Не просто имитация

      Бросив быстрый взгляд на часы в углу монитора, Виктор снова уставился на неподвижно возвышающийся практически бесформенной грудой, лишь отдаленно напоминающей человеческую фигуру, кокон, состоящий из окаменевшей желто-коричневой слизи, и недовольно покачал головой. Судя по показаниям датчиков, мутация уже должна была произойти. Неужели целый год упорной работы пошел насмарку, и он упустил свой единственный шанс?       Вскинувшись, он нервно прошелся туда-сюда, неловко зацепив мутированной рукой лежащую на краю стола папку, и несколько десятков печатных листов с тихим шорохом, подобно осенним листьям, разлетелись по всей лаборатории. Виктор раздраженно закатил глаза. Уже столько времени прошло, а он до сих пор не до конца привык к своей новой форме. Нечто подобное с ним происходило и после имплантации паразита NE-γ: тогда он тоже долго не мог привыкнуть к собственному изменившемуся телу. Но одно дело – увеличившийся рост, мышечная масса, поменявшая структуру кожа и значительно возросшая сила, и совсем другое – мутированное щупальце вместо руки. Доступ в сообщество людей Виктору теперь окончательно заказан, и для продолжения работы ему был жизненно необходим человеческий аватар.       Свою одержимость Леоном Кеннеди Виктор признал давно, еще в момент их первой личной встречи в медицинском центре Роудс-Хилл, куда тот ворвался без приглашения, за что и поплатился. Виктор мог сразу убить его, но не сделал этого, и очень долго не мог понять, почему. Поначалу он считал, что виной этому был просто научный интерес, желание испытать агента на крепость, найти предел его самообладания, а затем сломать и уничтожить, сперва морально, а затем и физически. Однако чем дольше Виктор об этом думал, тем глубже убеждался, что причина все-таки состояла в другом. Причиной был сам Леон, его беспрецедентные способности, которые сделали бы из него идеальный образец биооружия, если бы только Виктор нашел способ им управлять.       Средство, которое бы позволило воплотить эту идею в жизнь, нашлось не сразу. Обычное клонирование Виктор быстро отмел: все клоны обладали собственным сознанием, а работа с исследованиями Спенсера в области контроля человеческого разума без уничтожения осознанности носителя вируса в итоге ни к чему не привела. И лишь после долгих напряженных изысканий решение внезапно нашлось, и им стало несправедливо задвинутое на самую заднюю полку детище Карлы Радамес.       Виктор понимал, почему, несмотря на исключительную вирулентность, наследованную от Т-Вируса, сочетающуюся с экстремальной мутабельностью Г-Вируса, К-Вирус не снискал особой заинтересованности у потенциальных покупателей. В отличие от того же Т-Вируса, который обладает способностью стремительного самораспространения через инфицированные организмы, масштаб охвата К-Вируса строго ограничен количеством имеющегося у владельца газа, не говоря уже о вообще поштучном инъекционном способе заражения. Однако исследователи почему-то забывали об еще одном уникальном свойстве К-Вируса, а именно возможности мутации в заранее определенную форму. И Виктор принял решение воспользоваться именно этим его свойством.       Последующие долгие месяцы Виктор занимался подбором правильной формулы для выведения строго определенной формы мутации. Дело еще здорово осложнялось тем, что запас базового биоматериала ограничивался лишь небольшой пробиркой пробы крови, предусмотрительно взятой у Леона, когда тот был без сознания. Добыть еще у Виктора никакой возможности не было, потому ошибка была категорически недопустима. Бесконечные формулы, расчеты, симуляции долго не приводили к нужному результату. И когда, казалось, все данные, наконец, сошлись, и дело оставалось за малым, на пути внезапно возникло новое препятствие: поиск подходящего носителя необходимого набора генов.       После уничтожения Зено доступ к ресурсам «Соединения» для Виктора был безоговорочно закрыт. Ему пришлось задействовать все свои связи и ресурсы, в том числе и материальные, для поиска человека, чьи генетические данные полностью соответствовали бы необходимой форме мутации. Тысячи образцов крови, терабайты данных, несчетное количество часов. Казалось, научная концепция, а с ней и будущее Виктора, обречена на провал, когда, наконец, носитель все-таки нашелся.       На этот раз Виктору несказанно повезло: носителем нужного набора генов оказался уголовник, серийный убийца итало-американского происхождения, отбывающий свой пожизненный срок в одной из федеральных тюрем в соседнем штате. Бесследное исчезновение такого человека организовать было значительно легче и дешевле, чем, скажем, какого-нибудь добропорядочного члена общества. Так что спустя всего две недели носитель в бессознательном состоянии был доставлен в расположенную в горах тайную лабораторию Виктора, где тот без промедления, лишь еще один, последний раз проверив правильность всех расчетов, запустил процесс мутации.              Негромкий, но показавшийся довольно резким в тишине лаборатории треск, разом вырвал Виктора из задумчивости. Вскинувшись, он обернулся и как раз вовремя, чтобы увидеть, как кокон с сухим хрустом пошел сетью трещин, а затем вдруг его оболочка лопнула, выплеснув наружу густую мутную жижу, и на пол тяжело вывалилось облепленное тягучими нитями темной слизи человеческое тело.       Взяв предусмотрительно приготовленный инъектор со смертельной дозой транквилизатора, Виктор осторожно подступил к мутанту. Несмотря на все расчеты, вероятность ошибки исключать было нельзя, и тогда существо нужно будет умертвить прежде, чем оно успеет хотя бы попытаться проявить агрессию.       Мутант слегка пошевелился, приподнялся, неловко опершись на руку, обвел пространство вокруг себя мутным взглядом и остановил его на Викторе. Тот едва сумел сдержать торжествующий возглас.       – Что?.. – выдавил из себя мутант очень хриплым голосом.       Виктор отложил инъектор и, вплотную приблизившись к своему творению, присел перед ним на корточки и покровительственно улыбнулся.       – С днем рождения, Леон.       Результат тяжелой и долгой разработки Виктора превзошел все ожидания. Мутант не просто унаследовал все основные физические данные Леона Кеннеди, он получился его абсолютным клоном. Правда, конкретно в данный момент выглядел он премерзко: голый, обмякший, с облепившей все его тело темной вонючей слизью, стекающей вязкими потеками и с тихими шлепками капающей на застеленной клеенкой пол. Виктор брезгливо поморщился.       – Как себя чувствуешь?       Леон отвел взгляд, нахмурившись, видимо, пытаясь сконцентрироваться.       – Странно.       – Встать можешь?       – Думаю, да.       ­– Тогда, ради всех святых, сходи в душ и оденься. – Виктор взмахом руки указал направление. – Как раз придешь в себя, тогда и поговорим.       Выпрямившись, Виктор с интересом пронаблюдал, как Леон, не без труда, поднялся и побрел в душевую, и победно улыбнулся.              Леон долго не возвращался. Виктор не торопил его, хотя, что уж греха таить, буквально изнывал от нетерпения убедиться, что его творение вышло именно таким, каким он его задумал. Наконец, спустя долгих тридцать минут, тот снова появился в лаборатории. Виктор только восхищенно покачал головой, поражаясь возможностям К-Вируса. Облаченный в приготовленные для него джинсы и футболку, клон Леона выглядел один в один как оригинал в тот момент, когда Виктор взял образец его крови. Единственное, что Виктор полностью исключил из органической модели – наличие Т-Вируса. Все остальное он намеревался сохранить, и, похоже, ему это удалось.       – Как самочувствие? Получше? – максимально мягким, заботливым тоном поинтересовался Виктор.       Леон остановился на пороге, напряженно покосился на валяющиеся в огромной луже слизи обломки кокона и перевел взгляд на Виктора.       – Что происходит?       Еще одним уникальным свойством К-Вируса была возможность запрограммировать на уровне подсознания мутанта приказы, сохраняя при этом его мозговую деятельность на прежнем уровне. Клону Леона было внушено беспрекословное подчинение Виктору, хотя личность прообраза явно сопротивлялась этому, отчего происходил когнитивный конфликт. Впрочем, все это было лишь временным явлением, и, как только смятение после перерождения уляжется, Леон станет идеальным солдатом, лучшим образцом биоорганического оружия, превосходящим даже самые успешные образцы Тирана.       Виктор приглашающе махнул рукой.       – Пройдем в кабинет, там нам будет намного удобнее.       Леон еще немного поколебался, однако все же подчинился и проследовал вслед за Виктором в соседнее помещение.       Опустившись в кресло, Виктор дождался, пока Леон присядет на диван, и, кивнув в сторону бара, предложил:       – Выпьешь что-нибудь?       Леон отрицательно качнул головой.       – Нет, спасибо, мне, судя по всему, уже хватит. Может, ты уже ответишь на мой вопрос?       Виктор понимающе кивнул.       – Ты что-нибудь помнишь? – все так же очень мягким, покровительственным тоном начал он.       Леон задумчиво нахмурился, а затем покачал головой.       – Нет. Ничего. У меня амнезия?       – Вовсе нет. Причина отсутствия воспоминаний лишь в том, что у тебя их попросту нет. Ты только сегодня появился на свет. Думаю, отчасти ты уже догадался, что к чему. Ты – искусственно созданный человек.       Расчет на способность Леона сохранять хладнокровие в любых ситуациях оказался верным. Уставившись в пространство перед собой, он несколько раз медленно моргнул, переваривая полученную информацию, и тихо пробормотал:       – Похоже, мне все-таки стоит выпить.       Виктор выдержал небольшую паузу, давая Леону прийти в себя прежде, чем продолжить.       – Твое имя – Леон. Леон Кеннеди. Меня же зовут Виктор Гидеон. Я – твой создатель.       На лице Леона неожиданно отразилась крайняя степень разочарования.       – Ты? – Он смерил Виктора взглядом, демонстративно остановив его на мутированной руке, и покачал головой. – А могу я просто вернуться в тот кокон?       Виктор не сумел сдержать ухмылки. Перемещение личности Леона в новое тело удалось идеально.       – Ладно, хорошо. – Леон вскочил на ноги и нервно прошелся по кабинету. – Допустим, ты меня создал. Для чего?       – Для того, друг мой, что мне нужен партнер.       – Нет, спасибо, дружище.       Все-таки Виктор поторопился. Не стоило вываливать на Леона всё и сразу. Несмотря на его способности к самообладанию, просто принять происходящее он еще был не в состоянии.       Леон тем временем направился к двери.       – Я ухожу.       – Нет, не уходишь.       Леон резко застыл на месте, а затем медленно развернулся, глядя на Виктора исподлобья.       Мутант не мог ослушаться приказа Виктора, однако тот не хотел, чтобы он подчинялся ему из-под палки. Настоящий Леон Кеннеди был достаточно умен, чтобы осознавать, что является лишь пешкой в руках правительства, пусть даже его интересы обычно совпадали с интересами начальства. В случае же с клоном Леона Виктор был намерен в корне изменить ситуацию. Лучшего результата можно достичь только лишь в том случае, когда солдат уверен, что он действует по собственной доброй воле, а не по приказу командира.       – Не горячись, Леон, – мягким тоном проговорил Виктор, медленно вставая из кресла. – Подумай сам. У тебя никого нет. Тебе некуда идти. Ты для этого мира просто не существуешь. Но, если ты останешься со мной, тебе точно будет для чего жить. Поверь, у меня очень большие амбиции на этот мир и очень серьезные планы в отношении тех, благодаря кому со мной произошло это, – кивнул он на свою мутированную руку.       Леон молчал, продолжая пристально смотреть на него. Виктор покровительственно улыбнулся.       – Выйди, проветрись, а затем возвращайся, и я все тебе объясню и все расскажу. Только не задерживайся, у нас с тобой очень много дел.       – Я подумаю, – холодно бросил Леон и скрылся за дверью.       Виктор только удовлетворенно усмехнулся, спокойно глядя ему вслед.