. Нед задумался. С того рокового дня перед Красными горами Дорна.       — Три луны назад. Она умерла у меня на руках, когда я нашел ее, — ее забрала лихорадка. Он не стал вдаваться в подробности и молился, чтобы Бен не задавал ему вопросов.       — Боги… — пробормотал Бенджен. Он быстро заморгал, словно пытаясь сдержать слезы, а затем с силой прижал кулаки к глазам. Нед ничего не сказал, позволяя Бену собраться с мыслями. Несмотря на то, что он был близок с Лией, именно Бенджен проводил с ней больше всего времени.       — Неужели ты ничего не мог сделать?       Покачав головой, Нед ответил: — Никто ничего не смог бы сделать.       Молчание затянулось. Однако Тихий Волк решил не нарушать его, полагая, что его брату нужно время, чтобы смириться с новостями, которые он только что услышал. Когда, наконец, Бен открыл глаза, он с трудом сглотнул и сказал: — Я хочу облачиться в Черное.       — Что? — Нед не смог скрыть удивления в голосе.       — Ты слышал, брат.       — Я слышал, — признался Нед, — но не понимаю. Тебе всего пятнадать. Почему ты хочешь это сделать?       — У меня есть свои причины, — объяснил Бенджен без всякой ясности. — И, кроме того, для Старка не так уж странно вступить в Ночной дозор. — Нед изумленно уставился на брата. Это правда, что за прошедшие годы многие Старки присоединились к Страже и поднялись по служебной лестнице, став лордами-командующими или Первыми рейнджерами, но Бенджен был так молод. Понимает ли он вообще, что делает? От чего он отказывается?       — Я знаю это, — сказал Нед, — но для тебя всегда найдется место в Винтерфелле или в замке, на который ты имеешь право как мой брат.       Бенджен пожал плечами. — Да… — сказал он отсутствующим голосом. — Но Ночной Дозор — почетная должность. — Вздохнув, Нед задумался, что же хотел сказать его брат.       Неужели он думает, что теперь, когда я женат и у меня есть наследник, он никому не нужен? Он сглотнул и заговорил самым твердым тоном, как ему казалось, голосом лорда.       — Брат, пойдём за мной в крипту. Мне нужно тебе кое-что сказать.