Не охотник

Шейн сидит на краю кровати в своем гостиничном номере и то смотрит на телефон в одной руке, то на смятый лист бумаги в другой. Его колени подрагивают в такт нарастающему в груди беспокойству. Для этого беспокойства нет абсолютно никаких причин. Он хорошо провел выходные с друзьями, все его вещи постираны, аккуратно уложены, а ручная кладь с удостоверением личности, паспортом и посадочным талоном лежит у его ног в переднем кармане. Шейн даже пережил самое тяжелое похмелье в своей жизни. Ему не из-за чего так нервничать. Но он нервничает. Это глупо. Клифф явно неравнодушен к Шейну. Клифф был настолько неравнодушен, что угостил выпивкой целую компанию, большинство из которых он не знал. Он был настолько неравнодушен, что танцевал с Шейном в переполненном клубе и ушел с ним. Клифф сказал, что хочет, чтобы Шейн ему написал. Но глупая, подверженная тревожности часть его мозга, которая плохо считывает социальные сигналы, из-за которой ему трудно смотреть людям в глаза и из-за которой любое социальное взаимодействие кажется ему игрой плей-офф, парализовала Шейна тревогой. Что, если он неправильно истолковал сигналы Клиффа накануне вечером? Что, если Клифф вообще не был к нему неравнодушен? Что, если Клифф просто морочил ему голову из-за их дурацкого хоккейного соперничества с Розановым? Шейн понимает, что Клифф не стал бы морочить ему голову из-за хоккейного соперничества — сейчас межсезонье, напоминает себе Шейн, — и в целом Клифф считается очень милым и дружелюбным парнем. Шейн слышал, как многие другие игроки задавались вопросом, как Марло и Розанов могут быть так близки, ведь Розанов — тот еще засранец. Но Шейн понимает, что Розанов не такой уж и засранец. Ну, то есть он и правда засранец, но обычно он очень милый, и Шейн знает, что Розанов играет на публику. Но что, если Клифф не хотел ничего большего, кроме как переспать с Шейном разок-другой? Шейн думает, что это было бы даже хуже, чем если бы Клифф пытался заморочить ему голову. Шейну до смерти надоели случайные связи и украденные моменты. Шейну надоели секреты, ему надоело скрываться и лгать. Шейн занимался этим последние шесть лет, ему это осточертело, и он больше не хочет так жить. Из-за этого Шейн погружается в еще больший страх. Что, если он напишет Клиффу, и это приведет к чему-то большему, чем вчерашняя пьяная интрижка? Шейн не может признаться Клиффу, что сам навязался к нему, потому что хотел позлорадствовать над парнем, который его бросил. Потому что парень, на которого злится Шейн, который его бросил и которому Шейн пытался отомстить, совсем не похож на Клиффа. Розанов — товарищ Клиффа по команде, его капитан, а Илья, черт возьми, его лучший друг. И Розанов не в опале — по уважительной причине, напоминает себе Шейн, — но он не может признаться Клиффу, что спал с Розановым по всем этим причинам. Он даже не может сказать: «Да, я спал с одним из твоих товарищей по команде, который скрывает свою ориентацию, но это нормально, мы больше не встречаемся». Будут ли их гипотетические будущие отношения строиться на лжи? Блядь. Он даже не может спросить совета у Хэйдена или Джей Джея, потому что они, скорее всего, не переживут, если узнают, что Лили на самом деле Илья, а Илья — это Розанов, которого все они должны ненавидеть за то, что он мудак. И он не может спросить у Джеки, потому что они с Хэйденом не умеют хранить секреты друг от друга. Если бы это не было так мило, это было бы даже неприятно. Он медленно выдыхает и открывает новое сообщение, которое отправил Бонни, потому что знает, что она не выдаст его. И не станет осуждать его за эту неразбериху.

Shane:

Предположим.

Если у меня был роман с другим парнем

Но ничего серьезного!

И теперь у меня есть шанс закрутить с его другом.

Должен ли я рассказать новому парню о своем прошлом?

Или лучше не упоминать об этом?

Шейн нервно подпрыгивал на кровати, грызя шнурок от худи, и ждал ответа Бонни. Шейн чувствовал себя глупо, он не понимал, почему так волнуется. Клифф — просто парень, очень сексуальный парень. Очень сексуальный парень, который дружит с его главным соперником, играет за конкурирующую команду и дружит с бывшим любовником Шейна. Может быть, именно это имели в виду его старые учителя по здоровому образу жизни, когда говорили, что секс все усложняет. Потому что впервые за очень долгое время секс и отношения кажутся ему чем-то очень сложным. Шейн с громким разочарованным стоном упал на кровать, ожидая ответа Бонни и злясь на себя за то, что так волнуется из-за парня. Он не переживал из-за парней уже лет шесть. Что такого в бутылках с водой «Бостон Рейдерс», из-за чего Шейн превращается в комок нервов? По крайней мере, Бонни быстро отвечает. Bonnie: Нет??????? Ты не обязан ничего говорить, если не хочешь. Или если тебе кажется, что это небезопасно. Не зацикливайся на этом. Просто веселись и не парься. Вот почему мне нравится быть одной. Я могу делать, что хочу, и ни с кем не ссориться. Погоди, это из-за того горячего парня, с которым ты ушел из клуба?!?!? По закону и по совести ты обязан забраться на него, как на дерево!! А потом все мне рассказать!!!!!!!! Шейн смеется, и тугой комок тревоги в его груди лопается, пока он читает сообщения, которые появляются одно за другим.

Shane:

По закону?

Bonnie: Да, по закону. Если ты этого не сделаешь, я подам на тебя в суд за моральный ущерб. Шейн смеется так сильно, что у него наворачиваются слезы, пока он печатает ответ.

Shane:

Не думаю, что это так работает.

Тревога, сжимавшая сердце Шейна, полностью улетучилась вместе со смехом. Это позволяет ему без паники добавить Клиффа Марло в список контактов на телефоне. И он делает это. Сохраняет номер Клиффа в телефоне, не испытывая ни чувства вины, ни тревоги. Шейн не знает, зачем он это делает, но аккуратно складывает записку с номером Клиффа и кладет ее в бумажник на хранение. От этого у Шейна в животе порхают бабочки. Он сохранил номер Клиффа в телефоне под его настоящим именем. Он хранит в бумажнике записку Клиффа, написанную его рукой. У Шейна есть материальное доказательство того, что что-то может измениться. Шейн улыбается, открывая новое сообщение, в верхней части которого написано имя Клиффа.

Shane:

Эй!

Это Шейн Холландер. Я просто хотел...

Шейн замолкает, стирая уже набранные слова. В груди нарастает новая волна тревоги, пока он смотрит на пустую переписку, в которой нет ничего, кроме потенциала. Шейн не знает, что сказать. Он хочет, чтобы его голос звучал уверенно, сексуально, маняще, хочет казаться крутым, но он не такой. Он никогда таким не был. Он не хочет показаться скучным, слишком нетерпеливым или жалким. Не слишком ли рано писать Клиффу? Когда уже можно писать ему? Он вспоминает, как однажды, когда Хэйден только познакомился с Джеки и Драпо, несколько его товарищей по команде добродушно подшучивали над ним из-за того, что он сразу же написал Джеки. Он вспоминает, как однажды Комо сказал, что всегда ждет три дня, прежде чем написать девушке, а Джей Джей ответил, что три дня — это слишком долго, что двух дней вполне достаточно. Почему общение с людьми должно быть таким чертовски сложным? Лучше бы оно было таким же, как хоккей, с четко прописанными правилами и регламентами. Шейн снова стонет, зажмуривается и делает медленные глубокие вдохи — через нос, выдыхая через рот. Он просто нервничает, через минуту все пройдет. Это просто тревога дает о себе знать. Он не хочет ждать, чтобы написать Клиффу, а Клифф хочет, чтобы Шейн ему написал. Он оставил об этом записку. Шейн делает еще один глубокий вдох. Он вдыхает через нос и задерживает дыхание на десять секунд, а затем медленно выдыхает через сложенные трубочкой губы и открывает глаза. С Шейном все в порядке, ему стало лучше, все прояснилось, как на льду, когда он ждет, когда шайба упадет в первом вбрасывании. Шейн не хочет ждать, ему надоело ждать. Он все еще не знает, что сказать, но все равно печатает, повинуясь инстинкту.

Shane:

Привет, это Шейн.

Я все-таки пережил это похмелье…

Хотя в какой-то момент казалось, что все кончено.

Как дела?

Он отправляет сообщение, не успев как следует его обдумать. У него нет времени на раздумья. Нужно встать, собрать вещи и спуститься в вестибюль, чтобы встретиться с остальными гостями. Им нужно успеть на обратный рейс в Монреаль, а потом Шейн сам полетит в Оттаву, чтобы провести межсезонье в тишине и спокойствии. Шейн делает еще один глубокий вдох, засовывает телефон в карман спортивных штанов, встает с кровати, накидывает рюкзак на плечо, берет чемодан и выходит из номера. Едва Шейн успевает коснуться латунной ручки двери, как в кармане громко звенит телефон. Шейн не может сдержать улыбку, как подросток, впервые влюбившийся. Он даже не знает, кто ему написал. Это мог быть кто угодно: мама, Джоуи, Джеки, Бонни, которая спрашивает, написал ли он Клиффу, Джей Джей или Рик из группового чата Rolling the Metros. Но это не мешает ему достать телефон из кармана спортивных штанов, когда он выходит из гостиничного номера. Увидев новое уведомление, Шейн расплывается в улыбке. Одно непрочитанное сообщение: Клифф Марло Шейн не отрывает глаз от экрана телефона, медленно шагая по пустому коридору отеля к лифтам. В ожидании лифта он открывает сообщение от Клиффа и чувствует, как у него кружится голова. Он жадно читает слова на экране телефона. Kliff: Привет, Шейн 😊 Я рад, что ты справился. Надеюсь, имбирный эль тебе помог и что я купил именно тот, который нужно. Я жалею о многих решениях, принятых прошлой ночью. Но не о тебе! Я не жалею о тебе. Я жалею о том, что мои родители привезли домой Джейса, а не щенка. Шейн не может сдержать улыбку, он жуёт шнурок от худи, который каким-то образом оказался у него во рту, а он и не заметил. Но он улыбается, пока одно за другим появляются сообщения от Клиффа. Он и не подозревал, что Клифф знает о его любви к имбирному элю, не говоря уже о том, что он знает, какой именно марки имбирный эль предпочитает Шейн. От того, что Клифф позаботился о том, чтобы купить Шейну именно тот имбирный эль, на душе у Шейна становится тепло и уютно. От нервного бормотания Клиффа у Шейна снова начинают порхать бабочки в животе. Приятно осознавать, что он не единственный, кто нервничает. Шейн так увлечённо перечитывает сообщения Клиффа во второй и третий раз, что едва не пропускает момент, когда двери лифта открываются, и он выходит в вестибюль отеля, залитый ярким послеполуденным солнцем.

Shane:

Джейс?

Kliff: Мой тупой младший братец. Шейн смеётся, вспоминая их вчерашний разговор в баре. Он вспоминает, почему Клифф оказался в Нью-Йорке, в том же клубе, что и Шейн с друзьями, — как будто это было предначертано судьбой.

Shane:

Тот, у кого день рождения, да?

И что такого он сделал, что ты жалеешь о его существовании?

До меня доходили слухи о том, как бурно «Рейдерс» умеют веселиться.

Kliff: Слухи сильно преувеличены. Мы играем на износ, поэтому и веселимся на полную катушку. Но на следующее утро встаем и играем в два раза усерднее. Я потратил целый день на то, чтобы присмотреть за Джейсом и его семерыми похмельными дружками из студенческого братства. Я лучше проведу целый день в тренировочном лагере, делая только то, что говорит тренер, чем еще минуту в этом гостиничном номере с этими тупыми бездельниками. Шейн так увлекся разговором с Клиффом, что не заметил, как в вестибюле появились Джей Джей, Бонни и еще несколько подружек невесты. Шейн крякнул и уперся ногами в пол, чтобы не сдвинуться с места и не упасть, когда Джей Джей со смехом налетел на него. — Кому ты пишешь? — спросил Джей Джей, смеясь и закидывая руку Шейну на плечо. — Ты так не улыбался с тех пор, как вы с Лили перестали общаться, — добавил он, махнув рукой в сторону лица Шейна. Шейн почувствовал, как краснеет от смущения. В прошлом году он признался Джей Джею и Хэйдену, что Лили — мужчина, после того как «Адмиралс» выиграли Кубок Стэнли, а Скотт без зазрения совести поцеловал Кипа на глазах у всего хоккейного мира. Его друзья знают, что Лили — мужчина, но не знают, что этот мужчина — еще один игрок «Миннесота Уайлд», не говоря уже о том, что Лили — это Розанов. Шейн считал, что ему отлично удалось скрыть, как сильно он был обижен тем, что Розанов перестал с ним общаться. Но Джей Джей прав: Шейн не чувствовал себя так с тех пор, как Розанов исчез из его жизни, хотя от неожиданного напоминания об Илье у Шейна сжалось сердце и на мгновение скрутило живот. — О боже, ты что, написал этому горячему лесорубу? — спросила Бонни, внезапно появившись рядом с Джей Джеем и Шейном, словно телепортировавшись из другого конца вестибюля. Шейн подпрыгнул и зашарил рукой в поисках телефона, едва не уронив его на мраморный пол. — Черт! — воскликнул Джей Джей, напуганный внезапным появлением женщины. Бонни не выказала ни малейшего волнения и озорно ухмыльнулась. Джей Джей прижал руку к сердцу и игриво уставился на Бонни. — Откуда ты вообще взялась? — спросил защитник, и в этот момент Шейн ответил: «Из ниоткуда». — В том же лифте, что и ты, — ответила Бонни, кокетливо хлопая ресницами в сторону Джей Джея, а затем снова повернулась к Шейну. — Ну? — настойчиво спросила она, молча глядя на Шейна и требуя ответа. Шейн пытается сдержать румянец, обещая себе снова не расплыться в улыбке. Первым его порывом было послать их обоих куда подальше, чтобы сохранить свою личную жизнь в тайне. Но Шейн больше не хочет так поступать. Он хочет того же, что есть у Хэйдена и Джеки, у Скотта и Кипа. Он хочет иметь возможность с кем-то встречаться и говорить об этом только с друзьями, хвастаться своим парнем так же, как его друзья и товарищи по команде хвастаются своими женами и девушками. Поэтому вместо того, чтобы огрызаться на друзей, он улыбается Бонни в ответ и, игриво помахивая телефоном, демонстрирует развивающийся диалог с Клиффом, а затем снова опускает взгляд на экран, чтобы наконец ответить на последние сообщения Клиффа.

Shane:

Джейс и его семь приятелей из студенческого братства — прямо как из ужасной детской книжки.

Но если ты добровольно вызвался восемь часов кататься на скейте под руководством тренера…

Значит, ты отчаянно хочешь сбежать от своего брата и его друзей.

Жаль, что мы вот-вот отправимся в аэропорт, иначе я бы с радостью приехал и спас тебя.

Клифф… Джей Джей прочитал имя в верхней части экрана Шейна, заглядывая ему через плечо. — Погоди, я вчера вечером видел Марло в клубе… — Джей Джей замолчал, а Шейн тихо хмыкнул, давая ему возможность самому додумать. Kliff: Типа свидания?

Shane:

Не типа свидания, а настоящее свидание.

Сердце Шейна бешено колотится в груди, мешая ему смотреть на экран телефона. Он никогда раньше не делал ничего подобного, никогда не был так прямолинеен в своих желаниях. Это одновременно и воодушевляет, и пугает. Шейн смотрит на Джей Джея и видит, как тот в ту же секунду понимает, с кем Шейн ушел вчера вечером, с кем он переписывается сейчас и кого только что пригласил на свидание. Глаза Джей Джея расширяются, челюсть отвисает, он несколько раз открывает и закрывает рот, переваривая информацию. — Ты что, флиртуешь с Клиффом Марло? — Шейн ничего не отвечает, лишь заговорщически улыбается Бонни. На лице Джей Джея мелькает целая гамма сложных эмоций, сменяющих друг друга так быстро, что Шейн не успевает их распознать. — Марло — это Лили? — спрашивает Джей Джей высоким напряженным голосом. Шейн не удостаивает этот вопрос ответом и лишь вопросительно поднимает бровь. Как, черт возьми, Джей Джей догадался, что Марло — это Лили? — Все в «Рейдерс» называют Марло Марли. Марли — это как Лили. Марли — это твой тайный бойфренд, из-за которого ты плакала? Если так, то мы с Хэйденом с ним разберемся. — Шейн не смог сдержать смех, потому что Джей Джей каким-то образом оказался так близок к разгадке личности Лили, но при этом совершенно ее не узнал. — Отвали, — ответил Шейн, все еще смеясь. — Клифф — это не Лили. «Он просто лучший друг Лили, второй капитан», — думает Шейн, но держит эту мысль при себе. —Кстати, где Джеки и Хэйден? — спросил Шейн, оглядывая вестибюль, но не видя ни жениха, ни невесты, а затем посмотрел на часы. — Наша машина, которая должна отвезти нас в аэропорт, будет здесь с минуты на минуту. — Наверное, развлекаются в своем гостиничном номере, и это не для чужих ушей, — небрежно ответила Бонни, перекидывая прядь волос через плечо. — Подружки невесты поспорили, забеременеет ли Джеки до свадьбы. Хотите поучаствовать? — Отвратительно, — сухо ответил Шейн, пока Джей Джей без всякой необходимости защищал честь отсутствующей пары, но это не помешало ему сделать собственное пари. — Ставлю пятьдесят на то, что беременность наступит после свадьбы. Хэйден — джентльмен и не стал бы делать Джеки беременной до свадьбы. Шейн громко фыркнул как раз в тот момент, когда из лифта, запыхавшись и помятый, вышла упомянутая пара. — Ставлю двести на то, что это случится до свадьбы. Они так часто этим занимаются, что если бы кролики умели говорить, то сказали бы, что трахаются как Хэйден и Джеки, — ответил Шейн и снова уткнулся в телефон, когда тот пиликнул, оповещая о новом сообщении от Клиффа. Kliff: Я буду в Квебеке через две недели, может, сходим куда-нибудь?

Shane:

Ты ради меня готов ехать четыре с половиной часа до Оттавы?

Шейн надеется, что его сообщение прозвучит игриво и дразняще, а не самокритично. Он слышит, как Бонни и Джей Джей продолжают спорить из-за пари, а сам продолжает смотреть на экран телефона, с тревогой ожидая ответа Клиффа. Kliff: Абсолютно! — О чём вы, ребята, говорите? — спросил Хэйден, когда они с Джеки присоединились к троице, всё ещё пытаясь привести себя в порядок, чтобы соответствовать нормам общественной морали. — Ни о чём! — хором ответили все трое, глядя на пару широко раскрытыми глазами, отчего их вид стал ещё более подозрительным. — Холлзи флиртует с Клиффом Марло! — в панике выпалил Джей Джей, и Шейн уставился на одного из двух своих лучших друзей. — Предатель! — прошипел Шейн. Джеки по-прежнему выглядел подозрительно, а Хэйден — просто смущённо. Шейн затаил дыхание, ожидая реакции другого своего лучшего друга на новость о том, с кем флиртует Шейн. В конце концов Хэйден просто пожал плечами. — Да какая разница, по крайней мере, это не Розанов, а то он такой мудак. — Шейн натянуто рассмеялся. — Да, полный мудак. — согласился Шейн, возвращаясь к своему телефону и сообщениям.

Shane:

До встречи!