Нет Мира под Римом

      Иногда… иногда мне кажется, что всё нормально.       — ЕБ***Й РЭНДАЛ! Арчи! Держись! У меня бинты! — раздалось откуда-то сбоку.       ИНОГДА. Ключевое слово — ИНОГДА.       Каждый день я просыпаюсь ранним утром (раздражая своей бодростью невыспавшийся экипаж, ошивающийся вокруг) и «заказываю» у нашей долговязой психопатки какую-нибудь закуску посытнее. Сегодня например — это были яйца гигантских насекомых с сухарями, а вчера — остатки супа из молока, ананасов и волчатины. Завтракаю я в корабельной кантине, где после и остаюсь до самого обеда, помогая тут и там…       — ОТКУДА У ДИКАРЕЙ РАКЕТНИЦА?! НЕТ, Б***Ь, СЕРЬЁЗНО, ОТКУДА У ДИКАРЕЙ РАКЕТНИЦА?!       — ОНИ СТРЕЛЯЮТ! ЛОЖИСЬ!!! — не дожидаясь характерного свиста снаряда, я рухнул в окоп.       Свист и последующий взрыв прозвучали где-то в отдалении…       — … этот примитивный дебил не той стороной держал ракетницу… ЧЕГО УСТАВИЛИСЬ?! В атаку, пока они дезориентированы!       После обеда, не уступающего по странности завтраку и ужину, я обычно ухожу на перерыв и пытаюсь побить рекорд в аркадных играх или не проиграть стопку серебряных кредитов в покере. Иногда я просто забираю из морозильной камеры бутылку содовой (со вкусом опунции — та ещё дрянь, но в виде газировки нормально) и возвращаюсь в свою каюту. Там я обыскиваю планетарный интернет, подтягиваю навыки программирования и играю в более современные игры…       Толчок приклада отдаётся болью в плече, а в отдалении мужик с дротиком и в тунике падает замертво. Покойся с миром, дикарь. Надеюсь, что в следующей жизни ты полюбишь цивилизацию…       Была ли у вас видеоигра, за которую вы могли бы убить? Или уже убили? У меня да. Кучка серебряников из моей доли за голову одного психа плавно перекочевала на счёт в банке Чужеземцев, а оттуда — в казну Мегакорпорации VanillaGames™.       — Они отступают! Нет! Не преследуйте! Неохота мараться…       Иногда я развлекаюсь до вечера. Но часто (насколько часто — зависит от пристальности взглядов местных «трудоголиков») хожу по кораблю и по округе, помогая, где и как могу. Донести вещи, подержать шкаф или откопать что-нибудь (заначку, картошку, могилу — как повезёт). Кого-то подстраховать на охоте, кому-то, что-то починить и так далее.       Еще частенько зависаю в машинном отделении где наш «техносвященник» и менее пафосный механник подтягивают мои знания по «современной» технике.       В целом живётся, как будто ты самый доступный в деревне человек с крепким здоровьем и мозгами на месте.       Если подумать… так оно и есть… Правда не в каждой деревне припаркован космический корабль…       — Тц… Раненых среди оставшихся нет. Только трупы.       — Может… как бы сказать… в небольшую погоню? Подловить подранков на случай, если их свои побросают?       — Ну… Если хочешь — иди, не держу.       А. Ну да. Ещё бывает так, что куча агрессивных идиотов (или куда реже и к нашему сожалению — не идиотов) собирается за холмами и толпой идёт на штурм приземлившегося корабля.       Или все волки в округе сходят с ума.       Или из реки внезапно выпрыгивают машины войны.       Или из заброшенного сарая выползают гигантские насекомые.       В этом случае я, вместе с остальными, хватаюсь за оружие и иду отбиваться.       — Неплохой выстрел — выдала мне «коллега» по окопу неискренний комплимент, следя за отступающими через сложный прицел.       — Спасибо — вернул я неискреннюю благодарность.       Она оторвалась от прицела, быстро огляделась и резко толкнула меня на землю. А на то место, где стоял я, прилетела стрела.       Бросив злой взгляд куда-то в сторону, она поднимает энерговинтовку и, прицелившись, стреляет.       — Ниндзя хренов… Так устроил засаду и так облажался.       — Спасибо за помощь, кстати.       — Да забей.       Я встал на ноги и облокотившись на край окопа, начал осматриваться.       Там, где держали линию «ближники», лежал пяток трупов. Однако там, где стояли лучники племени, было гораздо больше мертвых. Особая благодарность гению, решившему накрыть нас «ракетницей судного дня».       Вот уж точно обезьяна с гранатой.       Наши тем временем, обменявшись парой фраз, начали расходиться. Большинство просто расходилось по округе, кое-кто начал обыскивать тела, и одна тройка бросилась в направлении убегающих налётчиков, «спасать» раненых и брошенных.       — А ты неплохо держишься. Хотя явно всё ещё витаешь в облаках — обратилась ко мне девушка, вылезая из окопа.       — Весь страх и ужас у меня выгорели после пятого пережитого рейда. — ответил я, поднимаясь следом.              Вру — ужас у меня выгорел еще в первый день на этой планете. В отличии от бесконечного охренивания от происходящего…

***

      Зовут меня Матвей Костров. Жил я в…       …       Слушайте, будем честны: никому не интересно слушать, что было до того, как меня сбил автобус. В первую очередь — не интересно мне. Мне ясно дали понять, что «домой» я не вернусь, поэтому я стараюсь об этом не думать. От такого у меня становится тяжело на душе, и я иду бухать, а затем... А... Неважно...       Кхм, э… Но о чём это я… Ах, да! Меня сбил автобус…       А потом началась дикая смесь из предсмертных глюков и прозрения на почве пересечения миров…       Следующее, что я помню: я в походной одежде, держу в руках винтовку и смотрю на океан.       Оцепенев, я продолжал смотреть на воду, когда рядом послышались шаги по песку.       — Ну, давай, задай этот вопрос: «где я»?       Я огляделся. Мой взгляд поочерёдно задержался на окружении: на океане, на чистом небе, на грязноватом, песчаном пляже, на собеседнике, разодетом как панк.       На его механическом глазе и такой же руке. На трёх лунах, которые ещё светились в утреннем небе.       — Я в раю? — тихо выдал я первое, что пришло в голову.       — ХА! Отличный настрой! Я бы тоже назвал это место раем… и далеко не за красивые виды.       Ненадолго повисла тишина. У меня было много вопросов. Но все они застряли в горле.       Мой собеседник достал хромированный портсигар и, откинув крышку, протянул мне.       — Я не курю, — отказался я.       — И правильно делаешь! Это грязно! И ну знаешь, там зависимость и прочее. За первой — вторая, а за второй третья. Потом астма, рак и вот те приходится ставить бионические лёгкие!       С этими словами он взял сигарету, откинул фалангу пальца на механической руке, обнажив что-то наподобии зажигалки, поджёг и захотел затянутся, но…       — Ты фильтр куришь.       «Панк» дёрнулся, посмотрел на сигарету и бросил её в песок, одновременно доставая следующую.       Молчание затянулось.       — Если я правильно понимаю — я не в раю.       — Не буквально, но…       — Не в раю, но умер, — перебил я его.       — Ага. Классика. Пьяный водитель. Я вообще не парился над методом.       — Как водитель автобуса может напиться… там же кондуктор… и пассажиры… Стоп, что за метод?       — Его споил пассажир, — ответил он, проигнорировав вторую часть вопроса.       Я неопределенно посмотрел на собеседника. Тот пожал плечами и добавил:       — Тем пассажиром, кстати, был я.       — Что. — Безэмоционально спросил я.       — Ох… Знаю этот взгляд… Дай угадаю, ты щас завалишь меня вопросами, мол: «накой ты это сделал?!», «почему именно я?», «зачем было отправляться в параллельное измерение просто чтобы похищать случайного человека?!»       Я проморгался и повернулся обратно к океану.       — Мысли читаешь? — спросил я.       — М-м-м… умею, но нет, не читаю. Так слишком скучно.       — Ты… очень конкретен и… неужели я настолько предсказуемый?       — Парень. Я — космическая НЁХ «пожравшая» кору планеты размером с Марс, которая вовсю погрузилась в изучение хаоса, энтропии и вероятностей всех видов. Для меня ваще ВСЁ слишком предсказуемо! Да и… конкретно эти вопросы — наиболее ожидаемые, так что не принижайся.       Мы помолчали ещё пару секунд.       — Но ты всё же очень конкретен, — попытался я докопаться до его мыслей.       — Ну… эт, самое… Просто буквально полчса назад Кассандра говорила со мной на эту тему. Посмотрела на меня точ таким же взглядом и задала те же вопросы.       Кассандра… НЁХ размером с Марс… хаос… до этого говорил о бионических лёгких…       У меня есть пара теорий…       — Ты… как-то слишком спокойно реагируешь, — сбил меня с мысли мой собеседник.       — Я… тебе честно сказать?       — Нет. Соври. Так интереснее.       Я дёрнулся, подумал секунду и выдал:       — Я прочитал слишком много фанфиков, чтобы этому удивляться.       Панк рассмеялся, а затем достал из-под плаща фляжку и сунул мне в руку.       Небольшой сосуд выделялся угловатым корпусом и расцветкой — оливково-зелёный с жёлто-золотыми узорами в виде дорожек микросхемы.       Открутив крышку, я принюхался, а потом глотнул. Простая вода. Похоже на минералку, но я не уверен.       Технологичный дизайн. Жёлто-зелёная расцветка.       Бросив ещё один взгляд на флягу, я выдал:       — Кажется, я знаю, где я. И кто ты.       — Ну вот и отлично! — мой собеседник вскочил и аж взбодрился. — Значится, можем пропустить ту часть, где я ввожу тебя в курс дела…       — Погоди-погоди! — Я немного пришёл в себя и… задумался.       Хотелось попросить всё-таки ввести меня в курс дела, но…       Я окинул взглядом собеседника, который с вызовом в глазах ждал, пока я продолжу.       Если это действительно тот за кого я его принимаю — то больше из него вытянуть не получится.       Подумав ещё немного, я решил задать вопрос на другую тему:       — Я так понимаю, моё мнение здесь роли не играет?       — Ну почему же? — Он по-доброму улыбнулся, но затем медленно наклонился и взял винтовку, которую я выронил до этого… — Я очень уважаю свободу выбора! Если хочешь — сделаем так будто бы я не вмешивался, и ты благополучно отправишься в посмертие!       Ствол винтовки направлся мне в лицо.       Внутри всё сжалось, но я зажмурился, вдохнул-выдохнул и выдавил:       — Какая-то не очень свобода в выборе. Выбор без выбора, я бы сказал. И думается мне что, если бы ты не вмешался — я был бы дома. И жив.       — Хм… Да… да, ты прав. Почти. — сказал он и бросил винтовку в песок. — Ну-с, тогда торгуйся. Я открыт к обсуждению. Только не проси переместить в другую вселенную, включая твою. Опустим причины — просто нет.       —… Можешь отправить меня на местную Землю? На… Великую Терру? — после десятка секунд раздумий ответил я.       — Не получится. Земля уничтожена.       Я тупо уставился на него, а он вдруг рассмеялся.       — Да шучу я! Хорошо всё на Земле… Просто это далеко и сложно, а в мирах ядра, к тому же, другие Архотеки мониторят происходящее, и мне не очень хочется с ними пересекаться.       — Тогда, может, на ближайший блестящий мир?       — М-м-м… Не. Там скучно будет. Утопия — это хорошо, но там совершенно нет приключений! Я спасу тебя от рутины! По той же причине я не отправлю тебя на средние миры.       Я замолчал, прикидывая варианты, и вздохнул.       — Тогда я, наверное, остаюсь… Почему же я чувствую себя так, будто меня обманули?       — Потому что тебя обманули! — выкрикнул он, указав на меня обеими руками. — Ну… а если серьёзно… Слушай, я некоторое время наблюдаю за тобой и думаю: если бы это был один из многих вариантов, ты бы всё равно выбрал остаться на Окраинах, после того как услышал мои аргументы.       —… Можно их услышать? — после короткой паузы спросил я.       — Зачем? Ты же уже согласился!       — Это не честно.       — Ты, наверно, думаешь, что тебе выпало 18 карат невезения? Правда в том…       — Баян. — Перебил я его.       Он замолчал на пару секунд, нервно бегая глазами.       — … ладно. Бывай, и да прибудет с тобой хаос… — попрощался он, медленно пятясь назад в сторону океана…       А потом развернулся и пошёл.       По воде.       Когда он отдалился от берега, а я немного пришел в себя — я крикнул:       — Ну, это уже совсем дешёвая отсылка!       Он от такого аж «поскользнулся» и упал в воду.       И пошёл ко дну. Медленно и в стиле Терминатора — только вместо большого пальца показывал средний.       Я завалился на спину.       И пролежал так в ступоре до утра следующего дня.

***

      Этот высокотехнологичный трикстер оставил мне не только винтовку с патронами, но и недельный паёк упакованной пищи, отрез брезента, походный котелок и… эту самую флягу. На самом деле, тут был почти трехнедельный паёк, но часть еды была украдена или испорчена вредителями, пока я лежал, словно парализованный.       После этого «паралича» я провёл ещё пару часов, скитаясь по набережной с котомкой, закреплённой на винтовке. Потом наступил полдень, и я устроился в тени под скалой.       Но, хоть я и обрёл «подвижность», в голову едва-едва приходили новые мысли. Думал я в основном о судьбе своей, о мире, о прошлом, о будущем. Обо всём, о чём мне не нравится думать в общем.       Если быть честным, на почве «оригинала» меня так и подмывало устроиться прямо под той скалой и заложить первый камень колонии. Впрочем, эта мысль надолго не задержалась. Не прошло и минуты размышлений, как я со вздохом решил, что один человек без навыков, инструментов и нормальных материалов не построит ничего, что будет стоить того, чтобы остаться на одном месте. Меня ничего не держало…       Я и не заметил, что к тому моменту, как дневная жара отступила, я уже с голодухи уничтожил полтора суточных пайка. Там же выяснилось, что фляга была «бесконечной» — каждый час она наполнялась чистой водой.       Влепив себе пощёчину, я наконец прогнал часть шока и нашёл в себе силы встать и пойти… куда-то. Я просто развернулся к океану спиной и пошёл.       Так я и шёл. Без мыслей, и без конкретной цели. Сначала день. Потом второй. На третий день — я нашел истоптанную и изъезженную дорогу без покрытия. А ещё решил, что мои запасы провизии не бесконечные и нужно думать…       С растениями была лажа. Хотя некоторые травы и деревья в округе выглядели знакомо, никакие ягоды, орехи или грибы не были известны, а я рассудил, что пытать удачу — не лучшая идея.       А вот с мясом было проще. После восстановления из памяти некоторой информации, усвоенной из шутеров, статей, пары походов в пороховой тир и опыта охоты с отцом, я смог правильно взять винтовку и аж с шестого выстрела сбить свою флягу с дорожного столба без знаков.              Приноровившись с винтовкой, я присмотрелся к небольшой птице, отдалённо напоминающей мне дикую курицу и, что удивительно, с первого выстрела добыл мясо.       В ретроспективе я думаю, что должен был применить ту же логику, что и к растениям. Дичь вполне могла быть заражена чем-то или сама быть ядовитой. Но мне тогда повезло.       Дальше была сложная «разделка», которая, как я думаю, — оставила в птице около 80% съедобного мяса из-за брезгливости, отсутствия понимания и инструментов, окромя несъёмного штыка. Потом я наконец смог развести костёр и пожарить в плоском котелке белое мясо, которое ВНЕЗАПНО было на вкус как курица. Благо в пайках была соль и немного других ингредиентов, позволивших сделать мясо нормальным.       Так что, с мыслями о том, что такая тактика меня долго не прокормит, но что я точно оттяну возможную смерть от голода, я подстрелил и «упаковал» ещё одну птицу и продолжил путь.

***

      На пятый день пути я встретил людей…       Ну, или, вернее — это они меня встретили.       Уснул под деревом, слушая треск костра, а проснулся от того, что мне в голову тыкали мушкетом.       Я клянусь, что НЕ визжал как резаный и НЕ получил пулю в плечо просто из-за паники. Я отреагировал так же, как и на другие откровения в этом захолустье, — непробиваемым ступором. А шрам, который мне «сводила» наша штатная психопатка, — был получен, когда я уже добрался до своего нового дома. Да.       После непродолжительной суматохи и громкого, грубого обмена «мнениями» выяснилось, что разбудившие меня прекрасно говорили на моем языке… или, вернее, — я прекрасно говорил на их языке.       Как позже выяснилось, когда я пытался говорить на русском, у меня инстинктивно получалось говорить на странном языке, напоминающий смесь греческого и латинского с вывернутой, но на удивление простой и понятной грамматикой.       Позже я смог заговорить на русском и английском, но так или иначе было ясно, что трикстер позаботился о том, чтобы «подгрузить» мне местный «всеобщий галактический» язык. Спасибо ему за это что-ли…       Ну так вот… большая часть этого «отряда» просто несколько раз бросила: «Что?» и «Говоришь на языке Чужеземцев?» на мои вопл… на мою речь, пока остальные перебрасывались фразами на совсем уж непонятном языке. А их командир кивнул про себя и начал обращаться уже на «общем».       После непродолжительного допроса «солдаты» опустили оружие, а «командир» явно подобрел.       Как мне потом объяснили, они просто хотели убедиться, что я не Пират или Разбойник. Им в целом хватило того, что я внятно говорю и не тянусь к винтовке. В конце концов, если они будут докапываться и поднимать на пики каждого встречного путника, ни им, ни их «королевству» (как они выразились…) лучше не будет.       Я решил проглотить возмущение по поводу того что они были в шаге от того чтобы собственно «поднять на пики случайного путника». Решил не эскалировать.       Через полчаса мы с «командиром» (оказавшимся торговцем по имени Георгий) говорили в гораздо более дружелюбной манере. Георгию было неинтересно, кто я такой и что делаю в глуши («Таких по миру сотни ходят!», как он сказал), но зато он с показательным рвением рассказывал, кто они такие и откуда происходят.       Довольно быстро стало понятно, что я встретил торговый караван фракции, которую в игре называли «королевством». Из того, что я знал по игре и что рассказал он, это объединение вольных «крепостей» — небольших городов-государств средневекового уровня развития.       Крепости эти были, по факту, небольшими городами и деревнями с каменными стенами, за которыми, под властью «лорда», жили «и купцы с аристократами, и крестьяне с ремесленниками», пусть и в разных условиях. Жили крепости сельским хозяйством, ремеслом и торговлей.       Впрочем, конкретно караван Георгия оказался далеко от ближайшей крепости. Как он объяснил, они везли товар в отдаленные от их родного города земли, минуя обширную ничейную территорию.       Недолго думая и не имея широких вариантов, я попросил немного попутешествовать с ними. Как ни странно, он согласился. Было нормально подбирать случайных путников. В караване даже был один такой — какой-то архитектор из «Республики», который купил себе место в пути. Скривившись после того, как я ответил на вопрос о моих «финансах» и немного подумав, Георгий предложил кормить меня за счет каравана при условии, что я помогу его разведчикам на охоте и встану в строй, если на караван нападут бандиты.       Когда я удивился его щедрости, тот просто отмахнулся. Сказал, что ему совесть не позволит смотреть на то, как тот, кто путешествует с караваном, голодает, пока сам он и его люди сыты.       Так что следующая неделя прошла без особых проблем: я сам не голодал и чувствовал себя в безопасности. Правда, Георгий заставил меня «для безопасности» заложить ему патроны, пообещав вернуть «в случае нужды».       С охотой сразу вышла лажа. Мы с теми, кого Георгий гнал на охоту, быстро выяснили, что, хоть я «умело по меркам крестьянина» держу «мушкет чужеземцев», для помощи умелым выживальщикам этого мало, и я в лучшем случае путался под ногами разведчиков. Они, впрочем, отмахнулись: «Да ты погляди, сколько в округе дичи — один человек не доведет караван до голода!» и нагло врали Георгию, приписывая мне мелкие достижения. Сдается мне, что Георгий вполне себе прознал про это, но ему не было дела.       Разведчики сами, кстати, тоже были хороши. Отошли от стоянки на сотню метров, подстрелили условную антилопу, и остаток «смены» неторопливо прогуливались по округе. А потом, естественно, толкали байки о «великой охоте».       На мой вопрос о, собственно, «разведке» они просветили меня, что такие походы разведку не включали — они просто добывали дичь, а для обследования местности они ходили в другие походы. Просто меня туда не звали, и я их не видел.       Впрочем, я достаточно быстро нашел себе нишу. Нужно отметить, что большинство охранников и рабочих каравана «средневековыми дебилами» не были, но явно производили впечатление людей, не очень способных в интеллектуальной работе. И вот вечером третьего дня моего пути с караваном ко мне подошел стражник и поинтересовался, действительно ли я Чужеземец и обучен ли я грамоте.       Уже через полчаса он с дружками впряг меня прочитать десяток писем на общем и написать пару в ответ. Все это сопровождалось жалобами на «того сноба из Республики», к которому они до этого приходили за помощью. Вручив за труды маленькую стопку серебряников, следующим вечером они снова пришли, но уже с заметно меньшим количеством проблем. А потом работа для «грамотея» у них закончилась. Думается, они и сами бы со всем справились, но им было лень.             Чуть позже пришел тот самый «пассажир» из Республики. Представившийся Кириком архитектор сначала задал пару, как мне показалось, бессвязных вопросов, чтобы проверить меня, а потом попросил помочь с расчетами. Серия математических задач про цену материалов, устойчивость стен и угол наклона фундамента была, очевидно, сложнее работы с корреспонденцией, но не слишком сложной. Заплатил античный архитектор всего-ничего, но предложил поработать на него до конца пути в обмен на оплату моего места в караване. Судя по тому, что он говорил, ему не столько нужна была помощь, сколько общество смышленного человека.       В остальном, помимо обмена эпическими историями у костра, ничего интересного не происходило.

***

      В какой-то момент мы вышли к «поселению».       Это был не тот вольный город философии и вина, куда держал путь Кирик и не нуждающаяся в припасах крепость, куда шел сам караван. На самом деле, это и поселением назвать было сложно.       Караван остановился здесь для мелкой торговли, и ночевки. Крупный мужчина встретил нас, стоя на вершине ветряного насоса с винтовкой в руках и сопровождая все это ругательствами. Но после короткого представления он успокоился и вместе со своей женой встретил нас.       Это было ранчо. Классическое ранчо «дикого запада», населённое ровно двумя людьми — мужем и женой. Как я потом выяснил, обычно здесь жило еще с десяток рабочих из города Переселенцев на юге, но в зимнее время пара справлялась своими силами. Сейчас в регионе было начало весны и рабочее подкрепление на сезон еще не прибыло.       Я не видел самого «делового разговора» Георгия с хозяевами, но, как я потом узнал, хозяева заломили цену за разрешение переночевать на их территории. В итоге Георгий договорился о скидке при условии, что он купит у них пару муффало. Судя по тому, как рабочие таскали туда-сюда мешки и какую-то мелочь, сделка включала еще что-то, но подробностей я так и не узнал. Так что через какое-то время караван уже устраивался в крупном, полупустом амбаре.       Я тем временем подумывал о том, чтобы выйти на контакт с более «продвинутыми» обитателями планеты. Банда Георгия, он сам и Кирик произвели хорошее впечатление, но… ну я не возлагал и не возлагаю больших надежд на представителей… наций? государств? групп? — которые придерживаются средневекового и античного уровня развития. Переселенцы и Чужеземцы мне все-таки больше нравились.       Вы, возможно, задаетесь вопросом: «Да кто такие эти твои Чужеземцы и Переселенцы?». Ну так вот: люди на Окраинах, что очевидно, сбиваются в группы. Фракции. Чужеземцы и Переселенцы — это, собственно, две таких фракции.       Опущу то, как это выглядело в первоисточнике, и сосредоточусь на том, что мы имеем здесь. Чужеземцы и Переселенцы — это два невраждебных друг-другу альянса независимых поселений «индустриального» технологического уровня (примерно, как 19-20 века на Земле). В то время как племена, королевства и прочие примитивные обитатели планеты происходят от первых колонистов, прибывших на планету в то время, когда она была терраформированна — Чужеземцы и Переселенцы прибыли на планету относительно недавно: Чужеземцы — четыре-пять веков назад, а Переселенцы — около ста с чем-то лет.       На практике разница между ними была небольшая, особенно для местных жителей. Разве что Переселенцы чуть агрессивнее и изолированнее. Основные различия были в культуре и происхождении. Чужеземцы происходят от колонистов из среднего кольца, а Переселенцы — от колонистов из Пределов — внешнего кольца обитаемой части галактики. В остальном — одно и то же. И те, и те — потомки колонистов и всех тех, кого они завербовали в свои ряды. Обе фракции примерно понимают технологии предков, прилетевших из-за звёзд, но пользуются более простыми ресурсами, оружием и промышленностью, отбросив всё что не лежало в основе их выживания и образа жизни.       Всё это — отчасти то, что я помнил из лора игры и отчасти то, что вытянул из разговоров с владельцами ранчо. Если хозяин явно был не в настроении болтать и просто бросил мне требование «не мешать ему работать» (при том, что сам он в это время в обнимку с бутылкой «химогона» дремал под деревом), то его жена явно соскучилась по новым собеседникам и с радостью рассказывала мне и некоторым энтузиастам из каравана о быте и истории Переселенцев в целом и их семьи в частности.       Немолодая пара — Гектор и Синтия Вашингтоны — сошлась относительно недавно. Четыре года назад странствующий «ковбой» спас застрявшую в глуши торговку Переселенцев, чей караван разграбили рейдеры. А потом всё завертелось, и уже через полгода в ближайшем городе они сыграли свадьбу. Пара решила осесть неподалёку от города, и с поддержкой семьи девушки (и фактических управленцев этого самого города) построила здесь небольшое ранчо, вложив в это дело значительную часть накоплений, свадебных подарков и приданного.       Дела шли неплохо. Гектор с оплачиваемой помощью из города следил за хозяйством, а Синтия вела счета и занималась сбытом. Деньги копились, ранчо понемногу улучшалось, семья не бедствовала, а город неподалёку радовался источнику химтоплива, мяса, шерсти и прочего.       Правда, Синтия жаловалась, что в округе постоянно происходит всякая дичь. Например, однажды на ограду упал метеорит, и потом им пришлось отлавливать разбежавшихся по округе муффало. Или однажды им в дом пробрался голый сумасшедший, который едва говорил и вёл себя как животное. Самой эпичной была история о том, как молния ударила в хлев… с бумалопами.       «Хлев горел три дня. Три. Б***ких. Дня. А Гектор, когда это увидел, — пожал плечами и решил, что ничего нельзя сделать. Так что он притащил шезлонг (!), взял выдержанный виски и сел смотреть, как всё горит.»       Я под конец этих историй брякнул что «Ренди развлекается», за что стражник из каравана отвесил мне подзатыльник.       — Вот если б этого придурка реже вслух поминали, — может быть, и не было бы такого!       Похоже, Ренди с его выкрутасами вполне известен в этом мире…       А ещё Синтия определила меня в «Космические Беженцы» как тут называют всех «пришельцев», потерпевших крушение на планете. Технически она даже права… Свой вывод она аргументировала моим снаряжением, отстранённостью от прочего контингента каравана и интересом к истории местных земель.       Я её предположения опровергать не стал. Выдал короткую байку-которая-не-байка про то, что я без полутора лет студент со среднего мира, а здесь оказался по воле случая. Она и прочие поверили.       Под конец, когда мы расходились Синтия как бы невзначай упомянула, что нанятые ими сезонные рабочие задерживаются, а им в хозяйстве пригодится пара лишних рук, готовых поработать за серебро. Стража и рабочие каравана отмахнулись, сославшись на контракт, одновременно обсуждая между собой сомнения в работе на Переселенцев. А вот я крепко задумался…       Когда я обсуждал это с Георгием он просто пожал плечами. Ему было незачем держать меня здесь, хотя на моём месте он бы не искал уважения у Переселенцев, работая как крестьянин. Хотя идею ненадолго осесть здесь — одобрил. Посоветовал скопить серебра, отправиться в какой-нибудь крупный город и попытать счастья там как счетовод или писарь или «… ну или какая там у Чужеземцев признанная работа для мыслителя?»       В общем, утром я подошел к Гектору, занятому огородом, и поинтересовался насчёт вакансий. Тот окинул меня взглядом и направил меня к Синтии. Сказал, что я вполне соответствую его ожиданиям от работника, но с бумагами и оплатой работает его жена.       Та явно обрадовалась помощи, и уже через час я подписал контракт. Правда, отчего-то казалось, что она меня надурила с оплатой. Слишком хитро она тогда улыбалась, да и в такой ситуации было «грех не обмануть». К тому же я не был уверен в ценности местных денег… Впрочем, в остальном всё выглядело честно.       Так что, выкупив заложенный боезапас (недосчитавшись половины патронов) и проводив караван, я отправился помогать Гектору. Хозяева ранчо подумывали расширить стадо муффало, и нужно было переделать ограду.       Начались нелёгкие, но спокойные будни…       Впрочем, я не учёл одного очень важного фактора.       Ренди же прямым текстом сказал, что «спасёт» меня от «рутины» …