In Perpetuum

      Лондонский Сити никогда не спал, но в офисе «Riddle & Co.» тишина была почти осязаемой. Драко Малфой, поправив идеально выглаженный воротник белой рубашки, в сотый раз проверил документы в своей папке. Практика в крупнейшей консалтинговой фирме страны была пределом мечтаний любого студента-юриста, но Драко чувствовал себя так, будто идет на эшафот.       Виной тому был он. Том Марволо Реддл.       Человек, чье имя произносили шепотом даже самые матерые акулы бизнеса. В свои тридцать четыре он обладал влиянием, которое не снилось и лордам. Холодный, безупречный, пугающе эффективный. — Входите, Малфой, — раздался за дверью низкий, бархатистый голос, от которого у Драко по спине пробежал невольный холодок.       Драко выдохнул и толкнул тяжелую дубовую дверь. Кабинет Реддла был выполнен в темных тонах: кожа, сталь и панорамные окна с видом на ночной мегаполис. Хозяин кабинета сидел в кресле, изучая какой-то отчет. Свет настольной лампы подчеркивал его острые скулы и странную, почти неестественную бледность кожи. — Вы опоздали на две минуты, — Реддл не поднял глаз, но Драко готов был поклясться, что тот улыбнулся одними уголками губ. — Для будущего юриста это непозволительная роскошь. — Прошу прощения, мистер Реддл. Заминка в юридическом отделе, — Драко старался, чтобы его голос звучал уверенно, хотя сердце колотилось где-то в горле.       Том медленно поднял голову. Его глаза, обычно темно-карие, в полумраке кабинета казались почти черными, с едва уловимым красноватым отблеском. Он обвел Драко долгим, оценивающим взглядом — от платиновых волос до кончиков дорогих туфель. — Подойдите ближе. Мне нужно, чтобы вы проверили правки в контракте «Малфой Индастриз». Ваш отец очень дорожит этой сделкой.       Драко подошел к столу, чувствуя, как воздух вокруг Реддла становится густым и тяжелым. От мужчины пахло дорогим табаком, старым пергаментом и чем-то металлическим, едва уловимым. Когда Драко наклонился над столом, чтобы взять бумаги, Реддл внезапно накрыл его ладонь своей.       Кожа Тома была ледяной. Не просто прохладной, а мертвенно холодной, словно он только что вернулся с прогулки по зимнему лесу без пальто. — Вы слишком напряжены, Драко, — прошептал Реддл. Его пальцы медленно погладили запястье студента, прямо там, где бешено бился пульс. — Ваша кровь... я буквально слышу, как она шумит в ваших жилах. Это отвлекает.       Драко замер, не в силах пошевелиться. Взгляд Тома теперь был прикован к его шее, к тонкой полоске кожи над воротником. — Я... я просто устал от учебы, сэр, — выдавил из себя Малфой, чувствуя, как по телу разливается странное оцепенение. — Учеба подождет, — Реддл встал, оказываясь непозволительно близко. Он был выше, массивнее, и от него исходила аура такой первобытной мощи, что у Драко подкосились ноги. — Вы ведь хотите стать лучшим? Хотите власти, которой обладает этот офис? — Да, — честно ответил Драко, завороженный этим голосом. — Тогда запомните: в этом мире выживает не тот, кто знает законы, а тот, кто управляет самой жизнью.       Том протянул руку и аккуратно, почти нежно, коснулся большим пальцем нижней губы Драко, слегка оттягивая её вниз. Драко тяжело сглотнул. В этот момент Реддл выглядел не как успешный бизнесмен, а как хищник, который долго выслеживал добычу и, наконец, прижал её к скале. — Идите, Драко. Завтра жду вас здесь в восемь вечера. Нам предстоит много сверхурочной работы.       Драко практически выбежал из кабинета, прижимая папку к груди. Он не видел, как Том Реддл достал из ящика стола серебряный портсигар, закурил и, глядя в окно, слизнул с пальца едва заметную капельку пота, оставшуюся после прикосновения к коже юноши. — Три тысячи лет, — негромко произнес Том, выпуская облако дыма, — а я всё еще удивляюсь, насколько сладким может быть страх.