⚜️𝕺𝖚𝖙 𝖔𝖋 𝖙𝖍𝖊 𝓐𝖘𝖍𝖊𝖘⚜️

Поместье бабушки Анайи, леди Мирабель, раскинулось посреди бескрайних вересковых пустошей. Это было суровое, продуваемое всеми ветрами место, где фиолетовые волны диких цветов встречались со свинцовым небом. Само здание, некогда величественное, теперь выглядело небогатым и даже слегка запущенным: серый камень стен местами порос лишайником, а плющ слишком вольно раскинул свои цепкие ветви по фасаду, закрывая часть узких окон. Девушка смотрела на этот дом с явным разочарованием и растерянностью. Ожидания, которые она лелеяла долгие годы, разбились о суровую действительность. — Что-то не так, Анайя? — негромко спросила Ровена, заметив, как поникли плечи её спутницы. — Нет… нет, всё так, — произнесла Анайя, но голос её дрогнул. — Просто я ожидала, что поместье бабушки будет в лучшем состоянии, чем наш родовой замок. Она, наверное, совсем не богата. Девушка тяжело вздохнула, глядя на покосившиеся зубцы невысокой стены. — Впрочем, это не имеет значения. Бабушка всегда была ко мне добра, когда я была совсем маленькой. Я помню тепло её рук и запах сушёной лаванды. Она перестала приезжать к нам только тогда, когда стала совсем старенькой и ей стало тяжело переносить долгие поездки в карете. Ровена понимающе кивнула, не отрывая взгляда от горизонта, где собирались тучи. — И что теперь? Поедешь к ней, под её защиту, или решишься вернуться домой? Анайя резко обернулась к Ровене и с нескрываемым ужасом покачала головой. В её глазах, ещё недавно светившихся нежностью после их близости, теперь появился страх. — Только мёртвой я туда поеду! Тётка меня тут же схватит и выдаст за это чудовище, за госпожу Валлар! Она не знает жалости, Ровена. Ровена снова не удержалась от тихой, едва заметной улыбки. — Ну почему ты так упрямо твердишь, что она чудовище? Неужели только потому, что тебе так сказала Мэри? — Ну она же знает! — горячо возразила Анайя, подаваясь вперёд. — Мэри слышала, что говорят на кухнях и в деревне. О жестокости Валлар слагают легенды! — О боги, какая ты ещё наивная, милая… — Ровена покачала головой, поправляя поводья своей лошади. — Я не наивная! — обиженно воскликнула девушка, её щёки вспыхнули румянцем. — Умная… да, — иронично подтвердила воительница. — И верит дочкам молочниц, которые несут всякую чушь, лишь бы приукрасить свои скучные будни. Анайя нахмурилась и отвернулась, закусив губу. Видя это, Ровена смягчила тон. — Я не осуждаю тебя, девочка. Ты молода и совсем не видела жизни. Тётка заперла тебя в замке, не выпуская за ворота, и эта дочка молочницы была твоей единственной связью с внешним миром. Твоей вины в этом нет. Ты повзрослеешь, и со временем всё поймёшь. Всё станет на свои места, мир окажется гораздо сложнее и интереснее, чем сказки глупых девчонок. Всё будет хорошо, поверь мне. Ровена говорила это, глядя девушке в глаза, и в её взоре на мгновение промелькнуло нечто глубокое, скрытое за привычной маской уверенности. — Я не хочу ничего понимать, — упрямо пробормотала Анайя. — Я только хочу, чтобы меня не отдавали этому монстру против моей воли. Она посмотрела на Ровену с надеждой, которая была почти осязаемой. — Может быть… может быть, ты останешься здесь, со мной? Бабушка добрая, она примет тебя. Мы могли бы… — Мне надо домой, Анайя, — мягко перебила её Ровена. — Мне нужно готовиться к кое-чему очень важному. Лицо Анайи омрачилось. Она почувствовала, как к горлу подступает комок. Всего за несколько дней эта женщина стала для неё центром вселенной. — Я так не хочу, чтобы мы расставались, — выдохнула она, и в её голосе зазвучала неприкрытая боль. — Мы ведь ещё увидимся? Пообещай мне. Ровена протянула руку и накрыла ладонь девушки, слегка сжав её пальцы. — Если богам будет угодно, мы обязательно увидимся. Анайя горько вздохнула, понимая, что не может заставить Ровену остаться. — Ну что, поедем? Ты готова встретиться с семьей? — спросила Ровена. Девушка молча кивнула и слегка потянула за поводья, направляя лошадь к воротам поместья.

***

Они подъехали к старым воротам, и Ровена постучала. Спустя минуту ворота со скрипом отворились, и на пороге появилась женщина, одетая в простое платье охранницы. — Я… я внучка госпожи Мирабель, — начала Анайя, стараясь придать голосу твёрдость. — Я приехала к ней. Вы впустите меня? Женщина прищурилась, всматриваясь в лицо гостьи, и вдруг её лицо осветилось радостной улыбкой. — Леди Анайя? О боги, как же вы выросли! Настоящая красавица. Она поспешно отступила в сторону, пропуская всадниц во внутренний двор. На пороге дома показалась пожилая женщина. Её волосы были белыми, как первый снег, а лицо покрывали морщины. — Анайя? — закричала она, всплеснув руками. — О боги, милая, ты ли это? Копия своей матери! Дитя моё! Леди Мирабель, тяжело ступая и опираясь на палку, поспешила навстречу. Девушка спрыгнула с лошади и бросилась в объятия бабушки. — Бабушка, я так скучала! Так скучала! Я здесь, я приехала просить твоей помощи… Прошу, спрячь меня от тётушки! Она хочет выдать меня за госпожу Валлар, а та — настоящее чудовище! Умоляю, не отдавай меня ей! — О, милая… — леди Мирабель печально покачала головой, прижимая внучку к себе. Она подняла взгляд на Ровену, которая всё ещё оставалась в седле, наблюдая за сценой. — Благодарю вас, госпожа, что доставили мою внучку в целости и сохранности. — Почти в целости, — усмехнулась Ровена. — Ровена! Иди к нам! — Анайя радостно обернулась, её лицо просветлело. — Познакомься с моей бабушкой! Она самая добрая на свете! Ровена вежливо кивнула пожилой женщине, но с места не сдвинулась. В дверях дома появились люди. Анайя скорее почувствовала их присутствие, чем увидела. Она медленно обернулась и замерла, её лицо стало бледнее полотна. — Тётушка… — пробормотала она, отступая на шаг. — О нет… нет! — Я приехала за тобой, дитя, — раздался голос леди Эмилии. Женщина начала медленно спускаться по лестнице. Она была одета в дорогое дорожное платье, а за её спиной стояли охранницы в добротных доспехах — хорошо вооружённые и с суровыми лицами. Анайя никогда не видела прежде этих людей. — Я так переживала о тебе, Анайя. Ну разве можно вот так убегать из дома, подвергая себя опасности? Это было крайне безответственно. — Нет, нет… — прошептала Анайя, пятясь назад. Девушка в панике бросилась к своей лошади, но конюх уже уводил животное на другую сторону двора. — Ровена! — закричала Анайя, бросаясь обратно к своей единственной защитнице. — Прошу, не отдавай меня им! Не позволяй им забрать меня! Ровена спрыгнула на землю, передала поводья подбежавшей служанке и подошла к Анайе, которая буквально вцепилась в её одежду. — Не волнуйся, не бойся ничего. Иди к своей семье, милая. Здесь ты дома. — Ты с ума сошла! — в отчаянии закричала девушка. — Они увезут меня обратно! Тётка отдаст меня как вещь! Но я не вещь! Я не хочу к этому чудовищу! Я лучше умру прямо здесь! Анайя рыдала, прижимаясь к Ровене. — Ну-ну, тише. Всё хорошо. До смертей дело не дойдёт, уверяю тебя. Ты со своей семьёй, в полной безопасности. Никто здесь не причинит тебе вреда. — Тётка высечет меня! — не унималась Анайя, задыхаясь от слёз. — Я в жизни руки на тебя не поднимала! — возмущённо возразила Эмилия, подходя ближе. — Что ты такое говоришь? В каком свете ты меня выставляешь перед людьми? Она всплеснула руками и утерла глаза платком. — Ничего, госпожа, девочка просто расстроена и устала, — ответила Ровена, обнимая Анайю, которая находилась в состоянии настоящей паники. Девушка нервно всхлипывала, её тело сотрясала дрожь. Она цеплялась за Ровену так, как утопающий цепляется за последнюю соломинку. — Не отдавай меня! Прошу, не отдавай! Я поеду с тобой куда угодно! Я стану твоей рабыней, буду служить тебе, только не бросай меня здесь! Не позволяй им выдать меня за этого монстра! Ровена наклонилась, заглядывая в заплаканное лицо девушки. — А может быть, всё не так страшно, милая? — Я не хочу-у-у! — взвыла Анайя, и этот крик, полный боли и отчаяния, разнёсся по всему двору. — О боги… — Ровена тяжело вздохнула. — Но я должна уйти, дитя. У меня есть дела. А ты — дома. Твоя бабушка и твоя тётя здесь, они любят тебя. Всё наладится. — Нет! — продолжала рыдать Анайя. — Нет! Девушка оглянулась: бабушка Мирабель и тётка Эмилия стояли в нескольких шагах, растерянно глядя на это зрелище. Юная наследница древнего рода, забыв о всякой гордости, висела на женщине и рыдала в полном отчаянии. — Анайя, — Ровена взяла её за плечи и развернула к себе. — Посмотри на меня. Девушка подняла залитое слезами лицо. — Ты мне веришь? — Да… только тебе! — всхлипнула Анайя. — Если веришь, то послушай. Всё будет хорошо. Иди к своей семье. Отдохни с дороги, приведи себя в порядок. А потом поезжай с тётушкой в её замок. И ничего не бойся. Слышишь? — Тебе легко говорить! — закричала Анайя, топнув ногой. — Не тебя же отдают за чудовище! Ровена печально улыбнулась и покачала головой. — Какое же ты ещё дитя… — Я не дитя! Не дитя! И я люблю тебя! — в исступлении крикнула она, и этот крик заставил всех присутствующих замереть. Ровена изо всех сил пыталась сохранить спокойствие. — Так, Анайя. А ну-ка быстро утри слёзы и иди к своей семье. Успокойся. И поверь мне, всё будет хорошо. Никто тебя не обидит. Тебе не причинят вреда. — Ты придёшь и спасёшь меня? — с надеждой спросила девушка, глядя на неё снизу вверх. — Тебя не нужно спасать, девочка. С тобой всё будет в порядке, вот увидишь. Ровена решительно отстранила от себя Анайю и сделала шаг назад. — Проводите леди Анайю в дом. Обеспечьте её всем необходимым, — распорядилась она тоном, не терпящим возражений. К Анайе тут же подбежали леди Эмилия и бабушка. Они попытались обнять её, увести прочь от ворот, но девушка снова вырвалась и бросилась к Ровене, пытаясь ухватиться за её руку. — Не оставляй меня! — Доверяй мне, — негромко произнесла Ровена. Она быстро наклонилась, поцеловала девушку в лоб и сама передала её в руки подошедшей стражи. — Чтобы ни один волос не упал с её головы, — бросила она стражницам. Ровена легко вскочила в седло и в последний раз оглянулась на бьющуюся в руках Мирабель и Эмилии девушку и, пришпорив лошадь, выехала за ворота. — Ровена! Ровена, прошу! Ровена! — И этот отчаянный крик ещё долго разносился над вересковыми пустошами.