Тактическая передышка

      «Лезвие Бритвы» с тяжёлым, натужным гулом опустилось на посадочную площадку дока 3-5 в Мос-Эйсли. Двигатели выдохнули последнее облако раскалённого пара, поднимая в воздух густые тучи жёлтой пыли, которая мгновенно осела на серебристой обшивке корабля.       Аппарель со скрежетом поползла вниз. Эйлин, предвкушающая возможность наконец-то размять затёкшие ноги после долгого полёта в тесной кабине, бодро шагнула вперёд... и тут же закашлялась, получив в лицо плотный, удушливый порыв сухого ветра.       — О, Святая Сила... — Просипела она, отшатываясь назад и инстинктивно прикрывая лицо рукавом своей мешковатой куртки. — Это не планета. Это гигантская духовка, в которую забыли положить пирог, но оставили включённой на максимум!       Она сделала ещё один неуверенный шаг по трапу, щурясь от безжалостного, слепящего света сразу двух солнц. Воздух дрожал от зноя. Эйлин почувствовала, как мелкие, вездесущие песчинки мгновенно оседают на губах, забиваются в растрёпанные волосы и начинают мерзко скрипеть на зубах.       — Я ненавижу песок. — Трагично заявила она в широкую спину мандалорцу, который невозмутимо спускался следом. — Он забивается во все щели, и он уже проник мне в ботинки! Я чувствую, как эта пыль портит мой бластер! У меня от этой жары искусственные уши на капюшоне расплавятся и стекут за шиворот!       Дин Джарин прошёл мимо неё, даже не сбив чёткого, размеренного шага. Его бескаровая броня сверкала на солнце так ярко, что на него было больно смотреть, а сам он, казалось, вообще не замечал температурного ада вокруг. На сгибе его локтя, надёжно спрятанный от прямых лучей в тени плотного плаща, уютно устроился Грогу.       — Дыши носом. И не ной. — Коротко бросил Мандо, не оборачиваясь.       — Я не ною, я констатирую экологическую катастрофу планетарного масштаба! — Проворчала Эйлин, семеня за ним и пытаясь ступать след в след, словно это могло магическим образом спасти её от песка.       Из спасительной прохлады затенённого ангара им навстречу выкатилась стайка суетливых, писклявых пит-дроидов. А следом за ними, вытирая перемазанные машинным маслом руки о не менее грязный рабочий комбинезон, вышла невысокая женщина с невероятной копной кудрявых волос.       — Эй! Мандо! Глазам своим не верю! — Раздался её хриплый, радостный крик, эхом разнёсшийся по доку.       Пели Мотто расплылась в широкой, искренней улыбке. Но её взгляд почти мгновенно сместился с грозной серебряной брони охотника на маленький зелёный свёрток в его руках.       Грогу, услышав знакомый голос, радостно и пронзительно взвизгнул. Его большие уши торчком встали из-под мантии, и он потянулся обеими трехпалыми лапками к женщине-механику, едва не выпрыгнув из надёжного захвата отца.       — Ох ты ж мой сладкий! Иди к мамочке Пели! — Женщина бесцеремонно выхватила ребёнка у грозного мандалорца, тут же прижимая его к своей замасленной груди и начиная отчаянно тискать. — Как же ты вырос! А щёчки-то, щёчки! Мандо, ты его вообще кормишь? Или он святым духом и твоими мандалорскими нравоучениями питается?       Дин только тяжело вздохнул, привычно смирившись с тем, что в стенах этого пыльного ангара его суровый авторитет заканчивается ровно там, где начинается любовь Пели Мотто к его ребёнку.       Эйлин, до этого прятавшаяся от палящего солнца за широкой бескаровой спиной мандалорца, возмущённо высунулась наружу. Замечание про еду стало прямым ударом по её новообретённой гордости ответственной няньки.       — Эй! Вообще-то он отлично питается! — Выпалила она, упирая руки в бока и сдувая с лица прилипшую прядь волос. — Я, между прочим, кормила его элитным сушёным мясом прямо посреди кислотного шторма! И он ел с превеликим удовольствием!       Пели Мотто замерла на полуслове. Она медленно перевела взгляд с радостно гулящего малыша на чумазую девчонку в нелепой мешковатой куртке с плюшевыми ушами, которые сейчас печально свисали под слоем татуинской пыли. Женщина-механик прищурилась, оценивающе оглядывая незнакомку с ног до головы, словно подержанный двигатель, у которого явно барахлит карбюратор.       — Мандо, это ещё что за чудо-юдо? — Пели ткнула в сторону Эйлин пальцем. — Ты где эту рухлядь подобрал? Новая модель уборочного дроида с дефектом речевого модуля? Или ты на старости лет решил обзавестись дешёвой почтовой невестой с Внешнего Кольца? Предупреждаю, у неё вид бракованный. Мозгов явно не доложили, раз она в такой куртке на Татуин припёрлась.       Эйлин поперхнулась горячим воздухом. Её челюсть отвисла от такой вопиющей наглости.       — Дроид?! Почтовая невеста?! — Визгливо переспросила она, чувствуя, как уязвлённое самолюбие смешивается с первыми признаками теплового удара. — Да я... да мы вместе корабль угоняли! Я его от вооружённых наёмников спасла! Я в них из поварёшки стреляла... то есть кидалась!       — Ой, да ладно тебе заливать, ушастая. — Фыркнула Пели, отмахиваясь от неё свободной рукой и снова переключая всё своё внимание на Грогу, который довольно ворковал, уткнувшись носом в её воротник. — Посмотри на неё, малыш. Грязная, тощая, крикливая. Разве она может о тебе нормально позаботиться? То ли дело тётя Пели! Сейчас пойдём, я тебе найду свежих, жирных скампа-жаб.       Грогу радостно и громко пискнул, полностью одобряя идею с жабами, и даже не посмотрел в сторону своей «боевой подруги», с которой ещё недавно делил укрытие от дождя.       Это было предательство высшей степени. Нож в спину от зелёного обжоры.       — Ах так?! — Эйлин всплеснула руками, чувствуя укол самой настоящей обиды. — Ну и сидите тут со своими жабами! Предатель. Я ему, понимаешь, последнюю имперскую галету отрывала от сердца, а он продался за земноводных при первой же возможности!       — Хватит. — Спокойный, но веский голос Дина Джарина разрезал нарастающую женскую перепалку как виброклинок.       Он шагнул вперёд, задвигая Эйлин себе за спину и привлекая внимание хозяйки ангара. Пит-дроиды, до этого с любопытством наблюдавшие за скандалом, тут же испуганно пискнули и разбежались по углам.       — Пели. Мне нужен транспорт, надёжная стоянка и информация. — Сказал Мандо тоном, переходящим к делу. — Я ищу мандалорца. Мне нужно в Мос Пелго.       Улыбка мгновенно сползла с лица Пели Мотто. Она перестала качать Грогу, её черты заострились, а глаза тревожно сузились.       — Мос Пелго? — Пробормотала она, качая головой. — Мандо, дружище... Этого города больше нет на картах. Старое шахтёрское поселение. Говорят, от города давно ничего не осталось. Только выбеленные солнцем кости да песок.       Эйлин, услышав слова про кости и стёртые с карт города, мгновенно побледнела. Она медленно отступила на полшага назад, глубже в спасительную тень ангара.       — Стёрт с карт? Выбеленные кости? Звучит как идеальное место для сурового одинокого волка! — Эйлин нервно сглотнула и натянула на лицо самую невинную улыбку, на которую была способна. — Знаешь что, Мандо? Поезжай сам. Развейся. А мы с мелким посидим тут. В теньке. У госпожи Мотто есть чудесные жабы, у меня есть... эээ... свободное время. Мы тихонько подождём твоего триумфального возвращения. Я даже могу помыть твой корабль! Честно! Никаких кнопок, только тряпка!       Дин медленно, пугающе медленно повернул к ней шлем. Чёрный визор уставился прямо на неё.       — Нет. — Отрезал он. — Ты едешь со мной.       — Да почему?! — Взвыла Эйлин, в отчаянии указывая пальцем на раскалённую улицу за воротами ангара. — Там же пекло! Мои лёгкие превратятся в изюм! Я буду тормозить тебя, ныть, жаловаться каждую секунду и проситься на ручки! Разве тебе не нужна тишина и концентрация для твоих опасных мандалорских дел?       Дин сделал к ней шаг, нависая серебряной горой.       — Это Мос-Эйсли. — Произнёс он так тихо и внушительно, что Эйлин невольно вжала голову в плечи. — Худшая дыра в секторе. Здесь полно наёмников, контрабандистов, убийц и воров. За ребёнка всё ещё назначена огромная награда. У тебя нет ни брони, ни кредитов, ни нормального оружия, и ты ходишь с плюшевыми ушами на голове. Если я оставлю вас здесь, вас поймают и продадут на невольничьем рынке ещё до того, как остынут двигатели моего корабля.       Эйлин открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Аргументы Мандо были слишком логичными и пугающими. Она покосилась на Пели, ища поддержки.       — Он прав, ушастая. — Хмыкнула механик, пожимая плечами. — Местные таких крикливых и беззащитных на завтрак едят.       — Ладно! Ладно. Я поняла. — Эйлин страдальчески закатила глаза и театрально вздохнула. — Мы едем в город-призрак. Отличный план. Просто мечта туриста. Я уже чувствую, как песок хрустит у меня на зубах. Транспорт-то хоть с кондиционером?       Пели Мотто расхохоталась так громко, что распугала своих же дроидов. Она махнула рукой, и маленькие металлические помощники стянули грязный брезент с того, что стояло в тёмном углу ангара.       Эйлин поперхнулась.       Перед ними стоял спидер-байк. Точнее, концептуальный памятник техническому отчаянию: гигантский, изъеденный ржавчиной турбинный двигатель, к которому кто-то в приступе безумия наспех приварил потертое кожаное сиденье. Из открытого корпуса торчали мотки проводов сомнительной степени изоляции, скреплённые, кажется, одной лишь татуинской грязью и верой в Силу.       — Это шутка? — Девушка ткнула дрожащим пальцем в этот шедевр инженерии. — Пели... госпожа Мотто, простите, но это не транспорт. Это снаряд для самоубийц! Эта штука держится на честном слове! Где ремни безопасности? Где лобовое стекло? Где, мать вашу, крыша?!       — На нём нет стен и крыши, ушастая, потому что это байк, а не люксовый крейсер губернатора. — Огрызнулась Пели, подходя к спидеру и с любовью похлопывая его по ржавому боку. — Движок тут — зверь. Долетите с ветерком.       Мандалорец абсолютно спокойно обошёл байк по кругу, оценивая его состояние. Он попинал передний стабилизатор, проверил натяжение тросов управления и удовлетворённо кивнул. Для него внешний вид не играл роли — главное, что эта груда металла могла ехать быстро.       — Пойдёт. Заправь его. — Коротко резюмировал Дин, бросая Пели мешочек с кредитами.       Затем он развернулся к «Лезвию Бритвы», поднялся по аппарели и через минуту вернулся, неся в руках длинный кусок плотной, выцветшей ткани — старое песчаное пончо — и массивные защитные очки, снятые когда-то с незадачливого контрабандиста.       — Замотай лицо и шею. — Он всучил вещи прямо в руки опешившей Эйлин. — Надень очки. Если песок попадёт в глаза на такой скорости, ты ослепнешь. Если солнце напечёт голову — свалишься в обморок прямо на ходу. А я за тобой возвращаться не буду.       — Какой заботливый мужлан, просто рыдать хочется... — Пробормотала Эйлин.       Она послушно начала наматывать ткань на манер бедуинского тюрбана, пряча свои многострадальные уши на капюшоне, а сверху натянула гогглы. Очки были ей велики и сползали на нос, придавая ей вид испуганной стрекозы-переростка, но выбирать не приходилось. Впереди их ждало Дюнное Море.       Дин привычным движением закинул ногу через седло байка. Он взял сытого и довольного Грогу из рук воркующей Пели Мотто и аккуратно поместил его в специальную кожаную седельную сумку, надёжно закреплённую сбоку. Сумка была глубокой, защищая ребёнка от ветра и раскалённого металла турбин. Малыш тут же высунул наружу зелёную макушку и кончики ушей, с любопытством оглядывая свой новый транспорт.       — Залезай. — Бросил Мандо через плечо, нажимая кнопку зажигания.       Древний двигатель спидера отозвался надсадным, вибрирующим рёвом, от которого задрожали даже пыльные стропила ангара.       Эйлин сглотнула подступивший к горлу ком страха. Выглядя в своём намотанном пончо и огромных очках как очень грустный и пугливый песчаный человек, она неуклюже перекинула ногу и уселась позади широкой бескаровой спины. Седло оказалось жёстким и уже успело нагреться.       — А за что тут держаться?! — Прокричала она сквозь нарастающий гул турбины, оглядывая гладкие, лишённые всяких поручней бока спидера. Ни спинки, ни ремней. Ничего, что вселяло бы хоть каплю уверенности в завтрашнем дне.       Дин чуть повернул шлем в её сторону.       — За меня. — Коротко ответил он.       — Да я за тебя вцеплюсь так, что меня только плазменным резаком отдирать придётся! — Честно пообещала Эйлин. Она судорожно обхватила мандалорца обеими руками за талию, намертво смыкая пальцы на стыках его нагрудной брони и прижимаясь всем телом к его плащу.       Мандо плавно выжал тягу. Спидер-байк, выплюнув клуб густого чёрного дыма прямо в лица театрально кашляющим пит-дроидам, с визгливым воем сорвался с места.       Они вылетели из спасительной тени ангара прямиком в ослепительное пекло татуинского полдня. Городские постройки Мос-Эйсли промелькнули мимо грязным размытым пятном, и уже через минуту ветер ударил в Эйлин с силой товарного поезда. Жёлтый пейзаж мгновенно сменился бесконечными, раскалёнными волнами Дюнного Моря, которые сливались в одну сплошную, тошнотворную полосу.       — АААААА! — Истерично завопила девушка, наглухо зажмуриваясь под своими гигантскими гогглами и вжимаясь лицом прямо в плотную ткань на спине охотника. — МЫ СЕЙЧАС РАЗОБЬЁМСЯ! ТОРМОЗИ, МАНЬЯК!       Спидер на огромной скорости подпрыгнул на крутом песчаном бархане, на секунду зависнув в воздухе, словно потеряв гравитацию. В желудке у Эйлин всё перевернулось. Её хватка на рёбрах Дина стала поистине титанической — она сжала его так сильно, что даже сквозь плотный поддоспешник он почувствовал её отчаянные тиски.       — Не задуши меня. — Спокойно, с лёгким механическим искажением посоветовал он по внутренней связи шлема, чей звук транслировался наружу через вокодер.       — Я не душу, я цепляюсь за жизнь! — Проорала она ему прямо в аудиосенсор, отплёвываясь от попавшей в рот ткани пончо. — Этот песок! Он пробивает одежду! Я теперь на десять процентов состою из Татуина!       Грогу в своей сумке радостно верещал, подставляя зелёную мордочку обжигающему ветру. Его уши трепетали как два маленьких флага на шквальном ветру. Для него это были лучшие американские горки во всём Внешнем Кольце. Он даже попытался поймать пролетающую мимо песчаную муху, звонко щёлкнув зубками.       — Убавь скорость! Меня сейчас сдует к хаттам! — Не унималась Эйлин, боясь даже пошевелиться. Ей казалось, что малейший наклон сбросит её прямо под ревущие турбины.       Дин лишь чуть заметно качнул головой. Вместо того чтобы сбросить скорость, он довёл рукоять тяги правой рукой почти до упора. Двигатель взвыл ещё пронзительнее, и спидер стрелой понёсся над бескрайними песками, оставляя за собой длинный шлейф жёлтой пыли и затихающие в гуле турбин девичьи вопли.

***

      Солнца Татуина безжалостно выжигали остатки здравого смысла. Спустя час непрерывной тряски и болтанки паника Эйлин немного улеглась, уступив место тупому, смиренному отчаянию. У неё просто закончились силы бояться. Она обмякла, повиснув на мандалорце как рюкзак, и тихо, монотонно бубнила проклятия в адрес конструкторов открытого транспорта.       — Если мы выживем... — Прохрипела она пересохшим горлом. — Я выставлю тебе счёт. За моральный ущерб, химическую чистку куртки и пожизненный запас увлажняющего крема. Моё лицо под этой тряпкой сейчас похоже на старый сапог.       — Запишу в твои командировочные расходы. — Ровным, невозмутимым голосом отозвался Дин, не отрывая взгляда от горизонта.       Эйлин только страдальчески застонала.       Наконец, монотонный пейзаж Дюнного Моря начал меняться. Впереди сквозь марево жары показались скалистые образования, похожие на обглоданные зубы гигантского чудовища. Спидер сбросил скорость, плавно лавируя между высокими каменными столбами, и вынырнул в широкую, занесённую песком расщелину.