Свет в тени Крика

      [Я уже ненавижу эти шахты!] — вскричал Алан, с силой пнув ближайший камень. — [Почему для наказания он всегда выбирает эти проклятые пещеры? Здесь пыльно, темно и воняет сырым энергоном!]       [Функционируй молча.] — раздраженно отозвался Старскрим, наблюдая из глубины сознания за тем, как парень управляет его телом. Сегодня была очередь Алана «отбывать срок» на объекте. — [Мегатрон знает, что мы ненавидим следить за вехиконами. Это скучно, низко и бьет по моему достоинству. И вообще, сейчас именно ТЫ виноват в том, что мы здесь.] — Сикер мысленно нахмурился, в сотый раз прокручивая в памяти вчерашний инцидент. — [Если бы ты не начал так активно размахивать моими манипуляторами, когда рассказывал Нокауту ту дурацкую историю, ты бы не задел стеллаж и не уронил бы целый ящик очищенного энергона!] — Старскрим ткнул виртуальным пальцем в сторону Алана. — [Ты хоть представляешь, как дорого стоила нам эта полировка?!]       [Не надо меня винить! Это ты сам попросил рассказать что-то «смешное», чтобы проверить мои когнитивные способности!] — Алан пародировал голос сикера, изображая пальцами кавычки. — [И вообще, это твое тело накосячило, у него слишком большой размах крыльев для таких узких помещений, а отдуваюсь я!]       Раздосадованный Алан демонстративно сложил руки на груди и ушел «в себя», глубоко в подсознание, оставив управление телом на откуп базовому автопилоту.       [Эй! Не смей!] — Старскрим вскочил в чертогах разума. — [Виноват ты — ты и отдувайся! Я не собираюсь считать эти бесконечные контейнеры!]       Они настолько привыкли друг к другу за эти недели, что их споры стали напоминать перепалки старых супругов. Они перенимали друг у друга интонации, жесты и даже ругательства. Пока они яростно перепирались, уйдя глубоко в дебри процессора, внешнее тело Старскрима замерло в режиме «автомата».       Окуляры сикера погасли, подернувшись мутной пеленой, а руки продолжали механически отмечать прибывающие тележки с рудой. Со стороны он выглядел как сломанный дрон, застывший посреди хаоса шахты.       Именно в этот момент вехиконы внезапно начали взволнованно бегать, бросая инструменты. Послышались первые выстрелы и крики, но внутри головы Старскрима всё еще стоял ор:       [...и вообще, твои земные анекдоты — это биологическое оружие!] — орал Старскрим.       [А твое высокомерие — это дефект прошивки!] — парировал Алан. Бум! Мощный взрыв прямо у ног Старскрима наконец вышвырнул их обоих в реальность.       [Что за шлак?!] — Старскрим попытался перехватить управление, но Алан в панике тоже дернул рычаги сознания. В итоге тело сикера лишь нелепо взмахнуло крыльями и споткнулось о контейнер.       — Окружай его! — раздался резкий голос Арси. — Не дайте ему трансформироваться!       Через затуманенные окуляры они увидели, как из дыма вылетает Балкхэд, на полной скорости впечатывая свой кулак-молот в грудную пластину сикера.       — Спи, Скрими! — пробасил зеленый автобот.       Старскрим почувствовал, как по корпусу прошел мощный разряд тока — Бамблби выстрелил из парализатора прямо в открытый стык шейных шарниров. Системы начали стремительно отключаться.       [Идиот...] — одновременно подумали оба, прежде чем окончательно уйти в офлайн.       — Довольно легко он дался, — Арси с подозрением осмотрела обмякшее тело авиакомандующего, которое вехиконы бросили, спасаясь бегством. — Он даже не сопротивлялся. Просто стоял и смотрел в пустоту, пока Балкхэд его не приложил.       — Оптимус сказал доставить его на базу живым, — Балкхэд взвалил тяжелое тело Старскрима на плечо. — Он хочет лично разобраться, что с ним творится. В прошлый раз он нас отпустил, в этот раз — даже не выстрелил. Похоже, у нашего летуна серьезный сбой в процессоре.       Автоботы активировали свой Земной мост и исчезли в голубом сиянии, унося с собой самого ценного пленника десептиконов.

***

      — Че, серьезно, он правда легко вам дался?! — Мико, примостившись на одном из серверов, активно размахивала руками, её голос звенел от восторга. — Сам Старскрим сначала отпустил вас с артефактом?! А сейчас вы хотите сказать, что он просто... сдался? Это какая-то новая игра десептиконов?       — Мико, сколько раз просить, не кричи так сильно, — Рэтчет устало прикрыл лицевую пластину, но его оптика тревожно мерцала. — Это очень странное поведение, тем более для него, Оптимус.       — Никаких сигналов не было послано, в пещере находились только дроны и Старскрим. — отрапортовала Арси и, поглядывая на пленника, держала оружие наготове.       — Никакой агрессии на него, пока не выясним, что с ним случилось и какие у него мотивы. — голос Прайма, который словно заполнял комнату, заставил внутренне вздрогнуть пойманных. Они уже очнулись, но старались не подавать вида, споря внутри, кто будет отвечать на автоботские вопросы. — Но мы должны быть настороже.       [ШЛАК! Это будешь ты!] — панически начал расхаживать по сознанию Алан. — [Я еще не знаком с ними, у меня нет никакого понятия, как с ними общаться!]       [Чертов с два! Из-за тебя нас поймали!] — обвиняюще напирал Скрим, стараясь «задавить» парня. — [Так что разговор ведешь ты!]       [Опять я виноват!] — развел руками человек. — [И вообще, если сейчас я начну говорить, то они точно поймут, что здесь что-то не так. Нам хватает того, что Нокаут, Брейкдаун и Саундвейв знают о нас.]       — Старскрим, мы знаем, что ты онлайн, — прервал их внутренний спор мощный голос Оптимуса Прайма. — Будь добр, ответь на наши вопросы.       — Какого лешего я должен отвечать какому-то шлаку? — роль ответчика тут же взял на себя Старскрим. Его окуляры резко загорелись, свеча яростным светом. Он злобно выплюнул ответ, стараясь не смотреть на Прайма. Оказаться перед лидером автоботов, тем более в таком состоянии, было до жути страшно.       Не все заметили, что сказал сикер, но Оптимус мгновенно уловил странные слова: «какого лешего». Для врага всего органического мира это звучало... неестественно. Это был земной сленг.       — Мы не собираемся причинять тебе вреда, — Прайм старался говорить спокойно, замечая, как нервно подрагивают окуляры пленника. — Мы лишь хотим помочь, если ты действительно решил отречься от десептиконов.       [«Не причинять вреда»? Да он врет как не в себя!] — Алан явно не разделял «благие» намерения автобота.       — «Не причинять вреда»? Да ты врешь как не в себя! — повторил Старскрим, передав слова Алана. — Если бы хотел «не причинять вреда», то выслал бы приглашение на почту! Или хотя бы предложил бы чашечку энергона!       Автоботы обменялись удивленными взглядами. Даже Рэтчет, привыкший к циничным выходкам десептиконов, выглядел озадаченным. «Приглашение на почту»? «Чашечка энергона»? Что за странные ассоциации?       [Скрим, палишься!] — мысленно закричал Алан. — [Ты выдаешь себя с головой! Следи за словечками!]       — Послушайте, — вмешался Рэтчет, подходя ближе. — Мы понимаем, что у вас, десептиконов, всё иначе. Но эта ваша «игра» с приглашениями... Это не смешно. Мы хотим знать, что происходит.       — Происходит то, что я здесь пленник! — прошипел Старскрим. — И если вы не собираетесь меня пытать, то оставьте меня в покое!       — Он явно не в себе, — пробормотал Балкхэд. — Может, действительно, шок от Мегатрона?       — Би-бип-бип-бп. (Или это всё какой-то «паразит».) — предположил Бамблби, указывая на Старскрима.       Оптимус задумчиво посмотрел на пленника. Он видел страх в его глазах, но также чувствовал какое-то новое, непонятное ему самомнение. И эти странные, почти человеческие обороты речи...       — Старскрим, — Прайм шагнул вперед, его взгляд был твердым, но спокойным. — Мы знаем, что ты не один. Ты говоришь так, будто внутри тебя кто-то еще. С тобой что-то сделали?       Наступила напряженная тишина. Старскрим ощутил, как сердце Алана забилось в груди, как его собственная искра кольнула. Этот вопрос был гораздо опаснее, чем какая-либо пытка. Страх того, что их разоблачат и либо уничтожат, либо будут ставить опыты, был настолько огромен, еще и в совокупности, что они просто замирали.       [Отвечай, Скрим!] — взмолился Алан. — [Скажи им что-то! Неси полную чушь, но не молчи!]       Старскрим уставился на Оптимуса, затем на Рэтчета, Арси и Бамблби. Они смотрели на него с ожиданием, но без явной агрессии. В их глазах читалось желание понять.       — Это... — начал Старскрим, но осёкся. Его окуляры тревожно замерцали, выдавая внутреннее смятение. Тогда тело перехватил Алан.       — Это... эксперимент! — продолжил он, стараясь придать голосу Старскрима уверенности, хотя внутри у него всё также сжималось от страха. — Мегатрон хочет настроить мои функции на усиление оружия. Что-то революционное.       — Эксперимент? — Оптимус пропустил «человеческое» слово и слегка склонил голову, его взгляд был проницательным. — И почему же он решил провести его именно сейчас? И почему он заключается в том, что ты ведешь себя совершенно нетипично?       [Говори, что это из-за него, что он — часть твоего процессора, но он не несет ответственности за твои действия, черт, это глупая отмазка!] — запаниковал Старскрим, метался по чертогам разума.       — Я... я просто... — Алан запнулся. Он не мог сказать правду. Не мог признаться, что «эксперимент» — это спасенная жизнь, неожиданное милосердие и странная, пугающая связь совершенно разных существ. Но и ложь давалась ему тяжело. — Он просто... пытается создать нечто опасное для вас, автошлака! — продолжил Старскрим, снова беря управление. Его голос, звучащий через речевой модуль, был уже не столь спокоен, а скорее раздражен и самоуверен. — А что и как вам знать необязательно! — противно засмеялся сикер, в душе устало вздыхая. Одновременно с этим он «видел», как Алан вытирает выступивший пот с лба. Они что-то придумали, но это была скользкая дорожка.       Автоботы переглянулись. Идея «эксперимента» звучала крайне неправдоподобно. Уж слишком много странностей накопилось вокруг Старскрима.       — Ты хочешь сказать, что носишь в себе какое-то новое, разрушительное оружие, которое должно уничтожить нас? — уточнил Оптимус, тон его голоса не оставлял сомнений: в эту версию он не сильно-то и верил. Тем более авиакомандующий десептиконов не стал бы рассказывать это так просто. Что-то с этим и правда не так. — И поэтому ты позволил себя захватить?       — Ну типа того, — ответил Алан, чувствуя, как Старскрим внутри него пытается «вставить свои пять кредитов».       — Понятно, — Оптимус задумчиво постучал манипулятором по подбородку. — Это ставит нас в непростое положение. Мы не можем просто так отпустить тебя, Старскрим, если ты являешься такой угрозой. Но если ты действительно хочешь... перемен...       — Я хочу свободы! — внезапно воскликнул Алан, и эта фраза прозвучала настолько искренне, что даже Рэтчет удивленно приподнял оптику. — Я уже устал сидеть тут с вами! Отпустите меня, вы, шлаковы уроды! — завизжал уже Старскрим, заставляя некоторых присутствующих прижать руки к голове, уберегая свой слух.       Автоботы были озадачены. Они видели, что Старскрим действительно изменился, но причину этого изменения понять не могли. Идея о «страшном оружии», встроенном в него, звучала фантастично, особенно учитывая, как он себя вел.       — Ты действительно хочешь свободы, — медленно произнес Оптимус, игнорируя крики сикера. — Это желание... знакомо мне. Но мы не можем просто так отпустить «сильнейшее оружие», которое тем более угрожает нам.       Старскрим лишь презрительно фыркнул. Он чувствовал, как внутри него нарастает волна волнения. Хоть их секрет и не был раскрыт, заточение становилось всё более реальным.       — Ты будешь под нашим наблюдением, Старскрим, — Оптимус принял решение. — Мы изолируем тебя, пока не выясним истинную природу твоего «эксперимента». И это не обсуждается.       Старскриму оставалось лишь глухо рыкнуть. Он чувствовал, как его тело поднимают и уводят в сторону каких-то дверей. Заточение. Это было худшее, что могло с ним случиться.       [Ну что, «свобода»?] — мрачно спросил Старскрим в пустоту сознания.       [Почти свобода.] — с горькой усмешкой ответил Алан. — [По крайней мере, они не знают правду. Но теперь мы — их пленники.]

***

      На борту «Немезиды» царила мертвая тишина, прерываемая лишь низким гулом двигателей. Мегатрон стоял у панорамного окна, сжимая кулаки так, что металл жалобно стонал.       — Саундвейв, — голос Лорда десептиконов разнесся по палубе, как раскат грома. — Местонахождение авиакомандующего Старскрима. Немедленно.       Офицер связи даже не обернулся. На его безликом мониторе на мгновение возникла статическая помеха, сменившаяся парой слов на кибертронском.       — Местонахождение: неизвестно. Сигнал маяка: отсутствует. Мегатрон медленно обернулся, его окуляры вспыхнули багровым пламенем. Он чувствовал, что его заместитель затеял какую-то игру, но на этот раз правила были ему непонятны.

***

      В это время на базе автоботов, за мерцающей фиолетовым светом энергетической сеткой клетки, царило странное оживление. Точнее, оживление было односторонним.       Мико Накадаи, крошечная по меркам трансформеров девушка, стояла у самого барьера, засунув руки в карманы и не мигая глядя на пристегнутого в наручники гиганта. Старскрим, в свою очередь, старался сохранять величественное молчание, хотя внутри него кипела настоящая буря.       [Как думаешь, долго она еще пялиться на нас будет?] — нервно спросил Алан, крутясь в виртуальном пространстве. — [У меня такое чувство, что она пытается нас препарировать взглядом.]       [Может, она ждет, когда мы ее раздавим?] — голос Старскрима прозвучал неуверенно.       Сам того не осознавая, сикер начал меняться. Раньше он бы даже не задумался — просто раздавил бы «белковую букашку» и забыл. Но присутствие Алана действовало как медленный яд... или лекарство. Всё, что раньше казалось Старскриму естественным проявлением силы, теперь вызывало странное, липкое чувство неправильности. Жестокость стала казаться... вульгарной?       [Она меня раздражает. Сделай что-нибудь! Скажи ей что-нибудь грубое, Алан! Это твоя соплеменница, ты лучше знаешь, как их пугать!] — потребовал сикер.       [Ну уж нет, Скрим, ты у нас мастер пафосных речей. Давай, покажи класс.] — хмыкнул парень.       Старскрим вздохнул (насколько это было возможно для робота) и, резко дернув манипуляторами в оковах, подался вперед. Его окуляры сузились, а на лицевой пластине возникла самая зловещая гримаса из его арсенала.       — Чего тебе, органический шлак?! — завизжал он в своей привычной манере, от которой у многих закладывало уши. — Пришла посмотреть на своего палача? Наслаждаешься моментом?! Знай, букашка, я вырвусь отсюда и лично прослежу, чтобы от тебя не осталось даже мокрого пятна! Я разорву тебя на такие мелкие кусочки, что их не соберет даже ваш ржавый медик!       Мико даже не вздрогнула. Напротив, она сделала шаг еще ближе к сетке, прищурившись.       — Ты закончил? — скучающим тоном спросила она. — А то у тебя из правого уголка рта какой-то синий дым идет. Кажется, ты перегрелся от собственного пафоса.       Старскрим поперхнулся словами.       [Алан... она... она меня не боится?] — растерянно спросил он внутри.       [Это Мико. Я слышал о ней: она не боится даже Мегатрона, если у неё в руках есть гитара или телефон с камерой. Твои угрозы для неё — как фоновый шум.] — расхохотался Алан.       [И зная это, ты все равно…] — раздражение в виртуальном голосе все прибавлялось и прибавлялось, казалось, что из его аудиосенсоров сейчас и правда польется дым.       — Эй, Жестянка, — Мико постучала по стенке. — А почему ты в шахте не стрелял? И почему у тебя глаза иногда становятся такими... пустыми? Мы с ребятами поспорили: ты либо окончательно сбрендил, либо тебя заменил какой-то добрый пришелец.       Алан внутри Старскрима замер.       [Она слишком проницательная для ребенка...] — прошептал он.       [Она не ребенок, она — демон в человеческом обличье!] — прошипел Старскрим, чувствуя, как его маска «злобного десептикона» трещит по швам под взглядом маленькой девочки. — [Сделай что-нибудь, Алан! Если она догадается, Оптимус нас никогда не отпустит!]       [Ей никто не поверит. Слишком уж это фантастично звучит, — прошептал Алан, но тут же перехватил контроль над речевым модулем Старскрима. — Да и вообще, твои угрозы сейчас звучат как пение канарейки, Скрим.]       — Сбрендил, говоришь? — голос Старскрима, усиленный резонансом в клетке, прозвучал угрожающе. Он напрягся, стараясь казаться как можно более грозным. — Хочешь проверить? Выпусти меня, и посмотрим, не размажу ли я тебя на ближайшей стене.       — Мико! — внезапный, резкий голос Арси заставил вздрогнуть обоих, хотя внешне Старскрим лишь презрительно фыркнул. Девушка влетела в коридор, её оптика метала молнии. — Тебе сколько раз говорили, не смей ходить сюда, тем более одна! Ты понимаешь, что это Старскрим?       — Арси, давай выпустим его! — Мико, совершенно невозмутимая, повернулась к автоботу. — Если он и правда, как говорит, всё тот же «Скандалист», то Балкхэд его снова прижучит. А если он нас не тронет, то это уже не наш «Скандалист». Может, он решил перейти на светлую сторону?       Арси посмотрела на Мико так, словно та только что предложила устроить танцевальный баттл с Мегатроном.       — Хватит говорить чушь, Мико! — фембот мотнула головой, её оптика горела гневом. — Такие решения надо принимать совместно, а не в тихую! И уж точно не с десептиконом, который готов разорвать нас на части!       С этими словами Арси решительно подхватила Мико под руку и потянула её прочь от клетки с ненавистным ей существом.       [Ну, нас хотя бы и правда не выпустили, — с облегчением выдохнул Алан, когда шаги автоботов затихли. — Я не смог бы напасть на кого-то из них.]       Старскрим молчал, всё еще под впечатлением от дерзости девочки и скорости, с которой Арси пресекла её порыв. Впервые за долгое время он почувствовал что-то похожее на... уважение? Она правильно сделала, что не повелась на детские манипуляции, ведь они все еще на войне.       [Я тоже не смог бы,] — неожиданно для самого себя произнес сикер, вспоминая, как дрожала рука Арси, когда она целилась в Бамблби, и как она пыталась защитить Мико. — [Тело слишком слабо, чтобы сейчас бороться с этими автоботами. Нам надо по-тихому выбираться.]       [Ты хотел сказать «корпус».] — с улыбкой поправил Алан.       Старскрим лишь кивнул, в голове уже лихорадочно прокручивая возможные варианты побега. С тех пор, как Алан появился, его мысли стали какими-то... другими. Более человечными, что ли. И это одновременно пугало и завораживало.