Больше всего на свете

-Я н-не хочу это пить! -Юки открыл один глаз в удивлении: он услышал донельзя знакомый голос – высокий и громкий, при этом очень впечатлительный и немного трусливый. Желтоволосый истребитель, весь перебинтованный, вбежал в комнату, размахивая руками. –«Интересно, что с ним?» Мотаясь по комнате, он, видимо, искал, где бы спрятаться, вот только от кого? Внезапно, будто даже не замечая Юки, он залетел ему под кровать, оставляя последнего в легком недоумении. -Тебе нужно лечиться, это приказ Шинобу-сан! -Вслед за молодым истребителем в комнату вбежала молодая девочка, примерного того же возраста. У ее черных волос был легкий синий оттенок, а одета она была в фартук поверх формы истребителя. В руках она держала небольшой флакон с какой-то незнакомой жидкостью. Юки наконец прокашлялся, и та его заметила. -Агатсума, быстро покажись! Не мешай отдыхать столпу! -На последней фразе Юки немного перекосило. Из-под кровати стал доноситься шорох и наконец показалась цветастая шевелюра. Зеницу, кряхтя, словно старик, выбрался из плена кровати, и встал в полный рост, дрожа, и держа руки вместе. Только теперь Юки заметил, что он стал каким-то… маленьким. Да, его рост был явно меньше полутора метров, хотя при их последней встрече они и не сильно разнились высотой. Наконец, желтоволосый обернулся. -Так вы столп?! -Было завопил он, но затем вдруг замолк. -«Неужели узнал?» -Это ты?! Ты – столп?! – Он скорчил забавную рожицу и замахал руками, а затем схватился за Юки и стал того трясти. Наверное, будь у него силы, то мечник ответил бы, но сейчас тратить их на это просто не было желания. -Мы же вместе отбор проходили! Говорили даже, как ты уже столп-то, а?! -Он все не умолкал. Пока к нему не подкрались сзади. -Пей, я сказала! -Тихо подошедшая сзади девочка треснула Зеницу ладонью, от чего от закричал еще громче. Она настойчиво протянула ему флакон, как бы повторяя: «ВЫПЕЙ» Юный истребитель, слегка помявшись, наконец взял бутылек в руку и залпом осушил. -Фу, ну и гадость! -Снова повысил он голос, корчась от, походу, правда неприятного вкуса лекарства. Стараясь поменять позу, в которой тот лежал, Юки попытался встать, но сильная боль, разошедшаяся по телу, настояла на обратном. -Вам нельзя вставать. Если что-то нужно, зовите меня, а так – никуда! -Пригрозила девочка вдруг Юки, грозясь пальцем. -Шинобу-сан сказала, что не выпустит вас отсюда, пока не вылечит полностью! -Она говорила так важно, словно была учителем на уроке. Агатсума же, наконец отошедший от горького лекарства, подошел и забрался на соседнюю от Юки койку, накрывшись одеялом. Он будто ждал продолжения разговора. -Ладно, я постараюсь. -Ответил ей мечник, отводя взгляд в сторону. Он видел, как из окна бил яркий солнечный свет, и ему хотелось наружу. -А как вы сюда попали, Юки-сан? -Вдруг спросил Зеницу, поправляя волосы. -А он с несросшимися костями пошел один на один с членом Двенадцати Лун драться, вот тебе и результат. -Вклинилась девочка, не давая Юки ответить. Лицо Агатсумы резко побледнело. -И вы победили?! -Смотря на Юки широко раскрытыми глазами вскрикнул он, прячась дальше под одеяло. Юки только кивнул. -Мы вообще думали, что он уже все. -Она провела рукой по шее, показывая жесть, а ля «Голову с плеч» -Но он очнулся. -С позитивом в голосе продолжила она. -Так вот чего вас сделали столпом… -Задумался Зеницу, почесывая подбородок крошечной ручкой, вылезающей из-под огромного, для такого размера, рукава белого халата. -Я еще не столп, это только догадки. -Отмахнулся мечник, еле двигая перебинтованной после ожога ладонью. -Вообще-то, Шинобу-сан нам все рассказала, она считает, что это точно! -Вдруг, из-за синеволосой девочки показались трое еще более маленьких, одну из них Юки напугал в морге. -А ты как здесь оказался, Агатсума? -Сам того не замечая, продолжил разговор Юки, поворачивая голову в его сторону. -Ну, насколько я знаю, мы тоже наткнулись на Луну. -Иногда Зеницу менялся в интонации слишком резко, и из забавного истерика он превращался в человека с глубоким, тихим голосом и довольно приятным тембром. -Я, Танджиро и Иноске отправились на гору Натагумо, а там оказалось логово Пятой Низшей Луны. -Он рассказывал с некоторой грустью. -Я испугался, и мы разделились, в итоге больше и не виделись. Но, вроде как, подоспевшие вовремя Столп Воды и Столп Насекомого помогли и добили демона. -Он окончательно помрачнел. -Мне говорят, что мои друзья живи, но я не знаю. -Живы, конечно, просто пока в интенсивной палате, раны у них тяжелее, чем у вас. -Чуть более мягко, чем в прошлые разы сказала старшая девочка, подходя к Седзи. Младшие, решившие поддержать желтоволосого парня, подошли к его кровати и втроем обняли, делясь теплом. Юки стало чуть легче за бедного Агатсуму. Он явно не плохой человек, и точно не слабый мечник, просто его эмоциональность иногда со стороны кажется недостатком, когда даже Юки понимал, что это, на самом деле, величайшее преимущество. -А почему ты поубавил в росте, или мне кажется? -Вопросил Юки, глядя на окруженного девочками Зеницу. -А его тамошний паук отравил, и он сам должен был стать восьмилапым. -Она поднесла пальцы ко рту, и будто сделала паучьи клыки. -Но вовремя подоспели медики, и все обошлось. Теперь он понемногу восстанавливается и приходит в норму, но для этого нужно пить лекарства. -Последние слова она проговорила с неким раздражением, и взглянула на парня. Юки, конечно, удивился тому, что произошло, но не показал этого, а лишь многозначительно вскинул брови. -Не смей даже говорить это вслух! Мне уже мерзко! -Вновь повысил голос Зеницу, да так, что его лоб стал синеть. Это происходило довольно часто, когда тот кричал, или, по своему обыкновению, рыдал со страху, и Юки будто даже не придавал этому внимания, хотя оно его заслуживало. -Ладно, мне, а точнее нам… -Она посмотрела на девочек. -Пора идти. -Они заметно погрустнели. -Вы отдыхайте и соблюдайте постельный режим. В случае, если откажетесь – накажу, обещаю. -С ее уст это звучало нелепо, хотя, наверное, она и сама это понимала, пусть и продолжала серьезничать. Агатсума же просто лежал на кровати, недовольно глядя на девушку. -Иди уже, изувер! -Рявкнул он резко. Седзи захлопнулись, и мечники остались наедине. Повисла тишина, но сейчас она не казалась тягучей или неловкой. И Зеницу, и Юки – оба просто отдыхали: восстанавливали силы, как могли, и приводили в порядок мысли, пусть и с переменным успехом. Время пролетело быстро: облака и яркий солнечный свет сменились закатным заревом, а в Доме Бабочки все кипела жизнь: Юки, пусть и не спал, но держал концентрацию дыхания, стараясь как можно быстрее встать на ноги, при этом не развалившись на части, Агатсума все метался меж двух занятий – сна и поисков, чем бы себя развлечь, иногда только прерываясь на лекарства, которые ему, словно часы с механической птицей, приносили младшие девочки. Сквозь окна бил багровый закатный свет, который уже вот-вот смениться ночью. Мечник все также лежал неподвижно, стараясь контролировать заживление своих костей и тканей, а его сосед все никак не мог найти себе дело. -Юки-сан, вы умеете играть в сёги? -Вдруг начал он, смотря на лежащего с закрытыми глазами мужчину. -Я сплю, давай потом. -Не желая отвлекаться от, по сути своей, медитации, Юки просто солгал. -Неправда. -Тут же возразил желтоволосый истребитель. -Я слышу ваше дыхание, и ритм сердце тоже слышу – вы не спите. -Теперь Юки удивился. -И сердце тоже? -Не открывая глаз спросил он. -И стук сердце, и даже кровь у вас в жилах – сейчас так тихо в комнате, вот и слышно все без труда. -Интересный талант.  Должно быть, ты умеешь играть на музыкальных инструментах? -Этот вопрос показался ему вполне логичным. -Это еще с чего? -Недоумевал Зеницу. -У всех музыкантов острый слух, и чем сильнее, тем лучше они чувствуют то, что играют. -Поделился наблюдением Юки, чуть отвлекаясь от постоянной медитации. -Надо же, а я никогда и не пробывал. Ну, играть. -Видимо, слова Юки заставили Зеницу задуматься о чем-то, понятном только ему. -Кому нужна моя никчемная игра? -Тебе самому. -Многозначительно ответил мечник, поворачивая голову в сторону парня, по коже которого от одного взгляда на, буквально, сшитое тело, красные раны которого все еще были слегка видны из-под халата, пробежали мурашки. -Отвернись! Ты выглядишь так, будто тебя откопали из могилы! -С страхом вновь завопил желтоволосый, заставляя Юки сделать то, чего он попросил. -Попробуй на досуге. -Отсылаясь на предыдущую мысль о музыке было подытожил мечник, возвращаясь в состояние покоя и концентрации. -Не знаю, Юки-сан, мне кажется, что я бесталанен, а если уж не так, то безнадежен. -Он даже с закрытыми глазами почувствовал, как погрустнел юный истребитель. -Такого не бывает. -Отчеканил он, пожимая плечами. Зеницу навострился. -Ты уже обладаешь недюжинным слухом - так воспользуйся им, выплесни эмоции в музыке. -Юки постарался придать ему хотя бы крупицу уверенности в себе. -Есть люди и менее талантливые тебя, Зеницу, но даже они становятся мастерами – все дело внутри. -Коснувшись груди пальцем закончил он, оставляя Агатсуму в раздумьях. Юки и сам не заметил, как в порыве, пусть и небольшого, диалога со своим знакомым его стало клонить в сон. Веки стали тяжелее, а кровать будто немного мягче и теплее той, на которой он лежал еще какие-то мгновения назад. Казалось, что тело тонуло в перине, а разум медленно утихал, отдаваясь сну. Он спал редко, почти не спал вовсе, если уж быть честным, но сейчас что-то, быть может, травмы, заставили его сомкнуть глаз. Еле ощутимый ветер колыхал множество лесных крон, разгоняя листья прочь. Роща покрывалась странным, неестественным инеем, будто все резко оказалось в горах. Воздух такой тяжелый, словно в нем даже не пыль, а железо, низведённое до состояния тумана. Все вокруг закрыто этой завесой, да так, что почти ничего не видно. Окружение будто плыло, словно картина, залитая водой. Разрушенный дом, повсюду кровь и запах снега, бьющий в нос, так отвыкший от него. Юки не мог пошевелится. Два высоких силуэта – два демона, разящих противной кровью, возвышались над ним. Легкие словно резало изнутри – как будто его пронзили сотней тонких игл, которые все возились по его внутренностям, протыкая и раздирая плоть. Оставалось лишь жадно хватать воздух в надежде стабилизировать дыхание, что тоже приводило к новым волнам боли, не дающим сосредоточится. Попытки встать приводили лишь к одному – страшная боль во всем теле, а особенно в области правой руки. Жжение, смешанное с тягучим спазмом, заставляющим корчится, скручиваясь в клубок. Он все еще не сдавался, другая рука держалась за рукоять клинка хваткой мертвеца, оставляя на ладони кровавые мозоли, все глубже уходящие под кожу. Нужно было подняться – если не на ноги, то хотя бы на ногу, но продолжать драться. Не сдаваться. Тело не поддавалось: ноги просто отказывались слушаться. Быть может, их уже и нету. Это не важно, пока он в сознании, он обязан помочь, что-то сделать. Он был готов умереть, отдать что годно, лишь бы встать. Все что угодно, только продолжать. Все что угодно, чтобы их спасти. Вдруг, один из демонов подошел ближе. Даже не нагибаясь, он ударил ногой в боковую сторону клинка, ломая его. Металлические осколки разлетелись в стороны, а лезвие осталось втоптанным в землю, но Юки все было все равно – бросив рукоять, он стал тянуть изувеченную ладонь, пытаясь сделать хоть что-то. Словно маленький ребенок, тянущий неловкую руку к матери, он все тянул ее к ней. Второй демон держал ее всего в паре метров от Юки. Всю израненную, почти на грани смерти. Он рыдал, но на его лице оставалась гримаса гнева – такого, какого он не испытывал никогда в своей жизни. Он был готов бросится и самолично сожрать его, перекусить шею и разорвать плоть – то, что демоны делали со своими жертвами. Юки вопил, кричал, чтобы тот убрал он нее свои руки, но тот лишь с легкой, почти безэмоциональной, фальшивой улыбкой глядел на него. Весь дух Юки умолял всех, кого мог – Богов, Дьяволов, кого-угодно, лишь бы те дали ему возможность встать. Дали им отомстить. По щекам лежащей на руках демона девушки текли слезы, но глаза уже почти не двигались. Они потеряли блеск, присущий всем живым существам, но сердце Юки словно убеждало его, что она еще не умерла. Нет, она точно была жива, он должен был ей помочь, спасти ее. -Забери меня, слышишь?! Сожри меня, но отпусти их! Отпусти, мразь! Забирай что хочешь, все! Убери руки! УБЕРИ СВОИ РУКИ ОТ НИХ! -Закашливаясь кровью, хрипло кричал Юки, скаля зубы и разрывая свое горло. Он пытался двинуться, но слушалась только рука, и то кое-как. Он все еще оставался в сознании, он все видел и слышал. Он видел, как ее тело стало медленно уходить в демона, словно растворяясь в нем заживо. Вдруг, она начала кричать. Кричать так жалобно, так страшно, всего на несколько мгновений. Мгновений агонии. Юки стал вырываться с новой силой. Его мышцы рвались, но он не чувствовал боли, ему лишь хотелось убивать. Убить этого урода, убить каждого демона, всех их. За нее. Вдруг, ее уже мертвое тело прекратило пропадать в поглощающем ее демоне. Оно остановилось. Все вдруг остановилось – только крики и слезы Юки продолжали раздаваться в чаще небольшого горного леса у разрушенного дома. Замерло дыхание демонов, замерло все. Вдруг, разглядев все вокруг сквозь пелену ярости и отчаянья, он понял, что сейчас все смотрело на него. Таращилось прямо в его хрупкую и ранимую душу. Демон, атаковавший холодом, смотрел на него своими разноцветными глазами, птицы глядели черными бусинами, и самое страшное – Она, кровоточащими, побледневшими – тоже смотрела. -Спаси ее. -Вдруг сказал демон, не отрывая взгляда и не моргая. -Спаси ее. Спаси ее. -Спаси ее. -Прокаркали вороны. -Спаси ее. -Послышалось из-за спины. -Спаси ее. -Прохрипели ее израненные губы. Вдруг все стали говорить все громче и громче, начиная кричать. -Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее. Спаси ее.