Вкус рассвета

Все произошло за считанные секунды. Потолок над их головами разошелся от огня, как паутина. Стены упали, повиснув краями на опорах. Огни, расставленные в комнатах, трепыхнулись в последний раз и исчезли. Охотники подобрались незаметно. Так тихо, что Тенебра, вечно прислушивающаяся к лесу, пропустила их шаги. Ее темная фигура поднялась в свете догорающей стрелы, плотно вошедшей в дно палатки. Астарион вмиг оказался рядом с ней, вглядываясь в тьму ночи. Никого не было видно. Но нападение было обозначено. Что-то свистнуло в воздухе. Ближе, заметнее. Еще одна стрела воткнулась перед ними, осыпав сапоги искрами огня. — Мы же не будем с ними драться? — лениво спросил Астарион, но Тенебра видела его напряженный красный взгляд, скользящий по деревьям. — Я насчитал человек десять. — Подними Вейлис, — только произнесла она, вскидывая руки. По полу пополз темный туман, давая им немного времени. Огонь стрелы потух, задохнувшись во мгле. Астарион, небрежно сдернув плед с прохода, наткнулся на рюкзак. Вейлис, прикрыв глаза рукой, все еще спала. Он наклонился ближе, коснувшись ее плеча. Легко толкнул девушку, но та не пошевелилась. Вампир вскинул голову, выискивая среди деревьев чужаков. Потряс Вейлис за плечо, пытаясь разбудить, а та, перехватив его холодные пальцы, притянула руку ближе. Прижала к своей горячей щеке, так и не открыв глаза. — Ох, какая же ты… невыносимо очаровательная, когда спящая, — прошипел Астарион сквозь зубы. Схватив ее за запястья, резко потянул на себя. — Но, умоляю, сохрани эти нежности для момента, когда нас не будут поливать огненными стрелами. Договорились? Вейлис, сев на лежаке по чужой воле, наконец проснулась. Съежилась от холода, с недоверием смотря на вампира. Ее взгляд, до этого все еще сонный, стал острее. Кончики ушей дернулись, слыша, как Тенебра быстро собирает вещи. Где-то уже слышались приближающиеся шаги. — Не хочется тебя торопить, конечно, — Астарион, взяв девушку под локоть, помог подняться. Вейлис заметила в его голосе спешку, прикрытую манерностью. — Но нам лучше уходить. — В чем дело? — она надела рюкзак, подхватывая в руки броню, сброшенную в кучу. — Кто напал? — Тебе настолько важно это знать? — его голос, почти как шипение, раздался над самым ухом Вейлис. Стрела ярким огнем пролетела над их головами, скрываясь в высокой траве. Туман медленным облаком окутывал бывший лагерь, скрывая следы уходящих. Тенебра, укрытая собственной тенью, бежала последняя. Вейлис — перед ней, белыми пальцами прижимая к телу броню. Рюкзак на ее спине то и дело подпрыгивал, ударяя по пояснице. Астарион вел их глубже в лес, чтобы потом вывести к дороге. По сторонам леса мерцали красные точки — факелы охотников, прочесывающие округу. Ветер доносил их разговоры, но слова совсем не разобрать. Трое путников, пробираясь через кусты диких ягод, молчали. Только их тяжелое дыхание прерывало густую тишину. Вейлис охнула, даже не обратив внимания, как колючая ветвь скользнула по щеке. В траве, под их сапогами, осталась лежать ее перчатка. Чуть дальше, рядом с корнями деревьев, потерялся и нагрудник. Астарион что-то шептал себе под нос на непонятном языке, а Тенебра, пригнувшись, постоянно оборачивалась. Ее полумертвое сердце колотилось почти как живое, стоило услышать незнакомые шаги. Рассвет только занимался, когда они вышли к тракту. Факелы давно пропали меж деревьев, голоса стихли, волы перестали гудеть. Холодные лучи солнца пробивались через пасмурное небо, покрывая золотом верхушку леса. Трое остановились в высокой траве, глядя на пустую дорогу. Вейлис сбросила перед собой все то, что удалось унести. Одна перчатка, пояс, да небольшая дорожная сумка. — Не особо у тебя цепкие пальцы, — Астарион, приглаживая сбившиеся волосы, стоял неподалеку. Тенебра, отпустив свою тень, пыталась понять, где они находятся. — Ничего, — тихо проговорила Вейлис, присаживаясь перед остатками своей брони. В грудь ударило собственное бессилие. — Ничего не осталось. — Если тебе будет легче… — начала колдунья, но воровка вскочила на ноги, разрезав воздух рукой. — Не будет, — перебила она. Голос на секунду дрогнул. — От моей брони ничего не осталось, а кто-то может подкрасться так незаметно, что и вы двое не заметили. — Думаешь, она бы тебя спасла? — Астарион окинул ее оценивающим взглядом, задержавшись на тонкой сетке порезов на щеке. Заживут за пару дней, но запах крови он навряд ли забудет так же быстро. — Не знаю, кто это был, но даже немного поражен их скрытности. Мы бы не выстояли, радость моя. А твоя броня не самая большая потеря. Поверь, вещи — это просто вещи. А ты осталась. И твоя кровь все так же красная и теплая. И я, если честно, уже начинаю привыкать к этому запаху. Вейлис молчала, сжав челюсть. Эти остатки даже не продать. То, что было с ней долгие годы, затерялось в лесу. Она убрала дорожную сумку в рюкзак, надела пояс. Перчатка так и осталась лежать в траве. — Скоро дойдем до деревни, — Тенебра посмотрела на Астариона, пропустив все предыдущее мимо ушей. — Ты вывел нас даже ближе к ней. Вампир театрально поклонился, приложив руку к груди. Воровка не смотрела на них, отвернувшись к дороге. — Только сначала надо узнать, нет ли там лагеря Кулаков или еще кого-нибудь, — сказала она, поправляя рюкзак на спине. Обговорив дорожные моменты, они снова двинулись в путь. Солнце лениво скользило по деревьям, опускалось на дорогу. Вейлис куталась в плащ, как в последнее, что у нее осталось. Ворот рубашки неприятно переплетался с волосами от ветра, постоянно напоминая, что защиты больше нет. Она смотрела в спину Тенебры, шагающую впереди. Ее пальцы, лежавшие на сумке, едва подрагивали, словно она что-то считала в уме. Астарион шел где-то рядом, превратившись просто в надоедливую точку на периферии. — Герб Ордо Леталис на стреле, — себе под нос проговорила колдунья. Было непонятно — говорит она с попутчиками, или просто думает вслух. — Они забрались так далеко? Или это Корвус? Вейлис ускорилась, догоняя женщину. — Корвус тоже состоит в ордене? — спросила она, вскинув голову, чтобы посмотреть в лицо Тенебры. Та даже не опустила свой отстраненный взгляд. — Я думала, и так понятно, — медленно ответила она. — Нет, непонятно, — Вейлис раздраженно обхватила себя руками, сжимая плащ. — Я думала, он вышел на охоту из-за старого дела. — Получается, твой сентиментальный поступок и правда пошел мимо него, — Астарион оказался рядом, шагая в такт им. — Его волнует цель побольше. Воровка кинула на него серьезный взгляд, предлагая помолчать. Впереди уже виднелись ворота деревни, окруженной частоколом. Тенебра, моргнув, посмотрела на девушку. — Что ты сделала? — спросила она. — Спасла ребенка от темного ритуала, — пробормотала Вейлис. — Подробностей не знаю. Тенебра рассмеялась, напугав путников. Астарион, выразив на лице почти искреннее удивление, сделал шаг в сторону, а вот Вейлис отшатнулась по-настоящему. Смех колдуньи звучал как воронье, спустившееся за добычей. Скрипучий, давно не показывающийся людям. — Тебя так позабавило, что кто-то испортил планы дорогого барона? — вампир занял освободившееся место рядом с Тенеброй. — Вот именно, — на лице женщины скользила улыбка, как призрачное прикосновение. — Но больше меня рассмешило то, как судьба умеет переплетать нити. До деревни они шли молча. Вейлис, увидев Тенебру с новой, пугающей стороны, не хотела открывать и другие. Ее голова была занята осознанием того, как близко топталась она рядом с правдой, но узнала все, уйдя так далеко. Астарион, идя между ними, думал о чем-то своем, предвкушая вечернее вино. Тенебра же, снова вернув на свое лицо спокойствие, вглядывалась в дорогу перед ними. Поселение встретило их непривычной тишиной. Тягучей, но не опасной. Такой, что даже ветер не хотел задерживаться, скользя по упавшим затоптанным листьям. Вейлис смотрела по сторонам, заглядывая в темные, покрытые пылью окна когда-то работающих заведений. Вывески висели криво, поржавели от долгих дождей. Их шаги по пустой площади не отдавали эхом, утопая в тишине. — Десять лет назад тут выглядело все по-другому, — Тенебра раскрыла карту, проверяя, точно ли они там. — Я была тут в прошлом году, — Вейлис, вжав голову в плечи от неясной тревоги, старалась не отходить от спутников. — Тут все не так. — Не выглядит ли это подозрительно? — Астарион указал куда-то вперед. — Я уж думал чума, но она явно не так проявляется. Впереди, за брошенной тележкой торговца, окутанный зеленым дымом, стоял гроб. Словно из такого тонкого камня, что на просвет можно было увидеть фигуру, лежавшую внутри. Они подошли ближе, прислушиваясь, но деревня молчала. Ни залетных птиц, ни редких крыс. Даже трава, сухим ковром расстелившись по земле, не хотела там расти. — Похоже на некротическую магию, — Тенебра, поправив сумку на плече, подошла ближе к гробу. — Стойте там. — С радостью, — выдохнул с облегчением Астарион. Вейлис хотела опереться бедром на тележку, но остановилась, словно ее что-то удержало. Вампир, заметив нерешительность девушки, все еще помнил ее пробуждение. Перевел взгляд с легким отвращением на гроб. — Боги, этот зеленый дым… Напоминает мне одну ночь в таверне, где я наткнулся на некроманта, который решил «оживить» свою бывшую. Конечно, это не сработало, и мне пришлось добивать скелета винной бутылкой. Так что я бы предпочел не повторять этот опыт. — Есть хочу, — Вейлис, приложив ладонь к животу, наблюдала, как колдунья склонилась над гробом, что-то изучая. Камень переливался светло-розовым, собирая на себе зеленые блики. Под гробом, явно скинутые ветром, лежали веточки засохших цветов. Кто-то, не из деревни, навещал девушку. — Я бы тоже не отказался, — он протянул руку, проведя пальцем по засохшей крови на щеке девушки. — Заживает, как на собаке. — Давай лучше проверим, как на тебе заживет, — она хлестко ударила по его пальцам, убирая руку от лица. — Что, на романтику тянет в таких местах? — Нет, — Астарион провел рукой по камзолу, убирая невидимую пыль, но его прищуренный взгляд скосился на воровку. — Просто вспоминаю, как ты… твое тело обрадовалось мне с утра. Вейлис на миг застыла с отвращением на лице, крутя в голове все ругательства, уже готовясь излить их на вампира. Но Тенебра оказалась быстрее. — Некротическое проклятье, — произнесла она, стоя над табличкой. — Если убрать всю чушь, то остается немного. Дочь местного зажиточного торговца должна была выйти замуж за аристократа из Глубоководья, но свадьбу в последний момент отменили со стороны торговца. Причина не указана. Аристократ нанял некроманта, который наложил проклятье на всю деревню. Жители поумирали, а невеста осталась здесь в наказание. — И можно что-то сделать? — девушка сразу же переключилась на очередное задание, забыв о словах спутника. — Тебе, что, мало благотворительности? — с презрением вставил Астарион. — Теперь мы те, кому самим нужна помощь. — Можно попробовать разобраться с городским некромантом, — Тенебра вернулась к ним. — Но нужно ли? Девушка во сне, гроб ее защищает от любых посягательств. А что будет, если она очнется в мертвой деревне? Вейлис не ответила сразу. Она уже направилась обратно к дороге. — Надо добраться до Глубоководья, — сказала она наконец. — А там разберемся. Но в глубине души она знала — Тенебра права. Пусть и цинично, но права. Астарион пошел следом, обдумывая следующую подколку для Вейлис. Он намеревался воспользоваться отсутствием ее брони. Как и физической, так и моральной. Заночевать им пришлось на берегу реки. Переправа уже не работала — они как раз встретили полуэльфа, направляющегося на тот берег, когда подошли. От воды веяло холодом, сыростью, но выбирать не приходилось. Огонь занимался плохо, не желая разгораться из тонких веток и сухой травы. Вейлис, ставя палатку, жевала вяленое мясо, обнаруженное в рюкзаке. Она бы с радостью перешла реку вброд, переплыла бы ее, но у быстрого течения были свои планы. Тенебра заверила ее, что не будет спать всю ночь, следя за обстановкой. Уверенности в ее словах было мало — охотники один раз ее уже обманули. Разместившись около костра, Вейлис, потягивая воду из фляги, подбросила еще пару веток в огонь. Искры вспыхнули, поднявшись в воздух, но сразу же растворились в ночи. Астарион, до этого бродивший рядом, тоже опустился на землю. Ближе, чем позволял себе осознанно раньше. — Я все думаю, — произнес он, растягивая слова. — Ты была так… нежна. Прижималась ко мне, словно я — самое дорогое, что у тебя есть. — О чем ты? — Вейлис бросила на него непонимающий взгляд. Астарион несколько секунд смотрел ей в лицо, пытаясь уловить ложь. Но ее не было. — Разве не помнишь, как я тебя будил? — спросил он мягче, почти заигрывая. — Когда на нас напали. — Я помню, что ты меня посадил, — она потерла лоб пальцами. — И все. А то, что ты там напридумывал — нет. Вампир молчал какое-то время. Искал, как подступиться. Подкупить — нечем. На остальное она не поведется. Пришлось зайти с другой стороны. — Просто мне показалось, что ты искала не совсем меня, — он откинулся назад, упираясь локтем в рюкзак девушки. — Может, кого-то, кто тебя так нежно кусал… Тот, про кого ты говорила «гниет в канаве». Вейлис молчала. Он видел, как сжалась ее челюсть. — И как после истории любви можно было изрезать такое милое личико? — продолжал давить Астарион. Знал, что в какой-то момент она не выдержит. — А? Вейлис сделала глоток воды. Посмотрела на Тенебру, блуждающую под деревьями вдали от них. — Не было там любви, — наконец произнесла воровка. — Только очередная игра в «бедного и несчастного». А потом метка, как на скоте, чтобы другие вампиры знали, кто я такая. — О, получается, вот что заставило твое сердце покрыться камнем? — губы вампира дрогнули в усмешке. Он чувствовал, как ее сердце забилось чаще под тонкой рубашкой. — Охотница просто боится снова стать чьей-то добычей? Как жаль, что ты оградила себя. Девушка снова замолкла. Она вообще не понимала, почему обсуждает это с вампиром. Может, сказалось время, которое они провели в дороге? Но в голове постоянно крутились мысли как яркий предупреждающий знак. Не подходи. Не говори. — Но ты-то должна понимать, что все разные, — Астарион смотрел на нее. Под светом костра черты девушки казались острее, настороженнее. — Уверен, что в глубине души ты это знаешь. Просто прячешь. — Не делай вид, что знаешь про меня все, — отрезала Вейлис, посмотрев на него. — Ты только тычешь пальцем в небо, а строишь из себя саму проницательность. — Я строю теории, потому что ты ничего не говоришь, — он смахнул прядь с лица. Тон его звучал обиженно, но девушка в нем снова слышала игру. — Так расскажи. — Когда найдешь, чем меня подкупить в очередной раз, — парировала она, кутаясь в плащ. — Не беспокойся об этом, радость моя, — лениво произнес вампир, переводя взгляд на подходящую к ним Тенебру. — Время экспериментов? — Анализа, — поправила его женщина. Она наклонилась, вставляя тонкую иглу в вену девушки. Тонкий шланг на том конце привычно опустился в колбу. — Я замечаю некоторые изменения. Ничего серьезного, просто колебания параметров в пределах нормы. Может, влияние диеты. Может, просто процессы организма. — А у него не хочешь крови взять? — Вейлис указала на вампира рядом. — А то он слишком разговорчивый. — Как раз собиралась, — Тенебра выудила из кармана мантии еще одну иглу. — Какая ты мстительная, — прошептал Астарион, протягивая руку. — Если хочешь, можешь выпить мою кровь после анализа. Чтобы тебе не так обидно было. — Мерзость, — Вейлис поморщилась, отворачиваясь. Она наблюдала, как собственная кровь медленно стекает в колбу. — А что там с излечением? — вдруг спросил Астарион, когда Тенебра выпрямилась. Его кровь текла менее охотно. — Думаешь снова стать эльфом? — усмехнулась Вейлис, глядя в костер. — Просто спросил, — обиженно шикнул он. — Это… я не уверена, — Тенебра села напротив них. — Попробовать можно, но предсказать результат невозможно. Во всяком случае, сейчас. И для этого придется задействовать некоторое количество крови. — Отдать половину крови, чтобы он смог состариться и умереть как все? — Вейлис прищурилась, раздумывая. — Лучше уж вечные мучения. — Твоя жестокость была бы в тысячи раз соблазнительнее, если бы была направлена в чужую сторону, — Астарион выдохнул, вытягивая ноги. — Никто из моих подопытных не захотел стать человеком, — Тенебра делала какие-то пометки в своем журнале. — Последний из них, Кэлиан, выломал решетку, чтобы сгореть, когда узнал о моем плане. Вампир рядом заметил, как дернулись уши воровки, услышав знакомое имя. Ее лицо, нахмуренное, не изменилось. Ни одна мышца не выдала напряжения. — Сложно отказаться от вечной жизни, — он постучал пальцем по подбородку. — Но такой большой соблазн снова ощутить все, доступное обычным существам… Каюсь, я растерян. — Можно начать с небольших доз переливания, — предложила Тенебра, отнимая перо от бумаги. — Это должно, по моей теории, снизить голод, пробудить другие аспекты. — Ну, с этого мне точно пользы не будет, — Вейлис посмотрела на колбу, заполнившуюся наполовину. — Сейчас я даю свою кровь, чтобы больше узнать о себе. А вместо этого мы узнаем больше только о вампирах. — Святая простота, — произнесла под нос женщина напротив. — Разве твои эмоции и желания стоят выше возможного научного прорыва? — Да, — сразу ответила она. — Вся моя жизнь доказывает это, разве нет? Я была создана, чтобы использоваться, и всю жизнь меня пользуют, как хотят. Ты, Тенебра, была рождена, чтобы служить в ордене, но ушла, хотя и там могла заниматься своей наукой. — А про меня что-нибудь скажешь? — с игривостью улыбнулся Астарион, заметив, как напряглись ее пальцы, сжимая флягу. — Ты убил своего хозяина и прервал круг жестокости. Молодец, — сухо отозвалась она. — Как грубо. — Твое «создание», твое «использование», — с пренебрежением колдунья махнула рукой. — Это просто роль. Главное в этом мире то, что мы можем дать другим. Мы можем излечить недуг, проверить теорию на практике. Пусть даже и для одного существа. — Чтобы просто утолить любопытство? — вскинула бровь Вейлис. — Именно, — уголок губ Тенебры пополз вверх в некое подобие улыбки. Кривой, неестественной. — Вся наука работает либо на любопытстве, либо на нужде. — Прямо как орден и Тенебра, — подметил Астарион. — Две противоположности. — Ой, — Вейлис чуть дернулась в сторону, когда кровь застучала по земле. Она вытащила иглу, прижимая место прокола рукой. — Съешь что-нибудь, — Тенебра быстро поднялась, забирая инструменты и колбу. — И выспись. — Как скажешь, — выдохнула девушка. — Бледноватая какая-то, — Астарион с интересом наблюдал, как Тенебра с легкостью вытаскивает из его вены иглу. Кровь даже не спешила вытекать из прокола. — Нормально, — отмахнулась Вейлис, осторожно поднимаясь. — Зато завтра уже будем в городе. — Где каждый хочет на тебя напасть, — он встал следом, освобождая проход к палатке. — Не боишься идти туда без брони? Я мог бы послужить тебе защитой… пока не найдем что-нибудь для тебя. Вейлис на миг замерла, не понимая, игра ли это. Мир перед глазами чуть плыл, как после крепкого вина. Она качнула головой, заставляя ночной лес раздвоиться. — Раньше же справлялась, — почти извинительно улыбнулась она, скрываясь в палатке.