Сказки для взрослых 7: тёмное сердце

Тяжёлый ремень упал на прикроватный столик, обиженно звякнув, громко ударившись о поверхность. Пальцы подцепили ткань, стягивая штаны с натренированных ног. Мышцы ужасно ныли. Казалось, они превратились в твёрдый камень после долгого стояния без активных действий. Тело воина требовало движений, требовало сражений, требовало хоть чего-то, что могло разогнать кровь по венам. Но вместо этого страж проводил всё своё время в закрытом кабинете с ещё тремя малознакомыми существами. Голос Алатеи всё ещё набатом звучал в голове, перебиваемый вечно активным Тео, которого, казалось, могла заткнуть только смерть. И то, Артемис не был уверен, что и тогда западный страж не сможет заговорить ей зубы. Тэрмел болтал без умолку, часто вставляя слова невпопад. Если бы парень не видел, на что был способен страж, то и вовсе бы и не понял, каким образом он смог пробиться в приближённые Хозяина. Хотя, вспоминая Аруна, все вопросы испарялись. Ближние сердца края всегда являлись его отражением. То ли дело был Эйван, который почти всё время молчал, лишь в самые необходимые случаи вставляя дельные замечания, предоставляя свои идеи. Спокойный нрав и холодный ум парня всегда знал, когда нужно было открыть бледные губы, а когда стоило умолкнуть. Страж представлял собой ледяное изваяние, сотканное из бесстрашия и светлого разума. У Артемиса даже не возникало сомнений в том, что его Хозяйкой являлась сама Барфина, истинная снежная королева края, покрытого вечной мерзлотой. Камилла и вовсе казалась незаметным призраком. Для жителя яркого Востока она виделась слишком серой и сдержанной. Возможно, огромную роль играл возраст, а может, и влияние прошлого правителя, но Артемис не смог бы назвать её верной слугой Востока после знакомства с другими воинами края. Здравый разум женщины анализировал каждую деталь, имеющую шанс помочь в их деле. Камилла почти не улыбалась, как это делал вечно весёлый Тео. Да даже Эйван иногда растягивал губы в насмешливой улыбке. Женщина же лишь приподнимала уголки губ, не показывая истинных эмоций, что всё-таки выдавало в ней двуличность Востока. В глазах стражницы залегла глубокая грусть, не имеющая обоснований. Хотя Артемис мог предположить возможные причины такой тоски. Женщина ни разу не упомянула своей команды, которая должна быть у каждого стража. В словах Тео часто проскакивали чужие, неизвестные Артемису имена, которые имели огромное значение для самого стража. Даже в предложениях Эйвана мелькали упоминания своей семьи. Камилла же даже ни разу не обратилась к камню, чтобы связаться с кем-то из своего края. Беседы с Багирой были исключением из этого замечания. Артемис не мог предположить точной причины, из-за которой Камилла лишилась своей семьи, но это точно оставило огромный отпечаток на чужой душе. Казалось, одежда отражала не нрав стражницы, а то, что осталось в её душе после травмы. Пустая, бесцветная серость, тоскливая, как пасмурный день без малейшего луча солнца. Сердце лидера сжалось. Он всегда знал, что такое могло произойти, но Артемис никогда всерьёз не задумывался о том, что может случиться с ним, если он вдруг потеряет всю свою семью. Все, кого он так любит, внезапно оставят его. Лидер без команды как пустая коробка, откинутая в угол за ненадобностью, гниющая во влажной комнате, заполненной его собственной болью и адской тоской. — Артемис? — Парень вздрогнул, резко оборачиваясь на источник звука, — всё в порядке? — Нахмурился Каэль, посильнее натягивая одеяло. — А, да… а что, не видно? — Попытался усмехнуться лидер, сгоняя с лица всю тень тоски, что так внезапно накрыла его. — Ты уже пять минут сидишь со штанами в руках, — усмехнулся парень. Артемис опустил взгляд на свои колени, только сейчас замечая, как его пальцы всё ещё сжимали плотную ткань. — Неважно, — отмахнулся лидер, быстро поднимаясь с постели, подходя к распахнутому сундуку, закидывая одежду на самый верх сваленной одежды, — разве ты не собирался уходить к себе? — Спокойно поинтересовался Артемис, не поворачиваясь к Каэлю, усиленно ища что-то фантомное в одном из маленьких отделов на крышке. — Прогоняешь? — Улыбнулся страж. — Всё равно. — Выяснили что-то новое? — Решил сменить тему Каэля, чувствуя странную тяжесть в груди парня. Артемис тоже понял это. Глупо скрывать свои чувства от существа, что на физическом уровне может ощущать и даже подгонять под себя. — Ничего. Абсолютно. Мы потратили целый день, но так ни к чему и не пришли. Единственное, что нам известно, так это то, что сияние почти растворилось, а вместе с ним и туман на Севере. Теперь, если вглядеться вдаль, можно увидеть очертания территории. Не к добру это. — А со стороны Севера ничего не известно? — Почти ничего. Разве что… стражи заметили, что многие существа, будто стали сходить с ума. — В плане… — Стали слишком буйными, контролировать их стало сложнее. Теперь те, кто старался прятаться в норах, стали спокойно разгуливать по лесу, игнорируя любые указания стражей. Если так продолжится, Север уже не сможет контролировать собственную территорию. — Чёрт, от всех этих разговорах о Севере мне самому холодно стало, — словно прислушавшись к словам парня, по спине Каэля пробежался табун мурашек. Парень сжался, обхватывая плечи такими же холодными ладонями. Страж поднял взгляд на окно, наблюдая, как тонкая тюль дрожит от силы ветра, — закрой окно, в комнате холодрыга стоит. Ты сам не чувствуешь? — Знаешь, моя голова сейчас забита совсем другим, — вздохнул Артемис, подходя к окну. Парень сжал металлическую ручку, медленно прикрывая форточку. Взгляд стража неосознанно упал на горизонт, туда, где сгущались тучи Севера. На улице стояла непроглядная тьма, даже леса не было видно. Словно издеваясь, Юг затянуло серыми тучами. Только очередного шторма им не хватало. Артемис не видел Севера, как бы не всматривался в горизонт. Даже его сила не позволяла разглядеть даль. Тьма заполонила всё вокруг, только свет могущественной свечи в комнате спасал от ночи. Артемис защёлкнул замок, поворачиваясь к постели. — Знаешь, я скучаю по тебе, — прошептал Каэль, отводя взгляд. — С чего такие откровенности? — Улыбнулся Артемис, опускаясь на кровать, рядом с настырным парнем. — Просто… мне скучно. У каждого из вас есть свои задания. Астория теперь вместе с другими Хантерами следит за состоянием завесы, Постаменто патрулируют берега в случае открытия ещё одного портала, Хаустие наблюдают за состоянием животных, потому что, видите ли, они первые чувствуют изменения в природе. Ты с утра до вечера пропадаешь в кабинете Алатеи… — Каэль… — Я остался один. Я никого кроме вас тут не знаю. Чёрт, тут даже телефоны не работают, чтобы хоть как-то убить время. — Послушай, я понимаю тебя, но и ты пойми, я не могу бросить дела. Сейчас на кону стоит судьба Юга. — Я и не спорю. Я знаю, что это важно, просто… меня бесит, что сейчас я бесполезен. Я так глуп, — обречённо выдохнул Каэль, роняя лицо в раскрытые ладони. — Ты не глуп… — Артемис приобнял парня за плечи, притягивая холодное тело к своей груди. — Но при этом я бесполезен, — нервно усмехнулся Каэль, — даже от Святослава в том мире больше пользы. Я уверен. — С чего такие выводы? — Я знаю его, — парень оторвал лицо от рук, поднимая свои бескрайние луга на лидера, — думаешь, он бы стал сидеть на месте, не бросаясь тут же искать, чем же нам помочь? Это Свят, он не умеет иначе. Он слишком светлый для этого мира, для всех миров. Иногда я думаю, что вместо меня стражем должен был родиться он… — Каэль, не говори так! Всё произошло так, как и должно было быть. Сила стража заключена не только в уме. Страж должен быть смелым, готовым встретиться с любой опасностью, уверенно смотреть смерти в глаза. Каэль, ты особенный. Пойми это. — Это всё есть и в Святе! — Каэль, твоё безрассудство — вот что отличает вас. Вспомни, как ты без страха убил Муранаку, хотя она была в сотню раз сильнее тебя. Не каждый бы страж решился так обманывать прародительницу. Да, иногда твоя импульсивность может привести к проблемам, но так же она помогает тебе. — Будто Святослав не совершал импульсивные поступки, — закатил глаза Каэль. — Святослав отчаянный, но часто его действия являются вынужденными, ты же постоянно влипаешь в приключения по своей воле. Подумай, если бы ты тогда не стал убегать от меня, а потом не потащился за мной в обитель кикимор, был бы ты сейчас здесь? Был бы ты сейчас со мной? — Я… — Каэль опустил взгляд на свои руки, нервно похрустывая ими. Мозг не находил подходящих слов. Артемис накрыл замок из пальцев парня своей ладонью, нежно поглаживая ледяные костяшки. — Если бы не ты, Святослав бы не узнал о нас. Тогда бы Энджи не вылез из той тьмы, в которой находился на протяжении многих лет. Если бы не ты, мы бы не узнали об истине Хозяина, мы бы не освободили Юг. Всё благодаря твоему безрассудству. Никогда в жизни даже не смей думать о том, что что-то должно было быть иначе. Всё случилось, как было уготовано судьбой. — Может, ты будешь выключать идеального лидера, хотя бы иногда, — тихий смех Каэля был лучше любого успокоения. Тяжёлый камень упал с груди. Артемис не удержался от слабой улыбки, которую мог вызвать только этот парень. — Я не могу отключить себя, — прошептал лидер, поддевая чужой подбородок длинными пальцами. Страж приподнял лицо Каэля, задерживая его напротив своих глаз. Дыхание лидера обжигало губы, грея остывшую кожу. Артемис не мог отвести взгляда от привлекательных весенних лугов. Лидер облизнул вмиг пересохшие губы, сглатывая ком слюны в горле. Каэль фыркнул, прикрывая глаза. Тёмные ресницы сомкнулись. Парень поддался вперёд, сокращая оставшееся расстояние, которое не решался убрать лидер. Язык Каэля настырно нырнул между губ, проходясь по ровному ряду зубов. Артемис поспешил ответить на страстный поцелуй, вступая в ожесточённую битву, больше напоминающую пламенный танец. Каэль опустил ладони на плечи лидера, перебираясь на колени парня. Страж оседлал бёдра, заключая шею Артемиса в крепкие объятия. Холод перестал так раздражать кожу. Тело нагрелось, заставляя грудь стража полыхать изнутри. Артемис не успевал за Каэлем. Парень водил ладонями по спине лидера, тут же хватаясь за лицо Артемиса, смыкая зубы на нижней губе, следом зализывая выступившие капли крови, вновь возвращая пальцы на плечи. Казалось, у парня сорвало контроль. Страж дорвался до так долго желанного, что уже не мог держать себя в руках. А Артемис и не хотел ему мешать. Руки лидера опустились на мягкие ягодицы парня, скрытые под лёгкой тканью трусов. Каэль вплёл пальцы в отросшие локоны Артемиса, грубо сжимая их. Лидер тихо зашипел в чужие губы, вызывая на его лице довольную улыбку. Лидер поспешил ответить неугомонному садисту, одной рукой подцепляя затылок Каэля, заставляя того откинуть голову. Не думая ни секунды, Артемис впился зубами в уже начинающую терять свой загар плоть, срывая с губ парня болезненный стон. Теперь они были квиты. Дыхание Каэля участилось. Воздух в комнате накалился. Парень на физическом уровне чувствовал возбуждение, разлившееся по чужим венам. Каэль наслаждался лишь одним пониманием того, что именно он вызывает в лидере такую бурю чувств, словно тайфун сносящую и самого стража. Каэль был готов нырнуть в этот омут с головой, утонуть, отдать всю свою жизнь, лишь бы всегда ощущать на себе эти восхищённые взгляды и чувствовать эти тёплые губы на своей продрогшей шее. Каэль чувствовал возбуждение парня, специально двигая бёдрами, потираясь ягодицами о натянутую ткань трусов. Ему нравилось издеваться над Артемисом, проверяя его степень терпения. И лидер всегда поражал его собственной выдержкой, позволяя играться со своим контролем, пока сердце Каэля само не потребует более активных действий. Каждый раз Каэль вступал в эту игру и всегда выходил из неё первым. Как и сейчас. Парень больше не мог ждать. Страж сцепил пальцы на плече лидера, резко падая на кровать, утягивая за собой раскрасневшегося Артемиса. Парень инстинктивно сжал руки на ягодицах Каэля, придерживая его, не разрывая контакт между их телами. Ладонь парня бессовестно нырнула под резинку трусов, пальцы обхватили набухший член, резко сжимая его. Артемис закусил губу, прикрывая глаза. На губах Каэля растянулась довольная улыбка. Лидер опустился к лицу парня, вовлекая не сопротивляющееся тело в очередной страстный поцелуй. Свободной рукой Артемис стащил трусы с бёдер парня, оголяя блестящую от пота кожу. Холод тут же обжёг оголённую плоть, заставив Каэля поёжиться, но он проигнорировал этот порыв, полностью концентрируясь на языке, нагло хозяйствующем в его рту. Парень поджал пальцы на ногах. Он не понимал, как лидер мог заставить его задыхаться в наслаждении лишь одним поцелуем. Рука Артемиса обхватила член. Большой палец прошёлся по головке, собирая выступившие полупрозрачные капли. Инстинктивно Каэль толкнулся в кулак парня. Ткань футболки задралась, соблазнительно оголяя впалый живот с несколькими появившимися кубиками пресса. Не удержавшись, Артемис опустил вторую руку на рельефную талию, проводя иллюзорные пути между мышцами подушечками пальцев. Каэль резким движением сдёрнул трусы лидера, опуская их до колен. Парень схватил запястье Артемиса, отрывая его руку от своего члена. Страж спешно обхватил возбуждения, заставляя разгорячённую плоть прижаться друг к другу. Лидер закусил губу, пытаясь сдержать рвущийся из горла стон. Не зная, куда деть руки, Артемис опустил ладонь на оголённое бедро парня, сжимая мягкую кожу в длинных пальцах. — Я люблю тебя, — прошептал Каэль, закидывая свободную руку на шею лидера. — Навечно, — кивнул Артемис, на губах парня засияла тёплая улыбка. Губы вновь нашли своё законное место, закрепляя слова нежным, совсем не похожим на предыдущие поцелуем.

***

Каэль поёжился, сильнее натягивая на голову одеяло. Холод, гуляющий по спальне, пробирался под тёплую ткань, обжигая оголённую кожу. Парень стал злиться на Артемиса, который, по-видимому, решил проветрить помещение с утра пораньше. Подниматься с кровати, вылезая из-под тёплого одеяла, совсем не хотелось, но и терпеть мороз он не собирался. — Артемис, — сонно пробурчал Каэль, пряча лицо под одеялом, — закрой окно, — пробурчал парень, но в ответ получил лишь молчание, — ты издеваешься? Каэль раздражённо оторвал голову от подушки, выползая из своей крепости. Страж уже приготовил обиженную тираду, но быстро опомнился. Комната была пустой. Сторона Артемиса пустовала. Лидер вновь отправился к Алатее, в очередной раз оставляя парня одного. Каэль обречённо взвыл, заваливаясь обратно на подушку. Сон пропал, оставляя место лишь для слабой и необоснованной обиды. Он не мог винить Артемиса, парень лишь выполнял свой долг, стараясь на благо собственного дома. Но как же Каэля достало просыпаться одному в пустой и холодной постели. Хотелось хотя бы раз встретить утро вместе с ним, а не с очередной мыслью о скучном и одиноком дне. Но лежать больше не было смысла. Сон оставил его, а холодный воздух нещадно жёг кожу. Как бы он не хотел подолгу валяться на кровати, наслаждаясь вынужденными выходными, совесть не позволяла тратить время зазря. Переборов нежелание вставать, парень поднялся с постели, кидая взгляд на окно, удивлённо приподнимая брови. Закрыто. Каэль вытащил из сундука новую униформу, наплевав на то, что, возможно, одежда Артемиса будет слегка велика ему. Парень спешно натянул на себя облегающие штаны и кофту с длинными рукавами, почти скрывающими его пальцы. Стало лучше, но мороз всё равно продолжал резать открытые участки кожи с уродливыми шрамами на спине. Страж вышел из комнаты, притворяя за собой дверь. Скука вновь накрыла его. Ещё один безынтересный день. Очередной одинокий день. Каэль вздохнул. Его начинало убивать собственное бездействие, хотя раньше он бы был только рад уйти от очередного дела. Сейчас же совесть душила острыми плетьми. Подумав пару секунд, парень решил самостоятельно найти для себя хотя бы какое-то занятие, чтобы не тратить ценные минуты на беспечное прожигание дней. Огромные коридоры штаба совсем опустели. Почти все стражи уже находились на личных заданиях, оставляя комнаты и помещения без присмотра. Каэль шагал вдоль бетонных стен, сжимаясь от холодного воздуха, от которого было невозможно скрыться. Мороз царапал кожу, оставляя фантомные ожоги. Страж уже стал задумываться о том, что на Востоке было не так уж и плохо. Хотя в этом утверждении тоже возникали свои сомнения. Парень не мог точно ответить, что он предпочёл бы больше: пробирающий до костей мороз или прожигающий кожу жар. Впереди показалась знакомая фигура. На губах сама по себе расплылась довольная улыбка. Каэль ускорил шаг, спеша сократить такое огромное расстояние в целый коридор между ними. Парень подскочил к девушке, без спроса забирая из рук той стопку тяжёлых старых книг, некоторые из которых всё ещё покрывались тонким, почти опавшим слоем пыли. — Спасибо, — кивнула Киара, поправляя тёплый плащ на своих плечах. — Куда? — спросил Каэль, пытаясь взглянуть на маму через стену источников знаний. — В кабинет Алатеи. — А что это? — Парень отправился вслед за девушкой, настороженно поглядывая на неустойчивую конструкцию в своих руках. — Сама не знаю, возможно, что-то полезное. Мне кажется, я перебрала уже всё, что можно, а ничего полезного так и нет. Уже полбиблиотеки туда-сюда перетаскала. — Понятно, — кивнул Каэль, — тебе уже лучше после полёта? — Неловко улыбнулся парень, пытаясь придать лицу как можно более весёлую маску. — Уже успела забыть. Главное, что мы смогли защитить Юг, — отмахнулась фея, приковывая взгляд к полу. Несколько тёмных локонов выпали из-за ушей, скрывая глаза девушки от сына. — Ясно, — Каэль затих, видя, что мама не желает развивать эту тему. Парень опустил взгляд на скрытую под толстой тканью кофты спину, хмуря брови, — ты тоже мёрзнешь? — Я фея, мы всегда сильнее всего реагируем на любое изменение в климате. Ощущаю себя, будто решила зайти в гости на Север. — Думаешь, это тоже последствия трещин в завесе? — Я уверена в этом. Юг никогда не знал таких морозов. Как бы древа фей не коснулась эта беда. Оно достаточно теплолюбивое существо, — Киара завернула за угол, следуя по уже заученному пути до знакомых дверей уже ставшего родным кабинета. — Всегда нужно надеяться на лучшее, — вздохнул Каэль. — Пока в сердце горит хотя бы один огонёк надежды, даже самая глубокая ночь уступит место рассвету, — хмыкнула фея, поправляя растрёпанные волосы. Киара распахнула двери, пропуская парня в просторное помещение. Парня тут же поприветствовал спокойный голос Алатеи. Девушка почтительно кивнула стражу, отступая в сторону, освобождая путь к столу. Каэль свалил книги на ровную поверхность, неосознанно облегчённо выдыхая. Кажется, он стал терять хватку после столь длительного отдыха. Вся коалиция уже была в сборе. Тео разместился на своём извечном месте — широком бетонном подоконнике. Парень кутался в свой некогда потерянный плащ, заметно дрожа от холода. Камилла сидела в самом углу зала, стараясь двигаться как можно меньше, чтобы пуховый плед не сполз с её тела. Лишь Эйван почти не чувствовал мороза, заполонившего здание. Его тёплая кофта теперь не висела на плечах, а выполняла свою основную функцию. Артемис оторвал взгляд от созерцания бумаг, переводя его на пришедшего Каэля. Губы сами собой расплылись в довольной улыбке. Лидер кивнул парню, мысленно желая тому доброго утра. Каэль скрестил руки на груди, кидая взгляд на заваленный бумаги стол. Артемис не врал, когда говорил о множестве дел, им действительно приходилось перебирать в головах сотни мыслей, каждый день напрягая мозг тяжёлыми думами. Каэлю даже стало стыдно за свою мимолётную обиду. — Как продвигаются дела? — Поинтересовался парень, поднимая один из исписанных листов. — Отвратительно, — вздохнула Алатея, устало прикрывая глаза. Девушка выглядела ужасно. Казалось, она не спала уже пару дней. Огромные синяки залегли под глазами. Щёки впали, а яркие радужки потеряли весь свой блеск, темнея. Кожа побелела, будто не видела солнце долгое время. Хозяйка чахла с каждым днём. — Мы так и не смогли найти причины разрушениям. Южные и северные стражи уже несколько дней бесцельно бродят вдоль завесы, и ничего, — прошипел Эйван, притягивая к себе одну из новоприбывших книг, без особого энтузиазма открывая её на первой попавшейся странице. Парень дунул на лист, сгоняя со слов налипшую пыль. Вместе с воздухом изо рта стража вышло и небольшое облачное серого пара. — А если попробовать найти сами трещины и залепить их пластырем? — Глупо улыбнулся Каэль, пытаясь разредить обстановку. Кажется, его шутку оценил только Тео, довольно хлопнувший в ладоши, залившийся заразительным смехом. — Каэль… — поражённо протянул Артемис, игнорируя глупые выходки Тео. Парень поднял непонимающий взгляд на стража, неотрывно смотрящего в открытое окно куда-то вдаль. Каэль медленно подошёл к лидеру, чувствуя, как воздух потяжелел от пугающих дум. Взгляд парня проследил за взглядом Артемиса. Искра страха проскочила в глазах Каэля. В горле пересохло, а сердце пропустило жалобный удар. Увиденное выбило всю уверенность из тела парня, заставляя ноги подкоситься. — Нет… думаю, одного пластыря здесь не хватит, — прошептал Каэль побелевшими от страха губами, неловко падая бёдрами на край стола, пытаясь перебороть непонятно откуда взявшуюся боль в затылке.