Хрупкие и сломанные вещи

– Я из достоверных источников знаю, что этим утром столовую затопило недоваренным кофе, – Лань Ичэнь подошёл к Вэй Усяню с самодовольной ухмылкой на лице. Вэй Усянь тяжело выдохнул, на мгновение воздев глаза к небу. – Я не нарочно. – М-м-м, у Вас случайно нет фан-клуба, молодой господин Вэй? – игриво спросил Лань Ичэнь, шагая рядом по дорожке, ведущей к административным зданиям. Прохладный свежий воздух вызвал у Вэй Усяня дрожь по спине, напомнив ему, что форма Ордена Юньмэн Цзян не была разработана с учётом погоды Гусу. Пока его не примут полностью, о получении формы Ордена Гусу Лань не могло быть и речи. Сейчас, должно быть, поздняя осень. Он не переживёт зиму как заклинатель-практикант! Вдобавок ко всему, он испачкал свою мантию в тщетной попытке вытереть утреннюю катастрофу, и Вэй Усянь чувствовал себя ужасно. Большую часть ночи он не мог сомкнуть глаз. – У Вас забавное определение фан-клуба, молодой господин Лань. – Вэй Усянь хотел застонать от хрипотцы в собственном голосе. – Признаюсь, я удивлён такой враждебностью. Нечасто кому-то удаётся так быстро задеть за живое стольких людей в Облачных Глубинах. И что интересно, я думаю, у Вас в наших рядах настоящий клуб ненавистников. – Лань Ичэнь оскалился в улыбке и поднял руку, в которой держал дорожную кружку, предлагая Вэй Усяню её рассмотреть. – Это... – У того потекли слюнки: слабый аромат жареного кофе разносился в воздухе прямо перед носом. – Я же не мог позволить моему новому другу страдать из-за детских шалостей, не так ли? Берите. Он чёрный, кажется, именно так вы его вчера и готовили? Вся душа и сердце Вэй Усяня воспрянули вместе с его улыбкой. – Лань Ичэнь, Вы герой! Честное слово! Он осторожно взял предложенный напиток, поднёс к носу и издал стон удовлетворения, когда аромат возродил его на духовном уровне. Громко отхлебнув, он сделал первый глоток животворного нектара. Кофе воистину был амброзией смертного мира. – Молодой господин Вэй, Вам когда-нибудь говорили, насколько выразительна Ваша мимика? – Ичэнь тихо рассмеялся и хлопнул Вэй Усяня по спине. – Неудивительно, что Ванцзи так пристально за Вами наблюдает. Вэй Усянь бросил искоса взгляд и замедлил шаг, чтобы насладиться напитком, прежде чем они дойдут до здания впереди. У него не хватило духа бросить этот подаренный кофе только потому, что правила гласили: нельзя пронести его внутрь. Лучше прийти поздно, чем сделать так! К тому же это был подарок. Нельзя просто так бросить такое сокровище. С каждым глотком туман сонливости в его сознании редел. – А? Вам мерещится. Лань Чжань наблюдает за мной не потому, что я выразителен. Он следит, чтобы поймать меня на ошибках. – Как бы сильно он ни хотел подружиться со Вторым Нефритом, Вэй Усянь должен был постоянно напоминать себе, что Лань Ванцзи решает его будущее. – Хм-м-м... – Лань Ичэнь просиял, пропуская шаг, и широко улыбнулся. – Лань Чжань, значит? Что ж, он никогда не наблюдал ни за кем так пристально, как за Вами. Я думаю, здесь нет злого умысла. В моём дорогом двоюродном брате нет ни одной жестокой косточки. – Мы говорим об одном и том же человеке? – спросил Вэй Усянь, упорно игнорируя подколку насчёт имени. – Он сказал, что я должен начать делать стойку на одной руке, чтобы правильно медитировать. Лань Ичэнь тихо кашлянул, явно пытаясь скрыть смех. – Это очень сосредоточивает, Вам могло бы понравиться. – И Вы тоже? – спросил Вэй Усянь, взглянув на Лань Ичэня в новом свете. Хотя тот был ниже ростом, его плечи выглядели крепкими. Неужели все заклинатели Ордена Гусу Лань медитируют вверх ногами? Вэй Усянь представил себе толпу маленьких Ланей, которые учатся стоять на руках аккуратными ровными рядами, а старый господин Лань расхаживает вокруг них, теребя бороду и читая лекции. Образ казался таким ярким и реальным, что пришлось помотать головой, чтобы развеять его. – Все мы учимся сосредотачивать своё тело и разум. Формы меча Ордена Гусу Лань полагаются на силу и непоколебимую решимость. Что может быть лучше для обучения, чем тренировать своё тело достигать идеальной неподвижности в положении, которое менее всего для этого предназначено? Они достигли входа в здание, и Вэй Усянь лишь фыркнул, прежде чем допить остатки кофе. Горячая жидкость согрела его изнутри. Чмокнув губами, он покачал головой, глядя на Ичэня. – Вы хотите сказать, что все Лани безумно хороши в перетягивании каната? Напомните мне никогда не спорить с кем-то из вас и ни в коем случае не заключать пари. Когда они шагнули внутрь, ухмылка Лань Ичэня не померкла. – О, есть некоторые, на кого я бы поставил с лёгкостью. Например, президент Вашего фан-клуба никогда не превзойдёт Ванцзи. Ни в каком соревновании: будь то интеллект, сила или обаяние. Как и вчера, зал был заполнен учениками Ордена Гусу Лань, входящими и выходящими из разных кабинетов. Бесконечный поток заклинателей направлялся в большую комнату для переклички. Вэй Усянь чувствовал, как на нём останавливаются взгляды, и делал вид, что не замечает. Действительно ли у него здесь, в Облачных Глубинах, есть клуб ненавистников? – Что ж, его не зря называют Вторым Нефритом, верно? – дипломатично ответил Вэй Усянь, стараясь не спрашивать, кого Ичэнь считает президентом его «фан-клуба». – То, что он является наследником Ордена, не обязательно делает его непогрешимым. – Лань Ичэнь легко не согласился, ухмыльнувшись страдальческому выражению лица Вэй Усяня. – Наследником? – Конечно, он должен был идти после Лань Сичэня, но почему-то Вэй Усянь не приравнивал это к тому, что Лань Ванцзи является настоящим наследником. Он же второй сын! Не первый. – Действительно. После того как Цинхэн-цзюнь покинул этот мир, Ванцзи стал единственным наследником клана Лань. Сичэнь занял положение главы Ордена, в то время как наш дядя остался ответственным за филиал в Гусу. Через несколько лет Сичэнь получит ранг Надзорного и будет отвечать за всё это. Я даже думаю, что дядя Цижэнь будет рад полностью передать мантию моему кузену. Он предпочитает преподавание активному участию в делах. – Лань Ичэнь, казалось, совершенно непринуждённо делился этими подробностями, улыбаясь и кивая нескольким заклинателям в зале, через который они проходили. Вэй Усянь обдумывал эти маленькие факты, пока они заходили в комнату для переклички. Лань Ванцзи стоял впереди и тихо разговаривал со своим братом. Даже будучи одетым в стандартную форму Ордена Гусу Лань, с полностью уложенными волосами, закреплёнными гребнем и всем прочим, Вэй Усянь теперь знал, как он выглядит, когда расслаблен и неформален. И он был вынужден признать: чтобы ни носил Лань Ванцзи, ему всё очень шло. Неужели он влюблён в этого занудного блюстителя дисциплины? Нет. Нет, не может быть. Вэй Усянь просто ценит природный талант и красоту – и того, и другого у Лань Ванцзи было в избытке! Это была не влюблённость. Он просто признавал величие этого человека. Он испытывал восхищение к почтенному Второму Нефриту Гусу Лань. Вот и всё. – Ах, вот и он сам, – заговорщически прошептал рядом с ним Лань Ичэнь. – Президент Вашего фан-клуба пристально смотрит, молодой господин Вэй. Такими темпами он может привлечь внимание Ванцзи. – Ха? – Вэй Усянь моргнул, заставляя себя отвести взгляд от своего партнёра и осмотреть комнату. Мужчина в дальнем конце, за несколько столов от него, имел хмурое выражение лица. На нём была лобная лента Ордена Гусу Лань, но простая белая. Он был по меньшей мере внешним учеником. Парень выглядел так, будто откусил кислый лимон и хочет его выплюнуть. Даже с нахмуренным лицом Вэй Усянь думал, что узнаёт его. Может быть, он был сегодня в столовой? Лань Ичэнь тихо хмыкнул. – Ли Минтао, кажется, на днях вызвал переполох. Он наотрез отказался быть Вашим курирующим офицером. Вэй Усянь снова взглянул на своего друга, следуя за ним на те же места, которые они заняли днём ранее. – Молодой господин Лань, вы знаете много вещей, которые странно похожи на слухи. – Это не слух, если это широко известно как факт, молодой господин Вэй. – Он прищурился, глядя на этого нарушающего правила Ланя. – Знаете, я думаю, мы станем отличными друзьями. – Доброе утро. – Голос Лань Цижэня прервал их беседу, и Вэй Усянь с Лань Ичэнем выпрямились, уставившись вперёд. Во главе комнаты стоял старый господин вместе с лицом, которое Вэй Усянь надеялся не видеть ещё очень долго. Мгновенное неудовольствие скользнуло в его желудок, и он быстро огляделся, снова ища Лань Ванцзи. Оба Нефрита стояли в стороне. Их руки были скрещены, а лица выражали холодное и бесстрастное спокойствие. На крошечную секунду они выглядели как близнецы. – Как многие из вас знают, прошлой весной в районе Молина было вскрыто место массового захоронения в связи с проектом расширения местного шоссе. Оно было признано местом исторического значения, относящимся к династии Ся. – По комнате прокатился низкий ропот. – Учёные стекаются к этому месту; однако из-за нарушения могилы там появились ходячие трупы, злые духи и высокий уровень нарастающей энергии обиды. На прошлой неделе дерево превратилось в яо и начало пытаться превратить учёных в удобрение. Молин Су – наши соседи, и их число невелико. Хотя они и способны, они просто не могут справиться с масштабом этой проблемы самостоятельно. Они запросили нашу помощь. Вэй Усянь прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не хихикнуть. Как, чёрт возьми, они допустили накопление энергии обиды на месте массового захоронения? Существуют протоколы, которых придерживаются все археологи и историки под руководством заклинателей, чтобы места захоронений были очищены до того, как они начнут там копаться в останках. Для такого старого места... Он задался вопросом, предшествовало ли оно основанию самого клана Лань. – Некоторые из вас, возможно, работали с главой Ордена Су в прошлом, во время его пребывания здесь, в Облачных Глубинах, – продолжал Лань Цижэнь, его суровое присутствие пронеслось по присутствующим заклинателям. – Он предложил создать смешанные группы на ротационной основе. Половина из вас сосредоточится на сдерживании места и очищении накоплений энергии обиды. Другая половина объединится с членами Ордена Молин Су и отправится на охоту за сбежавшими обитателями места захоронения. В воздухе повисло странное напряжение. И тогда заговорил Лань Сичэнь, ясно и спокойно: – Эта проблема важна. Дорожное движение было перенаправлено после того, как несколько бродячих трупов вызвали массовое столкновение пятидесяти машин. Люди пострадали. Наш долг – помочь исправить эту ситуацию. Когда и глава Ордена Гусу Лань, и старый господин принялись твердить о том, насколько серьёзное это дело, это, казалось, немного уменьшило сопротивление. Вэй Усянь не знал истории, но если этот идиот Су Миньшань был бывшим приглашённым заклинателем Облачных Глубин, он прекрасно мог представить, почему люди не были в полном восторге от всего этого дела. Собственные впечатления Вэй Усяня об Ордене Молин Су в целом были окрашены тем, насколько некомпетентным показал себя их глава. Он наклонился к Лань Ичэню и заговорил очень тихо, чуть слышно: – Су Миньшань был частью Облачных Глубин? Лань Ичэнь рядом с ним согласно хмыкнул, его подбородок едва заметно опустился. – Его... поощрили отказаться от боевых и музыкальных аспектов совершенствования. В порыве гнева он отделился и основал свой собственный Орден. Один друг в Хэфэе утверждает, что Орден Молин Су пытаются там обосноваться. Острый взгляд Лань Цижэня метнулся к ним двоим, и Ичэнь спокойно перевёл внимание на первого заклинателя, задавшего вопрос, как будто он вообще не сплетничал только что. – Подпадает ли это место под нашу юрисдикцию? – Нет. – Внимание Лань Цижэня, по крайней мере, не могло удержаться на них. – Это полностью входит в компетенцию Ордена Молин Су. – Кто будет отвечать за очищение? Вэй Усянь не ожидал сессии вопросов и ответов. Было задано ещё несколько вопросов, каждый из которых мягко подтверждал, кто в основном будет отвечать за те или иные задачи. Казалось, что все в Облачных Глубинах хотели получить заверения, что окончательное решение по разрешению этого вопроса останется за ними. Это щекотало ему нервы, особенно когда он заметил, как лицо Су Миньшаня темнеет от раздражения. – Мне жаль ту группу, которой поручат работать с их главой Ордена, – тихо выдохнул Ичэнь. – Разве это будет не Лань Сичэнь? – спросил он так же тихо. – Вэй Усянь. – Очевидно, его тихий голос был недостаточно хорош. – Господин! – Он сел немного прямее, прекрасно осознавая, что взгляд Лань Ванцзи сверлит его из другого конца комнаты. – Благодарю за вызов. Вы и Ванцзи будете работать вместе с главой Ордена Су и Сичэнем. – Выражение лица Лань Цижэня говорило ему, что жаловаться не стоит. Проглотив гримасу, Вэй Усянь наклеил на лицо улыбку и прочистил горло: – Всегда готов выполнять свою часть работы, господин. – О, боже. Нам нужно поработать над Вашим покер-фейсом, молодой господин Вэй. – В словах Ичэня плясало веселье. * * * Лань Ванцзи не мог действительно расстраиваться из-за их назначения. Сичэнь уже сообщил ему за завтраком, что ему поручат помогать наблюдать за невыносимым Су Миньшанем. В то время он предположил, что Вэй Усяня объединят с кем-то другим, чтобы избавить его от обязанностей, связанных с церемониями и приёмами глав других Орденов. Вместо этого дядя включил этого невероятно пленительного мужчину в пару к Ванцзи, официально закрепив за ними статус партнёров в глазах Ордена и всего Управления в целом. Это было вполне логично. Будучи ответственным за его оценку, Ванцзи следовало ожидать, что Вэй Усяня впихнут к нему на эту обязанность по присмотру. Насколько бы захватывающим ни казалось место массового захоронения, это была всего лишь охота на заблудших духов и уборка за другим Орденом. Он предпочёл бы сосредоточиться на двойном убийстве на консервном заводе. По крайней мере, они добрались быстро. Место массового захоронения находилось прямо у границы провинции Аньхой, недалеко от Чучжоу. Более влажный воздух и тёплые температуры напоминали скорее середину лета, чем начало осени. Оно было достаточно далеко, так что добраться на машине заняло большую часть утра. Он предпочёл бы путешествовать на мече, но как только Ванцзи упомянул об этом, Вэй Усянь виновато улыбнулся и сказал, что доктор Чан запретил ему чрезмерно нагружать золотое ядро совершенствованием так скоро после сеанса лечения. Это оказалось маленькой скрытой благодатью. Су Миньшань настоял на путешествии на мечах со своим Орденом, заявив, что они могут воссоединиться у массового захоронения. По личному мнению Ванцзи, чем меньше времени проводить рядом с Су Миньшанем, тем лучше. В данный момент он и Сичэнь стояли рядом с машиной, пока Вэй Усянь оживлённо болтал с разными заклинателями по краям вскрытого места захоронения. Су Миньшань стоял среди своей маленькой группы последователей, громко инструктируя их, как всё будет происходить. Время от времени Вэй Усянь замирал, уставившись на главу Ордена Су, как будто не мог поверить в то, что слышит. Это немало забавляло Ванцзи. По крайней мере, он знал, что его загадочный партнёр не склонен слушать хвастунов. – Осторожнее, младший брат. Ты чуть не улыбнулся. – Нет, не улыбнулся. – Отрицание автоматически слетело с губ Ванцзи, пока он просто наблюдал за происходящим. Вэй Усянь громко фыркнул, насмехаясь над Орденом Су, который пытался определить, кто из них достаточно способен, чтобы охотиться на заблудших духов. Сдерживание было важнее погони за воображаемой славой. – Ты уверен? – легко спросил Сичэнь, его спокойное выражение лица было безупречно. Су Миньшань нахмурился, зыркнув на Вэй Усяня, и его лицо побагровело от негодования. Громко фыркнув, он провозгласил, что любой член Ордена, который создаст проблемы, будет назначен работать с Илинским Ковбоем. Это было достаточно громко, чтобы Вэй Усянь услышал. Он сжался, и веко Ванцзи слегка дёрнулось. Эти следующие несколько дней станут испытанием терпения и дипломатии. – Я не улыбаюсь, – повторил Ванцзи, изо всех сил стараясь не давать Сичэню новую пищу для подколок. – Мм. – Ухмылка Сичэня стала шире. – Конечно нет. Может быть, ты просто переутомился? Оценка новобранцев может быть довольно утомительной. – Старший брат... – Ванцзи вздохнул. – О, перестань! Ты не можешь ожидать, что я вообще ничего не скажу. – Сичэнь фыркнул. – Ты сегодня такой оживлённый. Я давно не видел тебя таким вовлечённым. Отведя взгляд от Вэй Усяня, который достойно отмечал следы энергии обиды, уходящие от места захоронения, Ванцзи прищурился на брата. – Это не экскурсия. Мы работаем. Было бы ошибкой позволить Сичэню осознать, насколько отвлекающим он находит Вэй Усяня. После того как они расстались прошлой ночью, он не смог сразу заснуть. Вид этих прекрасных глаз и ликующего лица мучил его. Он занялся медитацией, а когда и это не помогло, Ванцзи исчерпал свой репертуар форм меча на маленьком дворике за цзинши. Впервые в жизни подняться в час мао было сложно. Тем не менее, Ванцзи проявил настойчивость и сумел вытащить себя из постели, чтобы встретить день с решимостью. Он хотел несправедливо винить в этом своего нового партнёра, но каждый раз, когда он смотрел в его сторону, гнев Ванцзи превращался во что-то, трудно поддающееся названию. Он чувствовал себя защитником, что не имело смысла. Вэй Усянь мог позаботиться о себе сам, он был взрослым мужчиной, и у него, очевидно, не было проблем с тем, чтобы просить совета, когда это было уместно. Даже зная это, Ванцзи не мог игнорировать тот факт, что дядя нарушил протокол, устроив допрос этому человеку в отсутствие какого-либо беспристрастного представителя. Осознавая, что здесь играют роль предубеждения, он не думал, что они заставят даже самых уважаемых членов его семьи отбросить элементарную порядочность и профессионализм. Хуже всего было то, как Вэй Усянь небрежно отмахнулся от этого, как будто весь этот опыт не был чем-то необычным. Неужели Орден Цзян сделал такое поведение нормой? Это казалось единственным правдоподобным объяснением, которое раздражало Ванцзи до бесконечности. Вэй Усянь стоял в одиночестве, и никто не был на его стороне, и он, казалось, чувствовал себя комфортно с этим. Это говорило о годах, когда приходилось полагаться только на себя и ни на кого другого. В голове Ванцзи это не укладывалось. – Это связано с работой, – настаивал Сичэнь, возвращая Ванцзи к их разговору. – Ты позволяешь Вэй Усяню брать на себя инициативу, чего ты никогда не делаешь с новичками. Он произвёл на тебя такое большое впечатление всего за один день? Произвёл ли Вэй Усянь на него впечатление? Вместо того чтобы ответить сразу, он обдумал эту возможность. Несмотря на влечение, Ванцзи должен был признать, что у бывшего ученика Ордена Цзян хорошие инстинкты. Он не уклоняется от своих обязанностей. – Он довольно искусен. Я не могу понять, почему Орден Цзян позволил ему уйти, – наконец признал Ванцзи. – Согласен. – Сичэнь прямо-таки сиял от радости рядом с ним. – И хорошо видеть, что ты нашёл друга. Я думаю, вы хорошо подходите друг другу. – Старший брат... Сичэнь усмехнулся и отряхнул рукава. – Я пока оставлю эту тему, младший брат. Как ты и сказал, у нас есть работа. * * * Вэй Усянь в своё время работал с изрядным количеством дураков. Власть, которой заклинатели обладают в любой день, часто заставляет их верить, что они боги. Неважно, какой это Орден или чьи это учения. Всегда находится хотя бы один идиот, который думает, что знает лучше. Чего он никогда не ожидал, так это того, что когда-нибудь соберётся целый Орден идиотов. Всё, что сделал Вэй Усянь, это тихо насвистывал мелодию, используя её с нитью ци, чтобы подозвать и привлечь блуждающий дух, – и он мгновенно стал мишенью. Близнецы-Нефриты были удивлены, а Су Миньшань презрительно взглянул на Вэй Усяня. Он начал набрасываться на него, обвиняя в том, что он спугнул ходячие трупы, на которых они охотились. – Глава Ордена Су, насвистывание не спугнёт нашу добычу, – попытался объяснить Вэй Усянь, чуть не прикусив язык, чтобы не унизить этого человека. – Тебе и твоим методам здесь не место. Даже не думай использовать эту адскую флейту! Такие необученные горячие головы, как ты, – вот почему случаются несчастные случаи! Просто не путайся у меня под ногами! – рявкнул Су Миньшань, проносясь мимо Вэй Усяня, чтобы возглавить их маленькую охотничью группу. Он посмотрел, как главный идиот бежит вперёд, в неправильном направлении, затем оглянулся на пару Ланей. Они смотрели на него с разным выражением задумчивости. Лань Сичэнь, которого было легче читать, казался осторожно заинтригованным. Брови Лань Ванцзи слегка двинулись к переносице, словно он обдумывал возможность нахмуриться. Это было восхитительно. – Прошу прощения. Я думал, мы сможем закончить немного быстрее и избавить себя от целого дня бесцельного блуждания. – Вэй Усянь усмехнулся, изо всех сил стараясь не зацикливаться на оскорблениях Су Миньшаня. Ему даже захотелось приказать ближайшим трупам убежать от главы Ордена Су, просто чтобы разозлить этого парня. Смог бы он это сделать? Вэй Усянь никогда не пробовал, но чувствовал, что умение подзывать и привлекать означает, что он мог бы делать и противоположное, если бы у него было время и практика. – Признаюсь, я был настроен скептически относительно вашего уровня мастерства как музыкального заклинателя, – непринуждённо произнёс Лань Сичэнь, сокращая расстояние, в то время как глупый представитель Су ушёл далеко вперёд. – Вы, кажется, первый заклинатель, которого я встретил, использующий насвистывание как средство. Вы самоучка? – Так точно, господин! – Вэй Усянь дерзко ухмыльнулся. – Музыкальному совершенствованию не обязательно полагаться на инструмент, но у меня он есть. Это не гуцинь, но я думаю, что мои навыки игры на поперечной флейте довольно приличны. – Насвистывание не является использованием инструмента, – вмешался Лань Ванцзи. – Вы правы, это не так. Моё понимание таково: сам акт создания музыки и есть истинная среда. – Когда пара Ланей кивнула, он продолжил: – Насвистывание создаёт мелодию, хоть и не такую мощную, как на духовно созданном инструменте, но, в крайнем случае, она может выполнить работу. – Понятно. Что Вы делали с помощью этого? Мы никогда не слышали эту мелодию, – поинтересовался Лань Сичэнь. Вэй Усянь немного наморщил нос. То, что он сделал, балансировало на тонкой грани, которую можно было принять за неортодоксальную и опасную. На самом деле это было не так, но ему было трудно убедить в этом других, особенно людей, не искушённых в искусстве музыкального совершенствования. Однако эти двое были членами Ордена Гусу Лань. Они жили этой музыкой. Он надеялся, что их строгие правила и взгляды не помешают принять то, что он смог понять самостоятельно. – Я подзывал труп к нам, – ответил он, внимательно следя за их реакцией. – Вы манипулировали духом? – резко спросил Лань Ванцзи. – Нет, не совсем. Я просто сделал себя очень заманчивой целью. Можно сказать, что это похоже на то, как положить кусок сыра для мыши. В конце концов, малыш выползает из того места, где прятался, и набрасывается на сыр! – Вэй Усянь взмахнул рукой в сторону кустов рядом с ними. – Он должен появиться откуда-то оттуда, там я его почувствовал. – Вы... можете чувствовать их? – с большим беспокойством спросил Лань Сичэнь. – Только с призывающей мелодией, это не значит, что я связан с ними, глава Ордена Лань, – быстро заверил Вэй Усянь. – Я как раз хотел попробовать сделать правильный призывающий талисман, который мог бы использовать кто угодно. Зачем нам охотиться на этих заблудших духов, если мы можем безопасно привлечь их к нам? – Тогда куда направляется глава Ордена Су? – многозначительно спросил Лань Ванцзи. – Хм? О! Ну, он сказал, что я не знаю, что делаю, поэтому он взял инициативу на себя. Думаю, он предположил, что камень, который я перебросил через его голову, был трупом, шуршащим вон там. – Вэй Усянь коснулся своего носа, пытаясь подавить улыбку. Прежде чем кто-либо из Ланей успел отчитать его за то, что он дурачит идиота, кусты рядом с ними начали шевелиться. Оба мужчины обнажили клинки, Бичень ярко блестел в свете послеполуденного солнца. Меч Лань Сичэня сиял так же ярко, прохладная белая сила исходила от его серебристого лезвия. Не один, а два трупа вышли, ковыляя в сторону Вэй Усяня. – Ура! Видите, как это просто? – Он сделал несколько шагов назад, разглядывая ожившие фигуры. Назвать их трупами было бы щедро. Всё, что осталось, – это кости и клочки ткани, осыпающиеся распадающимися кусочками. Эти бедные души не должны были потревожить, и он внутренне проклял современный прогресс за то, что он нарушил их покой. Как они смогут переродиться, если их уничтожат здесь и сейчас? – Отвести их обратно? – непринуждённо спросил он. Даже с хрупким золотым ядром он мог сделать хотя бы это. Близнецы-Нефриты одновременно обнажили мечи, синхронным движением, которое рассмешило Вэй Усяня. Он усмехнулся, готовый подшутить над парой, когда крик внизу по тропинке заставил его вздрогнуть. Су Миньшань наконец заметил пару трупов и развернулся, чтобы направить атаку на своём гуцине. Всё произошло довольно быстро. И Лань Сичэнь, и Лань Ванцзи пришли в движение. Вэй Усянь оказался зажатым между трупами и своим партнёром, в то время как Сичэнь встретил надвигающуюся атаку Су Миньшаня. Из гуциня вырвалась зубодробящая нота, её тембр был жалким и дрожащим, а потом. Вэй Усянь увидел зеленоватый оттенок силы, летящей в них. – Глупец! – пробормотал Лань Ванцзи. Сичэнь приготовился рассечь надвигающуюся волну духовной силы своим клинком. С глухим стоном атака Су Миньшаня рассыпалась. Стремительный воздух просвистел мимо Вэй Усяня, и он издал маленький крик отчаяния, когда два скелета задрожали, прежде чем рассыпаться по земле. Они были слишком слабы, чтобы выдержать хоть что-то, и рассеивающейся энергии от идиота оказалось достаточно, чтобы их разорвало на части. – Зачем Вы это сделали!? – закричал Вэй Усянь. – Я? Почему это вы просто стояли там!? – прошипел Су Миньшань. – Всё было под контролем! Вы просто уничтожили их! – обвинил его Вэй Усянь. – Сначала освобождение, потом подавление! Уничтожение – это последний вариант! Как несправедливо! Эти бедные души были уничтожены из-за чего? Из-за некомпетентности и неуверенности в себе некоего человека? – Эти трупы причинили вред гражданским! – презрительно усмехнулся Су Миньшань. – Это не значит, что нужно бить прямо в горло! – воскликнул Вэй Усянь. – Вэй Усянь, мы помогаем главе Ордена Су в его усилиях по сдерживанию потревоженного захоронения. Эта операция находится в его юрисдикции, – вмешался Лань Сичэнь. – Нравится Вам это или нет, но он имеет право применять чрезмерную силу. Тем не менее... Лань Сичэнь обратил суровое выражение лица к другому главе Ордена. – Ваши действия подвергли опасности заклинателей, находившихся с Вами. – Опасность?! – Лицо Су Миньшаня покраснело от гнева. – У вас было достаточно времени, чтобы отойти! Лань Ванцзи неодобрительно хмыкнул. – Ваша техника нуждается в улучшении. Нам не пришлось бы реагировать, если бы Вы правильно выполнили свою атаку. Негодующая ярость залила лицо Су Миньшаня, пока он не стал похож на фиолетовую сливу. Вэй Усянь поклялся, что видел, как из ушей этого человека повалил пар. – Это правда, Лань Чжань? Можно быть таким сосредоточенным с... как называется этот приём? О! Можно мне научиться делать это на моей поперечной флейте? – Это называется «Убийство аккордом», и если сделано всё правильно, оно не представляет угрозы для союзников, так как может быть сужено и сфокусировано. Я использовал его в крупномасштабных ситуациях с пользой для наших операций, – ответил Лань Ванцзи, пренебрежительно отворачиваясь от Су Миньшаня. – «Убийство аккордом» относится исключительно к гуциню, хотя есть похожая техника для сяо, которую использует старший брат. – Она требует многих лет тренировок, – ответил Лань Сичэнь, пресекая мысли Вэй Усяня попросить научить его этой интересной технике. Что-то в выражении лица главы Ордена заставило его нервничать. Лань Сичэнь был весьма приятным и покладистым весь день. Они держали тему в основном на текущей задаче. Этот мрачный взгляд появился только после того, как Вэй Усянь призвал трупов. Может быть, Близнецам-Нефритам не понравилось, что он использовал методы, о которых они раньше не думали? Это не похоже на то, чтобы он повелевал энергией обиды или чем-то подобным, но Вэй Усянь знал, что со стороны это могло так показаться. Дерьмо. Он только что нарисовал на себе мишень? Пока два главы Ордена спорили об этой проблеме, покалывание в даньтяне заставило Вэй Усянь замереть. Он использовал больше духовной ци в любой обычный день без проблем. Может, дело в этом дурацком «Убийстве аккордом»? Неужели его золотое ядро разобьётся здесь и сейчас из-за того, что какой-то идиот не смог оценить ситуацию? Он задержал дыхание, заглядывая внутрь себя, просто чтобы убедиться. – Вы ранены? – спросил рядом Лань Ванцзи. Вэй Усянь не был уверен. Он усмехнулся и пожал плечами. – Нет, наверное, я просто расстроен. Этих духов уничтожили ни за что. Должно быть, дело было в этом. * * * Следующий день был таким же. Только вместо того, чтобы быть в одной из охотничьих групп, выслеживающих заблудших духов, Су Миньшань настоял на том, чтобы остаться на месте для наблюдения за очищением места захоронения. Если бы не возможность наблюдать за работой истинных мастеров музыкального совершенствования, Вэй Усянь, возможно, презирал бы некомпетентного главу Ордена ещё больше. К счастью, наблюдение за Близнецами-Нефритами оказалось главной достопримечательностью этой поездки. Три группы были расставлены по краям могилы. Ещё пять групп расположились дальше, давая заклинателям возможность очистить огромный участок земли, не мешая друг другу. Вэй Усянь никогда раньше не видел ничего подобного в таком масштабе. Он участвовал в нескольких очистках мест археологических раскопок вокруг Юньмэна, но там было от силы дюжина или тридцать трупов. Это же место охватывало огромную территорию, и оно явно было вскрыто дальше после того, как спустились археологи. Сотни, если не тысячи тел были погребены в этой бездонной яме. Когда ветер изменился, он мог смутно слышать звуки музыки от членов Ордена Гусу Лань, игравших «Очищение» вдоль дальней стороны места раскопок. В данный момент Лань Ванцзи и Лань Сичэнь готовились снова сыграть «Покой». Весь день они чередовали его с теперь уже знакомой мелодией «Очищения». Вэй Усяню следовало бы держаться поблизости; однако каждый раз, когда Су Миньшань настаивал на том, чтобы играть вместе с братьями Лань, весь этот прекрасный прогресс исцеления как бы откатывался назад. Хотя он и не был мастером игры на гуцине, Вэй Усянь мог слышать каждую фальшивую ноту или напряжённую строфу, которую портил этот некомпетентный глава Ордена. Он также заметил страдальческие выражения на лицах обоих Ланей. Он лично чувствовал, как это негативно влияет на его собственный внутренний покой, и беспокоился, что это принесёт больше вреда, чем пользы. После первого раунда Вэй Усянь сделал себя незаметным, когда Су Миньшань снова сел играть. Достав из пояса Чэньцин, он нашёл хорошее место, чтобы сесть, и начал пытаться восстановить мелодию «Покоя». Он слышал её достаточно раз, и ему показалось, что он сможет воспроизвести её на слух. Если он сможет освоить саму мелодию, может быть, позже они научат его, как наполнять её духовной ци. Флейта была его собственным приобретением. Сделанная из тёмного горького бамбука, она выглядела чёрной, как обсидиан. Поскольку Вэй Усянь никогда не принимал цветов Ордена Цзян, это само по себе казалось вполне уместным. Флейта была вырезана и украшена тонкими узорами. Они ничего не значили, но придавали ей ощущение обладания великой силой. Мастер провозгласил, что это духовный инструмент, ожидающий своего пробуждения тем, кто будет достоин владеть им. Добавив к инструменту свою красную кисточку, Вэй Усянь смело вырезал имя инструмента на его теле, добавил самую яркую красную киноварь, которую смог найти, и наполнил его достаточным количеством своей собственной духовной ци, чтобы всё это стало таким горячим в его руках, что, казалось, вот-вот вспыхнет. Это было пару лет назад. С тех пор у Вэй Усяня был этот духовный инструмент, которым он не совсем знал, как полностью овладеть. Не от недостатка попыток, конечно. Юй Цзыюань устраивала ему из-за этого увлечения ад. Она назвала это пустой тратой и насмехалась над ним. Именно так он медленно начал учиться самостоятельно. Вэй Усяню не потребовалось много времени, чтобы забыть об остальных, сосредоточившись на мелодии. Время шло, солнце ползло по небу, медленно опускаясь к западному горизонту, прежде чем он это осознал. Ему потребовалась бóльшая часть дня, чтобы разобрать мелодию на своей поперечной флейте, но теперь, когда он её усвоил, Вэй Усянь с воодушевлением сыграл всю песню. Как только он закончил последнюю ноту, он краем глаза заметил белую мантию Ордена Гусу Лань. Он быстро встал и развернулся, встретившись взглядом с Лань Сичэнем. – Ах! Глава Ордена Лань! Простите, я знаю, что должен делать что-то продуктивное, я просто... – Где ты выучил «Покой»? – Голова Сичэня слегка наклонилась набок, его глаза были настороженными. – Хм? О! Ну, я послушал вас и решил попробовать сыграть. – Он улыбнулся. – У меня правильно получилось? Мелодия… То есть, я, очевидно, не пытался направлять силу, но подумал, что мог бы выучить что-то полезное! Выражение лица Лань Сичэня почти не изменилось, пока он обдумывал ответ. – Ты выучил это на слух? За один день? – Да? – ответил он, внезапно задаваясь вопросом, не переступил ли границы. Вэй Усянь обычно не был нервным человеком. У него была репутация флиртующего и беззаботного юноши. Если всем историям о нём верить хотя бы отчасти, то встреча с главой Ордена не должна заставлять его бояться за своё будущее. Обычно так и не было. Но сейчас всё было по-другому. Ему нужно было оставаться в хороших отношениях с Орденом Гусу Лань, чтобы пройти этот испытательный срок. Антагонизм главы Ордена навредит ему больше, чем он хотел бы признать. – Обычно младшим ученикам требуется несколько месяцев, чтобы освоить все тонкости мелодии, прежде чем они смогут начать направлять через неё силу. Ты подхватил её за половину дня? – снова спросил Сичэнь, как будто пытаясь уличить Вэй Усяня в какой-то вымышленной лжи. – Думаю, да? Я имею в виду, у меня были лучшие примеры для обучения, когда вы с Лань Ванцзи играли сегодня. – Ученикам требовалось несколько месяцев, чтобы выучить её? Почему? Сама мелодия не была чрезмерно сложной. Она просто требовала небольшого мастерства в нескольких более сложных пассажах, чтобы звучать плавно. Вэй Усянь запорол первые полдюжины попыток, но это было в основном из-за разбора нот. Возможно, играть это на гуцине сложнее? В конце концов, у Вэй Усяня было больше пальцев для нот, чем у них струн. – Не уделишь ли мне удовольствие сыграть её снова? – спросил глава Ордена Лань, его улыбка была почти напряжённой и жёсткой, в отличие от того, как он обычно выражал свои эмоции. – Конечно. Буду польщён получить обратную связь, глава Ордена Лань. – Вэй Усянь облизал губы и снова поднёс Чэньцин, чтобы сыграть. Куда же подевался его идеальный партнёр? Почему его нашёл глава Ордена, а не Лань Ванцзи? Долго ли они его искали? Вэй Усянь размышлял об этом, начиная играть. «Покой» действительно не казался таким сложным, когда он думал об этом. В своей основе мелодия была пронзительной и горько-сладкой, призывающей слушателя отпустить и двигаться дальше. В ней была успокаивающая тональность ободрения и надежды, что он находил довольно очаровательным. Всё то время, пока он играл, Лань Сичэнь стоял как вкопанный, внимательно слушая. Время от времени его подбородок опускался, или он слегка поворачивал голову. В какой-то момент этот человек даже закрыл глаза. По крайней мере, он не остановил Вэй Усяня, так что это, должно быть, означало, что он не испортил мелодию, верно? Играть становилось всё легче, пальцы Вэй Усяня двигались бездумно по клапанам флейты. В какой-то момент он подумал, что ошибся, но мелодия, которая звучала вокруг него, гораздо больше подходила для песни «Покоя», чем то, что он играл раньше. Закончив этой сладкой прощальной нотой, между ними воцарилась тишина. Вэй Усянь выждал мгновение, а затем медленно убрал Чэньцин от губ. Инструмент гудел в кончиках его пальцев, почти как будто знал, что он играл и какова цель такой мелодии. Он с любопытством уставился на тёмный инструмент. – Прошу прощения, что звучу как заезженная пластинка, но вы уверены, что впервые играете эту мелодию, молодой господин Вэй? – спросил Лань Сичэнь в тишине между ними. – Да, глава Ордена Лань, – быстро ответил Вэй Усянь. – Каким самостоятельным обучением в музыкальном совершенствовании вы занимались до этого момента? Что? Вэй Усянь моргнул. – Ах... ну, в основном призывающая мелодия, которую вы слышали на днях, я полагаю. Сичэнь тихо хмыкнул, глядя на Вэй Усяня как на какую-то диковинку. – Обычно «Покой» – это первая мелодия, которой обучают младшего ученика. – О. Что ж, это прекрасная мелодия. Я понимаю, как она может успокоить духа. – Вэй Усянь усмехнулся, изо всех сил стараясь игнорировать странное настроение между ними. – Да, вы подхватили её довольно быстро. – Это же хорошо, правда? – Он снова усмехнулся. Сичэнь хмыкнул, убрав руку за спину. – Мы заканчиваем на сегодня. Ванцзи предложил остановиться на ужин перед возвращением в гостиницу. – О! Уже так поздно? – Он убрал Чэньцин за пояс и проверил, ничего ли не оставил. – Я готов, как только вы будете готовы. Глава Ордена Су присоединится к нам? – Нет, он настаивает на том, чтобы остаться и наблюдать за следующей группой. – В кратком ответе Сичэня было сказано очень многое. – Понятно. – Вэй Усянь снова улыбнулся, не в восторге от этого неловкого напряжения. Может быть, он сможет спросить у Лань Ванцзи позже, сделал ли он что-то не так. * * * В течение следующих нескольких дней у Вэй Усяня выработался распорядок. Он просыпался в ужасный час – пять утра, ел ужасное сборище из рисовой каши, оплакивая потерю своего ежедневного кофеина. Затем он вместе с Близнецами-Нефритами и невыносимым Су Миньшанем начинал свой день с патрулирования на предмет заблудших духов, а к середине дня возвращался к месту захоронения, чтобы заступить на смену в ротационных группах, выполняющих очищение. Как бы часто им ни удавалось собирать и находить всех бродячих трупов, каждое утро их, казалось, становилось больше. Это было почти так, будто Орден Су не мог побеспокоиться о том, чтобы вести ночное наблюдение, а Орден Гусу Лань закрывал глаза на их некомпетентность из-за какой-то странной необходимости сохранять мир. Если бы эта операция находилась под юрисдикцией Ордена Юньмэн Цзян, госпожа Юй содрала бы с них шкуру за то, что они позволяют этому беспорядку усугубляться каждую ночь. Как бы то ни было, Лань Сичэнь продолжал спокойно утверждать, что операция находится под юрисдикцией Ордена Молин Су, и они лишь оказывают помощь. Если бы Вэй Усянь был тем, кто делает ставки на подобные вещи, он бы поспорил, что Близнецы-Нефриты надеются на провал Ордена Молин Су. Учитывая, как близко территория Ордена Молин Су находилась к Ордену Гусу Лань, возможно, в этом и был весь смысл. С тех пор как они прибыли, ни один гражданский больше не пострадал от происшествий из-за потревоженного места захоронения. Если это продлится намного дольше, давление со стороны Управления и местных властей вынудит Орден Молин Су пойти на уступки, и им придётся передать контроль более способному подразделению. Тогда это и есть цель, верно? – Мне нужен кофе, Лань Чжань, – простонал Вэй Усянь, когда они брели по тропинке в поисках заблудшего духа. – Вы на очищении, кофе вреден, – ровно ответил Лань Ванцзи. Су Миньшань и Лань Сичэнь были впереди них, шли бок о бок во время разведки. Первый постоянно что-то бормотал, а второй время от времени кивал. Это казалось крайне пассивным, учитывая, что сейчас они удалялись от любых остаточных следов энергии обиды. Вэй Усянь хотел что-то сказать, но не был уверен, будет ли это приветствоваться парой глав Орденов. – Эй, Лань Чжань? – Мм? – Есть ли временные рамки для этой операции? – Он попытался спросить как можно более непринуждённо. – Для всех длительных операций есть временные рамки, – легко ответил Лань Ванцзи. – Что будет, если это займёт больше времени, чем ожидалось? – У Вэй Усяня было смутное представление. В Юньмэне такого никогда не случалось, но он прекрасно мог представить, какой это был бы беспорядок. Орден полагается на то, что он обеспечивает результаты и может исправить проблемы сверхъестественного характера. Если бы это внезапно перестало быть правдой, рассматриваемый Орден мог бы быть вызван к великим Орденам и либо получить выговор, либо, в худшем случае, быть распущенным, а его территории разделены. Некоторое время назад он слышал о подобных случаях с мелкими Орденами вокруг Цишани. Вот почему Вэни в последнее время были в такой переделке. Вэнь Чао перегнул палку с некоторыми проблемами, касающимися второстепенного Ордена на их границе. Это попало в заголовки газет, но в то время Вэй Усянь был немного занят, разбираясь с последствиями в Илине. Он не уделил достаточно внимания конечному результату всей этой неразберихи. – Управление поручит одному из великих Орденов вмешаться и взять на себя управление, – ответил Ванцзи, спокойный как огурец, пока они продвигались всё дальше от оцепленной зоны в своих бесполезных поисках. – Значит... вы позволяете им провалиться намеренно? – спросил он тихим шёпотом. Лань Ванцзи услышит его, но не два главы Орденов впереди. – Я не позволяю им ничего делать. Я лишь оказываю помощь по указанию главы Ордена Су. Вэй Усянь уставился на него. – Лань Чжань! Как коварно! Разве это не нарушает дюжину правил или что-то в этом роде? Лань Ванцзи холодно взглянул на него. – Нет. Мы здесь, чтобы помогать, мы никоим образом не препятствуем Ордену Молин Су. Вэй Усянь усмехнулся и, покачав головой, взглянул на пару глав Орденов. – Это просто совпадение, что они терпят неудачу, даже с помощью, да? – Они добились прогресса. Гражданские больше не в опасности. – Только потому, что мы продолжаем выходить и находить трупы, которые они упускают ночью, – воскликнул Вэй Усянь. Это было достаточно громко, чтобы Сичэнь оглянулся в их сторону. – Даже нам нужно отдыхать между сеансами. Музыкальное совершенствование требует больших затрат сил, – защищался Ванцзи. Вэй Усянь усмехнулся. Он был не против досадить Ордену Су, особенно их идиотскому главе. Он просто не представлял, что братья Лань захотят дискредитировать их таким образом! Это казалось почти грязным! Он уже собирался поддразнить своего партнёра, когда на них накатила волна энергии обиды. Впереди Су Миньшань и Лань Сичэнь остановились и начали разворачиваться, пытаясь понять, откуда она исходила. В ней было больше силы, чем во всех остальных трупах, с которыми они сталкивались, вместе взятых. От этого маленькие волоски на загривке Вэй Усяня встали дыбом. Он нахмурился, замер, открывая свои чувства миру вокруг себя. – Ч-что это было?! – спросил Су Миньшань. – Это не могло быть с места захоронения. Что думаешь, Ванцзи? – добавил Сичэнь. – Сомнительно. Возможно, Вэй Усянь сможет определить его местонахождение. – Я? – с удивлением спросил тот. – Мм, твоя призывающая мелодия, – ответил Ванцзи. Это имело смысл: с мелодией, которую он разработал, Вэй Усянь мог чувствовать направление, куда ушли духи или откуда они идут. Он использовал её несколько раз за последние несколько дней, пока они были в патруле. Оба Близнеца-Нефрита смирились с тем, что это работает и относительно безопасно. Су Миньшань же полностью отверг его, назвав это везением. Энергия обиды превратилась в туман, скрывающий её источник. Он пожал плечами и достал Чэньцин из-за пояса. – Да, конечно. Играя свою призывающую мелодию, Вэй Усянь осторожно подозвал любое существо поблизости. Сначала он не мог его почувствовать, но как только ему это удалось, гневная сила устремилась обратно к нему по этой крошечной нити осознания, чтобы вонзиться глубоко в его сердце и душу. Глаза Вэй Усянь широко раскрылись, он остановился, схватился за грудь и выдохнул он от неожиданности: – Вот чёрт! – Вы ранены? – спросил Лань Ванцзи. – Вы серьёзно собираетесь верить, что он может что-то найти через весь этот... этот мусор?! – прорычал Су Миньшань. – Эта адская флейта – мерзость, Вы не можете доверять ему, Ханьгуан-цзюнь. – Тише, – твёрдо произнёс Сичэнь, не сводя глаз с Вэй Усяня. – Где оно? – Вдали от места, – ответил он, всё ещё пытаясь прийти в себя. Это было впервые, чтобы что-то так ответило ему. – К востоку от нас. – Можешь призвать его? – спросил Ванцзи, взглянув в том направлении, куда указал Вэй Усянь. Неподалёку были слышны слабые звуки играющих детей. – Оно довольно сильное, но думаю, да. Я сделаю себя особенно заманчивым. – Он усмехнулся с напускной бравадой и снова поднёс Чэньцин к губам. – Это глупо! – рявкнул Су Миньшань. – Если оно к востоку, мы идём на восток. Вэй Усянь отключился от него, сосредоточившись на своей мелодии. Он добавил в песню дополнительный всплеск духовной ци, стараясь не переусердствовать. К счастью, этой мелодии почти не нужно было прилагать усилий, чтобы работать, поэтому он чувствовал себя немного полезным, не раскрывая при этом своей полной хрупкости во время этой длительной операции. Связь между ним и тёмным присутствием усилилась, и он мог чувствовать его гнев. К сожалению, дух отреагировал не так, как другие в прошлом. Он добавил больше своей силы в мелодию, слегка изменив её, чтобы попытаться напрямую приказать мстительному духу. Это была авантюра, то, что ему, вероятно, не следовало пытаться делать с хрупким золотым ядром, но Вэй Усянь чувствовал его решимость. Дух был сосредоточен на чём-то или ком-то неподалёку. Через несколько напряжённых минут ему показалось, что это сработало. Он сделал паузу, достаточно долгую, чтобы кивнуть трём заклинателям, кружившим вокруг него. – Оно перестало двигаться, но я, кажется, не могу заманить его сюда. Крик ребёнка заставил каждого из них вздрогнуть. Они бросились бегом на звук. Потребовалось всего несколько минут, чтобы выбраться из сети туристических троп, по которым они шли. Все четверо прибыли на зелёную травянистую парковую зону, граничащую со школой. Вокруг них из-за деревьев виднелись крыши домов, говорящие о том, что они находятся на самой окраине Чучжоу. Это было далеко за пределами зоны сдерживания массового захоронения. Прежде чем они успели даже догадаться, куда идти, Вэй Усянь заметил клубы тёмного дыма, исходящие от сгорбленной фигуры. Перед ней, прижатая к стене школы, стояла небольшая группа детей. Они рыдали от страха, и когда они попытались броситься прочь, фигура издала гротескный звук, не то крик, не то рык, который приковал их к месту. – Попробуй призвать его снова. Ванцзи, займи левый фланг, я пойду справа, – спокойно заговорил Сичэнь, отдавая приказы. – Будьте готовы подавить его, как только станет безопасно. Вэй Усянь нахмурился, снова поднимая Чэньцин. Он вложил дополнительную силу в свою призывающую песню, исказив знакомые ноты в приказ, чтобы придать ей больше мощи. Сгорбленная фигура выпрямилась, прижимая ребёнка к груди, и повернула голову, чтобы посмотреть в сторону Вэй Усяня. Тёмные, чёрные глазницы, лишённые каких-либо глаз, уставились на него, и существо повернулось, сделав шаг с остановкой в его сторону. Это был недавно умерший человек. Тело выглядело относительно нетронутым, и было очень мало признаков разложения. Что бы ни превратило его в мстительного призрака, это придало ему огромную силу. Каким-то образом дети были его целью. Может быть, это был учитель? Какова бы ни была причина, они должны были разобраться с этим сейчас. Су Миньшань выругался и двинулся вперёд, в сторону, удерживая свой гуцинь в шатком положении, готовясь высвободить атаку. Если бы не тот факт, что он был как раз в процессе попытки призвать эту чёртову штуку к ним, Вэй Усянь ударил бы Су Миньшаня по затылку. Что, по его мнению, он делал? Существо держало на руках ребёнка! Это было небезопасно. Ему так сильно хотелось побить этого некомпетентного главу Ордена! Приглушённый рёв ярости сотряс стены школы, и ребёнок в руках мстительного призрака был небрежно брошен. Лань Ванцзи ринулся вперёд, ныряя, чтобы поймать ребёнка. Существо не обратило на него никакого внимания. Его пустые чёрные глазницы сосредоточились на главе Ордена Су, и тёмные клубы энергии обиды хлынули из тела, устремляясь к теперь уже паникующему заклинателю. – Двигайся, идиот! – прорычал Вэй Усянь, останавливаясь лишь настолько, чтобы выругаться на другого мужчину, прежде чем снова заиграть свою мелодию. Призыв не срабатывал. Лань Сичэнь собрал детей у стены вместе с Ванцзи. Они были слишком заняты, чтобы помочь с духом, а это значило, что теперь Вэй Усянь и Су Миньшань должны были сдерживать его. К сожалению, казалось, единственное, что мог придумать Су Миньшань, – это атаковать. Это было ещё и небезопасно! Дети были позади него! Он прекратил мелодию, выкрикивая предупреждение, когда Су Миньшань применил технику «Убийство аккордом». Мир для Вэй Усяня замедлился. Он бросился к Су Миньшаню в тот же момент, когда разъярённый труп взревел и ринулся на них. Краем глаза он увидел, как развеваются и извиваются белые мантии Ордена Гусу Лань. Труп врезался в Су Миньшаня, отправив его в полёт через зелёную лужайку. Дерьмо! Ему нужно было остановить эту тварь! Вэй Усянь резко свистнул, одновременно готовя связывающий талисман. Ему нужно было, чтобы эта чёртова штука сосредоточилась на нём! Тогда всё будет хорошо! Призрак замер, почти как будто услышал его желание, и посмотрел на него. Этого хватило! Вэй Усянь запустил первый связывающий талисман в разъярённого духа, немедленно приковав его к земле у своих ног. Он почувствовал боль, пронёсшуюся по его меридианам, и стиснул зубы. Бросаясь вокруг, он попытался двигаться быстро, чтобы связать существо с противоположной стороны и удержать его на месте. Второй связывающий талисман сорвался с кончиков его пальцев. Затем время снова вернулось в норму, двигаясь как обычно. Лань Ванцзи подлетел к существу с Биченем в руке и атаковал. * * * В животе у Лань Ванцзи закипало разочарование и гнев. Этой ситуации никогда не должно было случиться. Быть неспособным сдержать массовое захоронение уже было позорно, но позволить хаосу царить так близко – непростительно. Как только дети оказались в безопасности, у Ванцзи была лишь доля секунды, чтобы почувствовать облегчение, прежде чем ему и Сичэню пришлось отражать ещё одну дикую атаку Су Миньшаня. Бичень вылетел из его руки, пролетев половину поля, чтобы рассечь надвигающуюся волну силы. Сичэнь обнажил Шоюэ и встал перед испуганными детьми, чтобы защитить их. Они наблюдали, как Су Миньшаня отбросило от существа, и Ванцзи затаил дыхание, опасаясь, что Вэй Усянь попал под перекрёстный огонь. Почему он не обнажил Суйбянь? – Ванцзи, иди, – твёрдо произнёс Сичэнь, и он не колеблясь призвал Бичень обратно к себе, и сам бросился в бой. Впереди он видел, как Вэй Усянь мечется вокруг ходячего трупа, чтобы использовать свои связывающие талисманы. Две синие нити силы теперь удерживали существо в основном на месте. Когда Бичень вернулся в его руку, Ванцзи нацелился на точный удар, желая покончить с этим как можно быстрее. Первый удар пришёлся в руку чудовища, блокируя его дикий замах. Вэй Усянь отправил светящийся красный талисман в грудь существа, тот ударил с лёгким мерцанием от воздействия. Ванцзи узнал его – это была печать, предназначенная для подавления цели. Тёмные завихрения энергии обиды дождём посыпались с трупа, и трава под его ногами начала увядать и отмирать. – Ещё двух может хватить! – крикнул Вэй Усянь, его голос слегка охрип. Ванцзи хотел посмотреть, но не мог позволить себе отвлечься от своего разъярённого противника. Он изменил свою атаку, работая над тем, чтобы блокировать мечущиеся конечности существа, пока Вэй Усянь пытался полностью подавить его. Ещё один талисман приземлился на спину трупа, заставив чудовище споткнуться. Одна из синих привязей оборвалась, и он услышал ругательство Вэй Усяня. Как ни странно, хотя Ванцзи вступил в бой с несущим обиду существом, оно почти не обращало на него внимания. Оно, казалось, было полностью сосредоточено на Су Миньшане, относясь к остальным как к надоедливым мухам. Третий светящийся красный талисман коснулся ноги трупа, и тот задрожал на месте, заметно медленнее и гораздо более подавленный. Этого было недостаточно. Ванцзи взглянул на Вэй Усяня. Лицо его партнёра было осунувшимся и бледным, как будто он держался из последних сил после сильного удара. Это вызвало что-то горячее и уродливое внутри Ванцзи. – Почти! – крикнул Вэй Усянь, его голос был измождённым. – Пусть кто-нибудь сыграет «Покой»! – Нет! Уничтожьте его! – Гневный ответ Су Миньшаня стал катализатором. Мерцающие красные ряби силы вокруг трупа разлетелись вдребезги вместе с последней синей связывающей привязью. Мгновенно он пришёл в движение, направившись прямиком к главе Ордена. У Ванцзи не было выбора. Как бы сильно он ни хотел помочь Вэй Усяню подавить этот ужас, он знал, что тот уже не подлежит искуплению. Его нужно было остановить. Не колеблясь, он бросился вперёд, встав между ожившим чудовищем и Су Миньшанем. Лезвие Биченя сверкнуло в воздухе, разрезая с духовной силой. Одним стремительным движением труп пал побеждённым к ногам Ванцзи. Всё было кончено. После удара Ванцзи были слышны только звуки приближающихся сирен. Он нахмурился, глядя на останки мстительного трупа. Вблизи, когда тёмные облака исчезли, он мог разглядеть черты лица мужчины средних лет. Затылок, казалось, был вдавлен, словно тот получил сильный удар. Возле школьного здания на место происшествия хлынули сотрудники экстренных служб, включая обычных полицейских. Сичэнь занимался объяснениями, пока Вэй Усянь наклонился, упершись руками в колени, словно запыхался. – Вы видели? Он пытался убить меня с помощью этой... этой штуки! – возмущённо затараторил Су Миньшань. Неумелый глава Ордена наконец вернул себе браваду, властно указывая на Вэй Усяня. Ванцзи моргнул, удивлённый этим обвинением. – Что Вы теперь несёте? – простонал Вэй Усянь, выпрямляясь и устало глядя на Су Миньшаня. – Вы видели! Его мелодия изменилась, и это чудовище пошло на убийство! Я ещё ничего не сделал! – Вы думаете, я имею к этому отношение? Это Вы чуть не ранили посторонних, запаниковав! – сердито огрызнулся Вэй Усянь. Ванцзи не знал, что и думать. Прокручивая последние несколько минут в голове, он мог слышать различия в призывающей мелодии. Однако они появились задолго до того, как лютый мертвец сменил цель. Возможно, Вэй Усянь пытался усилить действенность мелодии с помощью украшений? Ни одному из ныне живущих заклинателей не удавалось контролировать мстительных духов, предположить, что Вэй Усянь сделал это, было невозможно. – Конечно, Вы! Это же как в Илине, не так ли!? Вот почему так много пострадало! Вы и ваша дикая... – Глаза Су Миньшаня расширились, когда его губы сомкнулись. Заклинание тишины было наложено не им самим, хотя он чувствовал изрядное удовлетворение, когда поток обвинений прекратился. Сичэнь быстрым шагом направился к ним, его лицо было суровым и бесстрастным. Бледный клинок Шоюэ сверкнул в полуденном свете. Его брат выглядел мрачным. – Прошу прощения, глава Ордена Су, – сказал Сичэнь, выглядя отнюдь не извиняющимся. – Это место активного преступления. Мы не можем выкрикивать предположения, когда вокруг гражданские, вы знаете это так же хорошо, как и я. В глазах простых людей к заклинателям предъявляются высокие требования. Их считают почти богами, которые защищают от опасностей сверхъестественного. Поначалу было неписаным правилом всегда сохранять видимость контроля перед гражданскими. Позже, с течением времени и развитием цивилизации, это правило стало законом в мире совершенствования. Ордены были полны решимости поддерживать видимость не от мира сего перед лицом населения. С появлением нательных камер обеспечение соблюдения этого «закона» стало для ответственных лиц привычным делом. Каждые несколько месяцев в кругах совершенствования неизбежно распространялся отчёт о том, кто нарушил закон и как их наказали. Но никогда ещё главу Ордена не привлекали к ответственности за его неспособность оставаться безупречным. Лицо Су Миньшаня покрылось пятнами, пока он боролся с ограничивающим заклинанием. Глаза Вэй Усяня плясали от едва сдерживаемого веселья, но он благоразумно держал язык за зубами. Ванцзи одобрил сдержанность своего партнёра. – Я понимаю Ваше разочарование, – продолжил Сичэнь, – уверяю Вас, я не отметаю Ваши обвинения как полностью ложные. Горячие головы ничего не решат. Молодой господин Вэй заслуживает возможности объяснить свою версию событий. Поскольку большую часть этой стычки Вы были фактически недееспособны, я полагаю, Вы захотите воспользоваться моментом, чтобы прийти в себя, не так ли? Ванцзи нахмурился, глядя на брата. Неужели он действительно думает, что Вэй Усянь попытается контролировать что-то столь же опасное, как энергия обиды? Нет, это просто способ Сичэня успокоить гнев Су Миньшаня. Он отвернулся к мигающим огням и гражданским, наблюдающим за ними с края лужайки. – Я установлю барьер, – наконец объявил он, стараясь, чтобы его недовольство братом не просочилось в голос. – Спасибо, Ванцзи. – Сичэнь приятно улыбнулся, но Ванцзи заметил вспышку беспокойства в его глазах. Это не сулило ничего хорошего Вэй Усяню. – Глава Ордена Лань, я-я не... – начал Вэй Усянь, замолкая, когда Сичэнь поднял руку. – Подожди, пока не встанет барьер. Когда мы будем изолированы, мы сможем спокойно это обсудить. Ванцзи не терял времени. Он также хотел как можно быстрее доказать невиновность Вэй Усяня. На создание печати, заключающей сцену в пузырь приватности, ушло немного времени. Она позволяла им видеть всё вокруг, но снаружи она выглядела как облачный пузырь, изолирующий изображение и звук для посторонних. Когда заклинание встало на место, шумы снаружи барьера уменьшились почти до нуля. Сичэнь огляделся, довольный размером пузыря. Он заключал в себя всех четверых, а также останки трупа в центре. – Ах, так гораздо лучше. – Улыбка Сичэня была обманчиво успокаивающей. – А теперь, молодой господин Вэй, пожалуйста, расскажите нам свою версию. Вэй Усянь нахмурился, выпрямляясь немного больше. Нужно ли им делать это прямо сейчас? Запись с нательной камеры, вероятно, всё объяснит гораздо лучше, чем любые показания. Ванцзи хотел возразить, но знал, что это не его место. Если бы ситуация была обратной и Вэй Усянь обвинил Су Миньшаня в чём-то ужасном, он бы тоже без колебаний допросил этого дурака. С неожиданностью Ванцзи понял, что стал предвзято относиться к Вэй Усяню, веря ему без вопросов. – Я не пытался контролировать цель, господин, – голос Вэй Усяня был твёрдым и ровным. – Да, я адаптировал свою мелодию, чтобы придать ей больше силы, но и всё. Это просто призывающая мелодия, которую я использую уже несколько лет, и задокументировано, что она использовалась в нескольких делах в Юньмэне за последние пару лет. У меня также нет причин нападать на главу Ордена Су. Вот именно. Как и предположил Ванцзи. Призывающему заклинанию понадобилось больше силы, чтобы воздействовать на более сильного мстительного духа. Он был удовлетворён объяснением. В голосе Вэй Усяня не было страха, ни возбуждённой энергии, ни нервных взглядов. Он говорил правду. Заклинание тишины было снято, и Су Миньшань закашлялся и чрезмерно задышал. Он уставился на партнёра Ванцзи и указал обвиняющим пальцем. – Если это задокументировано, почему никто в надлежащих кругах об этом не знает!? Орден Су следит за всеми новыми методами музыкального совершенствования! – Потому что это никогда не было опубликовано, – легко ответил Вэй Усянь, скрещивая руки на груди. Ванцзи показалось, что он заметил, как руки его стройного напарника дрожат. – Тогда это не задокументировано! – завизжал Су Миньшань. – Вэй Усянь, – вмешался Сичэнь, – можешь ли ты контролировать энергию обиды или мстительных духов? – Нет, господин, – немедленно ответил Вэй Усянь. – Задокументировано ли твоё призывающее заклинание как принятый метод? – Да, господин. Надзорный Цзян знал о нём и одобрил его использование мной. Надзорная Юй не поощряла меня публиковать мои находки. Она считала, что это применимо только ко мне, поскольку я часто использовал эту технику, насвистывая. Она сказала, что это не музыкальное совершенствование. Ванцзи пришлось сдержать раздражённый смешок. Не музыкальное совершенствование? Неужели Юй из Мэйшань Юй настолько неспособны распознать что-то столь очевидное? – Мы были свидетелями использования им «Призыва» всю неделю, – добавил Ванцзи, за что получил суровый взгляд от брата. Это его задело. Неужели Сичэнь подозревает, что Вэй Усянь опасен? Он нахмурился. – Ты сказал, что это задокументировано, – констатировал Сичэнь, ища разъяснения. – Да, господин. В рапортах о делах. В различных файлах дел чётко указано: «Надзорный Вэй применил «Призыв»». Любой член Ордена Юньмэн Цзян также может, если потребуется, подтвердить его безопасное использование. – Бледное лицо Вэй Усяня беспокоило Ванцзи. Хотя он не знал, от каких именно травм восстанавливался его партнёр, он надеялся, что многочисленные дни повторяющихся сеансов «Очищения» пошли ему на пользу. Он не предлагал сыграть эту мелодию специально для Вэй Усяня всю неделю, потому что они проводили так много времени у места захоронения. Теперь, когда он подумал об этом, Вэй Усянь, казалось, чаще всего исчезал, когда они были на месте. Беспокойство закралось в его мысли. Возможно, предположение, что Вэй Усянь получил пользу, на самом деле оказалось вредным для выздоровления этого человека. – Это не задокументировано! – злобно выплюнул Су Миньшань. – Это может означать что угодно! Вы лжёте! – Зачем мне лгать об этом!? Я не направляю какую-то глубинную демоническую силу! – взорвался Вэй Усянь. – Всё, что я сделал, это сделал себя заманчивой целью. Это не моя вина, что призрак увидел в Вас более слабое звено! – Ты чёртов мудак! – Голос Су Миньшаня сорвался от гнева. – Прекратите, – твёрдо произнёс Лань Сичэнь, его лицо было суровым и мрачным. – Оскорбления ничего не решат. – Простите, глава Ордена Гусу Лань, – пробормотал Вэй Усянь. – Я не управлял ходячим трупом. Я также не пытался убить главу Ордена Су. – Да, пытались! Зачем Вы продолжали играть свою дурацкую мелодию, если знали, что она не работает? – кипел Су Миньшань. – Старший брат, я не был свидетелем того, чтобы Вэй Усянь нападал на Су Миньшаня. Он даже не обнажил свой меч, вместо этого сосредоточившись на подавлении и замедлении мстительного духа. У него не было времени на что-то столь злобное. Мы бы почувствовали изменение духовной энергии в методе «Призыва» суперинтенданта Вэя. – Ванцзи добавил это, желая отмести всё это как не более чем уязвлённые чувства со стороны Су Миньшаня. Сичэнь хранил молчание, обдумывая всё, что было сказано, и то, чему они были свидетелями. Если бы они не были так сосредоточены на защите детей, то могли бы наблюдать за боем с самого начала. Тогда не было бы никаких сомнений в том, что произошло на самом деле. Если быть честным с самим собой, он понимал, почему его брат колеблется. – Я согласен. Я не почувствовал никаких изменений в использовании духовной ци, – наконец заявил Сичэнь. – А я почувствовал! – горячо настаивал Су Миньшань. – Тогда мы проведём «Расспрос» и просмотрим записи в соответствии с протоколом, – мягко ответил Сичэнь. – Ванцзи... – Нет! Не его! Он просто встанет на сторону этого чёртова илинского придурка! – прорычал Су Миньшань. Ванцзи уставился на этого маленького человека. – Я никогда бы не сделал такого. Он не хотел, чтобы это прозвучало так резко. Краем глаза он заметил, как Вэй Усянь вздрогнул, словно ему отвесили пощёчину. Нет! Он не хотел, чтобы это прозвучало так, будто он никогда не примет сторону своего партнёра! Но прежде чем он успел объясниться, заговорил Сичэнь. – Хорошо. У нас будет беспристрастная сторона для проведения ритуала. А пока Вэй Усянь и Ванцзи вернутся в Облачные Глубины, чтобы представить официальные рапорты. Записи будут просмотрены, и если Ваши обвинения будут подтверждены фактами, мы отреагируем соответствующим образом. – Сичэнь убрал руку за спину, слегка выпрямив осанку. – Хорошо! – проворчал Су Миньшань, хмуро глядя на Вэй Усяня. – Ордену Гусу Лань никогда не следовало допускать его. Он опасен! – Как и неспособность должным образом защитить людей на территории Ордена, – бесстрастно произнёс Ванцзи, сверля Су Миньшаня взглядом. – Ванцзи, – предупредил Сичэнь. – Я просто констатирую факты. Мы находимся далеко за пределами зоны сдерживания массового захоронения. Этой атаки можно было бы избежать, если бы Орден Молин Су мог надлежащим образом распределить своих людей. – Как вы смеете! – Вы оба свободны, – резко произнёс Сичэнь, явно на пределе своего терпения. – Уходите. Сейчас же.