⚜️𝕺𝖚𝖙 𝖔𝖋 𝖙𝖍𝖊 𝓐𝖘𝖍𝖊𝖘⚜️

Анайя стояла над медным котлом, и ароматный пар окутывал её лицо, заставляя кожу блестеть от влаги. Волосы, выбившиеся из-под чепца, прилипли к вискам, но она не обращала на это внимания, сосредоточенно помешивая варево большой деревянной ложкой. В подвале царила рабочая атмосфера: пахло сушеной полынью, медом и терпкими кореньями. — Вот так, Анайя, веди плавнее, — наставляла Роуз, внимательно следя за движениями невестки. — У тебя прекрасно получается. Видишь, как меняется оттенок? Когда сироп станет золотисто-коричневым, мы разольём его по сосудам. Зимой, когда стужа пробирается в дома, люди болеют чаще, и это снадобье спасёт многих от изнуряющего кашля. Оно согревает изнутри и не даёт хвори уйти глубоко в лёгкие. Девушка кивнула, не отрывая взгляда от бурлящей жидкости. За этот год Анайя преобразилась. Исчезла та пугливая тень, что вздрагивала от каждого шороха. Она стала сильнее, её движения обрели уверенность, а взгляд — глубину и осознанность. Она часами пропадала в подземельях вместе с Роуз, изучая тайны растений и минералов. Теперь она знала, какой корень нужно растереть в порошок для бодрости, а какой лист высушить, чтобы подарить человеку спокойный сон без кошмаров. Она научилась различать тончайшие оттенки запахов и понимала, когда пламя под котлом должно быть ярым, а когда — едва теплиться, чтобы не погубить нежную силу лепестков. Кора часто уезжала по делам короны — её блестящий ум требовался то в столице, то на рубежах королевства. Но каждое её возвращение превращалось в праздник. Роуз с радостью наблюдала, как две женщины, столь разные по натуре, срослись душами, став единым целым. — Почти готово, матушка, — произнесла Анайя, наблюдая за цветом и густотой своего сиропа. — Капля держится на ложке, не стекая слишком быстро. — Великолепно, девочка моя, ты так быстро всему учишься. В тебе живет истинный талант к нашему делу. Ты чувствуешь жизнь в каждой травинке. — Благодарю вас, Роуз. Без вашего терпения я бы до сих пор боялась подойти к котлам, — ответила девушка. Дверь подвала скрипнула. Анайя вскинула голову, и её лицо мгновенно озарилось светом. — Кора! — воскликнула Анайя. Она передала ложку Роуз и, забыв о важности зелья, отскочила от котла. Путаясь в подоле длинного платья, она бросилась навстречу вошедшей. Девушка почти влетела в объятия жены, прижимаясь к ней всем телом, впитывая запах дорожной пыли, кожи и верховой езды. — О, Кора, как же я скучала! — выдохнула Анайя, пряча лицо на плече жены. — Ты меня едва с ног не сбила, — Кора рассмеялась, её голос вибрировал от нежности. Она крепко обняла девушку и поцеловала её долгим поцелуем, в котором была тоска разлуки и радость встречи. — И я скучала по тебе, дорогая. Каждая миля пути казалась мне вечностью без твоих глаз. — Эй, девочки, давайте не тут, — подала голос Роуз. — Нам ещё нужно закончить сироп для крестьян. Работа не ждёт, даже если любовь горит ярким пламенем. — А без моей жены ты никак не справишься, матушка? — спросила Кора, не выпуская Анайю из рук. — Ну, раз уж вы не можете друг без друга и мгновения, так и быть, я закончу сама. Позови ко мне Нину, пусть поможет мне разлить сироп по сосудам. — Обязательно позову, — отозвалась Анайя, торопливо снимая с себя передник и отдавая его Роуз. Уже через десять минут они бежали через длинные коридоры замка в свою спальню, не обращая внимания на удивлённые взгляды прислуги. Двери захлопнулись, отсекая весь остальной мир.

***

Кора держала Анайю в объятиях. Они лежали обнаженные на своем ложе в просторной спальне. За окном догорал вечер, и розовые блики солнца ложились на шёлковые простыни. — Королева совсем не может без тебя? — спросила Анайя, лениво водя пальчиком по крепкому плечу жены. — Неужели у неё нет никого, кто мог бы заменить тебя? — Никто не знает всех рецептов так, как я, — Кора поцеловала её в макушку. — Я не говорю никому точного состава и дозировок порошка. Я должна лично руководить его производством, чтобы быть уверенной в безопасности королевства. — Но я так редко тебя вижу, — Анайя надула губы, и в этом жесте было столько очарования, что сердце Коры дрогнуло. — Ты прекрасно проводишь время с моей матерью, ты так много всего уже выучила. Я горжусь тобой. — Мне всегда были интересны травы и их свойства. Это словно общение с самой землёй. — Да, я помню, ты говорила мне об этом ещё тогда, — Кора улыбнулась и снова поцеловала Анайю. — Ты не представляешь, насколько я счастлива с тобой, милая. Я не думала, что наш брак, будет наполнен такой любовью. — А если бы я была косая и кривая? — Анайя шутливо скосила глаза и скривила губы. Кора рассмеялась, глядя на это милое дурачество. — Я не видела твоего портрета, у твоей тётушки не было средств нанять художницу. Поэтому я была готова к тому, что внешность моей жены может не сразу меня привлечь. Но я надеялась, что она будет доброй. — А если бы я не была доброй? — Это невозможно, Анайя. Ты ангел — чистая, открытая. Но если бы что-то было не так, я бы всё равно проявляла уважение и заботу, как и подобает жене. Но ты просто чудо. В тот момент, когда я увидела тебя в том закоулке, я была поражена. Я почувствовала тебя. Великая Мать создала тебя для меня, и я узнала тебя ещё тогда. А когда ты рассказала, что бежишь от меня, да ещё и напугала саму себя страшилками, я поняла, что не смогу без тебя. Моя матушка зовёт тебя ангелом, и она права. — А я влюбилась в тебя еще тогда, когда думала, что ты Ровена, — призналась девушка, прижимаясь ближе. — Когда тебе придётся вернуться в столицу? — Только через месяц, Анайя, и весь этот месяц принадлежит нам. Девушка радостно подскочила: — Правда? Тогда поедем кататься верхом! Прямо в леса, к озеру! — Завтра, — Кора мягко уложила её обратно на перины, и её взгляд стал глубоким. — А сейчас... сейчас я хочу слышать твои стоны. Я хочу чувствовать тебя каждой частичкой своей души. Кора стала покрывать лицо девушки поцелуями. Её губы касались лба, век, кончика носа, пока не нашли губы Анайи в долгом, требовательном поцелуе. — О боги, Кора, — простонала Анайя. — От одного твоего прикосновения во мне всё начинает гореть. Весь мой мир превращается в пожар желания! Кора прокладывала поцелуями дорожку от лица до груди девушки. Её сильные ладони ласкали чувствительные бока жены, заставляя ту извиваться под ней. — Значит, надо его затушить, не так ли, дорогая? — прошептала Кора. Анайя запрокинула голову, подставляя шею под жаркие поцелуи. Тонкие пальцы Коры ласкали грудь девушки, играя с соском, вызывая у Анайи глубокие вздохи наслаждения. Тело девушки отзывалось на каждое движение, каждая клетка кожи пела под руками любимой женщины. — Твои руки... — выдохнула Анайя. — Нет ничего лучше в этом мире, чем твои руки. Они дарят мне жизнь и сводят с ума одновременно. Кора опустила руки ниже, лаская живот и внутреннюю сторону бёдер. Она знала каждое чувствительное место на теле своей жены, знала, от какого касания дыхание Анайи прерывается, а сердце начинает биться чаще. Стоны девушки становились всё громче, наполняя комнату музыкой страсти. — Войди в меня, — взмолилась Анайя. — Я хочу чувствовать тебя. Прошу, Кора, не мучай меня этой сладостью. — Уверена? — Абсолютно, — простонала Анайя, раздвигая бёдра и отдаваясь во власть своей жены. Кора выполнила просьбу. Она двигалась уверенно, подчиняясь ритму, который задавало само тело Анайи. Девушка наслаждалась каждым толчком, каждой секундой этой близости. — Вот так, милая? — шептала Кора, глядя на то, как преображается лицо её жены. — Да... глубже... сильнее! — требовала Анайя. Кора ускорилась, стремясь доставить ей всё блаженство, на которое только была способна. Анайя больше не сдерживала себя; она обвила бёдра Коры ногами, желая слиться с ней в одно целое. Мир вокруг перестал существовать — не было ни замка, ни лаборатории, ни войн, ни королевы. Были только они двое в центре этой бесконечной вселенной наслаждения. Анайя чувствовала, как внутри неё нарастает напряжение, подобное натянутой струне, пока наконец она не вскрикнула. Через её тело прошли волны неистового удовольствия, заставляя её содрогаться в руках Коры. Это было похоже на вспышку молнии, осветившую всё её существо. — Ох, Кора... — выдохнула она, когда первая волна спала. — Немного отдохни, — прошептала Кора, прижимая её к себе, чувствуя жар её кожи. — И я хочу ещё. Я хочу наполнить каждую твою клеточку собой. Я хочу, чтобы ты забыла своё имя, помня только мои губы и мои руки. Анайя лежала, тяжело дыша, наслаждаясь этими острыми ощущениями. Она чувствовала себя живой, желанной и бесконечно любимой. Её тело всё ещё подрагивало, а разум пребывал в золотистом тумане блаженства. Кора не дала ей долго отдыхать. Её губы снова нашли нежную кожу Анайи, спускаясь к животу, оставляя за собой дорожку огня. Каждое прикосновение было пропитано не просто страстью, но глубоким обожанием. Кора ласкала свою жену так, словно та была самым хрупким и ценным сокровищем в мире. — Посмотри на меня, — попросила Кора. Анайя открыла глаза, полные неги. В полумраке спальни глаза Коры сияли подобно драгоценным камням. — Ты моя, — произнесла Кора. — Отныне и навсегда. — Твоя, — эхом отозвалась Анайя. — Всегда только твоя. Новая волна желания захлестнула их. Ласки стали более требования — более явными. Руки Коры творили магию, превосходящую любую алхимию. Она находила новые грани удовольствия, заставляя Анайю выгибаться дугой, ловя губами воздух. Они утопали друг в друге, теряя границы тел. Анайя чувствовала, как её страсть становится ответом на страсть Коры. Она ласкала плечи жены, целуя ключицы и шею, вдыхая её родной аромат. Когда наступил второй пик, он был ещё мощнее первого. Анайя чувствовала как она растворяется в этом золотом свете, что дарит ей Кора. Её крик утонул в поцелуе, и они долго лежали неподвижно, сплетясь руками и ногами, прислушиваясь к затихающему грому своих сердец. Ночь полностью вступила в свои права, укрывая замок Валлар тёмным покрывалом. Но в этой спальне было тепло и светло от того чувства, что связывало этих женщин. Анайя засыпала на плече Коры, зная, что завтра будет новый день, наполненный прогулками и конечно, этой бесконечной любовью. Она больше не была маленькой испуганной девочкой; она была сердцем этого замка, его душой и его светом. Кора долго смотрела на спящую жену, оберегая её покой. Она знала, что ради этой девушки она свернёт горы и остановит любые армии. Её ангел, её Анайя — лучшее, что когда-либо случалось в её жизни.