Приговор души

      Из окна растекался мерцающий лунный свет, падающий на высокого офицера с растрёпанными чёрными волосами, прикрытыми тёмной фуражкой. В холодных бронзовых глазах мелькнула решимость, когда он заметил цель.       Скрывшись за стеной, Логан шустро перезарядил легендарный пистолет Glock 17 с прицельной дальностью пятьдесят метров, повсеместно использующийся в полиции; особенностью модели являлось внедрение предохранителя в спусковой крючок. Выстрел происходил только при полном нажатии, вместе с ним возникала сильная отдача; для точной стрельбы из этого пистолета требовалась сноровка.       В маленьком передатчике, вставленном в ухо майора, раздался громкий голос: «Преступник выбежал из здания! Он вооружён! Лови его!» Младший лейтенант по ту сторону раскричался так, что у Логана задрожали барабанные перепонки. От его шума майор раздражённо шепнул в ответ: «Замолкни» — только тогда крики утихли, вернув рабочую обстановку.       Заглянув в открытое окно, из которого просачивался морозный ветер, Логан захватил взглядом сбежавшего преступника с пистолетом в руке. На его плече висел портфель, забитый доверху деньгами и запрещёнными веществами.       Сделка двух группировок состоялась, но в последний момент одна предала другую. В потасовке человек напавшей банды воспользовался ситуацией и отсыпал себе часть товара и крупную сумму денег. Полиция, придя на место преступления, узнала о нехватке средств, за день они вышли на искомого человека, и теперь он пытался от них спрятаться.       Высшее руководство велело не предавать операцию огласке, чтобы не портить упавшую репутацию полиции ещё больше. Если бы жители узнали, что они снова упустили преступника, то набросились бы с претензиями, как стая разъярённых ворон. На задание отправили минимум людей, а возглавил их майор, который, несмотря на должность, часто принимал участие в поимке нарушителей закона.       — Сто двадцать метров, — шепнул майор, следя за перемещением преступника из укрытия. — Девяносто. Семьдесят.       Мошенник приближался к воротам. Выждав пару секунд, Логан резко толкнул оконные ставни и выпрыгнул с первого этажа, мягко приземлившись на траву. Его подошва издала тихий скрип, и майор шагнул за дерево, оценивая ситуацию.       Преступник не планировал заходить в комнату, в которой его поджидали. По всей видимости, вор заметил за собой слежку, что повысило опасность. От успеха их операции зависело слишком многое.       Возле ворот находились двое дежурных, но преступник изменил маршрут. Он направился к другому выходу, ускорившись. Человек в чёрной кепке и маске вдруг подбежал к углу здания, как раз туда, где стоял майор. Враг не подозревал о нём.       Без веской причины полицейским запрещалось использовать оружие. Немного поразмыслив, Логан убрал пистолет обратно в кобуру. С виду преступник не обладал хорошей физической подготовкой, его отягощали портфель и жадность.       Выбежав из укрытия, майор набросился на мошенника со спины. Он дёрнул его за портфель, порвав лямки. Преступник обернулся, в его глазах отразились страх и злость. Он без колебаний поднял пистолет, наставив на майора. В темноте раздался выстрел. Ночной воздух смешался с запахом пороха.       С громким хлопком пуля девятого калибра взмыла ввысь. Не теряя времени, Логан мощным ударом выбил оружие из руки преступника и выполнил захват. Он обездвижил врага, пистолет отлетел в сторону, и к ним сбежались полицейские.

***

      Под ночными фонарями плутал нежный юноша, его длинные волосы блестели серебром, а одежда выглядела несколько неряшливо. Распущенный пояс широкого пальто влачился по земле, помятая белоснежная рубашка была выпущена поверх брюк, шнуровка высоких сапог болталась при каждом шаге, он норовил наступить на неё и упасть, но до сих пор ему удавалось избегать неприятностей.       Люди постоянно оборачивались на него, принимая за смешного иностранца, и кто-то снимал его на камеру. Он ненамеренно привлекал к себе внимание, имея примечательную внешность, очаровывающую, как распустившийся подснежник.       Маленькая девочка, идущая с женщиной за руку, вскрикнула:       — Мама! Мама, там такой красивый мальчик! Он актёр?       — Бродяга какой-то… — поморщилась женщина, взглянув на его потрёпанный вид. — Пойдём, не отвлекайся на него.       — Но он похож на волшебника!       Их сплетни доносились до юноши, но он не придавал им значения. Нуриэль, проходя у обочины дороги, не забывал озираться по сторонам — его беспокоил шум машин, ангел знал, что ежегодно от аварий в мире умирает свыше миллиона человек. Некоторые попадали в рай, другие же — в ад. Если человеческий облик получил бы сильные повреждения, то задание посчиталось бы проваленным.       Бесцельно слоняясь по дорогам, ангел с интересом изучал людские постройки. Ему всё казалось необычным, и он никак не мог поверить, что его действительно отправили в мир смертных. Даже глубокой ночью здесь горели золотистые фонари и яркие вывески магазинов. В своих исследованиях ангел забрёл довольно далеко.       Его посетили мысли о том, где можно переночевать и отдохнуть. Небеса не выдали ему подробных указаний, они просто сослали его вниз, поручив найти ответ на вопрос: «Почему живут люди?» — и не позаботились о его ночлеге. Они будто торопились с тем, чтобы он не успел передумать, и ничего не подготовили.       Восторг ангела постепенно сменялся замешательством. Ему было некуда идти. Он корил себя за то, что задал слишком мало вопросов. Если точнее, то ему просто не предоставили возможности их озвучить. Исрафил отправил его к людям сразу же после судебного заседания, Нури не попрощался с друзьями.       Задумавшись над плачевной ситуацией, он остановился и взглянул на тёмное небо, усеянное яркими звёздами, как крохотными блёстками. Луна напоминала ему фарфоровое блюдце. Прохлада окутала ангела, и он немного поёжился в пальто.       Тишину разрезал громкий выстрел.       Вздрогнув, ангел обернулся на источник звука. Шум раздался в строительной зоне, окружённой забором. Люди, стоящие у ворот, в спешке рванули внутрь.       Ангел издалека заметил в их руках пистолеты и попятился назад. Это оружие ничуть не уступало в опасности колёсам машин. Один меткий выстрел — человек лишался жизни. Нуриэля всегда удивляла хрупкость людей, но при этом они сами изобретали подобные технологии, несущие угрозу.       Не желая ввязываться в их конфликты, ангел уверенно развернулся. Ему дали задание, и он не собирался вмешиваться в судьбу людей, нарушая правила. Интерес к происходящему был не таким сильным, чтобы он рисковал собой. К тому же, он узнал полицейскую форму людей у ворот. Они защищали город от преступников, значит, он мог о них не беспокоиться, — так рассудил ангел, направившись в другую сторону; но что-то не давало ему покоя.       Остановившись на перекрёстке дорог, Нури снова взглянул на склад. Оружие использовалось для убийства и нанесения увечий. Точно ли всё в порядке? Пока он над этим размышлял, то не заметил подкравшейся к нему женщины.       — Эй, парнишка, — она ухмыльнулась. — Один, небось, гуляешь? А что так поздно? Твои родители знают?       На незнакомке был огромный жёлтый свитер, затасканный чуть ли не до дыр. От неё ужасно разило алкоголем, и ангел незаметно прикрыл чувствительный нос, борясь с желанием отшатнуться, — он знал, что это невежливо.       — Простите, я могу вам чем-то помочь? — осторожно спросил Нуриэль, взглянув на бутылку в руке женщины. — Вам не стоит увлекаться спиртными напитками. Это вредит вашему здоровью…       — Ты что, нотации читать удумал? — она качнула бутылкой. — Сколько тебе лет-то? Восемнадцать есть?       Нуриэль краем глаза взглянул на своё отражение в стеклянной витрине. По меркам людей он бы себе не дал больше двадцати. Поразмыслив, ангел сказал:       — Я старше восемнадцати.       Это была не ложь, так что он мог избежать возникновения чёрных перьев. В мире людей ему особенно следовало соблюдать осторожность.       Пьяная женщина ему не поверила:       — А не врёшь ли? — она с сомнением посмотрела на него. — Почему бродяжничаешь? Из дома сбежал?       — Мне некуда пойти, — честно признался Нуриэль. — Вы знаете, где можно ненадолго остановиться?       — Деньги хоть есть? Или банковская карта?       Машинально похлопав по карманам, ангел обречённо сказал:       — Нет. Ничего нет.       Незнакомка сначала подивилась его ответу, а потом расхохоталась.       — Ну что ж, пойдёшь со мной? Я Сьюзи, здешняя императрица и певица… А тебя как звать, оборванец?       С представлением ангел помедлил, задумавшись, можно ли раскрывать своё настоящее имя — его могли принять за странное, но соврать он не мог. Белые перья ему были слишком дороги.       — Нуриэль. Приятно с вами познакомиться…       Сьюзи подхватила его за руку и повела за собой в тёмный переулок. Ангел не стал сопротивляться, послушно последовав. Он всё равно потерялся: лучше всего сейчас было примкнуть к кому-нибудь из людей и заручиться их поддержкой. Ему требовалось незаметно влиться в их общество, не вызывая подозрений.       — Так ты из дома сбежал, да? — заговорила Сьюзи. — Непросто тебе пришлось. Избивали там? Ох, не редкость сейчас такое…       Она вдруг остановилась и осмотрела юношу, от её взгляда он почувствовал себя некомфортно. Присмотревшись к его внешности, она хмыкнула:       — А ты ничего. Кожа светлая, личико чистое и симпатичное… За тобой толпа девчонок бегает, да?       От её предположения ангел неловко отвёл взгляд.       — Простите, я не заинтересован…       Сьюзи отнеслась к нему с пониманием и заключила:       — О, так ты по мальчикам?       Нуриэль, побледнев, ещё больше растерялся:       — Вовсе нет…       Она по-своему растолковала его отрицание и улыбнулась. Закинув руку ему на плечо, Сьюзи ехидно сказала:       — Ой, да брось, нечего смущаться. У всех свои предпочтения.       Ангел засомневался в здравомыслии спасительницы, но не стал и дальше возражать. Он был далёк от культуры людей, и если некоторые считали подобные отношения нормой, то ему тоже следовало притвориться, что он не имеет ничего против, погасив возникшее недоразумение.       Упёртая женщина, оставшись при своём мнении, привела юного спутника к товарищам. Двое взрослых мужчин сидели на лавочке: тот, что был с густой бородой, отрешённо смотрел в пустой кошелёк; а другой, имеющий впалые щёки, со слезами прижимал к себе бутылку. У стены здания стояла девушка со следами побоев на лице и курила сигарету, заполонив пространство дымом.       Сьюзи громко их поприветствовала:       — Хэй, у нас тут ещё один потеряшка!       На нежного юношу тут же устремилось несколько взглядов, лишённых света жизни. Они все казались опустошёнными как внутри, так и снаружи, будто для них исчезла радость, оставив только горечь.       С высоким уровнем эмпатии ангел на себе прочувствовал их боль и страдания. Переживания накрыли его шумной волной, и он застыл на месте, придавленный их силой. Он неосознанно прислушался к чувствам других людей, но тут же выставил барьер, ограждаясь от чужих мучений.       Не по своему желанию ангел успел прочитать обрывки их мыслей.       Бородатому мужчине, одетому в поношенную куртку, выставили огромный долг из-за азартного сына, и в итоге ему пришлось продать квартиру.       Его соседа на лавочке выгнали с работы из-за ошибки другого сотрудника. Он взял на себя вину по указу начальства, и теперь не мог найти новую должность.       Девушка у стены являлась жертвой домашних побоев: добрый муж, который одаривал её цветами, становился всё более жестоким. Изначально она не замечала у него наклонностей к рукоприкладству, но стоило ему один раз замахнуться, и это продолжалось уже несколько лет. Она не могла уйти от него из-за того, что зависела финансово.       Вместе с тем ангел ощутил слабость Сьюзи — она потеряла ребёнка. Он не сдал экзамены, не смог поступить в хороший университет и из-за давления сверстников предпочёл поставить точку в несчастной жизни, утратив надежду.       У каждого была своя история, чтобы собраться в тёмном заброшенном месте, где валялся мусор, пакеты и разбитые бутылки. Стены разрисовали нелепыми надписями, а лавочка, на которой они сидели, потрескалась от сырости.       Девушка у стены выдохнула дым и сиплым голосом спросила:       — Что тебя сюда привело?       Нуриэль замялся, не зная, как объяснить своё положение. Он не мог ни словом обмолвиться о небесных порядках, и ложь тоже находилась под запретом.       Ему на помощь пришла Сьюзи:       — Из дома сбежал, видно, с родителями поссорился… Ему некуда пойти.       — Такой юный… — вздохнул худощавый мужчина, потерявший работу. — Перед тобой открыты все дороги. Лучше возвращайся домой.       Нуриэль покачал головой, и его длинные белые волосы растрепал ветер.       — Я не могу.       Неотёсанный мужчина с бородой, выглядевший как бездомный, но с очень добрыми глазами, положил кошелёк в карман и сказал:       — Тебя дома ждут.       — Правильно, не заставляй их волноваться, — сказал уволенный сотрудник. — Ты ещё не понимаешь, как тяжело жить одному.       Ангел с уверенностью заявил:       — Меня дома никто не ждёт.       В его словах не было лжи — пока он не найдёт ответ, никто не станет ждать его возвращения. Ему выделили сорок дней, и высшие ангелы хотели получить лишь результат задания, их не волновало, как именно пройдёт путешествие в мир людей. Они даже не озаботились тем, куда можно поселить ангела на время пребывания.       Кроме того, понятие «дом» для него было незнакомо. Нуриэль странствовал по облакам, летал над рощами и спал там, где ему заблагорассудится. Каждое утро он прилетал в сад, его распорядок дня не отклонялся от привычного, если только ангел не коротал года в небесной тюрьме.       Избитая девушка у стены взмахнула помятой упаковкой, вытащила сигарету и протянула её юноше с вопросом:       — Ты куришь?       Нури состроил сосредоточенное выражение лица, разглядывая сигарету. Это напоминало ему проверку. Может, они хотели узнать, страдал ли он так же, как и они. Все присутствующие в выжидании смотрели на ангела, который не торопился ей отвечать.       Под их испытывающими взорами Нуриэль стушевался. Он невольно узнал о бедах этих людей и проникся к ним сочувствием. Ему не хотелось их расстраивать, но ангел понятия не имел, какой эффект окажет табак на человеческий облик. Как и ложь, курение не одобрялось небесами, оно вызывало зависимость.       Повлияла бы одна сигарета на его крылья? Ангел сопоставил все варианты, а потом, шагнув к женщине, взял то, что она предложила. Следуя заданию, он хотел лучше понять чувства этих людей, поэтому решил подстроиться под ситуацию.        — Как нужно курить? — настороженно спросил Нуриэль, покрутив сигарету в пальцах. — Вы делаете это, чтобы расслабиться?       — Если никогда не пробовал, то оставь это дело, — девушка щёлкнула зажигалкой, и на мгновение сверкнул огонь.       Сьюзи с осуждением сказала:       — Не учи его дурному, — она поставила пустую бутылку на бордюр. — Нуриэль, выбрось сигарету.       Пропустив её слова, ангел осмотрел синяки на лице измученной девушки. На нём живого места не было, всё в царапинах и ссадинах. Тот, кто с ней так обошёлся, заслуживал самого строгого наказания. Ему бы следовало предстать перед судом за жестокое обращение.       — Можете одолжить огонь? — Нуриэль обхватил губами сигарету, и на языке ощутил горечь, имеющую лёгкий клубничный привкус.       Девушка молча зажгла кончик его сигареты. Вспыхнуло яркое пламя, которое отразилось красным сиянием в голубых глазах ангела. От сигареты повеял дым, и спустя секунду, вдохнув его, Нуриэль сильно закашлялся. Его лёгкие словно огнём прожгло, и сигарета вылетела из изящных пальцев; ветер потушил её.       Сьюзи прицыкнула:       — Говорила же, не надо было даже пробовать… Ну ничего, уроком послужит.       В горле ужасно запершило, и ангел схватился за шею. Ему показалось, что дым разодрал его внутренности и лёгкие, всё запылало пламенем, лихорадочный кашель никак не прекращался, и выгнанный с работы мужчина встал с лавочки — он открыл новую бутылку с пивом, к которой ещё не притрагивался, и дал ангелу.       Не подозревая о содержимом бутылки, Нури принял любезно предложенный напиток и сделал глоток прямо из горлышка. Золотистый напиток попал в его рот, и ощущение жжения только усилилось. Нуриэль покачнулся, в его глазах возникла пелена, и чтобы не упасть, ему пришлось опереться о стену.       Сьюзи забрала у него бутылку с алкоголем.       — Ты какой-то совсем невинный… И зачем только попробовал?       Прикоснувшись к голове, Нуриэль поморщился от возникшей боли. Похоже, он ошибся. Его человеческий облик плохо переносил отравляющие вещества даже в маленьких количествах. Всего одна сигарета и глоток алкоголя пронзили его, как кинжал, и вызвали неудобства.       В плохом самочувствии ангел скатился по стене на траву. Боль нарастала, и он прикрыл глаза, пытаясь вернуть контроль над собой. Мир вокруг потемнел.