Протокол «Поттер»

***

Прошло ещё около двух дней. Сырой лондонский воздух не отпускал даже на минуту: утром город встречал агрессивной моросью, а к вечеру осадки превращались в вязкий туман. Всё выглядело выцветшим, как старая газетная вырезка, где буквы поблекли, а лица на снимках утонули со временем. Да, это было больше похоже на старый добрый Лондон, чем то, что творилось днями ранее. Гарри стоял у окна, наблюдая, как капли скатываются по стеклу, разбиваясь в тонкие нити. Воздух в помещении отдавал чем-то едва уловимо металлическим — будто старым, разряженным оружием или напоминанием о нерешённых делах. Он был одет просто, но аккуратно: серая рубашка с расстёгнутым воротом, тёмные и на удивление удобные джинсы. Утро началось почти обнадёживающе: он выспался чуть больше обычного, побрился и даже позавтракал чем-то относительно съедобным. По дороге на четвёртый этаж перекинулся парой шуток с Ноттом из отдела слежки — это даже настроило его немного оптимистично. День обещал быть спокойным. Но с самого утра в Томе было что-то тревожное. Он появился раньше всех, с плотно набитой папкой в левой руке и туго затянутым, мятым галстуком. В какой-то момент Гарри всерьёз задумался — не подойти ли и не ослабить узел, чтобы тот хоть дышать начал нормально. Даже волосы, обычно аккуратно зачёсанные, в этот раз торчали во все стороны — словно Том был настолько занят, что напрочь забыл о существовании зеркала. Или же просто не захотел в него смотреться. Что, кстати, было довольно грешно, учитывая его внешность. Он двигался резко, напряжённо. Но ни словом, ни жестом не объяснил своего состояния. Гарри видел его в таком виде и раньше, но сегодня было что-то иное: не рабочая мания, не привычная холодность. Что-то тихо, но настойчиво скрипело внутри этой чётко выстроенной конструкции. — Что у нас? — осторожно спросил Гарри, подходя к столу, где Том раскладывал бумаги, словно выстраивал свой персональный фронт наступления. — Новое досье от отдела киберразведки, — бросил тот, не поднимая глаз. Голос звучал глухо. — Следующий ход "Синего Ордена": попытка обналичивания через фирмы-однодневки. И, что хуже, одна из них связана с нашими внутренними субподрядчиками. — Подожди… Хочешь сказать, что это кто-то из наших? — Гарри нахмурился. Том молча пожал плечами. Он больше не делал лишних предположений — только факты, только схема, только бумага. Это немного огорчало. Гарри принялся изучать предоставленные отчёты. Пальцы скользили по строкам, а внутри нарастало странное чувство — будто он рассматривает не отчёт, а чей-то тщательно продуманный сценарий. Всё выглядело официально: аренда офиса в Манчестере, закупка техники, переводы консультантам. Но имя некоего Э. Сандерса — получающего по 11 900 фунтов каждые две недели — цепляло глаз. И в налоговой базе — такого человека не существовало вовсе. — Кто такой Сандерс? — Гарри прищурился. — И почему он получает деньги от фирмы, зарегистрированной по адресу… заброшенной стоматологии? Том впервые за день посмотрел на него. По-настоящему, а не сквозь. И в этом взгляде не было привычного раздражения, не было ледяного превосходства. Только усталость. Настоящая, пронзительная. Немного дрожащая и очень, очень искренняя. — Мы не знаем, кто он, — тихо ответил Том. — И, по сраной случайности, никто не задаётся этим вопросом. Ни бухгалтерия, ни арендодатели. Будто все знают, что туда лучше даже не соваться. Слова повисли в воздухе. И небольшой паук тоже свисал где-то с потолка, отчаянно пытаясь вернуться назад на своё законное место — в пыльный угол возле мусорного ведра. И Гарри почувствовал, как в нём что-то сжалось. Простой отчёт вдруг стал похож на зашифрованную карту, что просто обязана была рассказать ему о чём-то большом — запутанном и тянущемся корнями вглубь. И в самом центре — Том, чёрт бы его побрал. Он начал подмечать детали. Ритмичность и пресловутая регулярность, с которой звонил телефон Тома. Постоянство маршрута — отвечая на звонки, он всегда выходил в коридор и вставал у старого, забытого кулера, мимо которого давно не проходили техники. Камера рядом, как ни кстати, не работала уже неделю. Он стал слишком осторожен. Слишком методичен. Папки, к которым не прикасался. Документы, к которым возвращался снова и снова. Всё это создавало ощущение не контроля, а паники, небрежно и неумело замаскированной. И тогда Гарри заметил папку. «Секция V. Внутреннее наблюдение». Он знал — её раньше не было. Бумаги внутри были идеально выверены. Слишком идеально. И не к месту. Он спросил про неё вскользь. — Там досье по делу Эльберда, — ответил Том, всё так же не глядя. — Я перепроверяю старые связи. Займись, наконец, уликами с камеры в Ламбет, Поттер. Но Гарри не мог. Не мог просто взять и переключиться сейчас, потому что имя Эльберда уже всплывало и в другом деле. Он слышал о нём раньше — непримечательная тюремная крыса, отвоевавшая у властей свободу не самым уважаемым способом. А ещё он упоминался в деле, которое два года назад вёл сам Том. И это дело было закрыто… с большими вопросами. Он открыл ноутбук. Ввёл запрос. Сердце стучало глухо, как если бы билось где-то на первом этаже, нервно отсиживаясь в буфете. Пальцы перебирали клавиши машинально. Он сравнил отчёты. Несостыковка. Даты. Получается, две версии событий. Одна из которых, разумеется, фальшивая. Гарри откинулся на спинку стула, и холодок заботливо пробежал по позвоночнику. Никаких прямых доказательств. Только его интуиция. И только Том. Том… Что не так с этим ублюдком? Гарри подорвался с места. Встал резко, хоть и пытался сделать это мягче. Уже не имеет значения. Он подошёл к окну. Распахнул его. В лицо ударил влажный ветер, словно со всей дури шлёпнув по щеке — будто пытаясь привести в чувство. Воздух был плотный, почти вязкий, с привкусом дождя и уличной пыли. Он должен узнать. Он обязан. И не потому, что не доверяет Тому. А потому, что вдруг понял: он уже не может не доверять ему — и это куда опаснее. Он вернулся к столу. Открыл новое досье. Секунду колебался — и всё же начал читать. Мысли метались, но одна пульсировала всё сильнее: Если Том что-то скрывает — кто ему помогает? В помещении становилось душно. Пахло выдохшимся кондиционером, старой краской и тем особым канцелярским теплом, которое появляется, когда техника работает сутками, а бумага кажется отвратительно живой. Из коридора доносились редкие, едва слышные шаги. Гарри чуть сжал ладони — ногти впились в кожу. Том совсем не был похож ни на одного ранее известного ему агента. Да и на обычного напарника он, знаете ли, мало смахивал. Он был кем-то вроде воронки. Он затягивал. И Гарри подозревал: если сделать неверный шаг — можно стать её содержимым. Резкий звонок разорвал воздух. Настоящий, глухой, хрипловатый звук настенного аппарата, который давно следовало заменить. Кто-то вообще пользовался этим старьём? Как оказалось, очень даже. Звук продолжал бить, а Том не двигался. — Ты?.. — начал Гарри, но тут же замолчал. Тот медленно поднялся. Подошёл к телефону. Левой рукой потянулся к трубке, но на секунду задержал пальцы над ней. И глаза у него, кажется, совсем не мигали. Никакого выражения. Только… что-то в уголках губ. Почти неуловимое. Как до боли зажатый нерв. Он взял трубку. — Риддл, — коротко сказал. Голос — хриплый, сдавленный. Почти без воздуха. — Да. Я слушаю. Молчание. Только слабый треск на линии. Гарри невольно шагнул ближе. Подслушивал. Из-под воротника у Тома виднелась тонкая жилка на шее, периодически нервно дёргающаяся. Это показалось Гарри неожиданно смешным — а ещё живым. Хоть что-то в грёбаном Томе Риддле выдавало его человеческую натуру. — Я понял, — наконец сказал он. Как-то спокойно. Может, даже слишком. Да, настолько, что это звучало пугающе. — Мы будем через пятнадцать минут. Щелчок. Он повесил трубку, не глядя. — Мы что? — Гарри выпрямился. В голосе сквозило напряжение. Том повернулся к нему. Лицо у него изрядно побледнело, хотя, казалось бы, куда уж сильнее. — Адрес одного из поддельных контрактов. Южный Кенсингтон. Туда кто-то вошёл... Говорят — наш человек. А теперь он не выходит на связь. Гарри почувствовал, как медленно сдавило горло. — Кто? — Не знаю. — Том уже резко двинулся. Хватал пальто, бумаги, ключ-карту. Его движения — быстрые, но не слишком собранные. — Имя пока не подтверждено. Но координаты совпадают. И это может быть… Он не договорил. И Гарри вдруг понял, что боится. Не за дело. Не за себя. А за Тома. Потому что тот выглядел так, будто внутри него что-то только что оборвалось — и теперь он держится исключительно на привычке делать вид, что всё под контролем. О, всё явно под контролем. Тишина повисла, как тонкий, мутный лёд. Совсем тонкий. — Ты едешь со мной? — спросил Том тихо, почти не глядя. Гарри кивнул. Уже в дверях он обернулся, ещё раз взглянув на ту самую папку, оставленную на столе. «Секция V». Плотная пластиковая обложка. Выцветший оранжевый переплёт. И подумал: если это ловушка — пусть.