Между кодексом и чувствами

      Тропические птицы мелодично исполняли свои серенады словно оперные певцы, наполняя джунгли жизнью. Маленькие полосатые кабанчики неторопливо следовали хвостиком за их мамой, оставляя полукруглые лунки на влажной земле. Солнце слегка затянули кучерявые тучки, спасая жителей и гостей джунглей от жгучих лучей. А гостей сегодня было предостаточно - помимо людей, к которым животные уже давно привыкли, по тропическому лесу рыскали охотники из космоса.              Пятерка неизвестных воинов проворно скакала по веткам, иногда останавливаясь чтобы раскинуть сети и странные приборы на земле и деревьях.              — Тут тоже ставь, — кривая лапа ткнула в сторону небольшой полянки, — а датчик установи на вон ту корягу.              — Сам знаю, не указывай, — прошипел один из охотников, растягивая черную металлическую сеть по траве.              — Здесь хорош-ш-шее место для ловушки, — донеслось из-под маски худощавого патлатого пришельца, сидевшего на тонкой ветке, отчего та скрипуче стонала, прогибаясь под весом воина, — юнец даже не заметит.              — Долго еще мы будем страдать этой ерундой? — зарычал тот, кто установил ловушку.              — Мы торопимся? — самый огромный из охотников резко гаркнул.              — Я чую уманов, хочу их крови.              При упоминании «мягкого мяса» воины разом застрекотали. Казалось, что вот-вот и сквозь их маски пузырясь потекут вязкие слюни. Это не было похоже на простой охотничий азарт - пришельцев одолевала животная жажда человеческой крови.              — Терпение. Сначала Неокрапленный - потом Пьед-амедха.              Закончив с подготовкой к ловле особо крупной рыбки, пятерка отправилась дальше, углубляясь в зеленую чащу.

***

      — Судя по маркеру, впереди должна патрулировать небольшая группа партизан, — Энн шла рядом с Майком, который крепко держал карту, — обойдем их справа.              Солдаты уже долгое время двигались в полной тишине, лишь редко прерываемой Энн. Полевой медик немного изменила маршрут, чтобы исключить любого неожиданного столкновения с партизанами - гибель командира Дорана тяжелым грузом давила на ее плечи, и она не хотела потерять кого-то еще, а нежеланная смена лидерства в отряде только усугубляла положение. Хоть молодые люди больше не вели беседы, растущее напряжение между ними ощущалось без слов. Частых беглых взглядов Стейси в сторону Майка хватало, чтобы понять, что девушка чувствует к этому сопляку. Казалось, один его неверный шаг и парню придется собирать зубы по земле. Да и сам Майк особо не старался скрывать свою неприязнь - всё буквально читалось у него на лице. Среди троицы горе-солдат только в мыслях Энн не было места для междоусобицы. А какой смысл вражды, если сейчас самое главное это выполнить миссию и, по возможности, уйти живыми с вражеской территории? Оставшимся без Дорана им наоборот нужно сплотиться и доверять друг другу, а не бросаться обиженными взглядами.              Конечно, на самом деле сейчас их было совсем не трое, просто солдаты не знали о следующим за ними по пятам хвосте. Тет и не думал оставлять уманов в покое. Бесшумно двигаясь за ними по деревьям, Неокрапленный уже продумывал план о том, как можно разделить особей.              Пейзажи вокруг показались ему знакомыми - где-то недалеко впереди на дереве должна висеть троица обескоженных неудачников - его первые жертвы, не удостоенные чести быть его трофеем. И, кажется, самки и самец направлялись именно в сторону его прекрасного мясного зрелища.              — Стейси, найди подходящую точку обзора и проверь территорию, — скомандовала Энн, резко останавливаясь, — Майк и я пока обсудим дальнейший маршрут.       Стейси кивнула и сняла винтовку с плеча. Она огляделась и быстро скрылась в кустах. Оставшись вдвоем парень и девушка присели в высокую траву, раскрывая сложенную карту.              — Может ты перестанешь искать обходы? — Майк недовольно забурчал, — мы теряем время.              — Майк, — Энн сделала глубокий вдох и натянула улыбку, — я ценю твою наблюдательность, но я бы хотела придерживаться более безопасного маршрута.              — Путь, предложенный командиром и так исключает любые столкновения с партизанами, — парень говорил с неприятной заумной манерой, — зачем что-то выдумать?              Стыдно было признавать, но юнец начал раздражать не только Стейси, но и новую лидершу отряда. Казалось, будто для него все было простой детской игрой.              — Майк, — Энн повторила его имя более твердо, — Дорана больше нет, теперь я отвечаю за успех миссии, хотя и мне это самой не нравится, знаешь ли.              Парень обиженно нахмурился, пялясь на медика. Смотря в карту, Энн чувствовала легкую тяжесть его взгляда, но старалась максимально игнорировать это. Когда Майк открыл рот, чтобы опять что-то вякнуть девушка повернулась на него со строгим выражением лица.              — Не знаю, о чем думало руководство, но ты, знаешь ли, сейчас находишься на месте нашего разведчика, и что Доран тогда, что я сейчас посылаю Стейси выполнять работу, которую вообще-то, по-хорошему, должен делать ТЫ. И знаешь почему мы это делаем? Майк поднял брови, глупо хлопая глазами, явно не понимая к чему ведет лидер отряда.       — Ты еще слишком зеленый для этого, пропусти ты хоть один намек на присутствие рядом врага, и миссии конец. Она итак уже пошла не по плану, — Энн нервно усмехнулась, разводя руками, — но если ты конечно так сильно торопишься помереть, может тогда метнешься кабанчиком и посмотришь, что там впереди, а мы со Стейси будем ждать тебя здесь?              Энн раздраженно вздохнула, постучав пальцем в точку карты первоначального маршрута перед ними. Все это время Майк только и делал, что бубнил девушке под ухо, неожиданно осмелев со смертью Дорана и, видимо, позабыл, что он снабжен меньше всех, а значит может передвигаться быстрее остальных, разведывая территорию.              — Нет-нет, это плохая идея, — Майк испуганно залепетал, — я-я просто предложил идти как раньше, мы уже потеряли время и…       — Значит так, — Энн выхватила карту из рук пацана, грубо складывая бумагу, — делаем как я сказала, услышу еще один протест, и ты станешь нашим скаутом, понял? — голос Энн был строгим, но в нем совсем не читалась злоба и ненависть к парню, чего было нельзя сказать о Стейси, которая с самого начала была предвзята и местами жестока с новичком.              — Понял, — Майк кротко кивнул, стараясь скрыть эмоцию, которую Энн не до конца поняла. То ли он обиделся, то ли разозлился, то ли просто был недоволен, — мне надо сбегать в туалет, ладно?              — Опять? — Энн выпучила глаза, глядя на парня, который слишком неестественно мялся, вставая с места, — ну иди, только недалеко.              Медик почувствовала себя на секунду учительницей, которая отпустила мальчишку в туалет на уроке. Слишком эта сцена казалось ей детской.       Когда парень скрылся в кустах, девушка тяжело вздохнула, потирая глаза.              Полевой медик сидела под деревом, удобно оперевшись спиной и безучастно смотрела вдаль - мысли ее метались, быстро заменяя одну другой, будто наслаивающиеся листы бумаги в работающем принтере.       С тех пор как подруги оказались в отделении по поиску информации о внеземной жизни, частота смертей товарищей сильно урезалась. Казалось, будто они и забыли, как выглядит смерть брата по оружию, настолько редко Энн и Стейси стали сталкиваться с этим явлением. А тут командир Доран - человек, к которому девушки были ближе всего на службе. Он был для них словно заботливый отец или дед, знающий, когда нужно быть строгим, а когда погладить по голове. И теперь его нет. Даже самый подготовленный солдат может сломаться перед лицом жестокой старухи с косой, решившей отнять самого близкого сердцу. А что уж говорить о Энн и Стейси – девушки хоть и были опытнее Майка, но тем не менее не сильно старше парня. Но как бы им обеим не хотелось сейчас просто обняться и дружно разреветься, скорбь в данный момент была лишней. Вот завершат задание, завалятся в любимый бар старика и выпьют по стакану горькой браги, которой Доран любил заполнять брюхо.              Девушка мягко улыбалась сама себе, представляя, как остатки их отряда уже возвращаются домой на вертолете. Но улыбка быстро исчезла, когда в голову вернулось воспоминание, объяснение которому Энн никак не могла дать. И все же, что это за странные щелчки, которые она слышала в джунглях, а затем и в рации? Как они связаны со смертью Дорана и связаны ли вообще? А может ей и правда все просто показалось? Ведь слышала их только она, а Стейси, наверное, просто сделала вид, что поверила в ее бредни.       Тет удобно сидел на ветке, лениво мотая ногой как мальчонка. Честно говоря, ему было интересно наблюдать за этими обезьянами, но в то же время Неокрапленный чувствовал стремительно надвигающуюся скуку. А плана в его светлой головушке пока так и не появилось. Может стоит просто разобраться с ними по старинке, и пойти дальше искать достойных воинов? Эта троица конечно сейчас разбрелась, но недостаточно далеко друг от друга, чтобы можно было без шума убить каждого. И что вообще они делают? Маленькая уманка просто неподвижно сидела на траве, а самец в чем-то копошился недалеко от нее. Датчики биомаски Тета уловили едва слышимые бормотания умана, будто он с кем-то общался и, кажется, боялся, что его могут услышать. Скрывает что-то от самок? Не доверяет им? А где третий член отряда этих Пьед-амедха? Тет быстро нашел тепловую фигуру неподалеку и довольно замурчал - самка была прямо рядом с местом, где воин красиво развесил человеческую гирлянду. Одним прыжком он сменил позицию, приблизившись к ничего не подозревающей уманке. Интересно посмотреть на реакцию первой посетительницы его кровавой экспозиции.              Стейси находилась в нескольких метрах от товарищей на небольшой возвышенности, успев пару раз сменить позицию. Она сидела в кустах и пристально смотрела в прицел. На ее удивление было очень тихо, хотя приблизительно в этом месте должна была патрулировать группа партизан. Отсутствие врагов успокаивало и напрягало одновременно – ей лучше бы поскорее найти хотя бы один намек на бродивших наемников, чтобы Энн построила безопасный маршрут. Снайперша сменила позицию и легла в траву, отмахиваясь от парочки неприятно жужжащих под ухом мух. Она уже хотела приставить прицел к глазу, как рефлекторно дернула головой, когда на лицо с тихим стуком упала капля.       «Дождь? Сейчас вроде не сезон» — Стейси смахнула жидкость пальцами, скорчив лицо, — «ох, не дай Бог это птичье дерьмо».       Она посмотрела на пальцы, недоверчиво наклоняя голову.       «Чего?» — девушка не моргая смотрела на руку: на кончиках перчатки растекалось небольшое темно-алое пятно, слегка отдававшее металлическим запахом, — «Какого…»              Стейси дернулась, когда на гарнитуру звонко упала еще одна капля, заставив снайпершу вскочить с места. Она моментально подняла голову и в глаза сразу бросилась кривая окровавленная ветка. Дыхание девушки остановилось, когда она начала замечать больше красных пятен вокруг нее - на листьях, на коре деревьев, на камнях и траве. Следы от пуль также заставили Стейси напрячься и поднять винтовку в боевое положение. Почему она не заметила этого раньше? Неужели позволила мыслям о смерти Дорана так легко затуманить ее рассудок? Она глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями и охладить разум. Но на ее несчастье пятна крови были не самым худшим - краем глаза девушка заметила легкое покачивание на дереве слева от нее. Проглотив тяжелый ком, она развернулась и подняла голову – на дереве висели три обезображенных трупа без кожи, вокруг которых кучками летали мошки.              «Твою мать…» — Стейси стояла, приоткрыв рот. На ее лице застыла гримаса ужаса. Жестокая картина, представшая перед ней, парализовала снайпершу настолько, что любимая винтовка грубо упала на траву. По телу пробежал колкий холодок, а сердце тяжелым кирпичом упало в пятки.              Мозг пытался заставить конечности двигаться и убежать прочь, лишь бы больше никогда не видеть этого ужаса.       Неизвестно сколько еще вот так простояла Стейси, но, когда шок начал утихать, она поспешно подняла оружие с травы и пулей побежала обратно к отряду.       «Давай самка, приведи больше зрителей. Пусть тоже увидят» — зеленые глазища сузились в довольном прищуре под биомаской.       — Энн! Сворачивай миссию! Нам надо срочно уходить отсюда! — спотыкаясь Стейси вывалилась из кустов будто какой-то лесной монстр.              — Да вы надо мной издеваетесь оба, — Энн медлительно встала с земли, отряхиваясь. Сложно было не заметить резкую перемену в поведении подруги, отчего медик удивленно распахнула глаза, — что это на тебя нашло?              — Где Майк? — спросила снайперша, нервно оглядывалась, ища глазами юношу, — Надо валить! Сейчас же!              Нервно поправляя штаны, парниша вылетел из-за дерева, подбегая к девушкам. Он хлопал глазищами словно маленький щенок, не понимая, что за шум тут устроила Стейси. Энн даже не придала значения тому факту, что Майк опять отсутствовал слишком долго.              — Стейси, ты можешь объяснить, что случилось? Что ты видела? — Энн сжала плечи подруги в попытке привести ту в адекватное состояние. Сейчас снайперша выглядела бледнее обычного, ее плечи дергались, а руки дрожаще сжимали оружие, — почему мы должны уйти?              — Уйти? Куда уйти? — Майк наморщился, сверля Стейси недовольным взглядом.              — Мне проще показать, — зеленоглазая мягко скинула руки подруги с плеч и не дожидаясь дальнейших расспросов направилась обратно к висящим трупам.       «Оп, уманка возвращается. И позвала своих дружков» — Тет сдвинулся ближе к висящим на дереве бедолагам.       Троица застыла, подняв головы. Три бескожных трупа отражались в широко распахнутых глазах. По земле расходился неприятный удушающий запах разложения, вокруг летали мошки, а когда тела медленно раскачивались от ветра, то становилось до невозможности жутко. Майк опять позеленел, к его горлу поступил давящий ком, но парниша проглотил его, пытаясь сдержать рвотный позыв, лишь бы снова не получить насмешливый взгляд Стейси. Но девушке в этот момент было совсем не до прысканья ядом в сторону парня. Больше всего на свете она хотела сбежать – подальше от холодящей кровь сцены и из этих проклятых джунглей.       — Это партизаны, — Энн наконец прервала тишину, заметив разбросанное оружие и рваную форму, — кто мог сделать такое?              — Может их же товарищи, — Майк сложил руки на груди, говоря уверенным голосом, — наверное, наказали предателей или типо того.              — «Типо того»? — Энн повернулась к парню, удивленно хлопая веками, — Думаешь, это сделали их же товарищи?              — Нет, это были не партизаны, — Стейси сказала неуверенно, — я сомневаюсь, что это вообще сделал человек, — ее взгляд бегал по окружению, возвращаясь обратно к Энн и Майку.       — Что ты несешь? — парень глупо усмехнулся, натягивая защитные очки на лоб, — Мозги спеклись от жары?              Проигнорировав вопросы сопливого юнца Стейси грубо взяла Энн под руку, отводя ее подальше от любопытных ушей Майка.              — Объяснись, — требовала Энн, наконец-то вырвавшись из крепкой женской хватки.              — Послушай, это может показаться сейчас полным бредом, — Стейси выставила руки вперед будто пыталась успокоить не то подругу, не то себя, — те щелканья, что ты слышала, это был никакой не дятел, это даже была не птица.       — Ах, теперь ты решила мне поверить. Неужели.       — Тихо! Да-да, я виновата, — снайперша пыталась говорить медленно, чтобы каждое слово точно дошло до подруги, — но послушай, этих партизан, и я думаю, что Дорана тоже, убило… Некое существо, — заметив, что Энн как-то неодобрительно отвела взгляд, Стейси схватила медика за плечи, притянув ее ближе, — я знаю, как это может звучать, и да, я знаю, что сейчас должно быть выгляжу как деревенская сумасшедшая. Но! Помнишь я тебе рассказывала о моем разговоре с командиром?              — Ты про тот случай, когда он в пьяном угаре наплел тебе про якобы задокументированные встречи с пришельцами? Ну было и что?              — Именно про них. Ты помнишь, что я тебе говорила?              — Эм, нет, — Энн попыталась сбросить с плеч руки Стейси, но та только усилила хватку, — это вот сейчас вообще к чему?              — А к тому, что после его рассказа, я решила найти больше информации. Мне просто стало интересно и...              — Мы можем отложить это на потом?! — спокойствие Энн начало трещать по швам. Свалившаяся на голову ответственность и так тугими тисками прилично сдавливала мозг, а теперь еще Стейси решила подлить масло в огонь. Нейроны в голове буйно метались, не зная за что уцепиться и как вернуть ситуацию в обычное русло.              — Нам надо остановить миссию! Срочно! Иначе следующими на дереве будем висеть мы! — Стейси все не утихала.              — Эй, в смысле остановить? — Майк сделал несколько шагов в сторону девушек, — У нас есть протокол, мы не можем просто взять и уйти!              — Подотри жопу своим протолоком, понял?! — Стейси отпустила Энн и бросилась на Майка, хватая парня за форму, — Хочешь сдохнуть тут?! Так это без нас!              — Отпусти меня, больная, — зашипел парень, разжимая пальцы девушки. Когда снайперша отступила, он демонстративно отряхнул одежду с гримасой отвращения.       Стейси повернулась обратно к Энн, умоляюще заглядывая в ее глаза. Но все, что сейчас могла делать полевой медик – это беспомощно стоять на месте. Стейси бы ни за что стала впадать в такое отчаяние без явной причины, и возможно, им и правда стоит ретироваться, но, а что если нет? У них есть протокол, и такое резкое прерывание миссии могут посчитать просто трусостью, если не дезертирством. Последствия будут непредсказуемые. Да и с них точно спросят за смерть Дорана. Конечно, это не было их виной, но кто будет разбираться? Они позволили одному из лучших вояк в их отделе погибнуть – его жизнь стоила десятерых таких как Энн и Стейси. Но этот факт не должен преуменьшать ценность их собственных душ – пока еще живых. Да они солдаты, они знают, как выглядит смерть и обязаны быть готовы к этому. Однако, почему-то именно сейчас Энн начала сомневаться. Им надо бежать, или нет…       — Энн, мы уходим, слышишь? — Стейси начала несильно трясти девушку. Она-то лучше всех знала, что медик никогда не подходила для роли командира. Ей просто было не дано – Энн слишком мягкая, в ней не было этого стержня, как у того же Дорана, чтобы управлять солдатами и дисциплинировать их. И меньше всего Энн могла справляться с ответственностью, конечно кроме той, что лежала на ней как на рядовом медике – она должна спасать жизни, а не командовать людьми. Стейси немедленно должна помочь ей, направить лидершу, пока у той еще не произошел эмоциональный всплеск и загнанный в угол мозг не начал генерировать самые абсурдные идеи.              — Стейси, — губы Энн еле шевельнулись, прошептав имя подруги.              — Мы никуда не уйдем, — высокий голос Майка прозвучал с какой-то истеричной ноткой.              Девушки дернулись, когда до ушей донесся характерный щелчок спуска с предохранителя пистолета. Стейси медленно развернулась. Майк держал в руках оружие, дуло которого было направлено точно в голову снайперши.       «Это еще что такое?» — Тет сжал кулаки, отчего когти слегка впились в пальцы, — «что этот самец задумал?»       — Ты охренел?! — из рта Стейси вырвался раздраженный лай, — опусти оружие.              — Я сказал, мы никуда не уйдем. Либо мы продолжаем миссию, либо я прямо сейчас казню тебя за дезертирство, — Майк дернул рукой, тыча пистолетом.              — Сейчас не Вторая мировая, ты не можешь просто взять и казнить меня, это незаконно, — Стейси хитро улыбнулась, — да у тебя кишка тонка, вон как ручки трясутся, — кивком она указала на дрожащие пальцы, сжимающие рукоять.              — Хочешь проверить? — Майк самодовольно поднял бровь, — и не волнуйся, насчет твоей смерти я что-нибудь придумаю. А сейчас, оружие на землю! Быстро!              — Ты мразь…              — Стейси, делай как он говорит, — Энн шепнула подруге за спину. — Майк, послушай, мы все просто немного утомились, давай мы…              — Ты тоже, Энн, оружие на землю, побыстрее, — теперь парень направил ствол уже в сторону лидерши, — всё оружие, запасное тоже.              Девушки медленно опустились, снимая с себя ремни с автоматом, снайперской винтовкой и пистолетами. Они бегло переглянулись и встали в линию с поднятыми руками.              — Что дальше, умник? — вырвалось из Стейси. Ее ненависть к этому недоноску росла с каждой секундой и даже находясь под прицелом, она не могла скрывать своих чувств.              — Стейси, не надо. Майк, послушай…              — Тишина! — Майк сделал шаг назад, держа обеих на мушке, — Теперь я буду решать.              Тет был просто сбит с толку. Он никак не мог понять, что творилось в голове у этого самца. Если бы такое случилось в его клане, то обнаглевшего давно бы уже прижали в земле, а в худшем случае казнили на месте. Этот уман вот так просто стоит и угрожает теперь уже безоружным самкам. Неужели это и есть та самое настоящее лицо Пьед-амедха, из-за которого его раса понизила род человеческий до статуса низшей формы жизни. Буквально недавно этот сопляк терся рядом с товарищами, а теперь смеет направить свое оружие на них и забрать у Тета целых два потенциальных трофея. Это значило только одно – он недостоин висеть даже мертвой тушкой на дереве. Но этот гладкокожий умрет в любом случае – такое неуважительное отношение к самкам было просто недопустимо. Да, они другого вида, и да Тет хочет сам убить их, но они все еще самки, и воспитание требует уважения к женщинам любой расы, даже низшей.              Из груди война раздалось угрожающее стрекотание, быстро дошедшее до ушей стоящих внизу солдат. Майк заметно занервничал, стараясь удержать пистолет потными ладонями. Девушки замерли, не решаясь даже повернуть голову в сторону звука.              — С-сейчас мы направимся в лагерь, без всяких безопасных маршрутов и обходов, — пистолет смотрел в сторону Энн, а затем быстро повернулся к Стейси, — и без тупых комментариев. П-понятно?       — Нас убьют по дороге, ты не понимаешь? Либо партизаны, либо это существо.       — Стейси, ты опять об этом? — шикнула Энн.              — О нет, твоя болтливая подруга права, — Майк судорожно закивал, — это «существо» как ты его назвала и правда существует. И где-то в этих джунглях. Возможно ближе, чем мне кажется, — голос его теперь звучал так зловеще, словно диктор на радио в ночном эфире, рассказывающий страшные истории скучающим в пробке водителям, — не знаю, сколько тебе об этом известно, Стейси, но очевидцы из документов не врали.              — А откуда ты все это знаешь?              — О, это сейчас неважно, дорогая, — из уст парня как скользкие слизни выползли слова, — мы идем в лагерь, и побыстрее. Мы же не хотим оказаться на месте этих бедолаг, — было очевидно, что речь шла о тройке обескоженных партизан, висящих прямо за спинами девушек.              — Майк, — Энн натянула кривую улыбку, — а как же партизаны? Если мы вот так пойдем прямо в лагерь, они просто расстреляют нас.              — Да, расстреляют… Вас, — парень извращенно улыбнулся. Хоть он как обычно дрожал будто осиновый лист, в его лице и повадках трудно было узнать того же Майка, с которым девушки начинали эту миссию.              Подруги в унисон ахнули, приоткрыв рты. Паника начала тяжело оседать в легких, затрудняя каждый вздох.              — Ах ты сучья крыса, что ты скрываешь?! — гаркнула Стейси, краснея от злости, не выдержав выражения этой мерзкой морды.       — Что все это значит, Майк? — Энн вскрикнула поломанным голосом.              — Ну-ну, дамы, успокойтесь. Если будете себя послушно вести, я, так уж и быть, поделюсь с вами капелькой информации, — слова парня звучали до смеха злоехидно, как у какого-то клишированного антагониста, внезапно получившего власть над миром, — а теперь…              Солдат двумя большими шагами приблизился к Стейси, грубо хватая девушку за шкирку. Попытки вырваться из хватки парня мгновенно прекратились, как она почувствовала неприятную прохладу металла, настойчиво прижимающегося к ее виску.              — Майк, пожалуйста… — Энн умоляюще пискнула.              — Закрой рот, иначе я прострелю суке бошку, — рыкнул парень, сильнее прижимая ствол к бледной девичьей коже, — подними свое оружие, будешь идти впереди и не дай Бог ты что-то выкинешь.              Энн сглотнула вязкий ком в горле и медленно опустилась к земле, цепляя дрожащими пальцами ремень автомата.              — Энн, пристрели его!              — Заткни пасть! — Майк противно пискнул, — Ты меня с самого начала жутко бесишь. Знаешь что, девочка, наверное я позволю наемникам сначала поиграться с тобой, а когда им надоест, ты сдохнешь самой мучительной смертью, поняла меня!?       Тет все это время не спускал глаз с самца. Тетива металлического лука давно натянулась, удерживаемая лишь когтистыми пальцами воина. Он терпеливо ждал, когда уман перейдет эту невидимую черту терпения Неокрапленного и вот, когда последние слова через переводчик донеслись до Тета, он отпустил руку.       Девушки даже не успели понять, что случилось. Майк отлетел к дереву, врезавшись спиной с неприятным хрустом. Он задергался, рефлекторно схватив металлическую стрелу, торчавшую у него из груди. Энн и Стейси, взвизгнув, начали озираться, ища глазами стрелка. Их взгляды метались между стволами деревьев, решив, что это, должно быть, партизаны все же нашли их. Но вокруг никого не было, они даже не думали о том, чтобы посмотреть наверх. Болезненный всхрип парня заставил Энн отвлечься от поисков нападавшего.              — Майк! Не вытаскивай, ты сделаешь только хуже, — Энн рванула к парню, оставив подругу наблюдать за джунглями. Совесть медика не позволяла ей спокойно смотреть за страданиями даже такого подонка, как он, — не трогай, слышишь! Я что-нибудь придумаю. Стейси, откуда стреляли!? — медик коротко рявкнула, параллельно пытаясь пресечь попытки Майка избавиться от приколотившей его к стволу дерева стрелы.              Пронзивший его снаряд выглядел очень массивно и чужеродно. При всем желании Энн не смогла бы даже обломить его без вреда для парня. Хотя ее собственные чувства подсказывали, что здесь уже ничем не помочь, ведь было видно, что стрела пробила легкое и обычной полевой аптечки будет недостаточно.              Стейси продолжала всматриваться в лес, иногда бросая бесстрастный взгляд на предсмертные кривлянья парня. Несмотря на попытки Энн успокоить его, Майк намертво вцепился в стрелу, с болезненным стоном пытаясь вытащить ее.              — Собаке собачья смерть, — процедила сквозь зубы снайперша, относясь к плачевному положению «товарища» с максимальным отрешением.              Руки парня замерли на стреле, а выпученные от страха глаза смотрели на Стейси. Нет, кажется сейчас его взгляд был направлен совсем не на нее, а куда-то выше.              — Т-там… — пролепетал Майк, тыча пальцем в сторону кроны высокого дерева за спиной зеленоглазой. Сейчас его рожа выдывала неподдельный животный страх, заменив прошлые вычурные самодовольные кривляния. Девушки тут же повернулись и застыли, поднимая глаза в ту сторону, куда указывал парень.              Прямо на ветке со свисающими вниз телами партизан, скрючившись, сидел какой-то высокий мужчина в блестящей зеленой броне. Он медленно убрал лук за спину, и наклонил голову вбок, словно хищный зверь, изучающий свою добычу.              Какое-то время солдаты просто неподвижно пялились на существо, будто испуганные зверьки. Неведомая сила всё-таки заставила Стейси сдвинуться с места. Она быстро нагнулась, хватая винтовку, но, когда девушка подняла голову, мужчины уже не было.       — Энн, ты видела куда он делся? — Стейси настороженно метнулась к подруге, которая, несмотря на нависшую над ними опасность, оперативно копошилась в аптечке с адреналиновой дрожью в руках.              — Я не знаю, он просто испарился!              — Это… их маскировка, — прохрипел Майк, прерывисто дыша и кашляя кровью.              — Маскировка? Кого «их»? Отвечай! — Стейси приблизилась к парню, крепко взяв его под скулы, — Майк, кто это был?              — М-мы назвали их… «Хищниками», — лицо парня заметно побледнело, а руки безвольно упали по бокам. Слова с каждой секундой давались ему все труднее, а разобрать их среди его кашля и хрипа было уже сложнее.              — Кто «мы», Майк? «Мы» – это партизаны, д-да? — Стейси судорожно трясла лицо парня, пытаясь до последнего держать того в чувствах.              — Н-нет, Звездочет… — Майк взглянул на девушку сквозь приоткрытые глаза и сделал один последний короткий вздох. Его голова тяжело склонилась в бок, выскользнув из рук Стейси.              — Он умер… — тихо сказала Энн, снимая с парня защитные очки и ладонью закрывая ему глаза, — я ничего не смогла сделать, — ее голос зазвучал до невозможности жалостно.              — Энн, оставь эту драму. Он не заслужил твоего сожаления.              — Стейси. Не говори так, — Энн не отрывала взгляда от умиротворенного лица Майка, — он был еще так молод.              — Энн, он был крысой! Угрожал нам пушкой!              — Уж точно не нам осуждать его за это, — медик подняла глаза на подругу, — сама знаешь.              — Возможно, но сейчас это не важно.              Солнце выглянуло из-за густых облаков, просачиваясь сквозь тропическую листву. Шум лесной жизни окружил девушек, но он не мог заглушить ту какофонию громких мыслей, что сейчас заполняли гудевшие головы. Теперь они остались одни. Возможно. Ощущение незримой угрозы и чужого присутствия никак не отпускало. Глухой стук сердца отбивал нечеткий учащенный адреналином ритм в ушах.              Тет все также сидел на ветке, но уже слившись с окружением. Эти уманы такие странные. Зачем самка пыталась как-то помочь тому, кто мгновение назад угрожал ее товарищу? Как работает мозг этих низших существ? Тету совсем не хотелось забивать этим голову, но вопросы возникали сами собой. Он никак не мог представить хотя бы один сценарий, где Неокрапленный бежит спасать себе подобного после того, как тот его предал. И вот чего эти самки тут расселись? Они думают, что Тет их спас и теперь им ничего не угрожает? Вот же наивные болванки. Он не хотел, чтобы какой-то глупый самец забрал его добычу раньше времени. А сейчас воин просто дал самкам время перевести дух, прежде чем снова нападёт.              — Звездочет, звездочет… — Энн внезапно прервала молчание, — а это не та ли частная организация, о которой ты когда-то рассказывала?              — О, теперь ты хочешь обсудить это? — Стейси фыркнула, — Скорее всего та самая, но, честно говоря, я мало, что смогла нарыть. Они, знаешь ли, как-бы скрытные, все дела… Но сейчас точно не время об этом говорить, — девушка нервно и многозначительно кивнула в сторону Майка, — нужно выбираться. Я хочу домой, Энн.              — Ты права, — с тяжелым вздохом ответила медик.       — Мы уйдем, но сначала, — взгляд снайперши упал на приколотого к дереву парня. Она начала шариться по его карманам.              — Что ты делаешь? — в Энн резко заиграла совесть, — оставь его.              — Ну уж нет, с этим кадавром мы еще не закончили. Помоги-ка вытащить эту штуку, — она застонала, пытаясь достать намертво засевшую стрелу. Энн осуждающе помотала головой, но все же ухватилась руками за древко. С огромным усилием в четыре руки дамы таки вырвали стрелу, чуть не свалившись на траву. Тело Майка сразу же безвольно упало словно тряпичная кукла. Стейси принялась нагло ощупывать парня, залезая в каждый карман и подсумок, с кряхтением переворачивая тело.              — Что ты пытаешься найти? — Энн сидела рядом, не собираясь участвовать в этом обыскном мероприятии.              — Доказательства. Чем больше мы возьмем, тем меньше будет к нам вопросов от начальства.              — Как думаешь, почему это существо нас не убило?              — Не знаю, догони спроси, может оно тебе расскажет, — Стейси выплюнула слова, шарясь трясущимися руками по карманам, — Ага! Его ID-карта, ну-ка смотрим… так, Майк Дикинсон… Ага… Ничего нового, ладно, дальше.              — Стейси, может все-таки не надо этого делать? — Энн поджала губы, чувствуя, как совесть и этика словно терновые шипы воткнулись в ее кожу.              Снайперша отмахнулась от подруги, залезая в один из карманов.              — Рация, не наша, — ее голос прозвучал как у частного сыщика, который только что раскрыл преступление, — думаешь, он ей пользовался?              — Даже не знаю. Слушай, а может когда он ходил «поссать»? — Энн загнула пальцы, изображая кавычки.       — Я с самого начала знала, что с ним что-то не так, — Стейси вытащила все бумажки, что торчали из подсумков Майка и вместе с рацией засунула их в один из ее карманов, а затем встала, — возьмем на всякий случай. Очки его тоже возьми. И стрелу не забудь.              Энн поднялась с места следом за девушкой. Не хотелось медику трогать вещи бывшего товарища, а тем более забирать их с собой. Как-то для неё это было всё неправильно и неприятно, возможно, даже жутковато. По мнению Стейси, верить в суеверия было конечно глупо, но Энн не отрицала, что иногда следовала этим мистическим правилам. Девушки еще раз оглядели то безобразие, что окружало их, и пройдя пару метров, пока запах разложения наконец не «выветрился» из их носов, остановились. Энн и Стейси молчали, смотря в пол и переминаясь с ноги на ногу. Им было одновременно и страшно, и грустно. Командира Дорана больше нет, Майк оказался крысой частной организации, а теперь оказалось, что в лесу помимо партизан орудует какой-то маньяк и судя по всему это не просто человек. Теперь привычные звуки джунглей пугали. Девушки прислушивались, в надежде снова не услышать это жуткое стрекотание. Казалось, будто вот-вот из кустов выпрыгнет этот монстр и всадит стрелу в зад. Они чувствовали себя в лесу как на ладони.       — Давай, погнали, — Стейси перебирала пальцами от нетерпения и закидывала снайперскую винтовку на плечо, — так, вроде нам туда. Через несколько часов вертолет вернется за нами. Пока дойдем, посидим там.       Стейси уверено зашагала обратно в сторону высадки, подальше от вонючих партизан и этого Хищника или кем бы он не был. Она уже представила, как запрыгнет в мягкую постель, включит телевизор на фон и будет объедаться любимыми сладостями. Да, конечно сначала их с Энн будут таскать из кабинета в кабинет, кипятить девушкам мозги, задавать вопросы, заставят писать объяснительные, а может чего еще хуже. Хотя возможно, с доказательствами, которые они подобрали, их наоборот может ждать премия. Но главное, что они будут дома. Это все, чего сейчас хотелось девушке. А рабочую волокиту можно как-нибудь пережить. Сейчас важнее поскорее вернуться без происшествий.       Стейси стремительно направилась в сторону высадки, пока не поняла, что не слышит шагов Энн позади себя. Снайперша остановилась и развернулась. Энн стояла в нескольких метрах от нее, и кажется, совсем не планировала идти обратно. Да и выражение ее лица было нечитаемым – то ли печаль, то ли усталость.       — Энн, что встала? Пошли, — Стейси раздраженно закряхтела.       — Стейси, знаешь… — Энн замялась.       — О, нет, ничего не хочу слушать! — Стейси подбежала к медику, пытаясь утащить ее за собой, но Энн уперлась, не сдвинувшись ни на миллиметр, — Мы уходим.       Девушка вырвалась из хватки Стейси и сделала робкий шаг назад.       Зеленые глаза встретились с голубыми. Резко повисла давящая тишина. Кажется, что даже животные перестали шуметь и скрылись, чтобы не стать свидетелями то, что может произойти дальше…              — Что с тобой? — снайперша хотела приблизиться к подруге, но та только сделала еще один шаг назад.              — А ты не думаешь, что Майк не единственная крыса у начальства? — Энн исподлобья смотрела на девушку, возможно ожидая, что до неё дойдет её мысль.              — Энн, давай потом это обсудим, пошли уже! Тут в лесу бродит неведомое чмо! — Стейси всплеснула руками, мельком окидывая взглядом лес.              — Стейси, ты до сих пор не поняла? Если Майк не единственный такой, то тараканы Звездочета, когда узнают, что тут произошло, могут устранить нас! Мы видели их Хищника! Думаешь нам это так легко сойдет с рук? — Энн не сдавалась, стараясь вразумить товарища.              — А если нет? А если он один такой, ты предлагаешь просто сидеть и ждать у моря погоды?              — Ты хочешь это проверить? Как только вертолет вернется с нами на базу, нас сразу повяжут и кинут в дурку, в лучшем случае, а в худшем пустят пулю в лоб, — глаза Энн заблестели от накрывающего с головой адреналина и накатывающей обиды от беспечности подруги.              — Ты это преувеличиваешь. Если это единственная причина, по которой ты стоишь тут и топчешь землю…              — Нет! Я не хочу возвращаться. У тебя-то там все хорошо и спокойно, — голубоглазая поджала губы, сдерживая подступающие слезы, — А для меня жизнь хуже ада. Ты знаешь моего мужа…              — То есть тебе проще сидеть тут и ждать пока по наши души не придет тот Хищник и не оторвет нам головы?              — Нет, мы не будем сидеть и ждать. Я предлагаю дезертирство, — Энн хлопнула по карману с картой, — У нас есть карта: дойдем до ближайшей деревни, попросим помощи у местных, а потом начнем новую жизнь, как мы и хотели, помнишь?              — Да ты совсем сдурела?! Ты хочешь просто бросить все, что у нас было и вслепую броситься в неизвестное, из-за мужа? — Стейси сорвалась на истеричный крик.              — Ты слепа, Стейси. Ты разведывала про этот Звездочет и слышала слова Майка. Это явно не добренькие солдатики. Сама подумай, что организация сделает с теми, кто владеет хоть крупицей информации о инопланетянах. А ты еще хочешь стрелу этого монстра с собой взять для убедительности. Это самоубийство! И да, Брайн тоже одна из причин почему я не вернусь.              — Мы не будем дезертировать! Мы сейчас же возвращаемся! — Снайперша вцепилась в ремень на броне медика и судорожно дернула ее как непослушную собаку на выгуле.              — Тогда уходи одна. Бери мой жетон и передай начальству, что меня убили. Если конечно, тебе позволят жить крысы Звездочета, — Энн сдернула с шеи стальной жетон и грубо всунула его в ладонь подруге.              Стейси отшатнулась как ошпаренная, сжимая в руке холодный кулон. Предложение подруги тяжелым грузом упало на плечи девушки. Мысли начали метаться в ее голове: она не хотела отпускать подругу на произвол судьбы, но и идти за ней казалось ей полным сумасшествием. Отдаться на растерзание судьбе, бросить все, через что они прошли, выйти из той хрупкой зоны комфорта, которую Стейси создавала для себя годами – это было для нее равносильно смерти.              — Энн, пожалуйста. Не делай того, о чем потом пожалеешь, — ее голос дрогнул, — тебя убьют раньше, чем ты успеешь дойти до деревни.              — Я должна попытаться. Но я знаю тебя, поэтому не буду уговаривать идти со мной.              Энн отвернулась не в силах смотреть как Стейси расклеивается на глазах, дрожащий голос подруги резал уши, а ее прерывистое дыхание ломало изнутри. Медик сделала несколько решительный шагов, удаляясь от снайперши и остановилась.              — Последний раз спрошу. Ты со мной? — она спросила холодно.              Ноги Стейси словно закатали в бетон. Душа разрывалась на части - может Энн и права, и по возвращению домой от них решат избавиться как от лишних свидетелей, но и бросаться в неизвестность тоже может стоить им жизни. Зеленоглазая просто стояла, и надеялась. Надеялась, что Энн разыгрывает ее, что она сейчас одумается, возьмет Стейси под руку и они вместе вернуться домой. Ее рот приоткрылся, но слова тяжелым комком застряли в горле.              — Я так и думала, — Энн разочаровано вздохнула, и зашагала вперед, оставляя Стейси позади, — удачи тебе.              Снайперша могла только беспомощно наблюдать как ее самый родной человек сейчас просто отказывается от нее как от ненужной вещи, легко отдаваясь в руки судьбы. Сердце защемило в груди, давящая боль распространялась по венам со скоростью звука. Сквозь влажную пелену Стейси видела, как силуэт подруги постепенно теряется среди зеленой чащи. Шелест травы от шагов больше не был слышен и тогда она поняла, что осталась по-настоящему одна, все еще продолжая сжимать солдатский жетон в руке.              Будто управляемая нитью кукловода, Стейси подняла с земли стрелу пришельца и очки Майка, и безучастно побрела в сторону высадки отряда. Идти придется долго, и от этого становилось еще хуже на душе – она будет наедине с ломающими ее изнутри мыслями. И, наверное, будет лучше если по дороге ее просто прикончит тот инопланетный гад и закончит эти ментальные страдания.              Каждый шаг отдалял девушек друг друга, натягивая невидимую красную нить, что связывала их всю жизнь...