Золотая связь

Глава 32 Метка Подготовка началась немедленно. Гриммо снова ожил. Но теперь иначе. Не как убежище. Как штаб войны. Кухонный стол исчез под картами, пергаментами и флаконами зелий. Снейп варил оборотное прямо в доме Блэков и выглядел от этого глубоко несчастным. — Если хоть кто-нибудь опрокинет котёл, я лично скормлю вас Кричеру. — Даже Поттера? — лениво уточнил Драко. — Особенно Поттера. — Несправедливо. — Мир жесток. Гарри сидел на подоконнике и наблюдал, как Снейп раздражённо помешивает зелье. И впервые за долгое время ощущал не ужас перед очередной миссией. А странное напряжённое единство. Они действительно делали это вместе. Гермиона сортировала книги рядом с Ремусом. Рон помогал близнецам зачаровывать фальшивые сигнальные артефакты. Сириус спорил с Нарциссой о маршрутах отхода. Очень по-блэковски спорил. — Этот коридор слишком очевиден. — Именно поэтому никто не ожидает, что мы его используем. — Это худшая логика, которую я слышал со времён Джеймса. — Благодарю. — Это не был комплимент. И Мерлин. Они звучали как семья. Очень странная. Очень травмированная. Но всё-таки семья. Гарри почувствовал движение рядом раньше, чем Драко успел заговорить. Связь уже давно предупреждала его о приближении Малфоя. Тёплая вспышка узнавания. — Поттер. — Малфой. Драко остановился рядом с подоконником. Скрестил руки. Но через связь Гарри чувствовал: нервозность. Необычную. Глубокую. — Ты правда собираешься это сделать. Не вопрос. Гарри пожал плечами. — Ты тоже. — Это другое. — Нет. Очень тихо. Драко отвёл взгляд первым. И Гарри вдруг понял: он боится не за себя. Только за него. Связь донесла обрывок мысли раньше, чем Драко успел её скрыть. «Если он снова окажется перед Волдемортом…» Гарри медленно выдохнул. Потом осторожно коснулся его руки. Мгновенный отклик. Тепло. Тревога. И что-то ещё. То, что Драко до сих пор не умел принимать спокойно: любовь, направленную на него. — Эй, — тихо сказал Гарри. — Я вернусь. Серые глаза резко поднялись на него. И Гарри понял ошибку сразу. Потому что Драко не верил обещаниям. Не после Астрономической башни. Не после Арки. Не после двух жизней, где Гарри постоянно пытался умереть ради всех остальных. — Не говори так, будто это что-то простое, — очень тихо сказал Драко. Связь дрогнула болью. — Я не переживу ещё один раз. Гарри замер. Потому что это прозвучало слишком честно. Без защиты. Без сарказма. Просто правда. И прежде чем он успел ответить, дверь кухни распахнулась. — Отлично. Сириус оглядел их и немедленно поморщился. — Опять эмоциональный разговор. Почему в этом доме никто не умеет страдать молча? — Мы учимся у тебя, — заметил Гарри. — Наглость у тебя от Джеймса. — А драматичность от Блэков, — добавил Ремус, проходя мимо с чашкой чая. Сириус выглядел оскорблённым. — Это клевета. — Ты буквально умер театрально через древний артефакт смерти. — И вернулся ещё драматичнее, — невинно вставил Фред. — Спасибо, я старался. Даже Драко фыркнул. И через связь Гарри почувствовал, как напряжение немного отпускает. Совсем немного. Но этого хватило. К вечеру план был готов. Ужасный. Опасный. Именно поэтому все признали его рабочим. — Я ненавижу это, — мрачно сообщил Рон уже четвёртый раз. — Твоя последовательность восхищает, Уизли, — отозвался Драко. — А я ненавижу, что начинаю понимать твой юмор. — О нет. Процесс деградации уже начался. Гермиона закатила глаза. — Если вы закончили брачный ритуал вражды— — Гермиона! — одновременно возмутились Рон и Драко. Гарри закашлялся, пытаясь скрыть смех. И получил через связь вспышку драковского возмущения: «Даже не смей смеяться». «Слишком поздно». Мерлин. Телепатические перепалки становились проблемой. Особенно когда Драко краснел. Что происходило всё чаще. Снейп резко хлопнул ладонью по столу. Тишина наступила мгновенно. — Повторяю последний раз. Поттер идёт под оборотным как сопровождающий Нотта. — Почему именно Нотта? — спросил Гарри. — Потому что настоящий Нотт сейчас в Болгарии по моему приказу и не сможет внезапно появиться и испортить нам жизнь. — Предусмотрительно. — Я преподавал подросткам почти двадцать лет. Паранойя — профессиональный навык. Нарцисса медленно развернула карту поместья Малфоев. — Собрание будет в главном зале. Волдеморт захочет видеть всех лично. При звуке имени Тёмного Лорда Метка Драко снова вспыхнула. Гарри почувствовал это мгновенно. Как ожог под собственной кожей. Драко едва заметно побледнел. И Гарри вдруг понял кое-что страшное. Раньше он ненавидел шрам. Но Метка… Метка была хуже. Потому что её создали специально как поводок. Чтобы причинять боль. Чтобы напоминать: ты принадлежишь ему. И, кажется, Драко почувствовал его мысль. Связь мягко дрогнула. «Не смотри так». Гарри нахмурился. «Как?» Ответ пришёл не сразу. Очень тихий. «Будто тебе больно за меня». Мерлин. Гарри резко отвернулся к окну. Потому что именно так он и смотрел. И потому что не знал, как объяснить: теперь чужая боль действительно ощущалась как своя. Снейп внимательно наблюдал за ними поверх чашки чая. Потом вдруг очень устало сказал: — Если вы двое начнёте общаться исключительно взглядами, я уволюсь. — Вы не можете уволиться посреди войны, — заметил Гарри. — Не искушайте меня, Поттер. Но в этот момент дом Гриммо внезапно содрогнулся. Все замерли. Магия дрогнула по стенам тяжёлой волной. Кричер появился с громким хлопком. И выглядел по-настоящему испуганным. — Хозяин Гарри! Гарри резко поднялся. — Что случилось? Домовик сглотнул. — Гости у двери. Тишина. Сириус мгновенно вытащил палочку. — Кто? Кричер посмотрел на Нарциссу. Потом очень тихо сказал: — Беллатриса Блэк. Тишина в кухне стала абсолютной. Даже Снейп перестал помешивать зелье. Сириус медленно поднялся на ноги. Очень медленно. Опасно спокойно. — Повтори. Кричер нервно заломил длинные пальцы. — Беллатриса Блэк у входа, хозяин Сириус. Ремус уже держал палочку наготове. Рон смертельно побледнел. — Она пришла сюда?! — Очевидно, Уизли, не на чай к соседям, — автоматически бросил Снейп. Но даже он выглядел напряжённым. Нарцисса застыла у стола. И Гарри почувствовал через связь вспышку тревоги Драко. Не страх. Хуже. Ожидание катастрофы. — Это ловушка, — сразу сказала Гермиона. — Разумеется, это ловушка, — отозвался Сириус. — Вопрос только в том, какая именно. Гарри резко посмотрел на Нарциссу. — Она знает про вас? Нарцисса встретила его взгляд спокойно. — Беллатриса знает обо мне ровно столько, сколько я позволяю. Но что-то в её голосе всё же дрогнуло. Очень глубоко. Сестра. Мерлин. Гарри вдруг понял: это не просто враг на пороге. Это семья Блэков снова идёт друг против друга. И, судя по лицу Сириуса, он понял то же самое. — Она одна? — резко спросил Снейп. Кричер кивнул. — Да, хозяин Снейп. Но дом ей не нравится. — Это взаимно, — мрачно пробормотал Сириус. Метка Драко вспыхнула снова. На этот раз не болью. Зовом. Беллатриса. Гарри почувствовал это мгновенно. Она пришла не случайно. Она что-то подозревает. И Драко тоже это понял. Связь натянулась тревогой. «Она чувствует, когда что-то не так.» «Тогда не оставайся один.» Ответ пришёл сразу. Тёплый. Упрямый. «Не собираюсь.» Снейп уже принимал решение. — Все остаются здесь. — Северус— начал Сириус. — Нет, Блэк. Если Беллатриса увидит весь Орден за дверью, ситуация станет неуправляемой. — Она уже неуправляемая. — Обычно вы хотя бы пытаетесь скрывать очевидное. Сириус раздражённо выдохнул. Но спорить не стал. Потому что Снейп был прав. Нарцисса вдруг шагнула вперёд. — Я открою дверь. Драко резко поднял голову. — Мама— — Она моя сестра. Очень тихо. Но твёрдо. — Если кто-то и сможет понять, зачем она пришла, то это я. Сириус нахмурился. — Цисси… И Гарри впервые услышал это имя без яда. Без насмешки. Только усталость и память. Нарцисса посмотрела на него долгим взглядом. — Она всё ещё моя семья, Сириус. Тишина. Тяжёлая. Старая. А потом Сириус медленно кивнул. — Хорошо. Но палочку не убрал. Никто не убрал. Они поднялись наверх почти бесшумно. Гриммо словно сам задержал дыхание вместе с ними. Гарри стоял чуть позади Драко. Под мантией-невидимкой. Связь между ними дрожала напряжением. Нарцисса подошла к двери. На секунду замерла. А потом открыла. Беллатриса Блэк стояла на пороге, как ожившая тень. Чёрное платье. Тёмные волосы. Безумные глаза. Но сегодня что-то было иначе. Она выглядела… уставшей. Не сломанной. Не слабой. Просто смертельно измотанной. И когда её взгляд упал на Нарциссу — в нём мелькнуло что-то страшно человеческое. — Цисси. Нарцисса едва заметно напряглась. — Белла. Беллатриса медленно перевела взгляд дальше. На Сириуса. И улыбнулась. Криво. — Ну надо же. Семейное воссоединение. — Кошмарное, — отрезал Сириус. — Как и все наши праздники. Ремус тихо пробормотал: — Мерлин, у них даже интонации одинаковые. Гарри почти не слышал. Потому что всё внимание Беллатрисы внезапно сосредоточилось на Драко. Очень резко. Метка вспыхнула. Связь дёрнулась тревогой. Беллатриса шагнула ближе. — Племянник. Драко идеально выпрямился. — Тётя. И Гарри почувствовал: он боится. Не за себя. За то, что Беллатриса увидит связь. Поймёт. Потому что она безумна — но никогда не была глупой. Беллатриса смотрела слишком внимательно. Слишком долго. А потом тихо сказала: — Ты изменился. Тишина. Нарцисса незаметно напрягла пальцы на палочке. Снейп стал неподвижным. Драко холодно поднял подбородок. — Война меняет людей. Беллатриса улыбнулась шире. — Да. Очень мягко. Очень странно. — Именно поэтому я здесь. Все замерли. И впервые за весь разговор Беллатриса посмотрела не на Драко. На Нарциссу. — Он начинает нам не доверять. По комнате будто прошёл холод. Волдеморт. Конечно. Беллатриса шагнула внутрь дома. И дверь Гриммо захлопнулась за ней сама. — Тёмный Лорд чувствует предательство, — тихо сказала она. — И когда он боится… Она коротко рассмеялась. Почти безумно. — Он становится скучно жестоким. Гарри почувствовал, как у Драко внутри всё похолодело. Потому что Беллатриса не предупреждала бы их без причины. Нарцисса медленно спросила: — Что случилось? Беллатриса повернулась к ней. И впервые её голос дрогнул. Совсем чуть-чуть. — Он приказал мне следить за вами.