Приговор души

      Тревога не отпускала ангела, он не находил себе места в пустующем доме. Для него чёрные крылья стали потрясением. Нуриэль знал, где лежали запасные ключи, поэтому решил позаимствовать их и прогуляться. Перед этим, помня о просьбах офицера, ангел отправил ему сообщение с предупреждением.       Прошло десять минут, но его так и не прочитали. Нуриэль взял ключи и вышел из квартиры, наказав кошке вести себя послушно. Астра запрыгнула на стул и сверкнула льдистыми глазами, будто хотела остановить ангела, но не могла.       Нуриэль поправил воротник свитера, скрывающий следы, и прошёл по дороге, не имея конкретного пункта назначения. Он неспешно шагал, теряясь среди людей, и думал о произошедшем ночью. Во время просмотра сериалов ангел не понимал, что такого особенного в поцелуях, пока не испытал это на себе. Он не мог сказать точно: понравилось ему или же нет; но это не было противно. Стоило ли помогать майору избавиться от похмелья, пожертвовав столькими перьями?       Поднялся морозный ветер, он подхватил листья, и они огнями пронеслись над дорогой. Повсюду были лужи из-за вчерашнего дождя, чувствовался слабый запах промокшего асфальта.       Нуриэль вздохнул, очищая голову от неуместных мыслей. В отличие от людей, поцелуй ангела был очень невинным и нежным. Его бы не посчитали за грех, скорее за благословение. Логан всё испортил, он не понимал, какой ущерб нанёс своим поведением ангелу, дорожившему крыльями больше, чем жизнью.       В низшем мире его окружали пороки и соблазны, но Нуриэль искренне верил, что сможет им противостоять. В итоге он оступился: ложь, лень, страсть. Учитывая, как сильно ему полюбились йогурты, к этому можно было отнести и чревоугодие. Вместе с его крыльями менялся и он сам.       Когда много лет приходилось воздерживаться от чего-то запретного, но очень сладкого, нужно было лишь раз сорваться, и вернуться к прежнему состоянию уже не так просто. Хотелось расслабиться ещё больше, забыв о последствиях.       Задание небес важнее всего. Нуриэль, как ответственный ангел, ни на секунду не забывал о нём. Бремя грядущего суда давило на него, ведь он так и не придумал подходящий ответ.       Возле ангела пролетела тонкая чёрная нить. Она вырвала его из размышлений. Нуриэль, развернувшись, проследил за тем, как отпечаток тьмы скрылся за углом высокого здания — очередное приглашение Люцифера. Он снова хотел встретиться. В прошлый раз для привлечения внимания демон устроил хаос в парке, но из-за суматохи не успел ничего сказать: Аралим сразу набросился на него и не дал шанса объясниться. Люцифер, учинив беспорядок, его же и исправил.       Нуриэль засомневался: стоило ли вестись на его уловку, или лучше уйти. Если бы он пропустил эту нить, возможно, Люцифер бы начал угрожать людям. Ангел не мог этого допустить. Он направился за тёмным сгустком, озираясь по сторонам, и задумался, как отправить весточку огненному стражу.       В следующий миг ангела схватили за шею. Нури стукнулся головой о стену, и из глаз посыпались искры. Задыхаясь, он попытался вырваться, но крепкая хватка усилилась. Большие сильные пальцы сдавили горло, оцарапав когтями.       — Это моя территория! — прозвучал звонкий голос.       Сквозь выступившие слёзы Нуриэль рассмотрел уродливое лицо мелкого беса с бараньими рогами и козлиной бородкой. Это был не Люцифер. Монстр, напавший на ангела, скорее всего тоже сбежал из ада.       — Отпусти, — прохрипел Нуриэль, вцепившись в его руки.       Воздуха не хватало, он едва удерживал сознание. Перед глазами всё поплыло. Ангел выпустил божественную силу, она вспыхнула серым цветом, и бес немного ослабил хватку. Нуриэль, сдёрнув его руки с шеи, тяжело задышал. Изменившийся поток энергии напугал ангела куда больше, чем нападение.       Бес попробовал снова атаковать, но Нури уклонился. Удар пришёлся в стену. Когда демон замахнулся другой рукой, её сзади поймали. Из тени вышел высокий мужчина в чёрном костюме. Люцифер сжал руку низшего демона — раздался треск костей. Бес, взвизгнув, рухнул на колени и схватился за сломанную конечность.       — Исчезни, — Люцифер небрежно махнул рукой.       Дым окутал низшего демона, и тот распался на чёрные частицы. Люцифер же подошёл к ангелу и подал ему руку.       — Ты в порядке?       — Да, — сипло сказал Нуриэль, не взяв его ладонь.       Люцифер опустил руку и взглянул на красную шею юноши — воротник свитера порвался, обнажив отпечаток ладони от удушения и весьма занятные следы.       — А у кого-то сегодня была бурная ночка, — усмехнулся демон.       Вспыхнув, Нуриэль закрыл шею рукой. Он не хотел, чтобы другие узнали об этом инциденте. Люцифер пришёл на помощь слишком вовремя — Нури заподозрил, что он мог всё подстроить, а потом заметил кровь на его белой рубашке.       Божественный клинок Аралима мешал регенерации, на восстановление могло уйти несколько лет. Лицо демона побледнело сильнее обычного, его красные глаза не сияли так ярко, он выглядел беззащитным в облике болезненного человека.       Нуриэль вспомнил о катастрофе в парке и спросил:       — Зачем ты сломал аттракционы? К чему было это представление?       Люцифер ошеломлённо застыл. Он уставился на ангела со странной обидой во взгляде, как будто был совершенно невиновен.       — Ангелочек, это был не я.       Нуриэль чуть нахмурил брови, потирая шею.       Демон с искренним негодованием в голосе сказал:       — Правда не я. Ты мне не веришь?       — А должен?       — Произошёл всплеск тёмной силы, я его подавил.       Отчасти это была правда. Демон перед уходом вернул всё к исходному состоянию, потратив на исправление неимоверно много сил. Именно поэтому Нуриэль не понимал, с какой целью Люцифер так поступил — он же не получил с этого никакой выгоды. Всплеск тёмной силы не мог возникнуть без причины. Демон отрицал свою причастность, но ангел не спешил ему верить.       — Аралим сказал, что это ты его устроил… — Нуриэль замолчал.       На самом деле они первыми напали на Люцифера, толком не разобравшись в ситуации. Он стоял в заколдованном лабиринте в истинной ипостаси, все улики указывали на него, так что Аралим сразу набросился на него с мечом.       — Нам нужно поговорить, — Люцифер посмотрел на место, где пропал бес. — Если ты не хочешь, чтобы твой человек пострадал вместе с тобой.       — Мой человек?.. — Нуриэль слегка нахмурился, а потом развернулся и собрался уйти. — Нам не о чем разговаривать.       Если Логан в опасности, то нужно срочно его найти. У ангела не было времени на то, чтобы вести беседы с демоном.       Люцифер добавил:       — Ты раскрыл ему секрет, верно? Он может умереть.       Негромкие слова демона донеслись до ушей ангела. Он замер. Нури, терзаясь сомнениями, прирос к асфальту. Он не мог и шага ступить, заметавшись между тем, чтобы найти офицера, и тем, чтобы пойти навстречу демону. Лукавые речи падшего ангела нередко сбивали людей с правильного пути. Может ли Нуриэль определить, что из сказанного истина, а что — ложь? Его перья уже сильно потемнели.       Жизнь майора, приютившего бродячего ангела, важнее, чем распри. Нуриэль, сделав глубокий вдох и медленный выдох, вернулся к демону.       На бледном лице Люцифера возникла едва уловимая победная улыбка. В следующий миг их обоих охватил тёмный дым. Переулок опустел.

***

      Во время обеденного перерыва Логан заметил непрочитанные сообщения. В них Нуриэль предупредил, что решил прогуляться. Майор только начал набирать ответ с вопросом, куда он собрался; но, вспомнив вчерашнее, офицер быстро всё удалил. У него не было права контролировать передвижения ангела.       Вместе с тем пришло сообщение от Сандры. Она написала, что к ней в студию заявился странный мужчина, и попросила забрать вечером с работы. Логан ответил одним словом: «Хорошо» — и вернулся к обеду.       Пока офицер читал сообщения, число его бутербродов с двух уменьшилось до одного. Пропажа обнаружилась в руках следователя, сидящего на краю стола.       — Вы всегда готовите потрясающе, — похвалил Хогарт, откусив большой кусок.       Логан холодно на него посмотрел, и у следователя поубавился аппетит. Тем не менее, Хогарт не отдал вкусную добычу и с набитым ртом сказал:       — Нужно уметь делиться, — прожевав и проглотив, следователь продолжил: — Вы же знаете о нашем новом деле?       Майор отпил горький кофе без сливок и сахара — ему было необходимо хоть немного взбодриться. Из-за вчерашнего он провёл всю ночь без сна. Растрёпанный ангел с полуопущенными ресницами и красными щеками, лежащий под ним, никак не выходил из головы. Его губы манили, бледная кожа полыхала от поцелуев, глаза блестели от влаги, ночная сорочка обнажала плечо, дыхание было прерывистым. В помутнении рассудка из-за алкоголя Логан чуть не перешёл грань, а теперь мучился совестью. Он был взрослым мужчиной, офицером полиции, а повёл себя как юнец.       Воспоминания захлестнули его, и кончики ушей тронул пунцовый цвет. Логан прикрылся рукой, пытаясь избавиться от наваждения.       — Вы чего в облаках витаете? — Хогарт с подозрением взглянул на командира. — Что-то произошло?       — Нет, — тихо отозвался Логан.       Ему больше кусок в горло не лез. Он передал и второй бутерброд следователю — тот только обрадовался и в знак благодарности не стал расспрашивать. Очевидно, офицер не хотел об этом говорить.       Логан, собравшись с мыслями, взял верхний лист со стопки документов. Это было дело о школьном психологе. Его засняли целующимся с учеником, не успевшим достичь совершеннолетия, — фотографию выложили в сеть. Семья мальчика попросила возбудить дело, обвинив работника школы в принуждении.       На фотографии психолог и ученик находились в спортивном зале, ракурс был подобран весьма удачно, снимок сделали из раздевалки. Мужчина в очках целовал высокого юношу, забравшись одной рукой под его толстовку, а другой прижимая его к тёмно-зелёной стене.       Логан смял край листа и осевшим голосом спросил:       — Как это оказалось на моём столе?       Хогарт выхватил фотографию, взглянул на неё и с отвращением сказал:       — Мерзость, правда? Взрослый человек, а держать себя в узде не может… — он поднял взгляд на побледневшего офицера. — Майор, с вами точно всё в порядке?       Невольно Логан подумал, что не очень отличался от этого психолога. Юноша, на которого он набросился ночью, тоже подвергся нападению. Нуриэль выглядел беспомощным — конечно, как ему было сопротивляться, если офицер превосходил его в комплекции и был намного сильнее? Ангел стал жертвой.       — Всё… хорошо, — запнулся офицер. — Продолжай.       — Родители обвиняют его в пропаганде, педофилии и в насилии. Они требуют уголовной ответственности и срока лишения свободы до трёх лет, — Хогарт отложил лист. — Поговаривают, что психолог оказал на него давление.       — А что сказал ученик?       — Что у них любовь и искренние чувства, а обществу их не понять, — фыркнул Хогарт. — Это просто немыслимо. Он в восьмом классе, ещё ничего не понимает. У взрослого мозгов побольше должно быть. На вид приличный человек, а на деле вот таким занимается… О чём он только думал?       Логан неосознанно поправил воротник рубашки.       — Кто выложил фотографию?       — Одноклассница мальчика. Он давно ей нравится, поэтому она проследила за тем, куда он постоянно сбегал с уроков, — Хогарт подошёл к офицеру и, поставив руку на стол, наклонился к нему. — Школьный психолог нанёс ребёнку травму. Вы представляете, как это опасно?       Следователь оказался слишком близко, и их взгляды столкнулись, как в битве. Логан почувствовал, что ему устраивали проверку, но ничуть не напугался. Вернув себе безразличный вид, майор слегка наклонил голову:       — Вы что-то затеяли?       Хогарт долго смотрел на лицо офицера, словно хотел на нём что-то увидеть, но его ожидания не оправдались, и он отодвинулся.       — Младший лейтенант подкинул это дело, — бессовестно сдал его Хогарт. — Он попросил меня посмотреть на вашу реакцию. Обычно вы бы уже велели передать это дело другому отделу, а тут заинтересовались.       Логан промолчал. Он ослабил бдительность и попался на чужую ловушку, что недопустимо для офицера полиции.       Почесав нос, Хогарт с ухмылкой заметил:       — А ещё, кажется, вы пили.       Логан поднялся с кресла и выпрямился.       — К чему вы клоните?       — Притворяетесь, что не знаете? — следователь улыбнулся шире. — Но вы ведь понимаете, о чём я, да? Психолог даже возраста согласия не дождался.       — Они просто поцеловались, — холодно заметил Логан.       — Вы защищаете его? — с притворным удивлением спросил Хогарт. — Майор Форд, вы что-то скрываете…       В кабинет ворвался Саймон с большой папкой документов, достающей ему до подбородка. Он прервал важный разговор и подбежал к наставнику.       — Следователь, куда их поставить? Ваши дела так накопились… — Саймон положил документы на свободный стул. — Нельзя же на каждое дело говорить, что оно незначительное! Вы не можете заниматься только убийствами. Кто будет это всё раскрывать, если не вы?       Пойманный с поличным, следователь тут же отступил подальше от майора и неловко кашлянул в кулак.       Логан чуть приподнял брови. Вместо того, чтобы заниматься делами, Хогарт нашёл время для нелепых обвинений.       С упрёком в голосе майор спросил:       — Какой пример вы подаёте младшим?       Лицо следователя мигом переменилось, он подобрался к Саймону, со всей силы хлопнул его по плечу, выплёскивая злость, и сказал:       — Как видите, у нас дел много! Был рад с вами пообщаться, — он ещё раз стукнул помощника, намекая, чтобы тот взял документы. — Ах да, передавайте привет тому юноше, с которым вы живёте. Знаете, слухи быстро расходятся. Будьте осторожнее.       С этим напутствием Хогарт вместе с помощником покинул кабинет.