Эхо оборванной струны

ПРОЛОГ

Холодный земной дождь барабанил по крышам, смывая грязь, но не ту грязь, что въелась в искалеченные крылья падшего ангела. Армарос сидел в полумраке заброшенного здания, бережно, до дрожи в пальцах, полируя смычком струны своей скрипки. Музыка была его единственным утешением, его криком и его проклятием. Он помнил всё до мельчайших деталей. Тот роковой вечер. Глупый пистолет в его руках — оружие, которое он взял лишь ради того, чтобы доказать свою силу, уничтожив демона. И Майкл, который без раздумий бросился под пулю, закрывая собой ту самую демоницу — родственную душу своего брата. Трагедия, изгнание, позор. С тех пор Армарос бредил местью. Он внушил себе, что Майкл виноват в его падении. Настоящий ангел не стал бы защищать исчадие ада, верно? Значит, Майкл должен заплатить. Но план мести рухнул в тот момент, когда Армарос выследил свою цель в человеческом городе. Что-то пошло совершенно не так.

ГЛАВА 1. НЕВОЗМОЖНАЯ ВСТРЕЧА.

А — Армарос; М — Майкл. Армарос ждал его в глухом переулке, сжимая в кармане то самое оружие. Слышны шаги. Знакомый силуэт. Майкл шёл спокойно, погруженный в свои мысли. А: Ну привет, «святоша». Армарос прошипел, выходя из тени. Его голос сорвался на агрессивные, неестественные ноты, а из-под капюшона блеснули глаза искажённого существа. Майкл остановился. На его лице не было страха. Лишь глубокая, бесконечная усталость и тень удивления. М: Армарос? Ты... жив. — тихо произнёс голубоволосый. А: Разочарован? Падший вскинул пистолет, его крыло судорожно дёрнулось, оставляя следы тёмной крови. А: Из-за тебя я оказался здесь! М: Я понимаю... Но что ты хочешь сделать? А: Я... Думаю, ты и сам прекрасно понимаешь, зачем я здесь. Майкл не двинулся с места. Он не пытался бежать или звать на помощь. Вместо этого он сделал шаг вперёд, прямо к дулу пистолета. М: Стреляй. Майкл сказал это так устало, без капли страха. М: Если это исправит то, что случилось, стреляй. Я каждую ночь вижу тот выстрел в кошмарах. Но её я бы защитил снова. Эта девушка — выбор моего брата. Рука Армароса задрожала. Он ждал криков, мольбы о пощаде, оправданий. Но встретил лишь глухую, готовую к самопожертвованию покорность. Ангельское сердце, которое всё ещё билось внутри тела падшего, болезненно сжалось. А: Ты... ты чудовище, Майкл. Армарос медленно опустил свой пистолет. А: Почему ты не борешься? Почему ты ведёшь себя так, будто... будто это ты ангел, а не я? Майкл проигнорировал вопрос, не зная, что ответить, ведь он и сам не знал почему. Может он устал от этих мучений? Или же надоело видеть, как падший всячески пытается его прикончить, одерживая поражение? Голубоволосый грустно улыбнулся, сокращая дистанцию. М: Мне жаль, что моя попытка спасти чужую жизнь сломала твою. Эти слова ударили сильнее любой пули. Ярость, копившаяся месяцами, вдруг превратилась в едкие, удушающие слёзы. Армарос отвернулся, судорожно пытаясь поправить растрепавшиеся волосы. Это была его старая привычка — выглядеть идеально. Но теперь это казалось жалкой попыткой скрыть внутреннее уродство. Майкл не ушёл. Вместо этого он аккуратно коснулся плеча падшего. Армарос вздрогнул, ожидая удара или насмешки, но почувствовал лишь тепло, исходя из того, кого он так намеревался убить. М: Я не знаю, что за чертовщина здесь происходит, но давай просто уйдём отсюда. Дождь усиливается. Нужно привести тебя в порядок. И так голубоволосый парень, который пару минут назад прощался со своей жизнью, повёл падшего в свою обитель.