Золотая связь

Медальон начал шептать почти сразу. Тихо. Почти неразборчиво. Но теперь Гарри слышал это отчётливо. Не ушами. Магией. Крестраж словно пытался нащупать трещины в каждом, кто находился рядом. Сириус побледнел первым. Его пальцы сжались на цепочке медальона слишком сильно. И Гарри почувствовал: что-то меняется. Воздух в библиотеке потяжелел. Дом Гриммо застонал старыми трубами. Будто сам дом узнал вещь, пропитанную тьмой. — Положите его, — резко сказал Снейп. Слишком поздно. Медальон открылся. Щелчок прозвучал почти оглушительно. Тьма вырвалась наружу. Не дым. Голоса. — Предатель рода… Сириус дёрнулся так резко, будто его ударили. Гарри увидел это мгновенно. Не просто слова. Крестраж вытаскивал худшие мысли наружу. — Ты бросил брата… Лицо Сириуса стало серым. — Закрой его! — рявкнул Ремус. Но медальон уже выбрал цель. — Регулус умер один. Пока ты играл в героя… Сириус пошатнулся. И Гарри вдруг понял страшное: после Арки Сириус стал уязвимее. Лабиринт смерти сорвал старые защиты. Все чувства теперь били глубже. Сильнее. — Хватит, — резко сказал Гарри. Медальон повернулся к нему. И шёпот изменился мгновенно. — А ты снова всех убьёшь… Холод прошёл по позвоночнику. Гарри почувствовал: Седрик. Дамблдор. Сириус. Фред. Нет. Нет-нет. — Они умирают рядом с тобой… Связь вспыхнула раньше, чем тьма успела вцепиться глубже. Драко. Тёплая ладонь легла Гарри на шею. Резко. Уверенно. — Не слушай. Гарри вздрогнул. Потому что через связь почувствовал другое: медальон уже добрался и до Драко. «Он уйдёт». «Поттер всегда выбирает мир раньше тебя». «Ты снова останешься один». Мерлин. Гарри резко повернулся к нему. — Драко— — Я в порядке. Ложь. Но теперь Гарри чувствовал ложь мгновенно. И именно это спасло их. Потому что золотая связь не оставляла крестражу пространства для тихого яда. Тьма не могла укорениться там, где её сразу замечали. Снейп шагнул вперёд. — Достаточно. Одно резкое движение палочки — и медальон захлопнулся. Тишина ударила по комнате. Все тяжело дышали. Даже Рон выглядел так, будто его сейчас стошнит. Гермиона дрожащими руками делала записи. — Он усиливает чувство вины, — быстро сказала она. — И изоляцию. Давит именно на то, что человек скрывает. — Потому что это часть Волдеморта, — тихо ответил Дамблдор из портрета. — Том всегда считал слабостью саму потребность быть любимым. Нарцисса долго смотрела на медальон. Потом очень спокойно произнесла: — Именно поэтому он проиграет. Все повернулись к ней. Она медленно подняла взгляд. — Он не понимает, что связь делает людей сильнее. И Гарри почувствовал, как Драко рядом замер. Потому что Нарцисса впервые сказала это вслух. Не как стратегию. Не как необходимость. А как правду. Связь между ними больше не была слабостью. Она стала оружием. Сириус тяжело опустился в кресло. Провёл рукой по лицу. — Регулус всё это время был один против этой штуки… Ремус сел рядом молча. Просто положил ладонь ему на плечо. И Сириус не отстранился. Гарри вдруг очень остро понял: всё меняется. Не только война. Люди. Дом. Они сами. Раньше каждый из них привык выживать в одиночку. Теперь одиночество начинало исчезать. Это пугало почти так же сильно, как Волдеморт. Потому что было что терять. Снейп резко нарушил тишину: — Уничтожить медальон можно только ядом василиска или адским пламенем. — Второе отпадает, — быстро сказала Гермиона. — Мы не будем жечь Гриммо. — Какая жалость, — пробормотал Сириус. — Дом бы не пережил, а вот портрет матушки — возможно. Из коридора тут же донёсся оскорблённый вопль миссис Блэк. — ПРЕДАТЕЛЬ КРОВИ— — О, заткнись! — одновременно рявкнули Сириус и Драко. Тишина. А потом Рон вдруг фыркнул. Не выдержал. Следом рассмеялся Гарри. Нервно. Усталo. Но по-настоящему. Даже Снейп закрыл глаза так, будто сожалел обо всех жизненных выборах. И именно в этот момент Метка Драко вспыхнула болью. Резко. Настолько сильно, что он дёрнулся. Гарри почувствовал это мгновенно. Будто раскалённое железо прижали к собственной коже. Смех исчез. Драко побледнел. Очень медленно поднял взгляд на Снейпа. И тихо сказал: — Он вызывает нас. Тишина стала абсолютной. Нарцисса закрыла глаза. Сириус резко выпрямился. — Нет. — У нас нет выбора, — холодно ответил Снейп, хотя в голосе уже звучало напряжение. — Если никто не явится, Волдеморт поймёт, что что-то произошло. — Он и так понимает, — прошептал Гарри. Потому что чувствовал. Где-то далеко. Тёмную ярость. Паранойю. Страх. Волдеморт больше не был уверен в собственном бессмертии. И теперь становился опаснее, чем когда-либо. Драко медленно поднялся на ноги. Связь дрогнула. Гарри почувствовал: страх, решимость, и глубоко внутри — ужас прощания. Будто часть Драко уже готовилась не вернуться. — Нет, — сразу сказал Гарри. Драко посмотрел на него. — Поттер— — Нет. Теперь твёрже. Гарри тоже встал. — Ты не пойдёшь туда один. — Гарри, — устало сказал Снейп, — даже для вас двоих это самоубийственно. Но Гарри уже понял. Почувствовал. Через связь. То же, что и Драко. Они больше не могут разделяться. Не после Арки. Не после крестража. И, кажется, не только эмоционально. Магически. Золотая связь внутри отозвалась тревожным жаром. Словно подтверждая мысль. Нарцисса резко нахмурилась. — Подождите. Все повернулись к ней. Она смотрела только на Гарри и Драко. Очень внимательно. Как ведьма, внезапно увидевшая знакомый ритуал. — Северус… Снейп уже понял. И впервые за долгое время выглядел по-настоящему встревоженным. — О нет. — Что? — резко спросил Гарри. Снейп медленно выдохнул. Будто ему физически не хотелось произносить это вслух. — Ваша связь перестраивает ядра быстрее, чем мы ожидали. Тишина. Гермиона нахмурилась. — Это плохо? Снейп посмотрел прямо на Гарри. Потом на Драко. — Это значит, что длительное разделение теперь может причинять физическую боль вам обоим. Мир замер. Гарри почувствовал, как связь внутри вспыхнула. Подтверждая. Мерлин. Драко тихо выругался. Сириус уставился на них так, будто только что осознал масштаб происходящего. — Вы хотите сказать… — Да, Блэк, — мрачно ответил Снейп. — Ваш крестник магически привязал себя к Малфою настолько сильно, что теперь они буквально плохо функционируют друг без друга. Рон издал звук чистого ужаса. — Это вообще нормально?! — Абсолютно нет, — отрезал Снейп. И Гарри, к своему ужасу, почувствовал через связь вспышку драковского злорадства. «Ну хоть в чём-то мы уникальны». Даже сейчас. И Мерлин помоги ему — Гарри чуть не улыбнулся. Следующие полчаса превратились в спор. Громкий. Хаотичный. И очень семейный — в худшем смысле этого слова. — Нет, — в третий раз сказал Сириус. — Абсолютно нет. Я не позволю вам двоим сунуться к Волдеморту. — Очаровательно, Блэк, — сухо отозвался Драко. — Но, к сожалению, Тёмный Лорд не спрашивает вашего разрешения. — Не умничай мне тут, хорёк. — Не называйте меня— — Хватит! — рявкнул Ремус прежде, чем они успели сцепиться. Тишина оборвалась резко. Ремус редко повышал голос. Именно поэтому это работало. Гарри сидел на краю стола и чувствовал, как внутри связи медленно растёт напряжение Драко. Не злость. Хуже. Обречённость. Он уже мысленно собирался идти. Даже если придётся одному. Гарри резко выпрямился. — Мы теряем время. Снейп мрачно посмотрел на него. — Поттер, вы вообще понимаете, насколько это опасно? — Да. Очень спокойно. — Поэтому нам нужен план. Нарцисса медленно подошла к столу. Её лицо снова стало идеально холодным. Аристократка. Блэк. Малфой. Женщина, выжившая рядом с Волдемортом слишком долго. — Если Драко не появится, Тёмный Лорд решит, что он предал его. — Он и так предал его, — пробормотал Рон. — Да, Уизли, благодарю за проницательность. — Драко, — предупреждающе сказал Гарри. Малфой мгновенно замолчал. И Рон это заметил. О, это он заметил. Его взгляд стал совершенно нечитаемым. — Мерлин, — тихо выдохнул он. — Вы реально действуете друг на друга как успокоительное. — Не льсти себе, Уизли, — автоматически ответил Драко. Но через связь Гарри почувствовал: ему стало легче. Совсем немного. Рон тоже это понял. И неожиданно не стал спорить. Просто тяжело сел в кресло и пробормотал: — Ненавижу, что начинаю привыкать к этому. — Мы все ненавидим, — устало сообщил Снейп. Гермиона резко перелистнула страницу книги. — Подождите. Все повернулись к ней. Она быстро водила пальцем по старому тексту. Хмурилась всё сильнее. — Связанные ядра… Снейп напрягся. — Что вы нашли? — Тут сказано, что при глубокой магической синхронизации расстояние влияет на стабильность связи. Гарри почувствовал, как Драко рядом внутренне выругался. Гермиона медленно подняла взгляд. — Если один из носителей связи окажется под сильным тёмным воздействием… Тишина. — Второго может утянуть эмоциональным откликом. Сириус резко выпрямился. — Что значит «утянуть»? Гермиона побледнела. — Боль. Паника. Потеря контроля над магией. Она посмотрела прямо на Гарри. — Если Волдеморт начнёт пытать Драко… Гарри почувствовал это раньше, чем услышал продолжение. Ужас Драко. Резкий. Ледяной. Не за себя. За него. — Нет, — сразу сказал Малфой. Слишком быстро. — Даже не думайте. — Драко— — Нет, Поттер. Он повернулся к нему. И впервые за весь вечер в серых глазах не было сарказма. Только страх. Настоящий. — Я не позволю ему использовать меня против тебя. Связь между ними вспыхнула так сильно, что Гарри почти задохнулся. Потому что почувствовал: Драко уже готов пожертвовать собой, если понадобится. Опять. Мерлин. — Прекрати это делать. — Делать что? — Решать в одиночку, что должен вынести сам. Тишина ударила мгновенно. Сириус медленно перевёл взгляд с одного на другого. Потом тихо пробормотал: — О. Вот теперь вы точно похожи на семейную пару. — Блэк, клянусь— — Нет, серьёзно, это уже пугает. Даже Нарцисса прикрыла глаза так, будто не хотела участвовать в происходящем. Но уголок её губ дрогнул. Совсем чуть-чуть. Снейп раздражённо потёр переносицу. — Если вы закончили эмоциональные откровения— — Не завидуйте, Северус, — невинно сказал Сириус. — Я предпочёл бы умереть. — Это можно устроить. — ХВАТИТ! На этот раз это была Гермиона. И все действительно замолчали. Она выглядела так, будто ещё немного — и начнёт швыряться книгами. — Волдеморт вызывает Пожирателей. У нас есть максимум несколько часов. Поэтому либо мы придумываем решение, либо Драко и Нарцисса идут туда без защиты. Тишина. Тяжёлая. Настоящая. И именно тогда Гарри понял. В прошлой жизни он бы уже решил всё сам. Пошёл бы один. Солгал бы всем. Попытался защитить остальных ценой себя. Но теперь… Он посмотрел на Драко. И почувствовал мгновенный отклик связи. Тёплый. Живой. «Не смей». Гарри медленно выдохнул. Потом повернулся к Снейпу. — Вы можете скрыть меня? Все резко подняли головы. Снейп нахмурился. — Что? — Если я пойду с ними. — Исключено, — одновременно сказали Сириус и Ремус. — Выслушайте меня. Гарри встал. Шрам больше не болел. Это всё ещё казалось невозможным. Непривычным. — Волдеморт не знает, что крестража больше нет. Он посмотрел на Снейпа. — Значит, он не рискнёт убить меня сразу. — Гарри— — А ещё он не знает про связь полностью. Теперь Гарри говорил быстрее. Мысли складывались прямо на ходу. — Если Драко начнёт терять контроль под давлением Метки, я смогу удержать связь стабильно. Нарцисса медленно нахмурилась. Потом очень тихо сказала: — Это может сработать. Сириус резко повернулся к ней. — Ты издеваешься?! — Нет. Холодно. Спокойно. — Тёмный Лорд сейчас нестабилен. Его внимание сосредоточено на потере крестража. Он будет искать предателя, а не скрытого наблюдателя. Снейп всё ещё выглядел так, будто идея причиняет ему физическую боль. — Даже под оборотным зельем Поттер остаётся Поттером. Его невозможно не заметить. — Спасибо, — пробормотал Гарри. — Это не комплимент. Драко молчал слишком долго. И Гарри чувствовал почему. Он уже просчитывал вероятность. Риск. Шансы. И — что хуже всего — вероятность потерять Гарри прямо там. Наконец Малфой очень тихо сказал: — Если что-то пойдёт не так… — Мы уйдём вместе. Связь вспыхнула. Драко закрыл глаза. Будто эти слова ударили слишком сильно. А потом медленно кивнул. И Сириус выругался так грязно, что Гермиона покраснела. — Вы оба сведёте меня в могилу раньше Волдеморта. — Вообще-то ты уже— — РЕМУС! Ремус невинно поднял руки. Впервые за вечер кто-то тихо рассмеялся. И напряжение треснуло. Совсем немного. Но этого хватило, чтобы они начали готовиться к войне.