«Врата Бездны: Наследие Хранителей»

      Нёвиллет и Ризли вышли из машины на подземной парковке своего офисного здания и направились к главному входу, их шаги отдавались эхом в бетонном пространстве, пахнущем бензином и свежей покраской. Черноволосый машинально поправил пиджак, скрывая под ним повязку на плече, и почувствовал на себе взгляд супруга – внимательный, оценивающий, полный немого вопроса о самочувствии. Он ответил короткой, почти незаметной улыбкой: мол, всё в порядке, просто утренняя скованность. Они вошли в просторный, отделанный мрамором и сталью вестибюль, где за стойкой с мониторами сидел знакомый охранник Жан-Клод, мужчина лет пятидесяти с уставшим, но добродушным лицом.       — Доброе утро, месье Фокалорс, месье Миропид! – кивнул он им, нажимая кнопку, чтобы разблокировать турникеты. – Прекрасное утро не правда ли? — Надеюсь, Жан-Клод, – сухо парировал Нёвиллет, проходя через турникет.       Они направились к лифтам. Серебристые двери лифта бесшумно разъехались, и они вошли внутрь. Нёвиллет нажал кнопку самого верхнего этажа. Лёгкий толчок, и кабина плавно понесла их вверх, в поднебесье. Ризли прислонился к зеркальной стене, наблюдая, как в отражении супруг выпрямляет спину, принимая ту самую, знакомую до боли осанку – осанку того, кто привык смотреть на мир свысока, в прямом и переносном смысле. Он знал, почему супруг настоял именно на этом этаже.       — Всё ещё тянет ввысь, да? – тихо спросил Ризли, не отрывая взгляда от отражения. – На самый верх, как в былые времена в Мермонии. Чтобы всё видеть и всё контролировать.       Нёвиллет медленно повернул к нему голову, и в его глазах мелькнуло что-то древнее и глубокое, как океанские впадины.       — Контроль – иллюзия, Ризли. Но перспектива… перспектива даёт понимание. Отсюда видны не только крыши Парижа. Отсюда, пусть и метафорически, виднее пути тех, кто пытается подкрасться из теней. А Бездна любит подкрадываться именно из теней.       Он произнёс это без пафоса, как констатацию факта. Лифт мягко остановился, и двери открылись прямо в небольшой, стильно оформленный холл их детективного агентства «Фокалорс и Миропид - частные расследования». На стене из тёмного дерева висели лаконичные медные буквы названия, а напротив располагался диван и кофейный столик с аккуратными стопками журналов. Здесь пахло дорогим кофе, свежей полировкой и… озоном. Лёгкий, едва уловимый запах, который всегда витал вокруг Нёвиллета и который он неосознанно оставлял в местах, где проводил много времени.       Они прошли через холл в свой общий кабинет – просторное помещение с панорамными окнами от пола до потолка, открывающими потрясающий вид на город. Утром солнце заливало комнату золотистым светом, играя на стеклянных поверхностях стола и книжных полках. Здесь, среди современных технологий и файлов с делами о супружеских изменах и корпоративном шпионаже, жила их настоящая миссия. Скрытая война.       — Чай? – спросил Ризли, направляясь к небольшой кухонной нише, оборудованной рядом с окном.       — Пожалуйста, – ответил Нёвиллет, снимая пиджак и развешивая его на спинке своего кресла.       Он сел за массивный дубовый стол, включил компьютер и погрузился в проверку электронной почты. Его пальцы бесшумно скользили по клавиатуре, выражение лица было сосредоточенным, но где-то в глубине глаз таилась тревога, которую он не мог скрыть от того, кто знал его тысячу лет. В тишине кабинета было слышно лишь лёгкое шипение электрического чайника и щелчки мыши. Ризли, стоя у окна и наблюдая за кипящей водой, почувствовал странное смешение эмоций. Гордость за их общее дело, пусть и прикрытое ширмой обычного агентства. Горечь от необходимости лгать собственным детям. И страх – старый, как мир, страх потерять то, что они строили веками. Он налил в две фарфоровые чашки крепкого чая «Эрл Грей» – Нёвиллет любил его с лимоном, а сам предпочитал без ничего – и поднёс одну из чашек к столу.       — Ничего подозрительного? – спросил он, садясь в своё кожаное кресло по другую сторону стола.       — Обычный поток - запрос на слежку за подозреваемым в растрате мужем, отчёт по делу о промышленном шпионаже от Марин… и спам о продаже магических кристаллов для очистки ауры, – светловолосый усмехнулся беззвучно. – Как будто я не знаю, как очищать ауру по-настоящему.       Ризли хотел что-то ответить, но в этот момент дверь в кабинет распахнулась без стука, и в комнату ворвалась энергия молодости, силы и абсолютной уверенности в своей правоте.       Первым вошёл Нейт – высокий, светловолосый, с пронзительными голубыми глазами, унаследованными от Нёвиллета, но с дерзкой ухмылкой, чисто от другого отца.       На нём была стильная рубашка и джинсы. За ним, как тени, проследовали Марин и Айсе – оба в строгой, но безупречно сидящей форме службы безопасности, их фигуры, мощные и подтянутые, говорили о годах тренировок и реальных операциях. Их лица были серьёзны, почти суровы. Замыкала шествие Амира, их единственная дочь. В её деловом костюме цвета морской волны и с ноутбуком в руках было столько же решимости, сколько и в боевой стойке братьев. Её тёмные волосы были убраны в строгий пучок, а глаза, тёплого голубого оттенка, смотрели на родителей с любовью, но и с немым укором.       — Пап, и пап, привет, – произнёс Нейт, его голос прозвучал непринуждённо, но в нём не было обычной утренней расслабленности.       — Доброе утро, – хором добавили остальные.       Они вошли и без приглашения рассредоточились по кабинету- Нейт опустился в свободное кресло напротив отцов, Марин и Айсе пристроились на широком подоконнике, а Амира села на край дивана, открыв ноутбук на коленях. Эта слаженность, это молчаливое понимание друг друга поразили Нёвиллета. Он оторвался от монитора и обвёл взглядом своих отпрысков, и в его груди что-то дрогнуло – тёплая, почти болезненная волна гордости и невероятной нежности.       Он вспомнил… вспомнил то далёкое время, несколько столетий назад, когда он, гидро-дракон, носивший в утробе их драконьи яйца, переживал муки, несравнимые ни с какой человеческой болью. Вспомнил, как Ризли, тогда ещё герцог, не отходил от его ложа ни на шаг, держал за руку, шептал слова поддержки, а в глазах его был страх, смешанный с благоговением. Вспомнил момент, когда они впервые увидели эти крошечные, покрытые мягкой чешуёй существа, которые позже обрели человеческий облик. Как они росли, учились, проходили через века рядом с ними… И вот они теперь здесь. Сильные. Самостоятельные. И, как выяснилось, слишком много знающие. Он откашлялся, отгоняя нахлынувшие воспоминания, и взял себя в руки. Его голос прозвучал спокойно, но в кабинете воцарилась тишина, которую можно было порезать ножом.       — Нейт, – начал Нёвиллет, глядя прямо на старшего сына. – Ты можешь нам с отцом объяснить, откуда у тебя оружие против Бездны? То самое, которым ты воспользовался вчера.       Нейт глубоко вздохнул, обменялся быстрыми взглядами с братьями и сестрой, и его лицо стало серьёзным, почти взрослым.       — Пап, ну мы же не маленькие дети, – сказал он, и в его тоне не было дерзости, лишь усталая констатация факта. – Мы живём в этом мире не двадцать лет, а несколько столетий. И вы правда думали, что сможете скрыть от нас истинную причину тех ночных вылазок? Тот свет в ваших глазах, когда вы возвращались потрёпанные, но с ощущением выполненного долга? Как вы сражались за нас тогда, в прошлом, и как запечатали врата? – Он покачал головой, и в его голубых глазах мелькнула грусть. – Вы, порой, хоть и наши родители, ведёте себя как дети, которые боятся, что их отругают за разбитую вазу.       Нёвиллет медленно поднял брови, его лицо оставалось непроницаемым, но пальцы слегка сжали край стола. бывший герцог, сидевший рядом, подавил резкий кашель, его рука непроизвольно потянулась к чашке с чаем.       — Так, – проговорил Ризли, и его голос был хрипловатым. – И кто вам всё это рассказал? Чжун Ли? Аякс?       — Никто, – спокойно, но твёрдо ответила Амира, не поднимая глаз от ноутбука, её пальцы замерли над клавишами. – Мы сами начали подозревать, когда вы стали исчезать по ночам и возвращаться с ранами или в потрёпанной одежде. Сначала мы думали, что это какая-то опасная работа, связанная с вашим агентством. Но потом… – она наконец посмотрела на отцов, и в её взгляде была непоколебимая решимость, – в один из дней мы решили… кхм… ну, в общем, мы проследили за вами.       — Проследили? – повторил Нёвиллет, и в его голосе впервые прозвучало изумление, смешанное с искрой родительского гнева.       — Да, проследили, – подхватил Марин, его низкий, бархатный голос звучал ровно, как доклад на совещании. – И увидели, с чем вы на самом деле сражаетесь. Нас это потрясло. Не то, что вы сражаетесь – мы знали, что вы сильные. А то, что вы делали это в одиночку, скрывая от нас нечто более страшное, чем все преступления, с которыми мы сталкиваемся в повседневной службе. Эти твари из Бездны… они не из нашего мира. И вы воевали с ними веками.       — Мы подняли все архивы, какие смогли найти, – продолжил Айсе, скрестив мощные руки на груди. – Не только современные. Старые свитки, легенды, семейные хроники, которые вы прятали в самом дальнем углу библиотеки в старом поместье, где вы почти не появляетесь. Мы нашли отголоски прошлого. О том, как вы сражались и выиграли. Но мы также нашли упоминания о цене. О тех, кого вы потеряли.       Тишина в кабинете стала абсолютной. Даже шум города за окном казался приглушённым. Ризли опустил взгляд, его пальцы сжали ручку кресла до побеления костяшек. Нёвиллет закрыл глаза на мгновение, будто пытаясь стереть с сетчатки образы давно ушедших друзей.       — И поэтому, – тихо, но чётко произнесла Амира, закрывая ноутбук, – мы решили не отставать. Мы нашли старые чертежи оружия – те, что вы использовали в прошлом. Просто усовершенствовали их, адаптировали к современным материалам и… добавили в них свои стихии. Нейт – крио, я – анемо, Марин и Айсе – гидро и крио соответственно. Теперь у нас у всех есть это оружие. Для посторонних это просто стильные аксессуары, предметы коллекционирования. Для нас – защита. Защита вас, наши дорогие родители, и защита нас самих. Тем более, вчера мы доказали, что оно эффективно.       — Да, – хрипло произнёс Ризли, поднимая голову. Его глаза горели смесью гнева, страха и гордости. – Эффективно. Если бы не Нейт, вы бы сидели сейчас на моих поминках, а не здесь с такими умными речами.       — Ой, пап, не преувеличивай, – отмахнулся Нейт, но его улыбка была напряжённой. – Ты же знаешь, что для тебя этот монстр был просто игрушкой. Если бы ты превратился в дракона, то разорвал бы его на части в два счёта.       — Ну да, мне ещё не хватало превращаться в дракона посреди Парижа! – вспылил Ризли, ударив ладонью по столу, от чего чашки задребезжали. – Вы вообще соображаете, что говорите? На нас бы тут же нацелили все спецслужбы мира, а потом пришли учёные с клетками и скальпелями! Мы не можем просто так раскрывать себя!       — Ладно, хватит! – голос Нёвиллета прозвучал негромко, но с такой властной интонацией, что все сразу замолчали. Он провёл рукой по лицу, собираясь с мыслями. – Раз такое дело… и раз наши дети уже сами втянули себя в эту вековую тайную войну, нам нужно всем собраться и всё обсудить. Всерьёз. И распределить обязанности.       — Обязанности?! – удивлённо выдохнул супруг, повернувшись к нему. Его глаза расширились. – Нёв, мы сами справлялись веками! Пусть они носят это оружие как защиту, как оберег, но вовлекать их в активные действия? Тебе не кажется, что это слишком? Мы же родители! Наша работа – защищать их, а не бросать на передовую!       — Пап, – перебил его Айсе, и в его голосе звучало не детское упрямство, а холодная, взрослая убеждённость. – Прости, но мы уже, как бы, взрослые. Нам не двадцать, не сто и даже не двести лет. Мы можем сами решить, куда нам вступать, а куда – нет. Когда наши родители сражаются с такими тварями и подвергают себя опасности, даже будучи бессмертными… это тоже неправильно. Мы – семья. И семья сражается вместе. Или ты забыл, чему ты сам учил нас, когда мы были маленькими дракончиками?       Эти слова повисли в воздухе, тяжёлые и неоспоримые. Нёвиллет опустил голову, его серебристые волосы упали на лоб. Он смотрел на свои руки – те самые руки, которые вершили суд, управляли водами, ласкали супруга и держали на руках своих детей. Ризли тоже замолчал, его протест, казалось, разбился о каменную стену логики и любви, которую выстроили их же отпрыски.       Прошло несколько долгих секунд, наполненных только тиканьем старинных настенных часов.       — Ладно, – наконец сказал Нёвиллет, поднимая взгляд. В его глазах была решимость, принятая после тяжёлой внутренней борьбы. – После такой новости… я вызову сюда Чжун Ли и Аякса. Тогда мы соберёмся все вместе – старые друзья и новая гвардия – и поговорим. По-настоящему. Определим границы, зоны ответственности, обменяемся информацией. Больше никаких секретов внутри семьи.       Дети обменялись взглядами, и на их лицах появилось выражение удовлетворённого облегчения, смешанного с торжеством. Они кивнули почти синхронно.       — Договорились, – произнес Нейт. —Мы на службе, но будем на связи, – добавил Марин, спрыгивая с подоконника. Амира встала, прижав ноутбук к груди. — Я подготовлю сводку всех известных нам данных по аномальным активностям за последние пятьдесят лет. И анализ вчерашнего инцидента.       Они попрощались – уже более тепло, с объятиями и поцелуями в щёку для каждого из отцов – и вышли из кабинета, оставив за собой тишину, которая теперь казалась совершенно иной. Не уютной рабочей тишиной, а звенящей пустотой после бури. Нёвиллет и Ризли остались одни в просторном кабинете, залитом утренним солнцем, но внутри них бушевал ураган противоречивых эмоций: гордость за смелость и находчивость детей. Ужас от осознания, что они теперь по-настоящему в опасности. Чувство поражения – их тщательно оберегаемый секрет был раскрыт. И странное, новое чувство… надежды. Возможно, они действительно больше не одни.       Ризли глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла, уставившись в потолок.       — Ну вот, – прошептал он. – Они выросли. По-настоящему. И теперь наша роль… она поменялась, да?       — Да, – так же тихо ответил Нёвиллет. Он поднялся из-за стола и подошёл к окну, глядя на раскинувшийся внизу город. – Теперь мы не просто щит. Мы… стратеги. Командный центр. И нам нужно решить, как действовать дальше. Вместе. Как одна семья, которая помнит прошлое и должна защитить будущее.       Он постоял так ещё мгновение, а затем твёрдо повернулся к столу. Его движения были точными, выверенными веками принятия судьбоносных решений. Он взял свой мобильный телефон, нашёл в списке контактов имя «Чжун Ли» и нажал кнопку вызова. Поднеся аппарат к уху, он посмотрел на Ризли, и в его взгляде было немое обещание- что бы ни принесло будущее, они справятся. Вместе. Звонок на той стороне взяли почти сразу.