Икс

Утро началось с колбасно-сырных горячих бутербродов и возвращения отца домой. Он вернулся с очередного рейса, то ли в Париж, то ли в Нью-Йорк, впрочем, их было столько, что Лео решил не запоминать. Мать лежала где-то в ворохе одеял и простыней, мучаясь от похмелья, но и это тоже Лео не волновало. Вторник был стандартным. Если не считать приятного удивления с самого пробуждения: Доброе утро! Уже собираюсь в школу, а ты? Лео тогда только разлепил веки, шипя от боли и пытаясь вернуться в прекрасный сон о том холодном огненном парне из его другого сна, вызванного ударами и моющими средствами. Было всего 6 утра, он имел право тратить свои жалкие 5 часов сна так, как хотел. 

К черту, просто сожги её! 

Лео даже не шутил. Он правда мечтал, чтобы это пристанище отбросов общества сгорело. Желательно прямо посреди дня, когда они все там. И желательно вместе с ним. Тот опыт с заморозкой принёс лишь маленькую долю благоразумия, и мысли о смерти снова вернулись в голову. Он тут же написал продолжение:

А я сожгу свою! Представляешь, как в стране офигеют, что два поджога за день. 

Лео оставил своего тамагочи (который давно уже обрёл разум и стал самостоятельным, но ему нравилось думать, что это его виртуальный друг) один на один с кошмаром школы и пошёл на кухню готовить завтрак. Обычно он не завтракал, чтобы было легче сдержать рвоту после ударов в живот, но сейчас голод был сильнее голоса разума. Хотя, это случалось довольно часто. Еда была одним из главных стимулов к его существованию, любая кухня, любое блюдо, в любое время.  — Здоров, Лев! — громогласно отозвался отец, шумно захлопнув за собой дверь. — Ну и дождина на улице, возьми зонт. Лео кивнул в приветствие и продолжил набивать щёки поджаристым хлебом с тягучим сыром.  Отец прошёл в комнату, кинув в прихожей поездную сумку, и, кажется, тут же завалился спать. Лео закатил глаза, оглядываясь на настенные часы, которые показывали без десяти семь. Он сделал завершающий глоток крепкого чёрного чая и побежал в комнату, чтобы переодеться и захватить портфель. Телефон, как всегда вовремя, завибрировал. У нас на улице такой сильный ливень, ужасно. А я забыл зонт.  Лео на автомате кинул взгляд в окно, понимая, про какой дождь говорил отец. Плотная, густая пелена ливня застилала весь обзор. Он тут же написал ответ:

У нас тоже. Но я пока дома, зонт не забуду, эхэ. Надейся, что он прекратится, когда из школы возвращаться будешь. 

В ответ пришла гифка с котом, которого поливают водой. Лео фыркнул, закончив переодеваться и надев довольно увесистый портфель. Он достал из кладовой зонт и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь. Родители вряд ли проснутся в ближайшее время.

***

Завывающий ветер постоянно гнул спицы зонта, а крупные капли хлестали лицо. Лео плевался и шипел, не зная, зачем вообще надел новую форму, если все придут в мокрой и грязной одежде. О, как же он был рад, что вышел гораздо заранее. Возможно, он успеет немного просохнуть до начала занятий. А потом он подумал о мокрых учебниках и тетрадях, молясь, чтобы чернила не расплылись. В их городе стихия бушевала ежегодно, принося чуть ли не муссоны, потом сорокаградусный мороз, весной – паводки и оползни, а летом – пожары и адское пекло. Он говорил себе, что за шестнадцать лет жизни можно было бы и привыкнуть, но каждый год тяжело переживал эту канитель.  Он вошёл в школу почти первым, заставив уборщиц с отвращением морщиться, а охранников нахально хмыкать. Он был похож на брошенного в озеро котёнка, который только с помощью сумасшедшей фортуны смог выжить. 

***

В классе было тихо, пахло ночной свежестью и мокрым асфальтом. Он прошёл за свою родную парту и начал разбирать учебники, оценивая ущерб. Благо, так как ветер почти всегда дул ему в лицо, рюкзаку досталось в меньшей мере, и ничего не пострадало. Он достал учебник истории, пенал и тетрадь, а после быстро разблокировал телефон, заходя в мессенджер. Сообщение оставалось прочитанным, но без ответа. Лео предположил, что DL85 просто занят учёбой. Не успел он разочароваться, как дверь с грохотом распахнулась, и зашёл очень сильно взбешённый Даня. Он кинул на Лео испепеляющий взгляд, и тому очень захотелось сжаться до размеров зарождающейся вселенной. Спину обдало морозом, и он точно не мог понять: в этом виновата мокрая одежда или страх перед хулиганом.  Да, он всего день назад говорил, что этот парень не так уж и плох, но, когда почти незнакомый человек в порыве ярости грохочет стулом и партой, усаживаясь на место, такие домыслы звучат неубедительно. Лео вздрогнул, когда услышал чих за спиной. Честно, он тоже чувствовал себя не очень хорошо после заморозки, пяти часов сна и бодрящего холодного ливня, но сомневался, что это простуда. Очень кстати на такие случаи у него в рюкзаке всегда есть парацетамол и противовирусное. Он не мог позволить себе болеть, ведь отличная успеваемость – единственное, что удерживало на плаву. Он лелеял мечты о топовых ВУЗах страны, где никакие одноклассники не смогут его найти. Лео основательно погрузился в воспоминания, из которых был вырван ещё одним чихом и последующим шмыганьем. Украдкой обернувшись через плечо, он увидел правда плохо выглядящего Даню. Навскидку, его знобило, тошнило и расплющило гидравлическим прессом. Лео достал из рюкзака таблетки, бутылку воды и подошёл к однокласснику, кинув два блистера на стол.  — Возьми, — слишком жалко и тихо проблеял он, хотя в воображении это было максимально уверенно, и большинство девушек, смотря сериал с ним, должны были попадать в обмороки от великолепия.  Даня непонимающе посмотрел на таблетки, потом на одноклассника, а потом опять на таблетки. Он вздохнул. Потом чихнул (Лео прошептал «будь здоров», но его вряд ли услышали).  — Возьми, — пропищал Лео ещё раз, выглядя только хуже. О, он придёт домой и будет десять лет вспоминать этот момент без перерыва, ненавидя себя и желая убить.  — Спасибо, — хрипло отозвался Даня, доставая таблетки и закидывая в рот – он тут же запил их водой, которую Лео дружелюбно вложил в чужие руки.  — Может, домой? Пока уроки не начались, — Лео постарался дружелюбно улыбнуться, но, похоже, получилось очень неубедительно.  Даня окинул его скептическим взглядом и, фыркнув, отвернулся к рюкзаку. Лео тут же собрал свои подачки и развернулся, чтобы уйти, как его окликнули: — Лен. Лео замер, обернувшись. На парте лежал... Сникерс. — Спасибо, — искренне, хоть и немного помято, улыбнулся Даня. О, Лео точно покраснел. Во-первых, потому что с ним заговорил одноклассник без цели оскорбить (!!!), во-вторых, потому что с ним заговорил Даня (!!!), а ещё этот Сникерс... Кажется, его сердце остановилось. Подарки без повода были для него чем-то диким, неестественным и очень интимным.  Лео быстро схватил его с парты и благодарно кивнул. Он вернулся на своё место, пытаясь унять дрожь в руках, ногах и груди. Кажется, из самого худшего в мире дня он превратился в лучший. Лео убрал батончик, таблетки и воду в рюкзак и тупо уставился в окно, где ливень потихоньку успокаивался.  Так вот о каких белых полосах говорил африканский зоолог-кокаинщик, подхвативший сонную болезнь и ловящий последний в жизни наркотический приход. Что ж, теперь получать удары от Дани будет ещё больнее. Но он справится. Тем более, Задира в этот раз не пришёл, кажется, не хотел тащить свои сто центнеров через лужи, опасаясь, как бы размокший асфальт не рассыпался под ним, открывая проход в ад. Поэтому за день он получил только парочку тычков, подзатыльников и едких словцов. Да, он был доволен таким раскладом, потому что удары по свежим ранам ощущались бы острее.  DL85 за весь день так ничего и не написал, поэтому Лео заострил своё внимание на однокласснике в трёх партах позади и на одну правее. Даня так и не ушёл, изредка чихая и шмыгая носом. О да, это было похвально. Лео начал восхищаться им немного больше (его рейтинг составлял 64 из 100 и был самым высоким в классе. Всё-таки, он всё ещё был тем, кто оставлял отпечатки своих ботинок на его одежде). Даня изредка ловил его любопытные взгляды, и Лео тут же смущённо отворачивался.  Последний звонок был подобен ангельскому пению, и Лео тут же сорвался со своего места, чтобы... вытереть доску после урока. Да, потому что он был подхалимом. И на самом деле, никто другой не сделал бы этого, а учителей ему было даже более жалко, чем себя. Бедные люди, которые учились не меньше остальных, а работают чуть ли не за прожиточный минимум и с настоящими демонами.  — Спасибо, Лёнь, — сказала Екатерина Семёновна, убирая в сумку стопку их тетрадей со свежей домашней работой. Лео любил учительницу математики всей душой, потому что она была из той касты учителей, что предложат чай с конфетами, если он зайдёт в учительскую передать какие-нибудь документы. Она потрепала его по кудрявым волосам и добродушно улыбнулась. — До завтра, Филатов, Лаврухин. Лео обернулся, услышав фамилию Дани. О, так он ставил стулья на парты. Ну конечно... конечно, именно в этот день он будет делать то, что не делал никогда.  Лео вернул тряпку на место, захватил с крючка портфель и пошёл к выходу. Он на секунду замялся в проёме, не зная, как правильно поступить, но решил всё-таки уйти в одиночку. Он же не просил Даню помогать, верно? И, конечно, это не потому, что ему было банально стыдно идти рядом. Он вышел из школы, выжатый как лимон. И тут же был ошарашен стеной ливня. Опять. Похоже, небо оплакивало его достоинство, когда он сначала не смог нормально заговорить, а потом... не смог нормально заговорить и как последний идиот проигнорировал помощь Дани. О, как же он себя ненавидел. Он грустно фыркнул и поднял глаза к небу. Козырёк крыльца не позволял каплям падать ему на лицо, но один лишь звук водной очереди успокаивал. Он глубоко вдохнул, пропуская через легкие озонированный приятный прохладный воздух. Бодрость проскользнула в кровь, заставляя поёжиться. Теперь он готов к покорению стены из дождя. Лео открыл зонт, тут же оглушённый грохотом тяжёлой металлической школьной двери. У него не возникло сомнения в личности человека позади.  Даня широкими быстрыми шагами прошёл мимо, целеустремлённо отправляясь под дождь.  — Эй! — окликнул Лео, уверенный, что его не услышали, поэтому принялся бежать (что плохо получилось из-за дождя и воющего ветра). — Подожди! Даня остановился, его чёрные волосы тяжело осели на лице, пуская по лбу быстрые дорожки воды.  Лео расположил зонт над его головой, облегчённо вздыхая. — Ты же болеешь, — сипло и слабо сказал он, старательно отводя взгляд в сторону... да, это дерево, которое было тут до основания школы, весьма занимательно, как он его раньше не заметил? О, а какой качественный забор тут, такой... серый... и ржавый... и с погнутыми прутьями... надёжно.  Кажется, Даня под его боком усмехнулся и улыбнулся, продолжая путь. Лео последовал за ним, защищая от дождя.  — Мне на остановку, — кивком головы в сторону дворов указал Данил, неловко пожимая плечами. Лео надо было в противоположную сторону. Но он сделал вид, что тоже идёт туда. — Мне тоже в эту сторону, — улыбнулся Лео, ускорив шаг, потому что быть под дождём (даже под зонтом) для больных вредно. — Прости. — За что? — растерянно спросил Даня, скользя взглядом по домам, мимо которых они проходили.  — Я не подождал, — когда Лео озвучил мысли вслух, они показались максимально нелепыми. Ему надо было с рождения зашить рот, тогда он был бы гораздо счастливее.  — Всё в порядке, — Лео ясно слышал смешок, но сделал вид, что это никак не задело его и так полуживое самолюбие. Ну вообще никак. Вот совсем нет. — Ты и не должен был.   Это немного успокоило нервы. Немного, потому что большая часть вопила от такого долгого контакта с одноклассником. С Даней. Наверное, следовало сразу признаться, что он питал слабость к зеленоглазым брюнетам с острыми скулами, прямым носом и такими же бровями. Ладно, он питал слабость к человеку, у которого фамилия была Лаврухин. Возможно, его зацепил мутный взгляд изумрудов, а может ум, а может рост, а может его навыки в спорте, а может его игра на пианино (никто не должен спрашивать, откуда Лео узнал все эти факты), а может его смех, а может его походка, а может его... вообще всё. И даже болезненные удары не могли унять его чувства. Хотя головой он понимал, что это ненормально. Именно поэтому его рейтинг был 64 из 100. Ладно, сейчас он подрос до 70. Но Лео будет следить за его поведением после появления в школе Задиры.  — Я должен извиниться, — тихо отозвался Даня, прерывая размышления о нём же. — За то, что делал по приказу Серёги, — он болезненно зажмурился, будто ждал удара. Лео подавил желание шокировано остановиться и продолжил идти.  — Я понимаю, — ответил он так же тихо. Он сам виноват в том, что перешёл дорогу опасным людям, и сейчас ничего не исправить. Даня вклинился в их коллектив посреди учебного процесса, и ему было тяжело. Тяжелее всех. Кажется, Лео даже находил его избитым за школой, когда сам валялся там по этой же причине.  Даня горько усмехнулся и похлопал его по плечу, выходя из-под зонта. Лео дёрнулся вперёд, но тут же осознал, что они дошли до остановки. Он почувствовал разочарование, что потратил столь ценные моменты на глупые воспоминания.  — До завтра, — попрощался Лео, отправляясь в противоположную сторону. Он почти ощущал ухмылку, брошенную в спину. 

***

Зайдя домой, он первым делом проверил телефон и с радостью обнаружил новое сообщение от DL85: Знаешь, этот день не так уж и плох. Лео усмехнулся, вспоминая все сегодняшние события, и напечатал в ответ:

Согласен.

Было приятно иметь друга по интересам, да и просто хорошего собеседника. В реальности такая роскошь даже и не снилась. 

Дождь перестал?

Напечатал одной рукой Лео, а другой разбирал портфель и доставал учебники. Нет, но мне друг одолжил зонт. Тут же на пол упал Сникерс, и Лео замер с довольной улыбкой на лице. Он никогда его не съест. Лео спрятал подарок глубоко в ящик стола, желая, чтобы эта вещь оставалась максимально личной. Он хранит все воспоминания и чувства, связанные с Даней, глубоко внутри, и намерен продолжать в том же духе.

У нас тоже всё ещё идёт. Что за напасть.

***

Он поболтал с DL85 о всякой ерунде, комиксах, супергероях и коллекционировании фигурок (оказалось, DL85 считал это бесполезной тратой денег, с чем Лео согласился, но он уже был слишком сильно этим поглощён). Отец заказал пиццу с грибами на ужин, а мать наконец-то проснулась, попивая кофе на кухне. Лео уже сделал все уроки, а время едва перешагнуло за девять вечера. Его друг по переписке ушёл заниматься своими делами, и Лео остался один на один с собой. Воспоминания за день снова вспыхнули в голове, и он выбирал между пойти на кухню перерезать себе горло или кричать от счастья.  Чтобы не распугать соседей, он решил направиться погулять. Дождь прошёл, а воздух оседал плотным туманом. Лео любил туман. Он напоминал о предстоящем Хэллоуине. Конечно, у них дома ничего такого не отмечали, но обычно в этот день он устраивал марафон по ужастикам или мультфильмам на эту тему. То же самое происходило и на Новый Год. Как ни странно, это были два его любимых праздника.  Раны, полученные всего день назад, больше не беспокоили, и Лео искренне этому поразился. Потому что обычно, стоило ему попасть в ярую немилость, как он несколько дней мог шевелить только одним пальцем.  Переодеваясь в более тёмную и приличную одежду (в отличие от порванной домашней), Лео осмотрел себя в зеркале: синяки на спине, рёбрах и животе почти зажили, гематома на предплечье практически рассосалась, а ссадины и вовсе исчезли. Магия, не иначе. И тут взгляд зацепился за сияющий лунный камень. Лео неуверенно снял с себя тут же получив…все раны и ссадины обратно. Он закашлялся от неожиданности, смотря в зеркале на свой пестреющий фиолетовым торс. Ребра выступали чётче, пятна окрашивали бока, а привычные родинки испарились. Плечи стали уже, да и сам Лео казался ниже. Глаза стали цвета тумана, а немного вьющиеся волосы напомнили первый снег. — Что за чёрт... — выдохнул Лео, наспех надев кулон. И… получил обратно желтоватые синяки, родной цвет волос, тянущую боль и свои 185 сантиметров роста. — Что за чёрт? — повторил он, округлившимися глазами смотря на себя в отражении. Он снова снял кулон и вновь стал напоминать грёбанный избитый подснежник. Лео уже хотел списать это на раннюю стадию шизофрении, как позади себя в отражении заметил знакомую аккуратно сложенную серебряную ткань. Его мантия. Лео накинул её на полуголое тело, оглядывая себя в зеркале. Лицо вдруг закрыла серебряная маска в форме морды волка. Все это казалось бредом, но было похоже на то, что мантия давала суперкостюм, а кулон... суперспособности? Если это правда, то Лео предположил, что его способность заключается в умении возвращаться к прошлому состоянию тела. И тот горячий-крутой-герой явно знал об этой особенности. Лео, выросший на супергеройских фильмах, почувствовал себя обязанным спасать мир. Если был тот человек-морозильник, то, значит, должны быть и другие? Ведь он тоже не один, его спас тот огненный парень. Супергероев не должно быть больше, чем злодеев, им же делать больше нечего будет.  Лео снова взгромоздил кулон и наконец-то оделся для выхода на улицу. Похоже, одежда, которая надета в момент снятия кулона, сохраняется. Он хмыкнул своему отражению и выбежал трусцой из квартиры, на ходу снимая кулон и кидая его в глубокий карман. Удивительно, но в этот раз мантия сама появилась на его плечах. Никакой маски на лице он не ощущал, что было ещё страннее. Хотя Лео был уверен, что она там есть. Конфиденциальность и всё такое.  На улице было пусто, но если учесть продолжительный дождь, холод и грязь, то это было неудивительно. Конечно, никакой суперзлодей не захочет творить свои суперзлодейские дела в такую погоду. Поэтому Лео начал бесцельно скитаться по дворам. Он уже собирался пойти в сторону дома, как вдруг услышал чей-то быстрый топот и побежал в ту сторону, тут же наткнувшись на... того огненного паренька, который отпрянул и начал покрывать всё живое проклятиями. Голосом хриплым, глубоким, будто мужчины за сорок с раком легких, он выплюнул: — Смотри куда прёшь, идиот! — О, ты! — воскликнул Лео, только осознав, что его голос тоже звучит странно. Что ж, магическое изменение голоса весьма логично.  — Сука, ты! — одновременно с ним воскликнул парень, потирая переносицу (но это выглядело комично, ведь он тёр клюв феникса). — Отвянь! Найди себе другую няньку! Господи, одни недоразвитые... — прыскал ядом он, дёрнувшись от резко раздавшегося писка. Он потянулся к поясу, доставая из крепления... пейджер. Лео изначально не поверил своим глазам, когда увидел. — Да вашу мать!  Лео сконфуженно сжался рядом, уже собираясь втихую убежать. Но тут его схватили за плечо.  — Стоять, — рявкнул парень, вздыхая. Лео видел, как его губы изгибались в хищном оскале. Он зло зашептал себе под нос что-то о третьей части Сурикатенна.  Лео фыркнул, понимая, что ситуация из фильма и происходящая сейчас действительно максимально похожи. Там Сурикатен врезался в другого супергероя, а потом они стали главными врагами и в конце убили друг друга, спрыгнув вместе со скалы. Лео прыгать со скалы не собирался. Он об этом так и сказал: — Я не Джейк, чтобы прыгать со скалы вместе с каким-то идиотом, — закатил глаза Лео, скрестив руки на груди.  Губы огненного парня едва уловимо дёрнулись вверх, когда его отсылку узнали. — А я не использую сурикатов, чтобы стрелять ими из пушки, — он отвернулся, топнув каблуком и доставая из-за пояса свой пистолет зажигалку. Он нажал на курок, и из дула появился маленький огонёк. Кажется, ему показалось это максимально эпичным. — Я Эйфай.  — Ты же знаешь, что это созвучно с вай-фай, да? — фыркнул Лео, не понимая, куда ему деваться и надо ли бежать домой или нет.  Он практически видел, как в узких щёлках маски глаза Эйфая расширились то ли от обиды, то ли от осознания, что это, чёрт возьми, правда. Он вай-фай, ха-ха. Как смешно.    — Главный Кардинал приказала мне выдать тебе оружие из склада, стой и не двигайся, пока я не приду, — Лео кивнул, и тут же Эйфай засвистел. С его мантии отделился язычок пламени, превращаясь в... феникса. Настоящего феникса. Лео охнул, ахнул и ойкнул. Он был в культурном шоке. Парень повторил: — Стой и не двигайся.  Лео даже если бы захотел, двинуться не смог бы. Его ноги будто примёрзли к земле, как только он увидел, мать его, феникса, бессмертную птицу из огня. — Я себе тоже хочу такую, — обижено произнёс Лео, садясь на землю и прислоняясь к стволу ближайшего дерева. Он не знал, сколько это займёт времени, а его ноги уже болели после долгой ходьбы. Лео прикрыл глаза, погружаясь в дремоту. 

***

Его разбудил шорох, он открыл глаза прямо в тот момент, когда к его шее приставили... шприц. С жуткой толстой иглой. Около его шеи. Лео вздрогнул, прикусив язык в попытке не закричать. — Ты будешь замечательным завершением моей коллекции, — прошептал женский голос прямо в его ухо.  Девушка с кислотно-зелёными волосами и с полностью красной радужкой. Её руки были белыми, как мел, и покрыты жемчужной чешуёй. Это было бы красиво, если бы не было так опасно, учитывая громадный шприц, заполненный чем-то бледно-жёлтым. Лео почувствовал тепло в кармане, где держал кулон, а следом ощутил... холод. Настоящий мороз, прожигающий до костей. Он сосредоточился на этом ощущении, пропуская его по венам к шее. Толстая корка льда начала образовываться под кожей прямо в месте, куда целилась девушка. — Ну же, почему ты не кричишь? — ласково прошептала она, снимая с него капюшон и запуская в его кудрявые волосы свои влажные пальцы. — Я хочу услышать твой голосок... Когда с защитой шеи было покончено, Лео начал концентрировать поток мороза у ладоней. Он чувствовал, как его собственные вены не выдерживают и замораживаются, а после с треском лопаются, но он быстро закрывал места протечек льдом. Когда по его организму текла уже не плазма, а сорбет, Лео резко дёрнулся, хватая чужие запястья руками и меняя их позиции, теперь он прижимал её к стволу, ощущая, как чужая кожа под его мёрзлыми руками покрывается коркой и с хрустом отпадает на землю. Ужасный, страшный и жуткий шприц упал на землю и куда-то покатился. Он замер, когда заметил испуганные красные глаза. Запястье девушки полностью замерзло и упало, с треском разлетевшись на льдины. Следом на землю упал браслет из мелких круглых бусин. Лео всё ещё не мог говорить, и было сложно понять, в этом виновато замороженное горло или то, как девушка, пытавшаяся его убить, превратилась в учительницу по математике. Он отпрянул и сразу повалился на землю, как оловянный солдатик. Сила вышла из-под контроля и превратила его в замороженное филе из супермаркета. Если бы не боевой клич феникса, то Лео потерял бы всякую надежду на свет в этом мире. Его. Учительница. По. Математике. Суперзлодей. Какая-то русалка альбинос.  — Да как ты... — только и сказал Эйфай, спрыгивая с птицы и наставляя пистолет на девушку. Он шокировано замер. — Ты псих?! Она гражданская! — но тут его взгляд зацепился за индевелый браслет, лежащий в её ногах. Девушка всё это время не двигалась, так как покрылась таким же толстым слоем льда, как и Лео. — Что за день... Он направил на неё пистолет и нажал на курок – её осыпало искрами, которые моментально растопили лёд, и оттуда же вырвалась огненная струя. От девушки не осталось и следа. Если бы Лео это увидел, то точно закричал бы. Если, конечно, мог бы закричать. Хоть что-то мог сделать. Хорошо, что он вовремя остановил распространение льда, и мороз не дошёл до мозга..  — Где таких дебилов рожают? — пробубнил Эйфай, осыпая и Лео потоком искр. Он наконец-то смог двигаться и тут же резво вскочил на ноги. За что поплатился чётким зрением, и его начало мутить. Казалось, что все последствия заморозки разом прошли.  — В роддоме, — серьёзно ответил Лео, с сожалением смотря на горсть пепла под деревом. Он наклонился, поднимая браслет и отдавая его Эйфаю: герой уж точно знает, что с ним делать. — Почему мне надо кулон снимать, чтобы активировать способности, а ей браслет – надевать? — Она суперзлодей, у них всё неправильно, — презрительно прошипел Эйфай, убирая браслет в карман мантии.  Лео ещё раз вздохнул, не понимая, как кто-то такой близкий ему мог оказаться злом. Это было неестественно. Он не увидит завтра учительницу по математике. И больше не выпьет с ней чая.  Эйфай протянул ему пистолет. Это уж точно был пистолет. Без серебристого блеска, будто это дешёвая зажигалка, и без аляпистых пластмассовых дополнений. Типичный такой глок, чёрный и тяжёлый.  — Я хотел дать для самообороны, но ты, похоже, уже отлично понимаешь устройство своей способности, — недовольно проворчал Эйфай, будто ему пришлось обокрасть магазин ради этого оружия. По крайней мере, Лео надеялся, что это не так.  — Нет! — воскликнул Лео, который только что чуть себя не убил. Он вцепился в глок, как в последнюю конфету в доме, полном детей. — Нет, нет! Эйфай фыркнул, и Лео почти видел, как его глаза закатились.  — Попробуй выстрелить льдом, — предложил парень, кивая в сторону широкого дерева и наблюдая за реакцией Лео.  В момент Лео вспомнил все фильмы про шпионов, которые он посмотрел, и принял стойку для стрельбы, целясь в ствол.  Он напрягся, отправляя холод к пистолету. Тут же на затворе появилась шкала от красного до зеленого в 10 ступеней.  В первый раз Лео выстрелил единицей, и пуля не долетела до конца, растворившись в воздухе. Во второй раз он выстрелил на пятом делении и почувствовал, как его пошатывает. Он сконцентрировался ещё сильнее, ощущая, как пальцы примёрзли к пистолету. Лео глубоко вдохнул, стиснув зубы, и нажал на курок, когда загорелось девятое деление. Пуля, ярко горящая синим, стремительно влетела в дерево, оставляя после себя паровой след. Пятно льда разрослось, ствол покрылся трещинами и с жутким хрустом надломился. Тяжелая крона упала на асфальт, раскидав вокруг разноцветные листья, ветки и щепки.  — Едрена вошь, — выдохнул Лео, поражённый, удивлённый и шокированный то ли своими возможностями, то ли тем, что это реально. Он только что заморозил свою учительницу. А через секунду стрелял морозными пулями в дерево. — Скажи мне, что я сплю. — Мечтай, — хмыкнул Эйфай, похлопав его по плечу. — Теперь ты с нами.  Тут Лео вдруг задумался о том, кому принадлежал кулон раньше и сколько вообще людей в этом замешано.  — Так... что было с прошлым владельцем моей силы? — на самом деле Лео даже не понимал, что это за сила. Копировать чужие способности? Тогда возвращаться к предыдущему состоянию тела – способность мантии? Что он вообще такое? Если перед ним весьма однозначный повелитель огня, то как охарактеризовать его самого? — Полуночники часто исчезают по собственному желанию, — ядовито произнёс Эйфай, обводя взглядом двор, посреди которого они стояли. — Агентство не может узнать их личности, потому что все данные о таких, как ты, самоуничтожаются. Видео с камер, запросы в интернете, фотографии на телефонах. Такое читерство. Даже воспоминания исчезают, когда полуночник решает отречься от своего кулона.  Лео мысленно присвистнул, довольный таким раскладом. Он настоящий ниндзя! Теперь появилась возможность воровать из магазинов! Правда, делать этого он не собирался.  — То есть, я могу сейчас кинуть кулон на землю и убежать, и никто никогда меня не найдёт? — Лео этого делать, конечно, не собирался, потому что вся эта супергеройская тема была максимально захватывающей. Если не считать смерти его любимой учительницы.  — Да, — пожал плечами Эйфай, выставляя вперёд руку. — Ты должен капнуть на кулон кровь, сказать, что отрекаешься от него и отдать мне. Мы столько времени возились, чтобы найти его... — он раздражённо зашипел, казалось, вспоминая кучу сверхурочной работы.  — Я не сказал, что хочу это сделать, — обиженно пробубнил Лео, автоматически сжимая поплотнее карман, в котором лежал кулон. — Это круто. Эйфай понимающе и немного печально хмыкнул, ещё раз помахав раскрытой ладонью вверх вниз в требовательном жесте. — Теперь я твой куратор, а значит, оружие должно находиться у меня.  Лео с тоской распрощался с глоком, которого мысленно прозвал Анджелой. Все слова Эйфая имели смысл, поэтому он беспрекословно подчинялся.  Огненный парень тут же развернулся и быстрыми шагами пошёл прочь. — Спокойной ночи, солнечник! — крикнул вдогонку Лео, подразумевая, что если он полуночник, то и у Эйфая было какое-то другое название. Солнечник звучало достаточно пафосно. — Я светоч, идиот! — раздался эхом мужской бас, который совершенно не подходил этому человеку.