⚜️𝕺𝖚𝖙 𝖔𝖋 𝖙𝖍𝖊 𝓐𝖘𝖍𝖊𝖘⚜️

Солнечный луч медленно полз по подушке, ослепляя Анайю и заставляя девушку недовольно отворачиваться. При всём своём упрямстве юная герцогиня слишком устала бороться с навязчивым светом и всё же открыла глаза. Она лежала на просторной кровати посреди чистой комнаты. Обстановка здесь была довольно скудной: небольшой стол у окна, камин и эта огромная кровать, занимавшая почти всё пространство. Анайя села и откинула одеяло. — Ой! — воскликнула она, проведя руками по телу. На девушке осталась лишь тонкая нижняя рубашка. Её старое платье и чулки исчезли. Анайя растерянно огляделась, но одежды нигде не было. Она встала, босыми ногами коснулась прохладного пола и направилась к двери, дёрнула за ручку. — О нет, нет, нет! — пробормотала она, чувствуя, как внутри зарождается паника, холодными пальцами сжимающая горло. — Только не это! Дверь была заперта снаружи. Девушка бросилась к окну. Внизу шумела обычная улица: весна уже вступала в свои права, выгоняя людей погреться на солнце. Народу в это утреннее время было довольно много: торговки с корзинами, матери с детьми, суровые наёмницы в кожаных доспехах. Все шли по своим делам, наполняя пространство голосами. Анайя попыталась открыть раму, но дерево просело и застряло в пазах. Она дёрнула сильнее, потом ещё раз, уже с отчаянием, но дерево не поддалось. — Что же мне делать! — всхлипнула Анайя, чувствуя, как по щеке скатывается слеза. Она осмотрела комнату, надеясь найти хоть что-то, способное послужить защитой. На столе стояла свеча в маленьком металлическом подсвечнике — единственное подобие оружия в этих стенах. Девушка вытащила огарок, отбросила его в сторону и крепко сжала в ладони подсвечник. С этим скудным средством обороны она вернулась к кровати, опустилась на самый край и замерла, не сводя напряжённого взгляда с двери. Долго ждать не пришлось. Вскоре в коридоре раздались уверенные шаги, замок щёлкнул, и в комнату вошла Ровена. Анайя вскочила, выставив перед собой подсвечник. Руки дрожали, выдавая её состояние, но она отчаянно старалась не показывать страха, упрямо вскинув подбородок. Ровена замерла на пороге и весело усмехнулась. — Какая воинственная девушка! — произнесла воительница, оценив позу своей гостьи. — Сразу видно — не из робких. — Что… что вы со мной сделали? — спросила герцогиня, опустив взгляд на свою рубашку. Она попыталась прикрыться свободной рукой, но это выглядело жалко, и она сама это понимала — в груди закипала горькая обида на собственную беспомощность. — Кто-то вчера слишком увлёкся вином. Ты едва переставляла ноги, тебя вырвало, твоё платье было безнадёжно порвано и испорчено. Я велела его выбросить. Ровена, не обращая внимания на испуганную фигурку с подсвечником, подошла к столу. В её руках был объёмный свёрток. Она развернула его и достала одежду: платье благородного голубовато-серого цвета, новую сорочку, чулки и изящные туфли. Всё было аккуратно сложено и выглядело дорогим — такой ткани Анайя не носила уже много лет. — Я купила тебе новое. Сейчас принесут горячую воду, и тебе помогут вымыться. Потом мы позавтракаем и поедем к твоей бабушке в Вересковые Пустоши. — Ровена улыбнулась, сделала шаг к кровати и протянула ладонь. — Отдашь своё опасное оружие? Девушка посмотрела на разложенную на столе одежду, затем на Ровену и неуверенно протянула ей подсвечник. — Молодец. Ты хотела защитить себя и не стала рыдать и биться в истерике, — похвалила её женщина. В дверь постучали. Анайя вздрогнула от неожиданности. — Не волнуйся, это принесли воду, — успокоила её Ровена. Женщина направилась к выходу, и Анайя заметила, что её спасительница слегка прихрамывает. Хромота была едва уловима, и если бы Ровена не упомянула об этом вчера ночью, девушка могла бы ничего не заметить. Ровена открыла дверь, и в комнату вошли несколько девушек. Двое несли небольшую кадку, остальные — вёдра. Вскоре помещение наполнилось паром. Одна из помощниц — с тёмно-русыми волосами и карими глазами — достала из кармана стеклянную бутылочку и вылила содержимое в воду. Аромат лаванды заполнил всё пространство комнаты, перебивая запах старого дерева и сырости. Девушки поклонились и вышли. Осталась только та, что добавила масло в кадку. — Это Нина, моя служанка, — произнесла Ровена. — Она поможет тебе вымыться и переодеться. Я же пойду распоряжусь, чтобы тебе нашли спокойную лошадь. Ты ведь умеешь ездить верхом, девочка? Анайя перевела потрясённый взгляд с курящейся паром воды на Ровену. — Умею… — выдохнула она тихо. В детстве её учили, но с тех пор прошло много времени. Она надеялась, что навык не потерялся — как и вера в то, что чудеса всё же случаются. Ровена рассмеялась, глядя на её ошеломлённый вид. — Всё хорошо. Я не обижу тебя. Я ведь не жуткая бабка с клюкой, у которой кожа свисает клочьями. Я не ем младенцев и не пью кровь девственниц. Женщина забавно склонилась и прошлась по комнате, наигранно прихрамывая на обе ноги и корча жуткую гримасу. Анайя не выдержала и искренне засмеялась — впервые за последние дни легко и свободно. Улыбнулась и стоящая рядом служанка. Ровена вышла за дверь, оставив Анайю наедине с Ниной. — Я помогу вам, ваша светлость, — служанка вежливым жестом указала на кадку с водой. — Прошу вас, не стесняйтесь. Вода идеальна, — сообщила Нина, проверяя температуру ладонью. Анайя подошла ближе, коснулась воды и улыбнулась от удовольствия. Запах лаванды был восхитителен и успокаивал — казалось, он смывал не только грязь, но и страх. Она отвернулась от служанки, стыдливо скинула рубашку и забралась в кадку. Тёплая вода обняла тело, и Анайя выдохнула с облегчением, наконец за долгие месяцы позволила себе расслабиться. — О боги, — простонала она, полностью погружаясь в ароматную негу. Нина достала мыло и флакон с маслом и стала помогать девушке, проявляя удивительную деликатность. — Какие у вас красивые и мягкие волосы. Словно у маленького ребёнка, — сказала служанка, поливая голову Анайи из ковша. Вода стекала по спине юной герцогини тёплыми ручьями. — Ты давно работаешь у госпожи Ровены? — поинтересовалась Анайя, расслабляясь под умелыми руками. — Давно. Я была ещё подростком, когда попала к госпоже. Вот уже несколько лет я сопровождаю её. Добрее человека на всём свете нет. — Ты тоже поедешь в Вересковые Пустоши? — спросила Анайя, приподнимая голову. — О нет, госпожа, — Нина принялась обтирать плечи девушки мягкой тряпицей. — Я вернусь в поместье госпожи Ровены. Вы поедете вдвоём, меня просто позвали помочь вам сейчас. — А кто она такая, эта госпожа Ровена? — Анайя старалась вглядеться в лицо служанки, надеясь уловить признаки лжи или хотя бы тень сомнения. — Самая благородная госпожа, которую только можно встретить. — Она графиня или герцогиня? — Нет, дитя, — усмехнулась Нина. — Но она очень богата. — А она… она не обидит меня в пути? — Анайя спросила это совсем тихо, почти шёпотом. Ей было стыдно за свой вопрос: она вчера напилась в присутствии этой женщины, спала в её комнате, и переживать за безопасность сейчас казалось странным. Нина рассмеялась и ласково коснулась мокрых волос девушки. — О нет, ваша светлость. Госпожа Ровена — самая порядочная из всех, кого мне довелось знать. Вам очень повезло, что вы встретили именно её. Вы такая красивая, юная и нежная. Она вас от любой беды защитит и ни за что не обидит.

***

Спустя время Анайя стояла перед старым зеркалом. Когда у неё в последний раз было новое платье? Она не могла вспомнить такого момента. Сейчас на ней была мягкая сорочка с изящной вышивкой и кружевом. Само платье выглядело простым, без лишних изысков — такие носят состоятельные горожанки, — но ткань оказалась совершенно новой, дорогой на ощупь. Идеальный покрой подчёркивал её стройность. Тонкие чулки и мягкие туфли были невероятно удобными. Девушка рассматривала своё отражение, не веря собственным глазам. Нина расчесала её локоны и заплела их в изящную причёску, собрав пряди по бокам и оставив их ниспадать на спину мягкими волнами. Анайя походила скорее на сказочное существо, чем на беглянку. — О боги, как же вы прекрасны! — произнесла Нина с искренним восторгом. Служанка вытащила маленький сосуд из кармана своего передника, смочила палец и коснулась кожи за ушами девушки. Необычный восточный аромат — сладкий, глубокий, чуть пряный — окутал Анайю. Она вдохнула и почувствовала, как тепло разливается в груди. — Вам этот запах идеально подходит, — Нина протянула флакон. — Пусть он останется у вас. Герцогиня бережно взяла подарок. Духов у неё тоже никогда не было. Анайя, привыкшая к старым обноскам и голоду, стояла сейчас в этой комнате над таверной — умытая, причёсанная, благоухающая дорогими маслами — и чувствовала себя принцессой из старых баллад. Эта женщина, так внезапно вошедшая в её жизнь, спасла её от уличных бандитов, накормила, уложила спать, одела в новую красивую одежду, а теперь обещала отвезти к бабушке и спасти от брака с чудовищем. Наверняка она была послана самими богами. Стук в дверь вырвал девушку из раздумий. — Я могу войти, Нина? Наша красавица готова? — раздался голос Ровены из-за двери. — Да, госпожа, проходите, — отозвалась служанка. Ровена вошла в комнату, и Анайя обернулась. Женщина замерла на месте. Девушка стояла в лучах утреннего солнца, воплощая собой чистоту и невинность — хрупкую и настоящую. — Нина, она восхитительна. Ангел, сошедший на землю. Благодарю вас, боги, как же мне повезло! Тебе так не кажется, Нина? — произнесла Ровена. — Несказанно повезло, — улыбнулась служанка, собирая вещи. Анайя опустила голову, чувствуя, как лицо заливает жаркий румянец. Она не привыкла к таким словам — за годы лишений и одиночества она почти забыла, что такое искренняя похвала. — Да я самая обычная! — пробормотала она смущённо. — О нет, милая, ты далеко не обычная! — Ровена подошла ближе и осторожно приподняла лицо девушки за подбородок. — У тебя божественная красота. Затем женщина, словно опомнившись, отпустила Анайю и отступила на шаг. — Ну что, дитя, пойдём вниз. Ты позавтракаешь, и мы отправимся в путь. Повезу тебя к твоей бабушке, как и обещала. Анайя радостно улыбнулась, чувствуя, как страх окончательно покидает её сердце, уступая место робкой надежде. — Спасибо, госпожа.