Пёс и Ладья

Вертолёт шёл низко, почти касаясь верхушек деревьев. Ночь была безлунной, густой туман стелился по земле, превращая приграничный лес в серую, призрачную пелену. Внутри машины царила тишина, нарушаемая только приглушённым гулом двигателей и лёгким металлическим лязгом экипировки. Рук сидел ближе к двери, HK416A5 лежал на коленях. Тяжёлый жилет плотно облегал широкие плечи, запасные магазины были распределены идеально. Он периодически поглядывал на напарника. Хаунд сидел напротив, полностью сосредоточенный. Полумаска скрывала нижнюю часть лица, но серо-голубые глаза над ней оставались холодными и настороженными. Светло-русые волосы были частично прижаты тактическим шлемом, но несколько непослушных прядей всё равно торчали. В руках — Mk 14 EBR, любимая винтовка для дальнего прикрытия. — Две минуты до точки высадки, — раздался голос пилота по общей связи. Прайс из центра управления добавил коротко: — Помните план. Тихо. Разведка в первую очередь. Хаунд, ты знаешь их лучше всех. Рук — общий контроль. Гост и Соуп держат периметр. Хаунд коротко кивнул, не отрывая взгляда от пола. Рук заметил, как тот машинально проверил нож на поясе — привычный жест, который выдавал внутреннее напряжение. Три года прошло, но когда дело касалось «Волкодавов», парень становился ещё более собранным. Почти по-звериному. Вертолёт завис над небольшой поляной. Группа быстро и бесшумно спустилась по тросам. Как только ноги коснулись мокрой земли, машина ушла вверх и растворилась в ночи. Туман сразу обволок их, приглушая звуки. — Формируем порядок, — тихо скомандовал Рук. Его низкий хрипловатый голос звучал спокойно, но твёрдо. — Хаунд — впереди, я за тобой. Гост — левое прикрытие, Соуп — правое. Держим дистанцию. Хаунд двинулся первым. Он шёл легко, почти неслышно, несмотря на экипировку. Каждый шаг был выверен — парень знал этот лес. Или очень похожий. Рук шёл следом, тяжёлой, но удивительно тихой поступью. Его широкая фигура словно сливалась с деревьями. Он постоянно сканировал сектора, держа оружие готовым. Лес был густым, сырым. Под ногами хлюпала грязь, ветки цеплялись за одежду. Через пятнадцать минут Хаунд поднял кулак — сигнал «стоп». Все замерли. — Передовой пост в двухстах метрах, — прошептал он по связи. Голос был приглушённым, но резким. — Два человека. Я вижу тепловизор. Иду на позицию для прикрытия. Рук кивнул. — Понял. Занимай высотку. Мы подходим ближе. Хаунд растворился в тумане, двигаясь в сторону небольшого холма слева. Рук повёл оставшуюся тройку вперёд, медленно, шаг за шагом. Каждый метр они проверяли на мины — Хаунд заранее предупредил о возможных растяжках. Через десять минут они залегли в кустах в ста метрах от забора лагеря. Рук достал бинокль с тепловизором. Лагерь был именно таким, как описывал Хаунд: несколько модульных построек, вышки с пулемётами, грузовики под маскировочной сеткой. Часовые ходили по привычному маршруту. — Хаунд, доклад, — тихо запросил Рук. — На позиции. Вижу всё. Южный сектор чист, камеры можно снять. Давай зелёный. Рук оценил ситуацию ещё раз. Всё шло по плану. Пока. — Начинаем. Тихо входим через юг. Я первый, Хаунд прикрывает. Они двинулись. Хаунд с высотки точно и бесшумно снял двух часовых на вышке. Глушитель сработал идеально — только тихий хлопок и падение тел в грязь. Рук перерезал проволоку, пропустил группу. Внутри периметра запахло дымом от костров, соляркой и оружейной смазкой. Они двигались от укрытия к укрытию. Хаунд спустился и присоединился к основной группе. Теперь они работали в паре вплотную: Рук — тяжёлая поддержка, Хаунд — быстрый штурмовик. У первого склада Хаунд показал жестом «двое внутри». Рук кивнул. Они синхронно вошли. Хаунд ворвался первым — молниеносно, точно. Два тихих выстрела из M4A1. Рук зачистил угол, добил раненого. Всё заняло меньше десяти секунд. — Чисто, — выдохнул Хаунд, уже обыскивая столы. — Документы. Карты, списки поставок. Бери. Рук быстро сложил бумаги в непромокаемый пакет. Их взгляды на секунду встретились. В глазах Хаунда горел знакомый холодный огонь — смесь ярости и сосредоточенности. — Хорошо работаешь, — тихо отметил Рук, прикрывая дверь. Хаунд хмыкнул под маской. — Ты тоже не отстаёшь, немец. Но это только начало. Дальше будет сложнее. Они двинулись к следующему зданию — административному модулю. Туман начал редеть, что добавляло напряжения. Где-то вдалеке послышался лай собаки. Хаунд мгновенно напрягся. — У них были собаки… раньше, — пробормотал он. — Если почуют — поднимут тревогу. Рук положил тяжёлую руку ему на плечо — коротко, успокаивающе. — Держим темп. Ты знаешь их. Веди. Хаунд кивнул и пошёл дальше. Но Рук заметил: движения парня стали чуть более дёргаными. Гипербдительность включалась на полную. Он постоянно проверял углы, отражения в окнах, каждый звук. У входа в модуль они столкнулись с патрулём — трое бойцов шли прямо на них. Первый контакт. Хаунд среагировал первым. Быстрый, агрессивный штурм. Он влетел в ближний бой, ножом снял ближайшего, потом очередь из автомата. Рук открыл огонь с задержкой в долю секунды, прикрывая напарника. Гост и Соуп подключились с флангов. Перестрелка была короткой, но шумной. Несколько пуль прошли совсем близко от Рука. Одна зацепила его жилет. — Чисто! — выдохнул Хаунд, тяжело дыша. Он быстро сменил магазин. — Но теперь они знают. Нужно ускоряться. Рук кивнул, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь. — Переходим к захвату пленного. Хаунд — ты знаешь, где могут быть офицеры. Веди. Они ворвались в административный модуль. Внутри — карты на стенах, компьютеры, несколько испуганных бойцов. Хаунд двигался как одержимый: комната за комнатой, точные выстрелы. Рук шёл следом, координируя и добивая. В одной из комнат Хаунд вдруг резко остановился. На столе лежали старые фотографии — лица, которые он явно узнал. Его дыхание сбилось на секунду. — Хаунд, — тихо, но жёстко сказал Рук, прикрывая дверь. — Не сейчас. Соберись. Артём тряхнул головой, схватил несколько документов и кивнул. — Понял. Есть один живой. Вяжем. Они скрутили среднего по званию офицера «Волкодавов» и потащили к точке эвакуации. Но лагерь уже просыпался. Крики, выстрелы, сирена вдалеке. — Отходим! — скомандовал Рук. — Хаунд, дальнее прикрытие! Хаунд занял позицию у забора, снайперская винтовка в руках. Его выстрелы были точными, как всегда. Каждый раз, когда кто-то из преследователей показывался, падал. Рук с пленным и остальной группой прорывался к лесу. Пули свистели вокруг. Одна попала в дерево прямо над головой Хаунда, когда тот присоединился к отходу. — Все целы? — спросил Рук по связи, когда они углубились в лес. — Цел, — отозвался Хаунд. Голос был хриплым от бега. — Но это было слишком близко. Они усилили охрану с прошлого раза… Они продолжали отход. До точки эвакуации оставалось ещё два километра. Туман сгущался снова, но теперь за спиной слышались голоса преследователей и лай собак. Рук шёл рядом с Хаундом, прикрывая его спину. Напряжение между ними росло — не враждебное, а то самое, которое рождается в бою, когда понимаешь: этот человек может реально прикрыть тебя. И ты — его. Операция только набирала обороты. И Рук уже чувствовал, что эта ночь станет проверкой для них обоих.