Просто смотри

Вернувшись к себе, Фейт думала, что упадет без ног и тут же уснет: день был длинным и сложным. Но она долго ворочалась в кровати, потом лежала, уставившись в темноту ночи за окном. В любом случае, она никуда не спешила: идти куда-то с утра ей не то что не было нужно, ей вообще нежелательно было это делать. Хорошей идеей казалось прошмыгнуть в библиотеку как-нибудь во время уроков, чтобы совсем уж не помереть с тоски. Когда Фейт все-таки провалилась в сон, он был беспокойным. Ей снился Отдел тайн, Беллатриса и Долохов. А потом Волан-де-Морт, то и дело нашептывающий ей приказы. Она даже проснулась под утро, когда ей показалось, что она действительно слышала его голос. Полежала еще полчаса, взмокшая и напуганная, и все-таки уснула снова, проспав почти до обеда. Придирчиво рассмотрев себя в зеркале, Фейт твердо решила начать есть за двоих и съела аж две порции странной каши, которую предлагало ей блюдо на поздний завтрак. После этого она занялась окклюменцией. Она проделала все те же мыслительные действия, которые делала обычно самостоятельно во время тренировок в Паучьем тупике, но не понимала, как проверить, что они работают. Теперь собиралась все-таки рискнуть и спуститься в библиотеку, и уже подыскивала какой-нибудь свитер поменьше размером в своем шкафу, как в дверь постучали. — Входи! — крикнула она, и, когда дверь отворилась, заметила: — Ты рано. — Это я, Гарри. Фейт вынырнула из шкафа. Ах да. В ее голову потекли мысли о Гермионе, Роне и Хагриде, которому они не сказали, что не выбрали его предмет для изучения на шестом курсе. Она попыталась сосредоточится, но, очевидно, все, что она тренировала весь день, не работало. — Гарри… — Фейт вымученно улыбнулась. — Я рада тебя видеть, но… — Профессор Дамблдор предупредил, что мне пригодится окклюменция, которую я изучал со Снейпом, — хмыкнул Гарри. — Проблема в том, что он меня ничему не научил. В голову метнулись образы Снейпа, увиденные глазами Поттера. А потом тот момент, где разъяренный профессор бросил в него банку с каким-то жуками, после того как Гарри подглядел в Омуте памяти его воспоминания. — Тебе не очень тяжело так со мной разговаривать? — спросил он, сунув руки в карманы. — Я ненадолго. Теперь он думал об Отделе тайн. — Недолго я смогу потерпеть, — улыбнулась Фейт. — Значит, ты все знаешь? Дамблдор тебе все рассказал? Он молчал. Только его мысли текли вперед: вот они в Отделе тайн, потом Фейт пытается забрать у него пророчество, потом Беллатриса убивает Сириуса. Он бежит за ней в вестибюль… — Это не твоя вина. Они сказали это одновременно, тут же посмотрели друг другу в глаза и грустно улыбнулись. Фейт решила договорить первой, пока не потеряла свою мысль в ворохе чужих. — В том, что случилось нет твоей вины, Гарри. В этом виноват только один человек, хотя, — она покачала головой, — я не уверена, что его можно назвать человеком. — Они тебя из леса утащили? — тихо спросил он. — Прямо с того места, где я стояла, когда вы улетели. Он вспомнил момент, когда Фейт заставила его остановиться. Ему было неприятно это и тогда, и сейчас. — У меня не было логических доводов, чтобы остановить вас, — объяснила Фейт, и Гарри заметно вздрогнул, поняв, что она действительно читает мысли на лету. — Поэтому я выбрала принуждение. Но думаю, раз в лесу блуждали Пожиратели, они так или иначе постарались бы тебя выманить. Он вдруг подумал о Снейпе так резко, как будто хотел показать ей: он считал его отчасти виноватым в смерти Сириуса. Потому что тот без конца насмехался над тем, что Блэк сидел взаперти. Фейт это уязвило, но она ничего не сказала: не хотела снова с ним ссориться, к тому же она видела, что горе еще не улеглось в его сердце. — Это ты вернул мне палочку? — спросила она. — Да, Сириус завещал мне все… Он выронил ее, когда… в общем, изначально она была твоя, так что я решил ее вернуть. — Спасибо, — произнесла Фейт. — Мне очень жаль Сириуса, Гарри. Ее посетила жуткая мысль: часы, которые ей подарил Блэк, где-то потерялись, взамен к ней вернулась палочка, которую она ему купила. — Ладно, я пойду, — буркнул Поттер. Фейт кивнула. Но когда парень был у двери, она его окликнула: — Приходи, если захочешь поговорить, — потом подмигнула ему. — Только ненадолго. Он ушел с улыбкой. Фейт решила уже не спускаться в библиотеку: тот факт, что окклюменция не работает, стал ей понятен, по тому как она утомилась от разговора с Поттером. Это было похоже на то, как вести два разговора одновременно и порой на совершенно разные темы. К тому же Снейп обещал прийти. Но за весь вечер он так и не появился. Фейт была уверена, что он не мог забыть. Вероятно, второй рабочий день оказался тяжелее, чем первый, так что, наверное, он был чем-то занят. После десяти было уж совсем бесполезно его ждать. — Ну да, зачем меня предупреждать, я же все равно отсюда никуда не денусь, не захочу пойти погулять, например, — буркнула Фейт и улеглась в постель. Ей снова снились кошмары. Длинные когтистые пальцы Волан-де-морта. Темные глаза Долохова. Безумный смех Беллатрисы. На следующий день Фейт все-таки пришлось выйти — она совсем измучилась в четырех стенах, к тому же проверять, удается ли ей закрывать свой разум, можно было только в присутствии людей. Она выползла с пятого этажа в самый нелюдный днем час: сразу после обеда. Большая часть учеников и учителей отправились на уроки, а у кого их не было — сонно поплелся либо в гостиную своего факультета, либо в библиотеку. Но с одним-двумя встречным еще можно было смириться. Фейт почти спрыгнула с лестницы на пути в библиотеку. Криво поздоровалась с мадам Пинс, узнав из ее мыслей, что однажды та видела, как Адамс обнимает Снейпа в библиотеке. Потом выдернула две первые попавшиеся книги с полки, не останавливаясь возле нее ни на секунду, и так же быстро отправилась назад к себе. В коридорах было совсем пусто, Фейт уже радостно приближалась к лестнице, как вдруг из-за угла вырулил, точно ледокол, полный и лысый волшебник солидного возраста, которого она никогда не видела в школе. В голове промелькнула ее собственная мысль, что, наверное, это новый преподаватель зельеварения. Фейт не успела от него никуда скрыться, едва заметив ее, он прищурился и с подозрением, разбавленным напускным дружелюбием, поинтересовался: — Так-так, а это что за прекрасные вейлы у нас тут разгуливают? Фейт обрадовало то, что его мысли заняты вообще не ей. — Я… Фейт Адамс, сэр. Вы, должно быть, Гораций Слизнорт, новый преподаватель по зельям? Перед глазами мелькнул кабинет зельеварения, Поттер и Гермиона. — Да, вы угадали! — он довольно выпятил толстый живот. — Мне про вас рассказывали, немного. Профессор Дамблдор сказал, у вас какой-то недуг, и вы едва ли от него оправились. А выглядите чудесно! — Спасибо, — пробурчала Фейт, надеясь, что разговор быстро свернется. Она пыталась закрыться от его мыслей о Блейзе Забини, пыльно-серых занавесках и сливочном пиве. Но безуспешно. — Как вы сказали, Фейт Адамс? Не помню, встречал ли кого-то с такой же фамилией… ваши родители учились в Хогвартсе? — Да. Занавески меняли цвет с серого на желтый и обратно. — А где они сейчас? Чем занимаются? Блейз Забини превратился в Невилла Долгопупса. — Они давно погибли, сэр, — Фейт обернулась в поиске чего-нибудь, что помогло бы ей найти повод уйти, чтобы мысли о чертовых занавесках не лезли ей в голову. Внезапно она увидела Снейпа, быстро вышагивающего по примыкающему коридору, так что его мантия металась позади него, как те же занавески. — Северус! Он остановился, услышав голос, оглядел ее в компании Слизнорта, резко развернулся и подошел. — Помилуйте, деточка, — усмехнулся Слизнорт. — Как же… К профессорам так обращаться… — Фейт моя подруга, — уточнил Снейп дипломатичным голосом, который обычно делал его больше похожим на благородного ворона, чем на жуткую летучую мышь, выбравшуюся из темного подземелья. — А-а, — протянул новый зельевар. — Вы, Северус, не утратили склонность водить дружбу с красивыми девушками. Фейт вспыхнула, так же как и рыжие волосы девочки в форме Гриффиндора в воспоминаниях Слизнорта. Тот опять повернулся к ней. — В школе Северус дружил с одной девушкой, очень была способная по части зельеварения, ну знаете, на моих занятиях были просто звездами! Фейт не знала, куда себя деть. Воспоминания Слизнорта лились в ее голову. Юная Лили Эванс, склонившаяся над своим котлом на уроке. Такой же юный угловатый мальчишка, поглядывающий из-за взлохмаченного водопада черных волос больше на подругу, чем на свою работу, которая уже была готова. Лицо уже взрослого Снейпа помрачнело. — А потом эта девочка вышла замуж за Джеймса Поттера, — бесхитростно заявил Слизнорт и весело развел руками. — Что ж, так бывает, это жизнь! Зато мы получили Гарри Поттера, и он тоже показывает невероятные успехи в зельеварении. — Неужели? — ледяным голосом произнес Снейп. Фейт была рада, что Гарри сменил мысли о его матери, но в ее груди все еще сильно жгло от неприятного чувства. Слизнорт что-то еще говорил Снейпу, отчего лицо последнего приняло оттенок сухой травы. Уличив внезапную паузу, когда Гораций уж совсем захлебнулся, выражая благоговение Поттеру, Снейп внезапно сказал: — Нам пора, — резко повернулся к Фейт. — Идемте, Адамс. Она быстро распрощалась с недоумевающим Слизнортом и метнулась в сторону лестниц даже быстрее самого Снейпа. — Спасибо, что спас, — заговорила она, потирая ключицы и нервно улыбаясь. — Я вышла проверить, получается ли у меня закрываться, и тут — он. — Получилось? Фейт смотрела на свои ноги и криво улыбалась. — Нет. Это было ужасно. Почему он постоянно думает о занавесках? — Думает, какими украсить свой кабинет перед вечеринкой в своем клубе, — протянул Северус. — В клубе? — Фейт обернулась на него, и даже вроде успокоилась. — «Клуб Слизней». Собирает там всякие интересные экземпляры. — Экземпляры чего? — Учеников. Фейт рассмеялась. — Ты тоже в таком был? — она чуть не пропустила последнюю ступеньку, запнулась, опять отвела глаза и замолчала. — Я не ходил, — холодно ответил Снейп. Они поднялись на пятый этаж и Фейт вдруг спросила: — У тебя разве нет занятий? Она упорно не смотрела ему в глаза. Она, очевидно, хотела остаться одной, и, очевидно, боялась, что он прочитает ее мысли. Ему это было не нужно — все было написано на ее потухшем лице. — Сейчас — нет, — ответил он, наблюдая за ее реакцией. Фейт что-то промычала, без конца трогая свою шею. Северус заметил, как покраснела кожа под ее пальцами. Они вошли в ее комнату, Снейп бросил взгляд на неубранную постель и опустился в кресло. Фейт на нее даже внимания не обратила. — Я переживаю, — начала она озабоченным тоном, направившись к окну, чтобы открыть его, и оставив книги, которые взяла в библиотеке, на подоконнике. — Что у меня так ничего и не получится. Ее голос стал ровнее. Она силой заставила себя успокоится, поняв, что Снейп не уйдет. — В прошлый раз все было намного легче, — Фейт, наконец, взглянула на свою кровать и бросилась к ней. — Ох, извини. Она начала поправлять одеяло обычным маггловским способом, но Снейп ничего не сказал — видимо, ей нужно было занять свои руки. — Было легче? — переспросил он. — Ну, я ведь умею закрываться, верно? Я все делаю, как надо, но ничего не выходит, — Фейт села на кровать и подтянула под себя ноги. — Дамблдор сказал, что это последствия Империуса. Что, если у меня вообще из-за этого никогда не получится? Снейп долго смотрел на нее, — она уперлась взглядом в пол, — и о чем-то думал. Потом вдруг резко встал. — Я приду вечером, мы вернемся в твою память и узнаем, что произошло. — Почему не сейчас? — Фейт оживилась. — Я хочу, чтобы мы сделали это вдвоем. Для этого нам пригодился бы Омут памяти, но сейчас он под замком у директора. Придется использовать эту твою… — Ты же говорил, это опасно! — Я все еще полагаю, что так оно и есть, — заявил он и усмехнулся. — Поэтому предлагаю дождаться вечера. Не хочу, чтобы Поттер остался без урока защиты от Темных искусств. А еще не хотелось бы расстраивать Грейнджер отсутствием домашнего задания. Когда Северус ушел, Фейт поняла, что не спросила, почему его не было вчера. И до самого вечера, листая «Историю миграции волшебников среди магглов», которую схватила в библиотеке, она думала, стоит ли вообще это делать. Дождавшись Снейпа к вечеру, решила, что не стоит. — Готова? — спросил он, оглядываясь и решая, где разместиться на время сеанса. — Не уверена, — буркнула Фейт, освобождая место на кровати. Кресло в комнате было только одно, так что Снейп повиновался, опустился на матрас возле изножья и достал палочку. Фейт показалось, она даже не слышала, чтобы он произносил заклинание: почувствовала, как он нырнул в ее рассудок, как нож в подтаявшее масло. Несколько мгновений она колебалась, глядя в его черные глаза, потом надавила и отправилась за ним. — Чем-то напоминает Омут памяти, — услышала она голос Снейпа. Он звучал реально и близко, в отличие от голоса ее прошлой копии, которая, стоя в Запретном Лесу и проводив юных членов Отряда Дамблдора взглядом, посылала Патронуса Снейпу. Потом ее палочку выкинуло из рук Экспеллиармусом, она обернулась и увидела за спиной Роули и Долохова, подкравшихся к ней со стороны чащи. Фейт не успела ничего сделать: ее тут же оглушили заклинанием, и Долохов шагнул к ней, чтобы подхватить, когда ее перестали держать подкосившиеся ноги. На этом воспоминание оборвалось. Снейп задумчиво водил ногтем по губам, пока они перемещались в следующее. Было не очень понятно, где она очнулась. Кажется, это было какое-то помещение прямо в Министерстве. Фейт стояла на коленях перед Волан-де-Мортом, а он приказал ей поднять голову. Когда она отказалась, Темный Лорд попросил Долохова помочь, и тот живо отозвался, схватив ее за волосы. Пока она смотрела на Волан-де-Морта, Пожиратель смерти, ухмыляясь, вглядывался в ее лицо. Снейп по-птичьи склонил голову, наблюдая за этой сценой. Когда Фейт оказалась под действием Империуса, лицо ее тут же расслабилось, хотя в остальном внешне она никак не изменилась. Неудивительно, что орденовцы не сразу поняли, что с ней не так, когда она появилась в Комнате Смерти. Северус внимательно разглядывал сцену, которая разыгрывалась вокруг пророчества и Фейт, прогуливаясь вокруг нее, Поттера с Долгопупсом и Долоховым. Сама Фейт стояла возле Арки смерти, глядя на Сириуса. Она думала, что момента его смерти в ее воспоминании не осталось, хотя на самом деле, пусть все было немного размыто, но было. Она действительно была свидетелем его убийства, но из-за влияния проклятия, не обратила на это должного внимания. — Неплохой удар, — усмехнулся Снейп, когда Римус вырубил Фейт и воспоминание оборвалось. В следующий раз Фейт очнулась уже в заколдованной Дамблдором комнате, но это воспоминание было настолько размытым и рыхлым, что они не продержались в нем долго. Смотреть на сцены того, как Фейт мечется по комнате, ломает мебель и кричит, было интересно, похоже только Северусу. — Мы что, будем весь месяц отсматривать? — недовольно буркнула Фейт. Снейп скривился, и они отправились в воспоминание, оказавшись в котором, она пожалела, что сказала это. Это был последний день ее борьбы с Империусом и с собой. Фейт лежала на полу, практически уже не дыша, глядя в потолок комнаты посеревшими глазами. Настоящая Фейт уже знала, что она умирала тогда. Внезапно девушка моргнула, приподняла голову и прислушалась. Потом подскочила, пошатнулась, почти упала. Зашептала. Заплакала. Задышала тяжело. Снова встала, заметалась, схватилась за голову, царапала ногтями руки. И плакала, плакала, плакала. Она шептала его имя. Настоящая Фейт отвернулась, прижав ладонь к горлу, и вдруг отступила на шаг. — Северус, — позвала она и, когда он не отреагировал, прикрикнула: — Северус! Смотри. Он обернулся, и теперь они уставились под потолок: там в углу комнаты чернело странное, нереалистично плоское пятно, размером с человеческую голову и похожее на огромного мохнатого паука. — Что это? — тихо спросила Фейт. Их отвлек отчаянный визг и звуки ударов: Фейт прошлая просунула руку в прутья кровати и теперь, скрючившись, отчаянно дубасила по ней ногой. — Адамс, — Снейп указал на пятно: оно становилось больше. Фейт уже не выдерживала собственных криков из прошлого, она запаниковала, хотя это были всего лишь воспоминания. Она уставилась на пятно. — Что происходит с комнатой? Северус помедлил с ответом, пока прошлая Фейт, с визгом переломав свою руку, снова громко не зарычала, дернулась, ударяясь лопатками о стену, и не замерла, вытирая пот с лица. Она постояла несколько мгновений, а после обессиленно рухнула на колени и тихо заплакала. Снейп ткнул пальцем под потолок — чернота резко стала больше, метра по полтора в ширину и высоту. — Это не в комнате, Адамс. Идем. Они переместились в момент, где стояли в кладовой после пробуждения Фейт. Было странно находиться со Снейпом в воспоминании о нем же самом и видеть двух Снейпов. Сам он пристально уставился на свою копию, глядя как прошлый Снейп осыпает Фейт спонтанными нежными поцелуями. Когда Дамблдор прервал его второй раз, он коротко откашлялся и сказал: — Смотри сюда. — И тут это пятно… — Это не пятно, Адамс, — поморщился он. — Это дыра. Ничто. Ты буквально вырвала часть своего сознания вместе с Империусом. — Так бывает? — недоверчиво спросила та. — Я уже не знаю, чего от тебя ожидать, — невесело проговорил он. — Давай вернемся. Теперь они снова сидели на кровати. Фейт хотела уже что-то спросить, но Северус вскочил. — Скорее всего ты никогда не сможешь закрыть свое сознание. Она так и сидела несколько мгновений с открытым ртом. — В смысле? А как же мне… — Не знаю, Адамс, — раздраженно бросил он. — Мне нужно подумать. — Ну ладно, — промямлила Фейт и стушевалась. Он как будто считал ее виноватой. Будто ей стоило остаться под Империусом и умереть. Ну, конечно, так его секреты остались бы в большей безопасности. Фейт судорожно вздохнула. «Не придумывай», — она испытала странное желание постучать себе по голове. — А что, Долохов тоже приставал к тебе? — вдруг спросил Северус, уже стоя у двери. Фейт непонимающе уставилась на него. — Как Роули, — напомнил Снейп. Фейт поморщилась, вспомнив о той сцене в доме Реддлов. — Да нет, — бросила она. — Наоборот, наверное. Я попросила его, чтобы он держал подальше от меня этого Роули, и больше тот меня не трогал. По крайней мере пока. Северус конец фразы не дослушал: он прикрыл глаза и переспросил: — Ты попросила Пожирателя смерти? — Ну, вряд ли ему бы понравилось, если бы я приказывала, — усмехнулась Фейт. Он долго на нее смотрел, прежде чем взяться за ручку двери. — Я приду, как будет время, — сказал он. — Если меня нет, значит, я на улице, — сразу предупредила Фейт, чтобы он не подумал, что она сидит и ждет его целыми днями. — Кстати, замок патрулируют мракоборцы, в том числе по ночам, если что, — Северус усмехнулся. — И не все тебя знают, так что осторожнее.