Fate/Battle Faceted Glass

DarkSamurai3000: [прикреплённое фото] DarkSamurai3000: ну эт, приветик))) DarkSamurai3000: аууу?.. поч ты игнориш? SugarKitsune: … DarkSamurai3000: а чё такая кислая? я ж мем тебе скинул! хD SugarKitsune: Ты серьёзно сравнил меня с коровой? DarkSamurai3000: да неее, я ж не это имел ввиду! ты непоняла интоннацию! SugarKitsune: …Боже, какой идиот. [ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ SUGARKITSUNE ДОБАВИЛ ВАС В ЧЁРНЫЙ СПИСОК] — Ч-чёрный список?!! — простонал Сато, с отчаянием вдавливая клавишу Enter. — Да чтоб вас всех…       Комната погрузилась в тишину, тяжёлую, удушающую, как спёртый воздух. Экран ноутбука тускло мерцал в полумраке, выхватывая из тьмы завал из пустых стаканчиков от рамена, смятых фантиков и банок из-под энергетиков. На этом мусорном троне Юто Сато сидел не властителем — жалким, сгорбленным крысёнком над клавиатурой. И вот — ни тени секрета, ни шороха тайны. Сразу, без интриги: Юто Сато. Имя простое, банальное, будто списанное с заштампованной анкеты. Там, где другие удостаиваются называться лишь в миг откровения — словно сама история торопливо отмахнулась: «Вот он. Юто Сато. Не герой, не загадка — массовка, разоблачённый с первой страницы».       Из угла комнаты, где сгущались тени, раздались медленные, саркастичные хлопки. Из полумрака выплыла высокая, худощавая фигура в экстравагантных одеждах онмёдзи. Его лицо растянулось в широкой, неестественной улыбке, полной ядовитой насмешки. — Браво! Ммммммммм! — выдохнул Ашуя Доман. Речь его текла с томной грацией, словно шёпот гейши, доносящийся из-за древних сёдзи. — Пять минут — и вы сумели оскорбить незнакомую девушку и окончательно подтвердить свой статус главного дегенерата на этой планете. Без слёз не взглянешь. Ннннн!       Голос его был подобен старому японскому шёлку — на вид мягкий и гладкий, но таящий в своей глубине прочность стали. Слова порхали, как мотыльки, бьющиеся о пламя светильника. В те мгновения, когда он позволял себе глумиться над оппонентом, наслаждение его было столь изысканным, что он смаковал каждое слово, словно редкий нектар. Его губы изгибались в сладкой улыбке, а с них срывалось едва слышное, но медовое "Мммм", словно мантра, придававшая его речам особую утонченность и загадочность. Сато вздрогнул, обернулся, и его взгляд встретился с глазами Слуги — пронзительными, словно разрезавшими душу на ломтики. — А ты… а ты!.. — он захлебнулся злостью, споткнулся о собственные слова, и выдавил: — Да иди ты в жофик!       На мгновение в комнате повисла тишина. Доман моргнул, а затем разразился хохотом, звонким и надрывным, словно эхо монастырских колоколов, разлетающееся по комнате и отражающееся от стен. — «Жофик»?! — переспросил он, едва дыша от смеха. — О, прекрасно! Мммммм! Новое заклинание, открывающее портал в место пострашнее преисподней? Моё почтение! Настоящее лингвистическое колдовство!       Сато почувствовал, как его лицо заливает краска, а кулаки начинают дрожать. Он был никем. Ни таланта, ни силы — лишь мусор, окружённый мусором. Даже этот Слуга достался ему случайно, только потому что богатый дядя купил на чёрном рынке древний свиток, пахнущий железом и тленом. — Молчи! — выкрикнул он с отчаянием. — Я твой Мастер! Я тебя призвал!       Доман поклонился, но его поклон был слишком низким и издевательским. Его зубы сверкали белее, чем должно быть у живого, а глаза — холоднее, чем у мертвеца. Доман медленно обвёл взором комнату, словно художник, изучающий свою палитру. — О, конечно, — произнёс он с лёгкой насмешкой. — Но, мой господин, в неудачах вы непревзойдённый творец. Каждое ваше слово — шедевр позора. Это же тоже дар! Почти искусство!       Сато бессильно рухнул обратно на кресло. Он ненавидел его. Ненавидел за язвительные реплики, за то, что Ашуя Доман видел всё: его слабости, страхи, мечты, столь жалкие и ничтожные. Он видел Сато насквозь, словно рентгеновскими лучами, проникая в самую глубину его существа, обнажая его недостатки.       И всё же, именно этот человек оставался единственной нитью, его последним шансом вырваться из бездонной пропасти, где каждый новый день был лишь бледным отражением предыдущего, лишённым красок и жизни.       Сато открыл очередной форум, чувствуя, как его пальцы дрожат от волнения. Он стиснул зубы, чтобы унять дрожь, и снова принялся стучать по клавишам. На этот раз он писал под ником «Великий_Маг_Ютан», ник был придуман в надежде, что это придаст ему больше веса и уважения в глазах других участников. Раньше здесь царила оживленная беседа о финальной 906-й серии ситкома, но с тех пор прошло несколько месяцев, сериал закончился и чат погрузился в тишину. Сато нахмурился, но решил не сдаваться. Он начал вспоминать, как обсуждали сюжет, делились теориями и даже устраивали мини-конкурсы на лучший мем. Но сейчас, когда он снова попытался начать разговор, все выглядело так, будто его «друзья» просто исчезли.       Великий_Маг_Ютан: Привет, ребята!       Отправив сообщение, он вспомнил фрагмент из старой переписки:

Светлячок_Люси: Привет, Ютан! Как дела?

«Светлячок_Люси». Как давно это было. Сато улыбнулся. Он всегда чувствовал себя уютно в этом чате, где каждый участник был для него особенным.

Великий_Маг_Ютан: Привет, Светлячок! Всё отлично, спасибо! Как твои дела?

Фруктовый_Сегун: Привет, ребята! У меня всё хорошо, только вот сегодня проспал и чуть не опоздал на работу.

Великий_Маг_Ютан: Не переживай, Фруктовый Сегун! Мы все иногда так делаем. Главное, что ты не опоздал на сериал!

Фруктовый_Сегун: Точно! Сериал — это святое!

Чат взорвался смехом. Сато наслаждался каждым моментом общения с этими людьми. Они были его семьей, даже если он знал, что это всего лишь виртуальное общение.

      Теперь это казалось далеким и почти нереальным. Сато почувствовал грусть, вспоминая те беззаботные моменты. Эти люди были для него больше, чем просто собеседники — они были его отдушиной, его островком тепла в мире, который становился всё более холодным и пустым. Он понял, что его «друзья» просто использовали чат как место, чтобы скоротать время после сериала. Но теперь, когда он остался один, он почувствовал себя еще более одиноким.       Через пару секунд в чате пришел ответ от единственного человека который, кроме самого Сато, был онлайн. Astarte_Real: Ну прив.       «Astarte_Real». Это был человек, который создал этот чат. Сато знал о нем немного, но помнил, что уже общался с ним и меланхолия немного отпустила. Великий_Маг_Ютан: Привет! Ну что, как там твой… пёс? Уже приручил? А то у меня тут свой демон вчерась сбежал, пришлось экзорцистов вызывать лол!       Ответа пришлось ждать. И вот — холодный, острый, как нож: Astarte_Real: У меня нет собаки. Это был питон. И он умер. В прошлом году. От старости.       Пот холодом прошёл по спине. Он вспомнил. Действительно… что-то такое выкладывали. Он в панике застучал снова. Нажав Enter, Сато задержал дыхание. Великий_Маг_Ютан: А, точно, питон! Теперь будет некого душить, верно?! Респект и уважуха! Жаль конечно, что помер. Мой демон, кстати, вернулся, пиццу принёс хе-хе!       Тишина. Чат замер. Astarte_Real: Ты издеваешься над смертью моего питомца? Великий_Маг_Ютан: Нет! Это же… шутка! Ну… демоны не приносят пиццу! Ха-ха… Astarte_Real: Понятно. Иди нахуй.       Экран мигнул. «Вы заблокированы администратором чата Astarte_Real». — Опять!!! — взвыл Сато, захлопывая ноутбук с таким грохотом, будто хоронил свои надежды в крышке гроба. — Почему всегда так?!       Воздух в комнате стал ещё тяжелее — густой, спертый, пахнущий лапшой, одиночеством и горечью.       За его спиной раздался звук, похожий на то, как кошка давится шерстью. Доман трясся от смеха. — Вы спросили эту… СугарКитсун… о её «коровьих» качествах. Прекрасно! Намёк на пасторальную простоту, фермерское очарование! Поэтично, ннн! А этот… Астарта… Вы напомнили ему о смерти питомца. Гениально, ммм! Ничто так не сближает, как совместное переживание горя! Вы интуитивно идёте верным путём, мой господин! Просто мир слишком глуп, чтобы оценить глубину вашего гения! — Он сам дурак! — буркнул Сато, краснея. — Сноб недоделанный! Думает, раз «Астарта» в нике, то он особенный! — Ах, оправдания, оправдания, нннн… — Доман склонил голову, скрывая ухмылку. — Вы — глупая тень в мире, где свет даже не подозревает о вашем существовании. Даже шутки Ваши мертворождённые.       Юта сжал зубы, поднял пустую банку из-под энергетика и метнул её в урну. Банка звякнула и покатилась по полу, не долетев. — Браво, ннн, — Доман медленно захлопал. — Последовательность — Ваше единственное достоинство. — Выйди, — прохрипел Сато, пряча лицо за крышкой ноутбука. — Как пожелаете, мой господин. — ядовито пропел Доман и растворился в тенях, оставив после себя лёгкий запах ладана и ещё более тяжёлое чувство унижения.       Юта остался один, слушая, как его сердце колотится от обиды и злости. Он мечтал о славе, о признании. Но имел лишь язвительного демона и вечные баны в чатах.       И всё же где-то в глубине — в том уголке души, куда он сам боялся заглянуть, — жила крошечная мечта. Не о мировой славе. А о том, чтобы однажды кто-то, хоть кто-то, понял его шутку… и рассмеялся вместе с ним.       Он закрыл лицо руками и выдавил стон — жалобный, ржавый, как скрип несмазанной двери. — Бли-ин… ну почему я такой?..