Его мир — магистрали США и парень из кофейни

Тёмная ночь опустилась на город, укрывая его одеялом из звёзд. Прохладный, июньский ветер пробегал по улицам, еле-еле шевеля широкие листья придорожных пальм и небольших плантаций цветастых кустарников, а также задевая волосы людей, находившихся сейчас на улицах курортного городка. Несмотря на поздний час, — время уже было за полночь — город всё ещё продолжал быть активным. Мелькали яркие, неоновые вывески, зазывающие туристов и обычных гуляк внутрь на самые безрассудные развлечения, мигали огни парка аттракционов, готового принимать к себе гостей до двух часов ночи, у окраины города шумели прибрежные волны. Сегодня вода словно показывала свою снисходительность к гражданам и заманивающе окатывала песчаный пляж и небольшие выступы камней шумно пенящимися волнами. Лёгкий бриз, который тянулся от воды, так и подталкивал людей шагнуть в тёмно-синюю пучину ради того, чтобы насладиться столь желанной после жаркого дня прохладой. Только вот смельчаки искупаться находились редко — вода в заливе славилась постоянно низкой температурой, несмотря на то, что в штате каждое лето царила жара. Но и без этого всем было весело. Пятница сменилась субботой, а это значит, что у людей появилось то самое, свободное от работы время, которое они могут потратить на себя, друзей и развлечения. Хохот и шум наполняли центр, смешивались с гулом самого города и оживляли его ежесекундно. Очередная история, пересказывалась чьим-то пьяным голосом уже в который раз, но от этого становилась лишь смешнее, туристы громко ахали от красоты вокруг, машины разъезжали туда-сюда, катая и развлекая гуляющих, а сон, кажется, и не думал захватывать эту часть штата в свои цепкие и крепкие объятия. Он словно изо всех сил старался стать господином этого дня, вернуть свою потерянную власть, но его всё время отгоняла суматоха вокруг. Эта ночь захлёстывала весельем и полным расслаблением. Курортный город жил всегда, не было бы момента, что он томно грустил, опутывая своих жителей нитями печали, и этим так сильно манил всех путешественников. Однако, вопреки активной жизни в центре, магистрали города сейчас пустовали. Изредка проезжали машины, принадлежащие в основном туристам, которые решили провести отпуск в столь прекрасном и красочном месте. И они были абсолютно правы, когда выбрали именно это место для своего отдыха — Южная Калифорния была прекрасна. Оживлённая днём и ночью, кишащая разнообразными заведениями и мероприятиями, готовая принять к себе в гости любого желающего в любой момент. Всё в ней было будто доведено до своего идеала. Она манила сюда всех, кого только можно, опутывала прекрасными воспоминаниями и не давала сбежать из столь красочных мест. Шум мотора появляется нежданно и разгоняет установившуюся тишину на автомагистрали. Переднее колесо тёмного мотоцикла останавливается аккурат перед знаком, указывающим путь. Водитель спускает ноги на землю и, удерживая ими по бокам байк, поднимает голову ввысь. На иссиня-синем полотне мелкими точками сияли звёзды, то распологавшиеся там в гордом одиночестве, то объединившиеся в небольшие группы, представляющие собой созвездия. Небо было идеально чистое, никаких помех в виде тумана или облаков, лишь бледно-жёлтый диск луны освещал ровный и блестящий асфальт, давно остывший от дневного солнца. Руки в специальных перчатках тянутся к ремням шлема и с лёгким щелчком отстёгивают его. Парень, управляющий мотоциклом, снимает шлем и осматривается вокруг. Летний ветер вновь пробегает по дороге и еле колышет каштановые волосы новоприбывшего в столь красочный город. Леон Литтлфут прищуривает глаза и широко ухмыляется. Идеально выложенный асфальт, чистое небо и полностью пустая дорога, кажется, это место буквально умоляет его показать свои способности. — Так уж и быть, Калифорния, — шепчет довольно парень и надевает обратно свой идеально чёрный, блестящий при свете луны шлем. — Я покажу тебе, что значит быть настоящим гонщиком. Негромкий щелчок замков символизирует о том, что шлем закреплён, Леон лишь слегка поправляет его, опускает визор и заводит свой мотоцикл. Байк отзывается утробным рычанием, которое будоражит тело парня, и показывает, что готов к гонкам. Из-за шлема этого не было видно, но Леон улыбается своей самой дикой улыбкой. Он хватается за ручки руля и ставит ногу на газ. В голове проскакивает мысленный отсчёт. 3…2…1… Мгновение, и байк срывается с места, словно чёрная пантера, заприметившая добычу. Парень проворачивает ручки байка на себя, ускорясь. Огни автострады начинают буквально мелькать в глазах с огромнейшей скоростью. Они сливаются, превращаясь в световые блики, которые освещают путь. Леон приближается грудью к мотоциклу и ускоряется ещё сильнее. Воздух идеально обтекает его и байк, своеобразно замедляя, но парню плевать. Это не помеха, он ускорится ещё, чтобы буквально лететь по магистрали, рассекая эту летнюю ночь. Где-то вдали покачиваются редкие головы пальм, сияют огни города, и взгляд юноши фокусируется на них. Калифорния манит развлечениями и живостью, и это в ней точно подкупает. Леон покажет ей всё на что способен, а та будет лишь рукоплескать ему в полном восхищении. Юноша мельком спускает взгляд на панель управления мотоциклом. На ней отображается скорость, и она уже достигает 120 км/ч. Однако это точно не предел, Леон знает наверняка. Его байку хоть и было уже практически два года, но позиции он не сдавал и показывал лучшие результаты. Наверное, дело было в том, что парень относился к нему как к своему сокровищу, проводил тщательные осмотры, вовремя ремонтировал и лелеял словно своё дитя. Байк в ответ делал всё, чтобы Леон мог гонять на запредельных скоростях. Прямо сейчас он вновь проворачивает ручки мотоцикла и повышает скорость. Спидометр быстро приближается к отметке 160 км/ч, но Леону мало. Адреналин захватывает его тело полностью, заставляет гнать на самых высоких скоростях и ни в коем случае не останавливаться. Юноша щурит глаза, полностью фокусируясь на дороге перед собой, и следует голосу сердца, ускоряясь. Ветер обдувает его со всех сторон, но холод абсолютно не чувствуется. Желание получить эмоции от поездки сейчас распаляет, заставляя чувствовать сплошной жар, а попутный ветер сбавляет его, давая возможность не выгореть от повышенной эмоциональности. 165 км/ч…170 км/ч…175…180… Фонарные столбы и ограждения сливаются с окружающей местностью, мелькая расплывчатыми точками и линиями. Напряжение по всему телу растёт с каждым оборотом двигателя. Мотоцикл с рёвом проносится по автостраде, шугая птиц на пальмах у дороги. Огни города становятся всё ближе и ярче, но Леон и не думает сбрасывать скорость. Сейчас есть только он, его байк и эта ночь, которая видит насколько он хорош в гонках. Музыка в наушниках заглушает любой шум, даря непередаваемые эмоции и подбадривая. Парень буквально чувствует мотоцикл своей грудью, чуть ли не сливается с ним одним целым. Свет фонарей бликами пробегает по его шлему и корпусу байка, ему никогда не угнаться за юношей. Он летит со скоростью ветра, наверное, даже быстрее него. Мотоцикл подбадривает его своим рычанием, музыка наполняет уши, деревья проносятся смазанными пятнами. Леон ухмыляется на это звериным оскалом. Он лучше всех, и он знает об этом. Калифорния встречает его ярким светом, заставляет сердце биться чаще, и это ощущается как самая желанная и приятная победа. Подъезжая ближе к городу, парень начинает сбрасывать скорость. Рядом находятся пригородные посёлки, а проблемы на голову Леону точно не нужны. — Не переживай, мы ещё погоняем, — своеобразно успокаивает мотоцикл Леон, лёгкими движениями похлопывая его по бензобаку. Кажется, он и правда относится к своему транспорту как к родному дитя. Но парень мог легко объяснить свою привязанность: в самые трудные моменты жизни тот всегда был рядом. Леон отчётливо помнил, что когда сильно поссорился с родителями, то именно поездка на мотоцикле придала ему уверенности в себе. Было что-то успокаивающее в рёве мотора, резиновых накладках на ручках, приятно ощущавшихся под руками, и быстро растущей скорости, которая отображалась на панели управления. Скорей всего, это звучит глупо, но кто мы, чтобы осуждать парня за его интересы и способы прийти в себя? У каждого он свой, и Леон нашёл успокоение именно в скоростных поездках на своём мотобайке. Парень вглядывается в огни города и его взгляд цепляется за полицейский автомобиль, мигающий красно-синими цветами. Идея в голове рождается мгновенно, и она определённо ужасная, но Леон хочет её исполнить и его уже не остановить. Он ведь жаждет того, чтобы этот город запомнил его и восхищался им, а такое надо заслужить. Абсолютно дикая улыбка ползёт по его лицу, когда он подъезжает ближе к блюстителям закона. Наверное, даже хорошо, что его лицо сейчас скрывает шлем. На данный момент спидометр показывал скорость, равную 90 км/ч, но для реализации плана Леону нужно было быть быстрее. Он прибавляет газ и буквально пролетает мимо полицейской машины. Радарная камера контроля скорости в их автомобиле пищит, сообщая о том, что скорость мотоциклиста составляет около 120 км/ч, и оба полицейских пялятся сначала на неё, а потом и друг на друга. — Ты видел? — уточняет у напарника один из них, с красными волосами, — Он даже не побоялся нас, а нагло проскочил. — Чего ты стоишь? — ругается девушка с сиреневыми волосами, сидящая рядом. — Быстрее гони за ним. Леон удовлетворительно ухмыляется, когда видит в зеркалах заднего вида мигалки полицейского автомобиля и слышит сирены, призывающие остановиться. Это кажется ему довольно смешным. Они реально думают, что он так легко даст им себя поймать? Какие наивные. Парень ускоряется, пролетая дальше по автомагистрали. Полицейские остаются вдали, но в скором времени нагоняют его, продолжая требовать остановки. Наблюдать за этим было забавно, но Леон всё же решил приостановить это веселье и не получать проблем из самых ожидаемых мест. Получается, что настало время для его последнего действия. Парень резко увеличивает скорость до 180 км/ч. и буквально тут же исчезает из поля видимости полицейских. — Куда он уехал? — кричит на своего напарника девушка, хмуря брови в злости. Вот им только нелегального гонщика в своих районах не хватало, правда. — Понятия не имею, я не увидел, — шипит на неё красноволосый. Они подъезжают к развилке и встают на ней с полным разочарованием. Незнакомец мог поехать и налево и направо, ведь и та и другая дороги вели в город, кишащий в столь поздние часы автомобилистами и мотоциклистами, а у них никаких зацепок, кроме того, что байк был весь чёрным, как и одежда самого мотоциклиста собственно, и невыписанный штраф за превышение скорости. Номера на мотоцикле были предварительно сняты, как и отсутствовали любые отличительные знаки, которые бы дали точно понять марку. Ну просто полнейший ужас. — Мы не найдём его, Шелли, — вздыхает парень за рулём полицейской машины. — У нас ничего на него нет. Всё что можем — объявить о нём в новостях. — Плевать, пусть пока погоняет. Потом мы его точно выловим, — уверенно отвечает напарница. — Я не оставлю нарушителя без должного наказания, поэтому едем давать показания. Кольт неуверенно косится на неё — идея заниматься бумажной волокитой с этим гонщиком ему вообще не прельщала, но напарница была настроена максимально серьёзно. Их машина сворачивает вправо и направляется к посту, чтобы сообщить о новом нелегальном гонщике в городе.

***

Леон поворачивает голову назад, удовлеворённо отмечая, что хвоста за ним нет. Однако он уже знает, что вскоре появится в новостях и газетах. Город радует его яркостью и красками, парень воодушевлённо крутит головой и старается рассмотреть всё. Скорость он давно сбросил до разрешённой, и теперь аккуратно лавировал по дорогам населённых районов. Редкие прохожие, находившиеся на улицах в столь поздний час, поворачивали головы, смотря на Леона. Это льстило парню сполна. Его родной город не отличался яркостью и дружелюбностью, поэтому Леон и решил перебраться в другое место. В место, которое может дать ему эмоции и желание жить свободной и насыщенной жизнью. И именно таким местом он считал Южную Калифорнию. Собрав вещи и захватив деньги, которые долго и упорно копил, Леон выдвинулся в этот штат, не забыв помахать на прощание ручкой своей семье и друзьям. Он безусловно будет скучать по ним, но желание жить в кайф всё же перевесило, поэтому сейчас парень находился на одной из улиц города и внимательно осматривался. Много нерешённых дел, таких как: поиск жилья, обустройство, знакомство с новыми людьми и возможность получить по шапке за нарушение законов окружали парня, однако сейчас он был счастлив. И это он считал самой главной целью жизни. Проезжая по очередной улице, Леон замечает местное круглосуточное кафе и решает зайти туда, чтобы перекусить. Он был в дороге довольно длительное время, а в рюкзаке за спиной были лишь небольшие закуски и термос с чаем. Оставив байк на парковке, парень заходит внутрь. В заведении негромко играл лёгкий джаз, а само оно напоминало типичную американскую забегаловку, но такая атмосфера была парню даже по душе. Внутри сидело трое посетителей, причём двое из них выглядели как люди не самой приятной наружности, а за крайним столиком расположился странный парень с длинной чёлкой, скошенной на один бок. У кассы сидела уставшая официантка, подперев рукой щёку, а за самим кассовым аппаратом спал её коллега. Леон усмехается себе под нос и проходит к стойке меню. В основном в нём были представлены бургеры и сэндвичи, но даже это казалось парню хорошим вариантом, ведь он был очень голоден. Гонки, знаете ли, сильно выматывают. Определившись с заказом, Леон подходит к кассе. Официантка, до этого момента полностью игнорировавшая нового посетителя, разлепляет свои глаза с густо накрашенными ресницами и поднимает взгляд на парня. Через секунду она резко дёргается и ошарашенно пялится на гостя. — Доброй ночи! — полушутливо здоровается Леон. Девушка может лишь слышать его голос и видеть его глаза, потому что на юноше всё ещё надет шлем и поднят только лицевой щиток на нём. — Доброй, чем могу помочь? — неуверенно спрашивает она, выпрямляясь на стуле, на котором до этого чуть ли не спала, и поправляя подолы своего фартука. Из кармана джинсов она вынимает небольшой потрёпанный блокнотик и, широко зевнув, готовится записывать заказ. — Насколько крепкий у вас кофе? — уточняет Леон, мимолётно взглянув на меню. — Понятия не имею, — пожимает плечами уставшая девушка. — Но людям нравится. Пока юноша вновь задумчиво переводит взгляд на меню, он всем нутром чувствует, как чей-то взгляд прожигает его насквозь. Даже догадываться не стоило о том, кто это был. Парень, образ которого был схож на попытку вернуть в популярность субкультуру эмо и го́тов. Он проследил взглядом за Леоном ещё в момент, когда тот только зашёл в эту забегаловку, и сейчас активно продолжал его рассматривать. Это кажется Леону уморительным, он только появился здесь, а у него уже образовался тайный фанат или же ненавистник. Калифорния, всё-таки, действительно удивительна. — Я буду американо и сэндвич с беконом, — улыбчиво сообщает парень официантке, которая уже успела задремать. Она рассеяно смотрит на него, медленно вписывает заказ в блокнот и говорит: — Семь долларов, оплачиваете картой или наличными? — Наличные, — отвечает ей парень и, оплатив, отходит, чтобы сесть за стол. Девушка неторопливо поворачивается к спящему за кассой человеку и толкает его в плечо. — Эй, Джеймс, проснись, — шипит она, пытаясь разбудить парня. — Мне нужен чек. Тот в ответ что-то бормочет и, получив ещё один толчок по плечу, разлепляет сонные глаза и зевает. — Чего тебе надо? — уставше спрашивает он, подпирая голову кулаком. — У нас посетитель, идиот, — злится девушка, слегка хлопая кассира по голове своим блокнотиком. — А ты тут развалился. — Боже милостивый, зачем я пошёл работать в это место? — страдальческим голосом объявляет парень, но всё же тянется к кассовому аппарату. Он выдаёт чек официантке и смотрит время в телефоне. Был только час ночи, а ему тут торчать ещё до шести, ну что за ужас? Убрав телефон, парень укладывает голову обратно на стол и засыпает, не в силах совладать с усталостью. — Никто не просил тебя выходить в ночную смену после универа, — фыркает девушка и уходит на кухню. — Да ну тебя. Леон усаживается за стол, стоящий прямо перед столом, за которым был странный эмо-парень. Он специально садится на противоположный диван, чтобы отчётливо видеть его, и наконец снимает с себя шлем. Густые каштановые волосы падают ему на лицо, закрывая на мгновение обзор, но парень встряхивает головой и поправляет их рукой. Он щурит глаза в язвительной насмешке, когда замечает как внимательно за ним следят из-за другого столика. Рюкзак, который юноша прихватил с собой, ставится рядом со шлемом на диван. Леон достаёт телефон и временно выключает музыку, доставая из уха наушник. Музыка в нём хоть и играла негромко, но долгое её прослушивание действовало на нервы, поэтому было приятно наконец услышать что-то помимо неё. На стене уведомлений парень уже замечает сообщения от друзей и знакомых, которые уточняли где он и вернётся ли обратно. Как жаль, что многие из них уже навряд ли встретятся с Леоном лично. Он решил, что если уж и начинать жизнь с чистого листа, то стоит никогда больше не возвращатся к своему прошлому. Из-за этого, большая часть сообщений летит в игнор, а оставшиеся, от самых близких и родных, юноша внимательно просматривает, но не решается нажать на них чтобы ответить. Своего решения он не изменит, а лишние сомнения и непрошенные советы ему не нужны. Официантка приносит его заказ вместе с чеком, уставше желает ему приятного аппетита и морщится, когда слышит, что её подзывает пьяный мужчина, сидящий где-то ближе ко входу. Поблагодарив девушку, Леон откладывает телефон в сторону и внимательно рассматривает блюдо. Это был самый обычный сэндвич, похожий на те домашние, которые делал отец Леона иногда, но запах был настолько аппетитным, что парень чувствует, как урчит его голодный желудок. Первый укус ощущается как блаженство после столь долгой и выматывающей поездки. На вкус еда оказывается не такой, как та, которую пробовал юноша в своём родном доме, но всё же это было довольно неплохо. Из-за длительного путешествия, которое заставило его сильно проголодаться, Леон не замечает, как за минуту сэндвич уже оказывается внутри него. Парень не мог сказать, что наелся сполна, но теперь желудок его хотя бы не беспокоил, а это уже радовало. Отпивая кофе из бумажного стаканчика и чувствуя, как он приятно согревает горло, Леон вновь переводит свой взгляд на сомнительного парня впереди. Тот уткнулся в свой телефон и делал вид, что ничего рядом не происходит. Многим людям это могло показаться чем-то непримечательным, но шатен чувствовал, что что-то с этим «эмо» не так. Не мог понять что, но было в его поведении что-то подозрительное. Леон делает ещё один глоток кофе, смеряя чёрноволосого взглядом. Однако тот полностью игнорирует юношу и явно больше заинтересован телефоном. Тихо хмыкнув, тёмноволосый делает ещё пару глотков напитка и отставляет полупустой стакан на столик. Он тянется к своему рюкзаку и шлему, начиная медленно собираться, ведь у него не было времени рассиживаться здесь. Впереди его ждала ещё куча нерешённых вопросов, поэтому стоило поторопиться. Краем глаза Леон замечает, что парень за другим столом встаёт, хватается за свою джинсовку и быстрым шагом следует на выход. — Странный чел, — бормочет про себя Леон и вставляет наушник в ухо. Он надевает рюкзак на плечи, хватает шлем, стакан с кофе и направляется на выход. Улица встречает его тёплым ветерком, и парень допивает напиток в пару больших глотков, сминает бумажный стакан в руке и отшвыривает его в урну. Подняв взгляд от тротуара, Леон резко тормозит. У его мотоцикла стоит тот самый чёрноволосый парень и внимательно изучает его взглядом. — Какого хера? — на грани звука цедит сквозь зубы шатен и подходит к байку. Другой парень поднимает на него глаза с полнейшим безразличием в них. Леон цепляет на своё лицо самую доброжелательную улыбку и встаёт рядом со своим мотоциклом. — Могу чем-то помочь? Чёрноволосый молчит, разглядывая Леона презрительным взглядом, а потом вновь поворачивается к байку. У тёмноволосого юноши дёргается глаз, этот стрёмный парень его уже в край выбесил своим поведением. Шатен глубоко вздыхает, успокаивая себя, убирает боковую подножку, на которой стоял мотоцикл, и хватается за ручки байка, чтобы сесть. — Японец? — сухо выдаёт незнакомец, кивая в сторону мотоцикла. — Да, — безразлично отвечает ему Леон и усаживается на водительское седло. Он аккуратно надевает шлем на голову и защёлкивает замки, поправляя, чтобы тот правильно сидел. — Сколько кубов? — продолжает расспрос парень, активно игнорируя факт того, что шатен готовится уехать. — Тысяча, — юноша обхватывает ногами мотоцикл, удерживая его в ровном положении, достаёт телефон и начинает пролистывать свой плейлист в поисках подходящей песни. Когда нужная музыка начинает играть, парень убирает телефон обратно в карман штанов и опускает визор на шлеме. Его лицо вновь становится скрытым для всех, он проворачивает ключ зажигания, заводя байк, на что тот отзывается знакомым и приятным слуху мурлыканьем. Приборная панель загорается, и Леон отмечает, что ему нужно заправиться. Приходится доставать телефон вновь, чтобы забить в навигаторе ближайшую заправку. Чёрноволосый парень всё ещё стоит на месте и упорно молчит. Леона начинает это всё раздражать, поэтому он поворачивает голову к незнакомцу, поднимая визор шлема. — Слушай, чувак, — начинает шатен, выглядя максимально серьёзным. — Чего тебе надо? — Я просто смотрю, — хмыкает в ответ юноша и насмешливо поднимает руки в сдающемся жесте. — Или на твой мот нельзя смотреть никому, кроме тебя самого? Леон оскаливается, не оценивая шутку от слова совсем. Смотреть, конечно же, было можно, парню всегда льстили взгляды прохожих, которые не могли оторваться от вида шатена и его байка, но чёрноволосый раздражал одним своим видом. — Надеюсь, ты насмотрелся, — выдаёт парень и отталкивается ногой от тротуара, на котором стоял мотоцикл. Он ускоряется и уже через мгновение кафе вместе со странным юношей остаётся позади, а сам Леон уезжает всё глубже в город. Улицы сейчас были пустынны. Даже несмотря на то, что Калифорния жила днём и ночью, ближе к двум часам ночи люди всё же обычно расходились по домам. Встречались, конечно, гуляки, но таковых было немного. Леон лично насчитал только трёх-четырёх человек, да и были они компанией. В лицо парню бросались яркие рекламные вывески, обещающие огромные скидки в каких-то магазинах, фонарные столбы, освещающие путь внутрь города, высокие здания с панорамными окнами, которые отбрасывали свет Луны. Такой город Леон тоже любил: уставший от праздности и спящий сейчас, но который обязательно проснётся ближе к девяти утра и вновь будет радовать своей живостью. Разъезжая по улицам и крайне редко встречая на дорогах не только пешеходов, но и автомобилистов, шатен приближается к заправке. Из всех предложенных навигатором ближайших мест Леон выбрал именно то, у которого было больше всего положительных оценок. Использовать некачественный бензин для своего байка даже рука не поднималась. Мотоцикл юноша всё-таки любил. Подъехав к одной из бензоколонок, он выключает двигатель и ставит мотоцикл на подножку. Вставив заправочный пистолет в топливный бак, Леон направляется к окну оплаты. Там его встречает миловидная девушка, которая улыбается при встрече. — Доброй ночи, — она принимает карту, уточняет какое именно топливо нужно и к какой колонке подъехал юноша, и проводит ей по терминалу, возвращая владельцу её вместе с чеком. — А вы не подскажите ближайший отель здесь? — Леон поднимает лицевой щиток и обращается к девушке. — Чуть дальше по этой улице, а потом налево, — подсказывает она и называет адрес, чтобы приезжий гость точно не потерялся. — Всего хорошего вам. — Спасибо, вам тоже, — ухмыляется шатен и направляется к своему байку. Он внимательно смотрит на электронный щиток, отсчитывающий количество литров бензина, и когда тот тормозит на цифре 15, то Леон вынимает заправочный пистолет, возвращая его на колонку. Поправив перчатки, парень откатывает мотоцикл и усаживается на него, отъезжая. Тёплый ветер в лицо неприятно сушит глаза, поэтому тёмноволосый опускает лицевой щиток на шлеме. Он, конечно, уточнил у девушки адрес отеля, но спать ему не хотелось от слова совсем. Энергия наполняла всё его тело, ему хотелось движений, скорости, чувств, но Леон понимал, что сейчас ночь, и многие люди спят перед тяжёлым днём. Юноша же не варвар какой-то, чтобы мешать им рёвом своего мотоцикла. Он подъезжает ко входу в какой-то сквер, который сейчас был закрыт, и паркуется рядом. Мотоцикл вновь устанавливается на боковую подножку, а сам парень облокачивается на него и смотрит на небо. Он снимает шлем и расслабленно вдыхает свежий июньский воздух. Сейчас парня ничто не беспокоило, все сомнения от необходимости этой поездки давно испарились. Леон чувствовал, что здесь его жизнь станет насыщенней и что впереди его ждёт ещё многое. Он обязательно станет известным всему штату, он покажет на что способен и докажет, в первую очередь себе, что действительно хорош.