Трудности перевода

Большую часть маршрута они шли молча. А внутри у Саске закипала ужасная смесь из обиды, злости и ревности. Утренние воспоминания о Сакуре всё ещё были слишком свежими, и от этого становилось только хуже. Саске ревновал. Какого чёрта Наруто вообще проводит с ней столько времени? Но сказать он ничего не мог — они же «просто друзья». Подходя к подъезду, Наруто свободной рукой достал ключи, открыл дверь и запустил Саске первым, а затем закрыл за ними замок. Оказавшись в квартире, Наруто разулся, скинул куртку и подхватил пакеты, топая в сторону кухни. — Разувайся и иди на кухню, — бросил он на ходу. Поставив продукты на стол, Наруто начал их разбирать, убирая всё по своим местам. Учиха вскоре тоже зашёл в комнату. Молча понаблюдав за блондином, он решил помочь — принялся подавать продукты из пакета, пока Наруто раскладывал их по полкам. — Чудно, спасибо. — Не за что, — ответил Учиха, когда они закончили. — Что на ужин хочешь? Саске на секунду завис, словно Наруто сказал ему что-то на древнегреческом. Вопрос про ужин казался таким... обычным, тёплым, просто домашним… Сердце Учихи ёкнуло. В этом был весь Наруто: добрый, открытый, серьёзно спрашивающий про ужин, когда всего пару дней назад Учиха вёл себя как полный мудак. Блондин стоял забавный, растрёпанный, в своей дурацкой футболке и искренне ждал ответа, готовый прямо сейчас начать что-то готовить. Он всегда был таким — уютным, шумным, готовым обогреть весь мир. И Саске до безумия хотел, чтобы этот уют принадлежал только ему одному. Но в голову снова пришла Сакура… Он поджал губы и резко бросил: — Мне плевать, — Саске скрестил руки на груди, а его взгляд упал на окно, за которым уже вовсю шёл ливень. — Делай что хочешь, я не голоден. И поставь телефон на зарядку. Наруто хмуро посмотрел на него. Он-то уже подумал, что у них снова всё стало как раньше, но Саске, как обычно, был абсолютно непредсказуемым. — Ну конечно, великий Саске Учиха питается исключительно святым духом и собственной гордостью, — закатил глаза блондин. — Зарядка у меня в комнате, иди возьми, куда идти — знаешь. Наруто кивнул в сторону спальни, а брюнет, тяжело вздохнув, пошёл в указанном направлении. Через минуту он вернулся с кабелем и воткнул телефон в ближайшую розетку у гарнитура. — Я буду готовить рамен с курицей, съешь как миленький, — продолжил бубнить Наруто, принимаясь за дело. — Бледный как смерть, не хватало ещё, чтобы ты тут у меня в обморок грохнулся. Наруто загремел кастрюлей, врубил воду и принялся насвистывать какую-то песню под нос, всем своим видом показывая, что протесты не принимаются. Саске провожал каждое его движение тяжёлым, давящим взглядом. Злость, которую он так усердно копил весь день, начала закипать, требуя выхода. Тихий уют чужой и одновременно такой родной кухни начал казаться ему изощрённой пыткой. Он всё пытался разглядеть шею Наруто, чтобы увидеть какие-то следы, засосы или типа того, но кожа блондина была чистой. Молчать он больше просто не мог. — Часто ты её сюда приводишь? — всё ещё спокойно пытался говорить Саске, но получалось с огромным трудом. Наруто нахмурился, поворачиваясь от кастрюли к нему: — А? Ты о ком вообще? — Не прикидывайся идиотом. О Сакуре я. Часто она у тебя ночует? Наруто от такой предъявы даже опешил. Он удивлённо уставился на друга, напрочь забыв про кастрюлю, в которой закипала вода. В его честных голубых глазах не было ни капли вины — только полное, искреннее непонимание, откуда Учиха вообще об этом знает. — Подожди... А ты откуда в курсе? Ты что, видел её? — Наруто почесал затылок, но скрывать ничего не стал, ответив без всякой задней мысли: — Да первый раз она у меня осталась. У неё дома проблемы случились, поссорилась там со своими, прибежала вся в слезах посреди ночи. Ну не выгонять же мне её на улицу было? Посидели, чай попили, я её успокоил да на диване спать постелил. Утром вот на такси её отправил... Слушай, а ты-то откуда знаешь? Ты что, караулил мой подъезд в шесть утра? Слова Наруто, прозвучавшие абсолютно честно, подействовали на Саске очень сильно. Вся ярость, которая только что требовала вырваться наружу, вдруг сдулась, оставляя после себя липкое, удушающее ощущение ревности и обиды. Они не переспали. Наруто просто ей помог. Саске посмотрел на свои руки. Казалось, должно было стать легче, и на мгновение пружина нервных мыслей действительно ослабла. Но в следующее секунду пришло осознание: это он сам себе всё надумал. Накрутил себя до полусмерти, заработал грандиозный скандал с родителями, сбежал из дома… и всё из-за одной поспешной, глупой мысли. И ради чего? Ради того, чтобы узнать, что Узумаки просто помог ей, чёрт возьми! Ревность никуда не пропала, она просто перетекла в форму сильной, колющей обиды. Саске невозможно сильно злило то, как спокойно Сакура могла прийти к Наруто, и тот с радостью уделил ей всё своё внимание, утешал и помогал. Злило то, как легко у них это происходит. — Мимо проходил, — Саске очень сильно постарался сделать безразличное выражение лица, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Не знал, что у тебя тут центр психологической поддержки для девчонок, Узумаки. Хоть бы табличку на подъезд повесил. Наруто от такого тона даже опешил. Он нахмурился, чувствуя, как его искреннее желание всё объяснить встретило очередные саркастические комментарии друга. — Слышь, Учиха, ты чего язвишь опять? — Наруто недовольно скрестил руки в ответ, повернувшись к нему всем корпусом. — Я тебе нормально всё рассказал. Сакура — моя подруга, и если ей плохо, я помогу. Что ты так трясёшься из-за этого вообще? Я и тебя, так-то, сюда привёл! Саске горько и едва заметно усмехнулся про себя. *«Потому что я для тебя точно такой же, как и все остальные»*, — пронеслось в его голове, и от этой мысли внутри всё окончательно заледенело. — Меня это не волнует, — тихо и веско оборвал его Саске, глядя Наруто прямо в глаза тяжёлым, уставшим взглядом. — Делай что хочешь. Занимайся благотворительностью дальше. Наруто открыл было рот, чтобы высказать всё, что он думает, но в этот момент вода в кастрюле с шумом попёрла через край, заливая конфорку. Блондин чертыхнулся, резко повернулся к плиту, выключил газ и с грохотом переставил кастрюлю на соседнюю конфорку, убавив огонь до минимума, чтобы рамен продолжал томиться. — Ой, да иди нахер, Саске, — тихо, но по-злому произнёс Наруто. — Засунь себе свою иронию поглубже. Я весь день хожу сам не свой, потому что ты на ровном месте в раменной включил мудака и перестал со мной разговаривать. Я всю дорогу из магазина думал, как перед тобой извиниться, хотя, блять, даже не знаю, в чём виноват! Увидел тебя на лавке — у меня сердце чуть не остановилось, потому что ты сидел там как труп. А ты сейчас сидишь с такой рожей, будто я твоего хомяка убил! Саске не шелохнулся, хотя зубы уже болели от того, как сильно он сжимал челюсть. Каждое слово Наруто попадало точно в цель, раня самое сердце. — Я просто не понимаю, чего ты от меня хочешь? — Наруто сделал шаг вперёд, упираясь ладонями в кухонный стол и низко наклоняясь к брюнету. — Что я сделал не так? Помог Сакуре? Да, помог! И тебе помогаю. Потому что вы — мои друзья, чёрт бы вас побрал! Или мне нужно было её на улицу вышвырнуть, что ли?! — Да при чём тут Сакура?! — наконец не выдержал Саске и со всей силы ударил кулаком по столу. Он резко поднялся со стула, оказываясь с Наруто почти вплотную. Маска безразличия окончательно треснула, обнажая всю ту ревность и отчаяние, что копились в нём последние дни. — Мне плевать на Сакуру, Наруто! Мне не плевать, что ты так относишься ко всем! Со всей своей открытой душой и доброй улыбкой, готовый помочь каждому встречному из-за своего бесконечно большого сердца... И ко мне ты относишься точно так же! Я для тебя — не больше, чем просто очередной «друг в беде», которого надо спасти! На кухне повисла мёртвая тишина. В голове Наруто с бешеной скоростью закрутились шестерёнки. Внезапно вчерашние слова Сакуры уже не казались глупым бредом. *«Наруто, ты совсем слепой? Он же ревнует тебя. К каждому столбу ревнует»*. И тут наконец-то все детали этого пазла встали на свои места. Всё это странное, колючее поведение Саске теперь обрело чёткий смысл. Его просто разрывало изнутри от мысли, что Наруто может принадлежать кому-то ещё. Наруто перевёл взгляд на бледное лицо друга. Саске тяжело дышал, его челюсти были крепко сжаты, а в глубине тёмных глаз таилась такая глубокая обида, что блондину стало физически больно. Упрямый Учиха стоял перед ним, буквально вывернув себя наизнанку, и больше всего на свете боялся оказаться для Наруто «просто одним из многих». Вся злость Наруто окончательно сошла на нет. Он подошёл к Учихе ещё ближе и уже полностью спокойным тоном сказал: — Ты сейчас серьёзно, Саске?