Тьма

      Нечем дышать. Густая темная масса, схожая по запаху с болотом, окружала, затягивала в свою пучину чего-то. Холодный липкий страх охватывал все тело. Ноги вязли в черноте, их сводило судорогой от боли. Так хотелось вырваться. Шагнуть из смертоносной ловушки. Острое чувство одиночества, из которого очень хотелось вырваться. Пучина отчаяния. Нужно сделать лишь один рывок.       Грудную клетку сдавливало, не хватало дыхания. Болото утаскивало в свою пучину. Ничего не видно, нечем дышать. Темная густая масса заливалась в нос и рот. Она чувствовала, как захлебывается, как внутри все холодеет. Безумно бьющееся сердце замедляло свой ход, пока не замерло. Перед глазами потемнело. Таков ее конец… В полном одиночестве.       Дженнифер вздрогнула, распахнула глаза и тут же зажмурилась. Холодное зимнее, но такое яркое, солнце только поднималось, но уже до боли било в глаза. Она старалась восстановить резко сбившееся дыхание, прижала к лицу холодную ладонь и чуть приподняла голову. Небольшая комната почти с панорамным окном и не слишком тщательно задернутыми шторами. Здоровенная кровать с теплым одеялом и не менее теплая рука, обнимающая ее за плечо. Под щекой от мерного дыхания вздымалась грудь спящего Адама. Все хорошо. Никакой пучины, никакой зловонной массы. Просто кошмар. А реальность — вот она.       Дженни опустила голову обратно, слушая биение сердца. Удивительное чувство. Не так давно ей приходилось вслушиваться, бояться, что в один самый кошмарный миг просто не услышит, как теплится жизнь. Теперь проверять не требовалось, но она продолжала слушать удары. Это успокаивало. Дышать стало легче, тяжесть от сна уходила прочь. Дженнифер вновь прикрыла глаза, перекинув руку поперек торса. Крепкие руки обняли ее крепче, прижимая сквозь сон. Хотелось запомнить мгновения, которые могли больше не повториться.       Адам, кажется, сквозь сон, обнял ее крепче, притянул к себе и уткнулся в волосы.       — Все нормально? Приснилось что-то? — прошептал он.       Она не хотела говорить. Вновь оставила бы где-то в себе, переваривала бы, вспоминала и страшилась. Ну уж нет. Это в прошлом. Еще прошлым вечером хотелось говорить с ним обо всем. Решила поделиться и сейчас. С кем еще, если не с ним.       — Да. Мне приснилось… бред какой-то, на самом деле. Я понимаю, что ужасно боюсь одиночества. Мне страшно остаться одной. Еще недавно это было… нормально.       Дженни вздохнула, задумчиво водя пальцем по его торсу.       — Не знаю, Адам. Просто не могу представить, что я вновь оказываюсь где-то одна. Снова борюсь за свою жизнь в одиночестве. Никто не поддержит, не скажет ничего, — помедлила. — Такое чувство было после смерти Диего. Мне было так же страшно. Какая же хрень…       — Ничего не хрень, — хмыкнул он, поглаживая по плечу. — Слушай, мое обещание не пустой звук. Дженни, я пообещал, что не оставлю тебя. А вообще-то, я не вру тебе.       В интонации слышалась улыбка, но и частично волнение. Похоже, ее слова пугали еще и его. Никто не знал, что творилось в ее душе. Проклятье, она сама не знала. Адам прижался ближе к уху, шептал, словно убеждая, что не одна. От этого становилось спокойнее. Дженни смотрела в не зашторенную часть окна, сквозь которое виднелся лес, практически скрытый за часто падающими снежинками. Некоторые из них удавалось разглядеть. Крупные, слипающиеся друг с другом. Они порой оседали на стекле. При взгляде на них становилось холодно, но в кровати было так тепло и хорошо. Дженни поймала себя на том, что не хотела бы проснуться в своей комнате, где обогреватель едва справлялся с резко наступившими холодами. Еще там было бы гораздо мрачнее. Приснись ей этот сон именно там — настроение не исправить. У нее не появилось ни капли сожаления за произошедшее прошлой ночью. Да и почему она должно жалеть или стыдиться чего-то хорошего? Ей было тепло и уютно в этих объятьях. Спокойно. Противный страх прошедшего кошмара отступал, взамен чего приходило умиротворение. Они молчали. Адам лишь тихо дышал ей в шею, изредка касался губами, а у нее не было и малейшего желания сбежать или отстраниться.       — Как на счет перекуса? — Адам вытянул из-под нее руку, потянулся и сел. — Побудь здесь, а я приготовлю что. Не обещаю завтрак как в баре, но все же, что-то сделать смогу.       Дженни кивнула, натянула одеяло едва ли не до самых глаз, не желая выбираться из-под вдруг потяжелевшего одеяла. Она наблюдала за тем, как Адам, прикрываясь, оказался на краю кровати, подбирая разбросанные на полу вещи.       — Стесняешься меня? — тихо усмехнулась Дженнифер.       — Когда-нибудь я расскажу тебе про особенность утра у парней, — Адам покосился на нее через плечо, слегка улыбнувшись.       Дошло не сразу. А когда дошло, щеки густо покраснели. Пришлось забраться под одеяло уже с головой, чтобы он не видел этой глупой неловкости. Адам, уже натянувший брюки, потянулся к ней, убрал с головы одеяло и поцеловал в щеку.       — Не думай о плохом, ладно? Я позову тебя.       Дженнифер проводила его взглядом, проследила, как он спускается вниз, начинает шуметь там. Выдохнула, уставилась в потолок, после чего потянулась. Невольно задумалась, как проходят праздники в Оазисе. Есть ли какое-то подобие каникул, в которые нет вылазок и всего прочего. Или же сходу начинается активная деятельность. Забавно, в тот момент она не предполагала, что совсем скоро получит ответ на этот вопрос.       Успев натянуть обратно белье, услышала стук в дверь. Адам выругался вполголоса, направился открывать. Дженни на цыпочках подошла ближе к лестнице, прислушавшись.       — Через пятнадцать минут общий сбор в штабе. Ничего не хочу даже слышать, не обсуждается, — донесся напряженный голос Следопыта.       — Понял, — вздохнул Адам, сказал, что скоро будет и закрыл дверь. Услышал шаги спустившейся Дженни и повернулся к ней, пожав плечами. — Я могу быстро что-то приготовить, а потом придется идти.       — Не нужно, — она покачала головой, поправляя на плечах платье, повернулась спиной и убрала волосы. — Поможешь? И сразу пойдем слушать последние новости.       Адам усмехнулся, застегнул пуговицу и сжал ее плечи, стоя позади.       — Произошедшее вчера… значит что-то?       Дженни повернулась к нему, взглянула в глаза и едва заметно кивнула. Слов было не нужно.       Не похоже, чтобы Винсент хоть немного удивился, увидев ее на пороге штаба. Эди усмехнулся и не удержался от вопроса, не слишком ли легко она оделась на собрание. Дженни бросила, что не успела переодеться. За что удостоилась довольно красноречивых смешков, пусть вслух ничего и не сказали. Кому точно было не до смеха — Следопыту. Он хмуро оглядел присутствующих, которые явно не сильно выспались после бурной ночи, попросил рассесться. Окружение напомнило школьный класс. Напротив нескольких столов, стоящих лицом к доске со множеством надписей и картой, стоял еще один. Возле него стоял Винсент, осматривая их. Видок, как и у всех остальных, был не идеален. Пусть и старался быть перед своей командой, как и всегда, неуязвимым ко всему, в этот раз не вышло. Легкая небритость, синяки под глазами выдавали недосып. Дженни невольно задумалась, как прошла их с Аннет ночь. Тут же потерла ладони, постаралась сосредоточиться на предстоящем разговоре.       — Не хотелось собирать вас так рано, тем более, по такому поводу. Нам повезло, орда до Оазиса не добралась. Но пришла в другое, менее защищенное поселение. Вудс связался часом ранее, сообщил, что сегодня ближе к вечеру привезут тех, кто пострадал от нападения. Тех, кому чудом удалось выжить. Завтра ранним утром выезжаем в поселение сами. Осмотрим все хорошенько, выясним, осталась орда там или двинулась дальше. В общем, дела так себе.       — Где это поселение? — спросил Эди, записывая что-то.       Следопыт пробежал взглядом по карте, указал на обведенную местность с непонятными для Дженни пометками. Удивительно далеко от них.       — Почему пострадавших везут к нам? — спросил Адам.       — Предлагаешь бросить их на произвол судьбы? — Артур потянулся.       — Нет, я не понимаю, почему Вудс не примет людей к себе, хотя это куда ближе.       Винсент кивнул. Справедливо. Только Вудс предпочитал не подбирать обездоленных, а держать возле себя тех, кто повыше классом.       — Нет смысла это обсуждать. решение Тимоти не изменить, так что… Пока у нас есть места. Потом, вероятнее всего, придется потесниться. С этим решим позже. Сегодня для вас всех будут задачи. Мы точно не знаем, в каком люди состоянии, поэтому, — он взял записную книжку и взглянул на Эди. — Мэдисон, подготовь койки для раненых, медикаменты, аппаратуру, которая может понадобиться. Ну, это ты лучше знаешь. Дальше, Артур. Отвечаешь за безопасность. Мы все понимаем, насколько могут быть нестабильны люди в такой ситуации. Необходим обыск каждого, как ни крути. Адам, на тебе будет снабжение необходимыми вещами. Дженни, раз уж ты тут, будешь помогать. Узнай по комнатам над баром. Если что, пусть Страйкер сразу резервирует их, а на тебе подготовка к постояльцам. Застелить белье, принести полотенца, мыло и прочее. Адам поможет. Только переоденься. Все ясно? Отлично. Свободны.       Винсент наблюдал за выходящими, после окликнул Дженни.       — Считай это своим шансом стать частью группы. Задача ответственная, но я в тебе уверен. Удачи.       Она кивнула и поспешила за всеми. На улице Адам сказал, где будет, чтобы пришла за самым необходимым для комнат, и ушел прочь. Дженнифер же рванула в бар. Быстро поднялась к себе, переоделась в джинсы с толстовкой и побежала вниз. Внутри все кипело от волнения, сердце подскакивало до самого горла и билось там. Мелко дрожали руки, пока она выяснила у Хейба обстановку дел, после, только получив ключи, приступила к подготовке комнат. Сперва хорошенько прибралась во всех трех, затем уже направилась на склад, где Адам готовил вещи. Вместе с ним забрала все и обустроила в комнатах. В самом баре готовились пайки, много питьевой воды, с чем она тоже помогала.       Работа тянулась до самого вечера. Вся суета походила на кипящие еще вчера вечером приготовления, но на лицах людей не было улыбок. Лишь нечто, приближенное к панике. Только каким же острым было чувство сплоченности. Жители совместно решали, как помочь обездоленным. Возможно, прекрасно помнили, каково было им самим. В первые дни, когда разорялись их дома. Не все жили в Оазисе с самого его основания. Интересно, как здесь все начиналось? Как запустили электростанцию? Увы, ничего из этого Диего не рассказал Дженни. Да и стала бы она слушать тогда? Вряд ли.       Вечером объявили, что автобус уже подъезжает. Зеваки повалили к воротам, не особо мешая, но уже начиная раздражать группу и самого Следопыта. Вынудив вмешаться охрану, которая оттеснила народ, открыли ворота, опустили мост. На территорию заехал бывший школьный автобус, покрашенный, но не сильно скрывающий ржавчину. Неприятно свистя, скрипя, транспорт остановился. Группа сразу направилась ближе, активно развернув деятельность, помогая выходить приехавшим. Дженни находилась поблизости, наблюдала за ними — разбитыми, напуганными, заплаканными. Невольно вспомнилось фото, на котором был Адам.       Почти все приехавшие были одеты в легкую одежду вовсе не по погоде. У многих — ссадины, незначительные травмы. К раненым быстро подходил Эди, коротко опрашивал и отправлял дальше. Следопыт поручал добровольцам отводить людей в комнаты. Других — в медицинский кабинет. Тех, кто мог идти с трудом или не мог вовсе, сажали на машинки, используемые на полях для гольфа.       Среди приехавших оказались и сильно пострадавшие. Переломы, сильные ссадины. Следом, помимо общего плача, донесся настоящий вой ужаса и боли. К автобусу быстро подошел Эди с помощниками. Сперва вышел рыдающий и подвывающий от отчаяния мужчина в крови, порванной одежде. Его отводили в сторону, пока он рвался обратно в автобус. Мэдисон резко велел увести его прочь. Сам скрылся в салоне. Еще приказы, суета. к выходу подвезли каталку. Медик с помощниками вытащили из салона на носиках завернутое в плотное одеяло женщину. Даже через ткань просачивалась кровь. Он погрузил ее на каталку, отправляясь в больничный отсек, где одно время обучалась Дженни.       — Дженнифер, за мной, живо!       Она не сразу поняла, что все разошлись помогать прибывшим. Выбрать больше было некого. Спорить даже не подумала, поспешив следом. Каталку с женщиной погрузили в более просторную машинку, туда же плюхнулась Дженни. За рулем был волонтер, направивший транспорт к медблоку. Эди же быстро разворачивал одеяло. Увидев даже в полумраке, насколько сильные повреждения, он шепотом выругался. В свете луны блестела кровь. Очень много крови. Ее запах остро ощущался даже на свежем воздухе. Начало мутить, а ведь они еще не в замкнутом помещении.       Внутри медблока Эди довез женщину прямиком до операционной. Дженни по пути открывала ему двери. В зале включила свет. Мэдисон тут же велел подойти к нему.       — Берешь полотно, где ноги. На счет «три» поднимаешь вместе со мной и перекладываешь на стол. Готова? Один, два, три!       Они синхронно подняли пострадавшую и переложили на операционный стол.       — Куртку прочь. Что на тебе еще? Все с длинными рукавами снимаешь, ясно? Быстро надеваешь халат, моешь руки и возвращаешься к столу, — он заметил, как она впала в ступор. — Внимание, Дженнифер. Соберись. Каждая секунда на счету. Больше помочь некому.       Осталось лишь кивнуть. Дрожащими руками она смыла кровь, разделась до майки, надела халат и еще раз помыла руки. После метнулась обратно к Эди, занимающемуся аппаратурой.       — Необходимо быстро, но осторожно разрезать одежду. Давай, ты справишься.       Выбора не было. Дженни подобрала со стороны ножницы. Со всей внимательностью и тщательностью она спешила, избавляя женщину от мешающей одежды и обнажая совершенно чудовищные раны. Открытый перелом ноги ужасал не так сильно, как вскрытая грудина, обнажающая внутренние органы. Запах стоял нестерпимый. От обострившегося обоняния становилось только хуже. Она не могла понять, как женщина вообще до сих пор жива.       Следом Эди велел промыть рану. От этого Дженни пришла в не меньший ужас. Ей было страшно касаться обнаженной плоти, страшно сделать больно, хотя она и так наверняка испытывала адскую боль. Вновь мелко задрожавшими руками принялась убирать лишнюю кровь, частички одежды и какой-то странной зеленоватой субстанции. Вязкой, кажется, разъедающей плоть. Эди заметил ступор своей новоявленной помощницы, подошел и тоже замер. Всего на несколько секунд, после взял себя в руки, помогая ей. Дженни чувствовала себя хуже, боялась совсем не справиться. Мэдисон велел подготовить иглы с нитью, когда показатели на подключенной аппаратуре стремительно пошли вниз. Она видела, как частично обнаженное сердце замедляет свой ход, бьется нестабильно.       — Дженнифер, внимание! — скомандовал Эди. — Сейчас ты должна быть максимально сосредоточена. Придется делать прямой массаж сердца.       — К-как? — запнулась она, чувствуя, что холодеют пальцы.       — Меняй перчатки, — он подождал и кивнул, убедившись, что слушает. — Одну ладонь запускай сюда, прямо под сердце, вторую на него сверху. Сжимать будешь совсем легко. Сперва большими пальцами, затем остальными, ясно? Большие пальцы, две секунды, остальные. Пауза. Я буду производить вентиляцию легких. Все ясно?       — Может, наоборот? Я боюсь, — тихо призналась она.       — У тебя руки гораздо меньше моих. Ты справишься, Дженни. Жди моей команды, поняла?       Кивнула, дрожащими руками обхватила едва трепещущееся сердце. Стоило ему затихнуть, Эди дал команду. Страх пришлось отодвинуть на второй план. То, что творилось внутри, передать словами было трудно. Ее бросало в жар, потом в холод. Она старалась отбросить любые мысли, которые могли помешать сосредоточиться, делала все по инструкции и редким подсказкам Эди.       Попытки не давали ничего, росло отчаяние. Ужасное чувство ускользающей прямо из ее рук жизни. Показалось, что комок в ее ладонях отозвался. Дал совсем легкий толчок в ответ, даруя шанс на то, что все получится. Теперь она лишь сильнее уверилась в том, что необходимо продолжать. Она готова была сама упрашивать несчастную женщину продолжать борьбу. Уже пережила немало, смогла дотянуть до Оазиса. Точно не для того, чтобы здесь погибнуть.       — Молодец, слышишь? Ты молодец, Дженни.       “Молодец, Дженни…»       — Привет.       Она вздрогнула, оторвала взгляд от собственных замерзших ладоней и посмотрела на подошедшего Адама. Раннее, еще совсем темное утро, мороз и снегопад. Дженни сидела на ступенях мастерской. Слегка подвинулась, позволяя сесть. Адам опустился рядом, легко толкнул ее плечом и улыбнулся.       — Как ты? Слышал, тебе пришлось участвовать в операции.       — Я держала в руках сердце, представляешь? Самое настоящее. Оно остановилось и пошло вновь. Отчасти, моими силами, — шептала она. Опустошенно и немало восхищенно. — Я поняла одну вещь. Отнимать жизни куда легче, чем их спасать.       Голос дрогнул, она кашлянула лишь бы не сорваться. Адам промолчал, закинул руку ей на плечо и притянул к себе.       — Она будет в порядке? — спросил вдруг он.       — Эди сказал — да.       — Я знаю эту женщину. И приехавшего с ней мужчину.       Дженни подняла голову с его плеча, чуть отстранилась, чтобы взглянуть на него.       — Что? Откуда?       — Женщину зовут Клэрис. Она — мама Лии. Мужчина с ней — дядя Лии — Роб.       Дженнифер опешила, осознав, что же странное видела во взгляде Адама. Боль. Страх. И второго было сильно больше. Эти люди точно узнают его. Точно зададут вопросы. Каково будет отвечать на них Адаму — не могла даже представить.       К счастью, времени обдумать все у него хватит. Им предстояло доехать до поселения, откуда приехали пострадавшие. Все осмотреть, доложить Вудсу. Вполне здравые вопросы Адама, почему отправляют именно их довольно издалека, просто опустили, призвав не лезть, куда не следует.       Пикап выехал за пределы поселения еще до наступления рассвета. В молчании, напряжении. Мэдисон выглядел совершенно уставшим, не выспавшимся. По всей видимости, он практически всю ночь провел возле пострадавших, особенно следя за состоянием Клэрис. За рулем сидел Винсент, будто совершенно отдохнувший, вечно серьезный. В багажнике находилось немало медикаментов, вещи, еда с питьевой водой. Со всеми трудностями путь мог занять около четырех часов. Со временем все будто начали просыпаться, появились тихие разговоры. Обсуждали что-то совершенно житейское: про отношения, пройденные праздники. Дженни слушала лишь отчасти, смотрела в окно, а нос все еще будто ощущал тяжелый запах крови.       Странное начало года. Проклятые эмоциональные качели от приятного, пусть и чуть омраченного кошмаром, утра, до ужаса с операцией в тот же вечер. Безумие. Как же чертовски тесен этот проклятый мир. Дженни задумчиво подперла щеку кулаком. Вдруг когда-то столкнется с Амандой. Сможет спросить, почему ушла. Вдруг Адам был прав? Ее укусили, оставила дочку и ушла. Жаль, без записки. хотя бы. Осуждать и додумывать можно было вечно. К счастью, подобных мыслей становилось все меньше, ей становилось спокойнее. Тягучая боль от потери Уолтера постепенно приглушалась. Забавно, Адам стал куда лучшим психологом для нее, чем Ким. Иронично, что именно он становился спасением для ее психики. Смешно и грустно. Ей хотелось понять еще одну важную вещь касательно себя самой, но боялась это сделать. Дура, что еще сказать.       Разговоры изменились на подъезде к поселению. Пикап сильно замедлился. Дженнифер припала к стеклу, наблюдая за тем, как под колесами исчезают многочисленные следы. Человеческие, принадлежащие измененным. Под кузовом скрывались пятна крови на снегу. Они проехали мимо поваленного деревянного забора, ворот. Их словно снесло проходящей толпой.       — Внимание, — подал голос Винсент. — Мы не знаем, что точно здесь произошло, могли остаться измененные. Всем быть осторожными. Дженнифер, я так понимаю, тебе с Адамом будет нормально?       — Да, конечно, — несколько растерянно ответила она.       — Чудесно, держитесь рядом. Основная задача — выяснить, не остались ли пострадавшие. Этим займется Эди. Конечно же, если кто из вас обнаружит выжившего, зовем Медисона. Ищем все, что даст нам ответ о произошедшем.       — Еду, медикаменты и что-то такое забирать? — вынырнул из дремоты Адам.       — Хера у тебя мародерские замашки, — усмехнулся Артур.       — Нам все еще необходимо кормить и лечить прибывших людей.       — Он прав, — кивнул Эди. — Если захотят вернуться обратно, поможем, чем сможем.       — Забирайте только необходимое. Мы не мародеры, не забывайте. На выход.       Дженни спрыгнула на окровавленный снег, подняла взгляд и ужаснулась. Территория поселения уступала многим, но будто бы это должно облегчить защиту, да и ее обслуживание. Не помогло. Деревянный забор изнутри частично укрепили железом, но это не сохранило его на месте. Жилую зону поселения занимал транспорт. Автомобили, микроавтобусы, переоборудованные под жилища, если их можно было назвать таковыми. Дженни чувствовала безумный и неудержимый интерес заглянуть в них, узнать, как могли устроиться люди в не самых благополучных условиях. Правда, стоило лишь перевести взгляд от убежищ, открывалась совершенно иная картина. Никто не успел позаботиться о погибших: повсюду валялись растерзанные тела жителей, реже — измененных. Отойти от машины оказалось страшно, как и предположить произошедшее. Взгляд, как назло, цеплялся за оторванные конечности, выпотрошенные внутренности. Запах смерти, гнили. Тяжелый, тягучий. Адам коснулся ее плеча, кивнул, уводя за собой в сторону. Уйти туда, где не было ни единого тела, было попросту невозможно. Они пошли ближе к основному объему транспорта. Проверять большинство тел даже не было смысла. Внимание привлек один из фургонов, на крыше которого было нечто вроде оборонительной вышки. Еще по кузову стекала кровь. Наверх забрался Адам, свистнул и взглянул на Дженни, которая изучала кабину. Нашла ключи, обошла кузов, открыла двери и забралась внутрь. Небольшая кровать, сколоченная из подручных материалов, стол, оружейная стойка. На кровати осталась наспех брошенная мужская одежда, на столе — недоеденная еда. Дженнифер окинула более внимательным взглядом стойку с винтовкой, подобрала коробку с патронами, прихватила оружие и вышла к только спустившемуся Адаму. Он был перепачкан в крови убитого на своем посту. Пришлось стащить тело вниз — после их решили захоронить. Дженни показала свои находки, заслужила одобрительный кивок. Адам убрал патроны в свой рюкзак, отнес винтовку в автомобиль и направился обратно. Дженни, в это время, бродила от автомобиля к автомобилю, пока внимание не привлекли гильзы, втоптанные в снег и залитые кровью. Присев на корточки, подняла одну из них, изучая задумчиво. Через миг поняла, что же привлекло внимание — выбитые на гильзе две буквы «CW».       — Что нашла? — раздался голос Следопыта почти над ухом.       Дженни выпрямилась, протянула ему гильзу. Сосредоточенный взгляд изучил находку, в глазах промелькнуло непонимание.       — Другие тоже с гравировкой?       Она загребла снег, вытащила из нее еще две гильзы. Разные по виду. Одна — идентична первой, тоже с гравировкой, вторая — без. Похоже, и разного калибра. Винсент нахмурился, хорошенько осмотрел их и оглянулся на Адама.       — Ни разу не встречал групп с такими инициалами. А уж я повидал немало, поверь. Будем с ребятами разбираться, — он взглянул на нее. — Понимаешь, что значит твоя находка?       — Здесь были не только измененные? — предположила Дженнифер.       — Верно. И вот это уже плохие новости. Убитых тварей не так много, но здесь точно прошла орда. Много следов. Можем проследить, куда они ушли.       Дженнифер взглянула на него.       — Значит, одновременно с ордой произошло нападение каких-то людей. И найти их можно только… по странным гильзам?       — Похоже на то. Я знаю, что ты сделала вчера. Ты молодец. Не шучу, это подвиг для юной неподготовленной девушки. Ладно, это все лирика.       — Почему Вудс не принимает пострадавших, не отправляет своих людей сюда?       — Наша группа — эталон для многих. Как ты понимаешь, ни один год нам пришлось добиваться такого положения. Возможно, теперь этим пользуются.       Он слегка похлопал ее по плечу, оставляя дальше осматриваться. Дженнифер вздохнула и направилась ближе к автомобилям, которые выглядели менее пострадавшими от ночного нападения. Заглядывала внутрь и поражалась, как люди исхитрялись придумать себе место жизни: раскладывали сиденья, застилали всем, что удавалось найти, кутались в спальные мешки, одеяла. Обогревались за счет найденных портативных печей. Если везло найти.       После осмотра очередного автомобиля, Дженни выпрямилась и оглянулась. С этого ракурса картина обустройства поселения выглядела чуть более уютно. Перед несколькими седанами дотлевал костер, рядом стоял фургон еды, где, по всей видимости, занимались приготовлением пищи на всех, еще пара трейлеров неизвестного назначения.       Дженнифер подошла к кафе на колесах, взялась за ручки двери и почти сразу отдернула кисть, перепачканную в крови. Внутри произошла настоящая бойня. Кровь была повсюду. Густыми ошметками оставалась на стенах, кухонной технике, на потолке, черт возьми. Убитый мужчина лежал на полу. Разодранный на две части, изрядно изгрызанный. Дженни заметила кое-что еще. Поборов тошноту, наклонилась ближе. Не показалось. У него недоставало пальца. Она шарахнулась назад. Яркие воспоминания о том, что видела, когда Гэрри напал на них. Сраные трофеи. О догадке следовало сообщить остальным.       Дженнифер выбралась из фургона, закинула на плечи рюкзак и поспешила к ребятам. Заодно хотела выложить уже найденное. У пикапа столкнулась с Адамом, положила рюкзак и достала из кармана подобранную ранее гильзу, показала ему. Наблюдала за тем, как сдвинул брови, изучал ее.       — Сукин сын, мать его, — прошептал он.       — Гэрри? — спросила Дженни.       — Угу. Знаешь, что значат эти буквы? Волки Колорадо. Команда американского футбола, где он играл. Шайка мудаков.       Он убрал гильзу в карман, попросил быть у машины и пошел к группе. Дженнифер вздохнула, принялась перекладывать из рюкзака припасы в специальные отсеки багажника.       — Дженнифер, в машину!       Голос Винсента заставил ее вздрогнуть, обернуться на восклик. Он, Эди с Артуром чуть в стороне, скрылись за раскуроченным корпусом автомобиля. В следующее мгновение от него звонко отрикошетила пуля. Еще и еще.       Дженни проскользнула в салон, притаилась на заднем сиденье, пытаясь выглянуть, чтобы увидеть нападавших. Никого. Ни единой твари. Выстрелы затихли в одно мгновение пронзительным визгом. Голоса сливались во всеобщий гул, который стремительно приближался. Оцепенение спало. Дженнифер перебралась за руль, завела мотор, благодаря судьбу, что ключи оставили в замке. Начать движение не успела. Гул стал настолько громкий, что закладывало уши. Затем смогла разглядеть его источник. Толпа неслась к поселению, пугающе быстро. Точно не меньше нескольких десятков зараженных.       Дженнифер переключила передачу, сняла ручной тормоз и рванула к автомобилю, за которым укрывались ребята. Время шло на мгновения. Либо до них быстрее доберется она, либо обезумевшая орава. Было страшно ехать прямиком по телам, но вилять времени не было. Сжала зубы, крепче вцепилась в руль и сильнее надавила на педаль. Возле укрытия исхитрилась сбить нескольких особо резвых тварей. Те отлетели в своих же сородичей. Какого-то черта поднимались на ноги. За время наблюдения за этим феноменом, Артур, Эди и Адам устроились кое-как сзади. Рядом с ней плюхнулся Винсент, коротко отдав приказ свалить куда подальше. Никакого промедления. Дженни развернулась, вжала педаль, разнося в разные стороны окружающих измененных. Бешеные твари прыгали на капот, бились в стекла. Дело становилось хуже — они затрудняли движение, едва ли не стопорили пикап.       — Газуй, — выпалил Артур. — Дави нахер их всех.       — Он прав, Дженни! — кивнул Винсент.       На ее плече сжалась рука. Адам. Молча коснулся, кивнул, что увидела в зеркале заднего вида. Вывернула руль чуть в сторону, стараясь нырнуть в небольшой просвет между безумной толпой. Сбила нескольких измененных и чудом вырвалась прочь. Поселение оставалось позади вместе с безумной толпой, к счастью, не успевающей за транспортом. Сердце безумно колотилось, адреналин отступал, дрожали руки, навалилась резкая слабость.       — Молодец, Дженни, — кивнул ей Винсент. — Можешь остановиться, поменяемся местами.       — Я в порядке, — произнесла она, медленно выдохнув. — Просто скажите, куда ехать.       День вытянул все силы подчистую. Они вернулись в Оазис ближе к вечеру — по пути встретились со связным. По возвращении Винсент вновь собрал группу на разговор, пригласил и Дженни, но она сама отказалась. Добралась до комнаты, умылась и рухнула в кровать. Трудно было представить, насколько сильно сказались все прошедшие события. Стоило закрыть глаза, как вновь видела растерзанные тела, слышала хруст костей под колесами. Эти обезумевшие измененные. Не такие, как привыкла видеть ранее. С острыми зубами, более развитыми челюстями. Безумная скорость, сила. Не погибали от столкновения с автомобилем, хотя удар был немалый. Сам пикап пострадал не сильно. Небольшой косметический ремонт и только. Мысли снова вернулись к поселению. Не хотелось возвращаться туда, не хотелось видеть эту бойню. Тем более, убирать это все, приводить поселение в пристойный вид. Надежности и защищенности добиться будет сложно.       Дженни подтянула колени к себе, сжалась в комок. Проклятье, почему так невыносимо находиться в тишине. Села, вздохнула. Босыми ногами дошлепала до своих вещей, где вытащила плеер и вернулась в кровать. Вставила наушники, включила музыку и закрыла глаза. Так лучше. Гораздо, черт возьми, лучше.       Суета перед визитом Вудса оказалась еще более нервозной, чем ожидание новых жителей. И все это прекрасно читалось в повадках членов группы. Дженни не до конца могла понять, зачем этот приезд, почему необходимо все прилизать. Временно полностью запретили алкоголь, что вызвало немалое возмущение от Барри и его компании.       Из бара Эди выдернул на помощь себе в медпункте и в уходе за ранеными при нападении. Дженни два дня провела возле прооперированной женщины, ставила капельницы, обрабатывала раны. Сама же вспоминала это ощущение, когда держала в руках ее сердце.       — Как она?       Дженни вздрогнула и подняла голову, услышав тихий вопрос вошедшего Адама. Закрыла книгу, села чуть ровнее.       — Не приходила в себя. Эди сказал, что сейчас это нормально. Дальше будет видно.       Адам подошел ближе, положил ладони на плечи Дженни и вздохнул.       — Я нашла это в вещах Диего, — Дженнифер выудила из кармана фото, где был сам Адам и протянула ему.       Он взял его, провел рукой по волосам и хмыкнул. Молча смотрел, потом передал обратно.       — Я помню тот день. Удивительно ярко. Меня только-только привезли с места… ну ты поняла. До сих пор не знаю, позаботился о ней кто или нет.       — Почему не ездил на то место? — без всякого негатива спросила она.       — Потому что… трус. правда, мне до сих пор страшно подумать, что я могу там увидеть. Конечно, противно от себя самого, — Адам убрал руки с ее плеч. — Ты скажешь мне, когда она очнется?       Дженни запрокинула голову, смотря на него.       — Хорошо, скажу.       Он похлопал ее легко по плечу и ушел. Еще несколько часов до приезда Вудса провела в той же больничной палате.       Колонна из нескольких автомобилей заехала в Оазис после обеда. Группа выстроилась в линию, все, кроме Адама, одеты в форму, вытянуты по стойке «смирно». Военная подготовка группы давала о себе знать. Дженни стояла рядом с Адамом, от которого будто веяло расслабленностью. И в тоже время он совершенно не был спокоен. Держал руки в карманах, точно сжимая там пачку сигарет.       Из двух здоровенных джипов вышли вооруженные люди в форме, из первого появился сам Вудс в сопровождении Аннет. Оба выглядели совершенно неприветливо. Она не улыбалась ни глазами, ни краешками губ, как делала это обычно. А Тимоти Вудс был куда более хмурым.       Судя по тому, как тихо хмыкнул Адам, ему очень хотелось что-то ляпнуть, но все же решил сдержаться. Видно, лишний раз совсем не хотелось попадать под раздачу.       — Вудс, — кратко кивнул Винсент. — Добро пожаловать в Оазис.       — Без лишних формальностей, Следопыт, — оборвал он ледяным тоном. — Поговорим в штабе.       Спустя всего минут десять все, в том числе и Дженни, которая пообещала молчать, расположились там, где ранее обсуждали поездку в разоренное поселение. Все сидели за столами, кроме Вудса, который расхаживал из стороны в сторону, и Винсента, стоящего чуть в стороне по струнке. Молчание накаляло атмосферу. Это чувствовала даже Дженни, которая успела пожалеть, что приперлась на эту встречу.       — То, что произошло в дружественном поселении — выходит за рамки. Оно существовало под твоим крылом, следовательно, именно тебе необходимо было озаботиться защитой. Что там произошло? Тебе и твоей группе необходимо было поехать и все выяснить.       — Мы ездили, — коротко бросил Винсент. — Помимо бродячей орды, которых прежде не встречали, напали и бандиты.       — И ты, конечно же, выяснил, что это были за бандиты, как выразился?       — Нет, пока не выяснил, но нам есть за что зацепиться.       Вудс демонстративно хмыкнул. Вновь зашагал из стороны в сторону, вынуждая Дженни отвернуться — начало подташнивать.       — Выходит, не сделали, ровным счетом, ни черта, — процедил Вудс. — Я разочарован в тебе, Следопыт. Долгие годы к тебе был особый лимит доверия, который исчерпывается все больше с каждым подобным провалом. На кой черт тогда ты потащился в поселение? Поглядеть на свои же труды?       — Командир не хотел торопить события, — подал голос Адам. — Вообще-то мы знаем, кто напал, помимо орды.       — Смотрите, у кого прорезался голос. Не забыл, что здесь на птичьих правах? Я разговариваю с твоим командиром. Он не научил не влезать? Или ты никаким правилам не подчиняешься?       Дженнифер громко хмыкнула. Тон Вудса ей не просто не нравился, он раздражал своей напыщенностью.       — Ну да, очень удобно, — громко произнесла она, не обратив внимания на метнувшиеся на нее взгляды.       — Ты слишком много стала открывать рот, девушка. Начинаю думать о том, чтобы забрать тебя на перевоспитание. Иммунитет не дает тебе прав систематически нарушать дисциплину. Следопыт даже с тобой не может справиться?       — А вы кроме поучений с чем можете справиться? Точно не с тем, чтобы принять к себе всех пострадавших из того поселения. Чего сами не дали защиту тем, кто ближе к вам?       Воцарилась тишина. Лицо Вудса буквально окаменело. Адам сжал ее коленку и даже не пытался скрыть усмешку. Артур все же пытался, прикрывая рот кулаком, а вот Эди и Следопыту было вообще не до смеха. Кажется, последнему хотелось испепелить ее прямо на месте. Только сама Дженни и глазом не моргнула.       — Маленькая заносчивая девчонка. Не стоит забывать свое место, и кто перед тобой находится. Я терпеть не намерен. Буду поднимать вопрос о том, чтобы перевести тебя в другое поселение на перевоспитание. Мое терпение подошло к концу. Завтра едешь с нами. Не могут научить молчать здесь, сделают это в другом месте, — Вудс повернулся к Следопыту. — Касательно вас. Даю неделю, чтобы разобрались с напавшей бандой. Все ясно? Разговор окончен.       — Я покажу, где можете отдохнуть, — подсуетился Артур, поднявшись и провожая не обронившего больше ни слова гостя.       — Все же, он тот еще гондон. — хмыкнул Адам, разорвав нависшую тишину.       — Закрой рот хоть сейчас, — рявкнул Винсент. — Никто не просил тебя влезать. Спрашивал с меня, за мной и ответ.       Он повернулся к Дженнифер.       — Ну что, довыделывалась? Бегом собирать вещи.       — Да хер там, я никуда не поеду, — она сложила руки на груди, надеясь, что так не заметна дрожь.       — Серьезно что ли? Ну попробуй еще перечить Вудсу. Свободна. Собирай вещи.       — Это не дело, — влез Адам. — Никуда она не поедет. Нельзя ей в это… в этот казарменный строй.       Сердце Дженни рухнуло в пятки. Слишком близок оказался Адам к тому, чтобы выдать ее.       — Плевать, что там говорит Вудс. Я против. Не отпущу ее.       — Не много ли ты на себя берешь? — хмыкнул Винсент.       — Давайте не будем устраивать это при Дженни, — Эди повернулся к ней. — Иди к себе.       — Я не поеду с ним никуда, — упрямо повторила она.       — Тебя услышали, — коротко кивнул.       Выбора не осталось. Она ушла, хлопнув напоследок дверью. Мэдисон покачал головой, сложил руки на груди и взглянул на Адама.       — Если так случится, что вы сойдетесь, сочувствую тебе. Этот характер сведет тебя с ума.       — Я готов рискнуть, — усмехнулся он. — Главное, чтобы она выдержала мой характер. Если серьезно, давайте обсудим решение Вудса.