Вкус рассвета

Они стояли в подворотне, где улица была вымощена камнями. Гладкими, выпуклыми, немного липкими. То ли от пролитой выпивки, то ли от чего-то еще, что они не хотели признавать. Им удалось снять комнаты в ночлежке, когда часть путников уехала. Вейлис, немного пофлиртовав с Аэродом, смогла убедить его присматривать за комнатами и никого не впускать. Скинув тяжелый рюкзак под кровать, и сняв броню, воровка наконец могла почувствовать себя человеком. Или полуэльфом — разница не велика. Плащ из серой кожи так и остался на плечах, но под ним впервые белела рубашка, выуженная со дна рюкзака. Тенебра не изменилась, только лицо, тронутое темной рукой смерти, стало чуть мягче от проступивших, как плата, эмоций. Астарион же с некоторым скептицизмом смотрел на вывеску перед ними. На металлической табличке завитками вырисовывалось «Красная Вуаль». Название, которое нашла Тенебра в записях своего бывшего знакомого алхимика. Она думала, что там они смогут найти что-нибудь еще, расспросить местных. Оказалось, что за таким привлекательным названием прятался бордель. — Я думал, нам хватило приключений на эту неделю, — пожаловался Астарион, поправляя волосы. — Мы уже несколько недель только и делаем, что попадаем в приключения, — холодно проговорила Вейлис, подбоченившись. — Вся наша жизнь — приключение, — задумчиво произнесла Тенебра, скользнув взглядом по вывеске. Никто не решался сделать шаг внутрь. Они легко могли напасть на гоблинов, соврать толпе охотников, но никто не хотел признавать, что бывал в борделях раньше. Полураздетая девушка выглянула из-за бархатной занавески, осматривая их с ног до головы. — Вы же знаете, что внутри тоже есть на что поглазеть? — звонко спросила она, приподнимая штору повыше. — Заходите. Вейлис, посмотрев на спутников, первая зашла внутрь. Там пахло цветочными духами, хмелем, немного потом, а в конце, если принюхаться, то сладкими телесными выделениями. Она подошла к стойке, читая надпись на табличке: «Красная Вуаль прикроет ваши глаза, но приоткроет ваши желания». — Ну как, милашка? — высокая женщина, облеченная в легкую, но блестящую металлическую броню, положила локоть на стойку. — Знаешь, зачем ты здесь? — Прикрыть глаза? — неуверенно ответила Вейлис, но Тенебра, подошедшая со спины, вмешалась в разговор: — Мы просто хотим осмотреться. Женщина за стойкой медленно перевела взгляд на колдунью. Вейлис заметила маленькие буквы на броне. «Солид». Наверное, имя. — Всегда пожалуйста, — хозяйка повела рукой, показывая на комнату перед ними. — Здесь бар, налево — комнаты, где можно «осмотреться». На втором этаже приватные комнаты, если кто-нибудь приглянется. — А там? — Тенебра указала на дверь позади бара. — Там кухня, — усмехнулась Солид. — Только для персонала. Или, если у вас особый фетиш, тоже приватная комната. За доплату, конечно. — Что мы тут вообще можем найти? — Астарион недовольно поправил воротник. — Только подцепить что-нибудь. — Думала, ты тут будешь как рыба в воде, — обернулась Вейлис, стараясь не глазеть на проходящую мимо официантку, прикрытую лишь фартуком. — Ты ведь любишь… все такое. — Боюсь представить, что ты подразумеваешь под «всем таким», — он подошел ближе к ним, лениво изучая вывески с именами работниц. — Я люблю власть, дорогая. И иногда — хорошую игру в кости. Все остальное — просто способы убить время между интригами. Или, что еще хуже — разжигание аппетита, который я не могу утолить, не прикончив партнера. Испортит весь вечер, согласись? — У нас есть так же услуги для пар, — Солид ногтем указала на лист на стене. — Не стоит, — выставила вперед ладонь Тенебра. — Они только ругаются, как старые супруги. — Говоришь, как работник борделя, — усмехнулась Вейлис Астариону криво. Будто и не хотела этого делать, но тело среагировало быстрее. — Как грубо с твоей стороны, но аналогию приму, — он отмахнулся, возвращаясь к прежней роли. Повернулся к Солид, оценивая ее игривым взглядом. — И кто у вас самый необычный? — Компания дворфов, но они сейчас заняты одним гостем, — она мазнула плечом по воздуху, подмигнув вампиру. — Шальные ребята, они… гастролируют за процент. Но у нас есть и другие. Идите, «осмотритесь», хватит тут стоять. Вашей мрачной подруге стоит развлечься. Солид задержала Вейлис, притягивая к себе за край плаща. Наклонившись ближе, прошептала: — Если захочешь, у меня всегда найдется место для тебя. Она провела по крестообразному шраму Вейлис на щеке. — У тебя явно есть изюминка. — Спасибо, подумаю, — Вейлис мягко забрала плащ из ее пальцев и поспешила к остальным, пока ее не продали в рабство или не отправили к тем дворфам. — Поспрашивайте местных, — бросив слова, Тенебра наклонилась к одной из работниц, уютно уместившейся на коленях горожанина. — Видела здесь мужчину? Лет пятьдесят, седые волосы, нос такой, — она провела пальцем по своему носу, изображая горбинку. — Воняет травами. Девушка молчала, схватившись за ворот горожанина, будто искала защиту. Она сжалась, стараясь спрятаться за тенью балдахина над столом. — Давай отойдем, — Вейлис, подхватив колдунью под локоть, увела в сторону, извинившись перед посетителями. — Тебе лучше стоит посидеть где-нибудь, — она осмотрелась. — У бара, например. А мы поспрашиваем у остальных. — У меня плохо получается? — Тенебра, почти искренне изумленная, быстро моргнула. — Как-то отвыкла я живых расспрашивать. — Что ты, — Астарион возник рядом с ними. — Мы просто не хотим тебя утруждать. — Я прекрасно вижу, что ты врешь, — обернулась она. — Не хотелось этого говорить, но я вижу тебя насквозь. Не из-за магии, а просто как человек. И мне, признаюсь, даже немного жаль тебя. — Надо стараться не подпускать ее к алкоголю, — Астарион, приобняв Вейлис за плечи, увел ее глубже в зал. — Иначе я не знаю, что она сможет еще выкинуть. — И мы оставили ее у бара, — выдохнула девушка, освобождаясь от его холодных рук. — Вот не сидится мне на месте. Надо было тебя сразу убивать и проблем бы не было. — Все еще считаешь, что все так просто? — усмехнулся он, выискивая взглядом тех, кого можно было бы разговорить. — Как много у тебя упертости, дорогая. Вейлис уже смешалась с толпой, переходя в другой зал поменьше. За тяжелыми шторами прятался душный воздух. Плотный, с тяжелыми духами из специй. Девушка не сразу заметила небольшой стол и женщину, сидевшую за ним. Она что-то писала в блокноте, а позади нее была деревянная дверь. — Да? — она подняла глаза. — В первый раз у нас? Обычно я запоминаю лица. — Вообще-то да, в первый, — Вейлис села на стул рядом, словно почувствовав, что в бардаке вокруг нашла единственное чистое место. — Здесь как-то спокойней. — Тут проходят встречи, — она едва заметно усмехнулась, откладывая перо. — Не такие, как на втором этаже. Просто для людей, которым важно скрыться от лишних глаз. — В борделе-то? — воровка откинулась на спинку стула. — Я ищу информацию о Аласторе Бейлике. Визитка вашего заведения была в его документах. — Он оставил на хранение сумку, — женщина посмотрела на нее с недоверием. — Но почему он сам не пришел? — Ну, — Вейлис думала, стоит ли рассказывать все. Затем вздохнула, махнув рукой. Все равно завтра они уйдут и некому будет предъявить. — Его с нами больше нет. — Аластора? — она приложила руку к груди, а второй притянула книгу, не забывая о работе. — По поручению я могу отдать сумку только Тенебре Сангвис. Боги, может он догадывался о скорой смерти? — Она сидит на баре, — Вейлис старалась сохранять спокойствие, чтобы не выдать облегчение. — Я приведу ее. — Конечно, — женщина кивнула немного растеряно. Вейлис, вырвавшись из плотного воздуха хранилища, вернулась к Тенебре. Передав информацию, осмотрелась в поисках Астариона. Зал гудел, как наполненный улей. Воровка нашла его, изучающим журнал с ценами на работниц. — Себе работу ищешь или очередное развлечение? — спросила она, заглядывая через его плечо в книгу. — Как глупо ты иногда шутишь, — произнес он без привычной игривости. Вейлис напряглась — спокойный голос вампира не прекращал ее пугать. — Я так долго жил по указке кого-то другого, что даже сейчас вспоминаю о хозяине. А ведь мне нужно думать о себе, следовать своим желаниям. — А что стало с твоим хозяином? — тихо спросила воровка, боясь спугнуть тишину, резко возникшую между ними в шумном зале. — Я убил его, — Астарион держал пальцы на желтоватой странице. — Отказался от всего могущества, которое мог получить просто потому, что кто-то увидел во мне свет. Он обернулся, посмотрев на девушку впервые без игры. Вейлис сделала полшага назад, не зная, что делать. — Только ты его не видишь, — проговорил он, глядя в ее нахмуренное лицо. — Не думал, что раскроюсь тебе в таком месте. Я бы предпочел другое место, конечно, но ты меня подловила. Вейлис молчала, пытаясь понять, была ли искренность в его словах. Она еще помнила, как вчера он хотел сдать ее охотникам. Или как раз там была очередная игра просто ради того, чтобы создать дистанцию? Она не знала. — Спасибо, — только смогла выговорить девушка. Астарион одарил ее взглядом, явно ожидая чего-то большего. Он закатил глаза, поняв, что она ничего не скажет. — Боги, я сказал это вслух? Прости, солнце. Наверное, это проклятое заведение действует мне на мозги — слишком много обнаженных чувств и слишком мало порядочной крови. Забудь. Я был сентиментален, — его губы растянулись в усмешке, заметив за спиной воровки Тенебру. — Пойдем уже отсюда. Вейлис выдохнула, не до конца сама понимая, почему ее каждый раз это так выбивает из колеи. Они спешно вышли на улицу, подальше от урагана запахов и грешных дел. Тенебра, идя впереди, прижимала потрепанную сумку к груди. Вейлис тащилась где-то позади, смотря под ноги. А между ними — Астарион, радуясь тому, что они покинули бордель. На площадь стекались люди, голоса и музыка становились громче. Первые фонари зажглись под крышами, торговцы приманивали горожан бойкими фразами. В воздухе сладко пахло цветами, яблоками в карамели, ягодным вином и свежей, еще горячей, выпечкой. Троица заняла свободный качающийся стол в тени, под навесом из цветов. Пока Вейлис и Астарион распивали бутылку, Тенебра разложила добытые книги. Сгорбившись над страницами, она пыталась разобрать знакомые знаки. Вейлис скучающе смотрела на толпу, празднующую за их спинами, потом перевела взгляд на вампира рядом, а затем обратилась к колдунье: — Откуда все они знают про мою кровь? Откуда ты знаешь? Тенебра не ответила сразу, слишком увлекшись пыльной книгой. Медленно подняла взгляд, выдохнула. — Я знаю, потому что мне попался один вампир, — проговорила она спокойно. — Думала просто бледный эльф, а оказался отродьем, спокойно бродившим под солнцем. Пришлось разговорить его прежде, чем он поделился со мной, что повстречался с тобой. — Тот самый, которого ты упустила? — усмехнулся Астарион, откидываясь на стуле. — Надеюсь, он вдоволь настрадался за то, что не добил нашу воровку. — Он не выдержал допроса, — пожала плечами Тенебра. — В любом случае, мне нужна была его кровь для анализа. — Ладно, пусть так, — Вейлис поджала губы. — Но почему я вообще такая? Это ведь не просто интересное стечение обстоятельств. — Душа моя, просто радуйся, что в тебе есть хоть что-то необычное, — Астарион подлил ей еще вина. — Иначе бы наше приключение закончилось гораздо раньше. — Ты хочешь слишком много для той, которая только недавно узнала об этом, — Тенебра смотрела на нее исподлобья, пальцы все еще лежали на темных чернильных знаках. — Вот именно! — девушка развела руками, чувствуя, что ее не понимают. — Я всю жизнь гадаю, кто я такая. А ты знаешь и молчишь, как могильная плита. Или только делаешь вид, что знаешь? — Я — знаю, — отрезала колдунья, снова утыкаясь взглядом в книгу. — Прекрасно! — Вейлис вскочила, хлопнув по столу ладонями. Астарион едва уловил слом в ее голосе. — Я, что, просто дура, которую можно таскать за собой? Кровь вам надо — пожалуйста. Нести тяжести, убивать тварей? На кого еще это свалить? На меня, да? Она развернулась, уходя вглубь праздника. Астарион, проводив ее взглядом, обернулся к женщине напротив. — Проследи, чтобы она глупостей не натворила, — Тенебра захлопнула книгу, убирая ее в сумку. — Я понимаю ее злость и хотела бы рассказать все, но… — Но не можешь. Предсказуемо, — вампир поднялся следом, поправляя воротник рубашки. — Составлю Вейлис компанию в ее праведном гневе против тебя. Тенебра покачала головой, уходя прочь. Астарион, оставшись один на один с толпой, решил отыскать девушку. Бросил взгляд на недопитое вино, и, подумав пару секунд, поднял бутылку. Чем ближе он приближался к центру площади, тем громче становилась музыка, голоса, поющие хором. Только привычной темной макушки не было видно. Вейлис хорошо могла слиться с толпой, скинуть плащ, пересобрать волосы и все — обычный прохожий. Астарион услышал странные хлопки где-то по правую руку. Там была небольшая арена с набитыми соломой чучелами для развлечений. Сначала он увидел несколько горожан, в недоумении сбившиеся в кучу у забора. Кто-то еще держал в руках тренировочное оружие, кто-то пробирался на выход. А у одного из чучел — Вейлис, долбящая бедный мешок деревянным мечом. Ее плащ валялся на рассыпанном сене, скинутый в спешке. Волосы растрепались, прилипнув к лицу. Астарион видел ее сбоку, но мог поклясться, что глаза ее были стеклянные. Как у тех, кто выпадает из реальности. Сделав глоток из бутылки, он подошел ближе, наблюдая за ее разборками с чучелом с ленцой. Через несколько минут Вейлис заметила вампира, смотрящего на нее с той стороны ограды. Она замерла, занеся руку с мечом над головой, и он увидел в ее глазах вспыхнувшую злость. Девушка кинула в его сторону деревяный меч, но промахнулась. Тот, стукнувшись о стену дома, глухо упал на дорогу. Подняв плащ, Вейлис привела себя в порядок, пытаясь сделать вид, что всего этого не было. Одарив хозяина аттракциона тяжелым взглядом, она вышла из арены. Астарион встретил ее протянутой бутылкой. — Любимая, если ты так будешь обращаться с соломенными парнями, у меня появится комплекс, — усмехнулся он, когда они пошли дальше по площади. — Я ведь тоже иногда бываю деревянным и бесчувственным. Ну, нечасто. Вейлис молчала, попивая нагретое под солнцем вино. — С одной стороны, я удивлен, как долго ты продержалась со всеми этими тайнами Тенебры, — он опустился на лавку у фонтана и похлопал ладонью по холодному камню рядом с собой, приглашая девушку. — С другой стороны, быть вампирским отродьем ты бы не смогла. Пришлось бы тебя сначала сломать. Она снова не ответила, дыша размеренно, чтобы успокоить сердце. Астарион наклонился чуть ближе, заглядывая в ее лицо. — Ты решила снова всех игнорировать, дорогая? — Нет, — наконец ответила Вейлис. — Я просто думаю, почему всем нужно загонять меня в рамки. — Такова жизнь, — он усмехнулся, забирая из ее горячих пальцев бутылку. — Ты говоришь про рамки? Хочешь знать, каково это — сидеть рядом с тобой, когда от тебя пахнет теплом и жизнью, а я должен мило беседовать о погоде? Это как если бы умирающего от жажды привели в пивную и сказали: «Смотри, но не пей. Это очень милая пивная, правда?» Вот так я чувствую себя каждый день, — вампир посмотрел на нее, вскинув бровь. — Ты хоть слышала про голод, который мы испытываем? — Если ты опять хочешь «раскрыть душу», то не самое подходящее время, — воровка, нервно качая ногой, смотрела на существ, водящих хоровод. — Нет, что ты, — Астарион коротко рассмеялся. — Я к тому, что уж кто, как не я, может говорить про ограничения. — Но я не вампир, не чья-то собственность, — она выдохнула, отпуская злость. Ее место заняло разочарование. — Но почему-то чувствую себя чужим экспериментом. — А что плохого происходит? — он повел рукой, указывая на площадь. — Разве раньше тебя не пытались убить? Просто к этому добавилась парочка условий. Можешь добавить еще одно. Маленькое. Дать мне укусить тебя. Одним условием больше, другим меньше, разве нет? — И мы снова вернулись к тому, с чего начали, — себе под нос проговорила Вейлис. Развернувшись к вампиру, она склонила голову, изучая его. — Мне не нравится, когда ты так смотришь, — улыбнулся он, прищурившись. Его взгляд скользнул по ее открытой шее, на которой пульсировала тонкая вена. — Слишком много соблазна, не находишь? — Я просто устала, — она потерла лоб кончиками пальцев. — Я хотела фестиваль, а не обычный вторник, только с музыкой. — И кто запретит? — Астарион, сглотнув, перевел взгляд на гирлянды цветов. — Больше нам не от кого убегать здесь. Самое время сделать то, зачем и пришли сюда. Повеселиться. Ты только представь: мы напиваемся дешевым вином, танцуем под убогую музыку, и ты наконец перестаешь смотреть на меня как на потенциальную угрозу!.. Хотя, стоп. Если ты перестанешь в меня целиться, я соскучусь. Но давай попробуем. Ради фестиваля. Вейлис, молчала, думая над его словами. Она посмотрела на барда, играющего у стены здания. На людей, танцующих рядом. И кивнула. Неровно, как кукла с поломанным шарниром. — Но если попробуешь меня укусить, — начала Вейлис, но вампир ее перебил: — Да-да, ты сделаешь что-нибудь ужасное, — он поднялся, оставляя пустую бутылку. — Пойдем напоим тебя где-нибудь. Хмельная Вейлис мне нравится в разы больше. — Хочешь сказать, что ты платишь? — она посмотрела на него, рассмеявшись. — Ты теряешь хватку. — Я просто создаю атмосферу, — он мазнул плечом по воздуху, увлекая ее через толпу. — А для этого можно немного и потратиться. — Атмосферу? — Вейлис, позволяя ему вести себя под локоть, толкнула какого-то мужчину. — Чтобы заманить меня? — Ты сейчас играешь или пытаешься задеть меня? — Астарион вывел их к уже знакомой палатке с вином. — Я уже давно понял, что тебя можно только подкупить. Но мне нравится, как сейчас ты пытаешься состроить образ «дамы в беде». Только вот подыгрывать мне не надо. — А почему сразу только тебе? — она забралась на высокий стул, вглядываясь в бутылки. — Каждый мужчина хочет почувствовать себя спасителем. — О, так в тебе больше от соблазнительницы, чем я думал, — он сел рядом, выстукивая пальцами какой-то ритм. — И где она пряталась раньше? — Подальше от тебя, — Вейлис попросила бутылку «Лозы Балдура». Глоток дома вдалеке. Астарион положил несколько монет на покоцанную стойку. — Да она должна была сразу выплыть мне на встречу, — вампир наблюдал за действиями торговца, пока тот открывал бутыль. — Просто наше знакомство началось не с того. — Я всегда держусь от таких, как ты, подальше, — она сделала глоток, заметив вопросительный взгляд Астариона. — От тех, кто знает, насколько он красив. Мужчинам редко дается такое знание, не считая эльфов. Они-то считают себя произведениями искусства. — А разве это не так? — он наигранно вздохнул, переманивая бутылку из пальцев девушки. — Ты ранишь меня острее, чем кинжал, дорогая. Вейлис рассмеялась, вампир напрягся. Он снова ожидал, что она смеется над ним, разыграв свое маленькое представление. Только девушка смеялась от другого. От сладкого вина, ударившего в голову, от их разговора, но совсем без злобы. — Поэтому я себя к эльфам и не причисляю, — проговорила она, пытаясь отдышаться. Эльф по ту сторону стойки одарил ее многозначительным взглядом, но промолчал. — Зато твои острые ушки причисляют, — усмехнулся вампир, разглядывая площадь под заходящим солнцем. — Поверь существу, которое два века притворялось тем, кем не было. Это утомляет сильнее голода. Как если бы драконорожденный притворялся человеком. Только представь себе эту картину! — Ну да, — она прищурилась, пытаясь скрыть улыбку на лице. — Говорит мне это чистокровный эльф, ставший вампиром. Все мы носим маски, как бы не хотелось обратного. — Умеешь ты перекрутить, — сдался он, отдавая вино. Вечер шел своим чередом. Позже, когда синяя ночь опустилась на площадь, фонари желтыми точками висели в небе, они разошлись по комнатам. С утра снова ожидала пыльная дорога и было всего лишь несколько часов, чтобы сохранить это прекрасное ощущение праздника внутри.