Между кодексом и чувствами

      С момента, когда Эйнштейн в 1915 году представил миру Общую теорию относительности и по сей день ученые всего мира строят теории о существовании «кротовых нор» - неких проходах, разбросанных по всей Вселенной и позволяющих мгновенно перемещаться на огромные расстояния, огибая пространство. Писатели-фантасты, художники и режиссеры фильмов не раз изображали как космонавты покоряют глубины космоса, используя эти почти что магические порталы для перемещений. Но пока одни мечтают, надеясь вылететь хотя бы чуть дальше орбиты Луны, другие уже давно наслаждаются благами Вселенной, используя червоточины так же просто, как люди сегодня используют такси - разумные расы, прошедшие «Великий фильтр» - незримый судья, определяющий судьбу целых цивилизаций.       Будто кролик из-под шляпы фокусника, около зеленой-голубой планеты возник небольшой космический корабль. Он стремительно приближался к Земле. Внутри летательного аппарата гудели и пищали различные приборы. За креслом пилота по-ребячески от нетерпения ерзал воин, звонко щелкая жвалами под темно-зеленой металлической маской. На фоне пульта управления кораблем и всевозможных мониторов, он выглядел мелковатым, но не менее грозным. Легкая броня едва прикрывала узлы тугих мышц под иссиня-серой кожей, а из одежды были только кожаные шорты и перчатки. Когда пришелец двигал головой цилиндрические грузики на концах его коротких кожаных дредов приглушенно стучали друг от друга. Его «прическа» чем-то напоминала древнеегипетское каре, которое носили люди высокого статуса несколько тысячелетий назад.              «Ки’лат надо почаще выгуливать свою старушку - нер’уда уже заржавела и кряхтит как раненный Каинде-амедха», — ухмыльнулся воин, откинувшись на спину кресла, — «вот вернусь на материнский корабль с самыми достойными трофеями, сменю имя и получу новенький корабль… И самку…», — он замурлыкал, представляя, как вернется домой Окровавленным, как славная самочка выберет его, как Кра’Вей будет горд младшим братом и как мать… мать... Тет и не заметил, как его охватил мандраж. Угнать нер’уду сестры было проще простого, но за такое действие старейшины точно не погладят его по головке. А вдруг Матриарх подняла на уши весь клан и за ним уже летит отряд, а Тет не успел даже долететь до Хумит-э? А что, если его уже Дурной кровью нарекли - изгоем, что отступился от Кодекса? Воин помотал головой, пытаясь избавиться от дурных мыслей. Нет, мать не позволит, но и злоупотреблять ее статусом он не намерен. Тет понимал, что теперь обязан вернуться в клан Окровавленным и повзрослевшим, затмив своими достижениями недостатки и промахи. А с Ки’лат и ее дряхлым корабликом он что-нибудь придумает потом. Старшая сестра не уступает по выдержке и стоицизму Кра’Вею, поэтому она точно не будет долго злиться из-за того, что Тет взял ее нер’уду слетать до родины уманов. Тем более, пока самка занята щенками, он успел привести судно в довольно-таки приличное состояние - пусть Ки’лат вообще благодарна будет такому жесту доброй воли.              Панель приборов резко засветилась, отвлекая молодого воина от раздумий и внутреннего монолога, и на голограмме прямо перед его носом высветилось изображение Хумит-э с колонками информации - состав воздуха, тип и возраст планеты, основные биомы и краткая информация об ее обитателях и больше всего, что привлекло внимание Тета, это отдельная колонка об уманах. Они являются единственной разумной расой на Земле - это знали все кланы.              Ох уже эти уманы - маленькие, мягкотелые и трусливые существа, с сомнительной моралью и вечной жаждой захватить и использовать все, что не приколочено. С вилами и палками или же с пушками и технологиями - это все те же обезьяны, бесконечно и бессмысленно проливающие кровь себе подобных. Казалось бы, какую угрозу они могут представлять? Тем не менее каждый космический охотник хотя бы раз в жизни слышал о хитрости и изворотливости гладкокожих. А если удача поворачивалась лицом, то удавалось получить неплохой умановский трофей - череп и позвоночник, которые неплохо украсят нер’уду или броню. Многие Неокровавленные выбирают Хумит-э в качестве места для первой охоты, особенно в последнее время, когда климат планеты меняется и зелено-голубой шар запекается словно мясо в собственном соку. Жара и влага - ну просто курорт для рептилиеподобных гуманоидов.       Но сколько бы удивительных и интересных рассказов от соклановцев Тет не услышал об охоте на уманов, он бы предпочел повторить путь старшего брата - первая охота Кра’Вея была на Каинде-амедха - огромные, ловкие и быстрые черные жуки с кислотной кровью и разумом роя, не сильно уступающие хитростью людишкам. Идеальная добыча… Была… Пока после одного случая клан не потерял доступ к этим существам...              — Хумит-э… — Тет тихо рыкнул, когда голубой шар уже был достаточно близко. Он быстро нажал пару кнопок на пульте управления, включив режим маскировки нер’уды - так он незаметно приземлится на планету, не привлекая внимания умановских ученых, сующих свои длинные носища за пределы Земли. Точные координаты для высадки юнец выбирал недолго - сестра несколько раз посещала родину уманов и место выбирала всегда одно и тоже - уж очень ей нравились здешние джунгли и влага, да и добыча была неплохая - территория часто служила местом стычек разных… Кланов? Группировок? За что вообще уманы тут убивают друг друга? Тет не знал, да и ему было плевать, главное, что он сможет найти достойного соперника.       Неокраплённый быстро встал с кресла, включив автопилот. Пока нер’уда «паркуется» у него есть немного времени еще раз проверить состояние снаряжения и просто очистить разум от вновь возникших переживаний и сомнений.              — Предки, услышьте меня. Наблюдаете за тем как я, Тет Неокраплённый из клана Кровавой метки, стану достойным охотником, — воин тихо ворчал себе под нос, проверяя работоспособность нательной согревающей сетки, облегающей его мускулистое тело от шеи до ступней, — я даю клятву, что буду соблюдать основы Охотничьего Кодекса, заложенные нашим общим предком Великим Каайлом Освободителем, — закончив «молитву» Тет присел на пол, положив руки на колени и опустил голову. Больше некуда отступать - он либо вернется с трофеями, либо не вернется вовсе...              Корабль бесшумно приземлился на небольшом холме, окруженному острыми камнями, по которым обычному уману без специального снаряжения и снаровки в жизни не подняться. Двери нер’уды раздвинулись и Тет, активировав маскировочное устройство, выскочил из корабля, точно ниндзя, затерявшись в густых зарослях тропической зелени. Охота началась…

***

      —… и представь себе, тот лохматый пацан сказал, что они больше не будут привозить мои любимые пироженки с розовым кремом, — Стейси обиженно фыркнула, — как я буду жить без них, а?              — М-да, такому горю не позавидуешь, — Энн с иронией ахнула и широко раскрыла глаза, — ну ты там, не знаю, поугрожай ему, скажи, что жалобу напишешь, или, прострелишь башку его боссу…              — Не уверена, что это поможет. Я думаю… ай! — пискнула девушка, чуть не споткнувшись о заросший мхом корень, — я думаю он уже привык к такому, если считать, что каждый второй посетитель магазинчика это либо военный, либо из семьи военного. Эти угрозы для него как детский лепет, — Стейси выставила руку перед лицом и ее голос понизился до громкого шепота, когда она наклонилась к Энн, — готова поспорить у лохматого продавца стальные яйца в отличие от кое-кого, находящегося здесь среди нас… кхм.              — Эй! Вообще-то я все слышал! — Высоким голосом пискнул Майк, поправляя уродские защитные очки.              — А ты не подслушивай, — снайперша попыталась спародировать голос парня, что у нее вышло неплохо, — и вообще, с чего ты решил, что речь о тебе?       — А о ком еще? О Доране? — Майк откашлялся, — я имел в виду о командире Доране…              — А ну тихо! Довольно разговоров, уже голова от вас болит, — командир гавкнул хриплым голосом, — хотите, чтобы партизаны вашу грызню с их базы услышали? Думаю, им будет интересно узнать, что кто-то не может больше купить пироженки с голубым кремом.              — С розовым… — Стейси состроила язвительную мину, но выражение лица быстро сменилось на покер-фейс, когда Доран бросил гневный взгляд через плечо, — молчу-молчу.       Отряд быстро пробирался сквозь джунгли, то и дело спотыкаясь о замшелые корни и скользкую траву. Гигантские деревья, словно безмолвные стражи леса, сопровождали солдат, обеспечивая им какую-никакую защиту от палящих лучей знойного бразильского Солнца. Несмотря на июль, казалось бы, разгар лета, в джунглях было не сильно жарко, около +25°C, но духота… она была невыносима. Хоть девушки и были из тех краев, где посещение бани является частью культуры, но та духота была приятной, расслабляющей и в конце награждалась освежающим окунанием в снег или ледяную воду. Духота джунглей же подавляла, раздражала и выматывала. Это был незримый враг, от которого нельзя скрыться ни под одним теньком. Вот хоть сейчас раздевайся до трусов и иди к партизанам с пушкой в зубах.       — Так, отряд! Пятиминутный перерыв, — с дедовским кряхтением Доран уселся на камень и достал карту, уткнув в нее свой нос.              — Наконец-то… — прошептала Энн, тяжело рухнув у дерева. Стейси, не теряя ни минуты, села рядом с подругой. Майк помялся пару секунд и присоединился к девушкам.              — Не рано ли связываться со штабом? — шепнул Майк, головой кивая в сторону командира Дорана, который достал полевую радиостанцию и начал ковыряться в устройстве.              — А ты подойди и спроси, тебе, наверное, лучше знать, — Стейси приподняла бровь, оценивающе рассматривая Майка, — знаешь, трудно поверить, что ты и правда оказался лучшим при отборе, — она легонько ткнула локтем в бок Энн, — кажется в этом году на подготовку набирали прямиком из детских садиков.              — Будет тебе, Стейси, — голубоглазая мягко улыбнулась, смотря то на Майка, то на подругу, — мы еще не видели парня в деле, я думаю он еще сыграет свою роль, правильно, Майк? — Улыбка Энн стала еще шире, отчего пацан порозовел.              — Ты вообще за кого тут, а? За свою самую любимую подружечку или за этого…       — Тсс, слушай! — Энн перебила снайпершу, положив руку на ее плечо и демонстративно приставила палец к губам, — вы что-нибудь слышите?              Троица резко замолчала, даже перестала дышать, нервно, осматриваясь по сторонам, но никаких подозрительных звуков не было.              — Ничего не слышу, — немного нервно прошептал парень, продолжая мотать головой в стороны, в надежде уловить хоть что-то.              — Вот именно, ничего, — Энн нахмурилась.              И правда, стояла гробовая тишина - ни трели насекомых, ни далеких звуков животных, казалось, что даже ветер перестал шуметь, шелестя зеленью. Джунгли, словно Белоснежка из сказки о семи гномах, погрузились в глубокий мертвенно-тихий сон, нарушаемый лишь шумом полевой радиостанции, с которой возился командир. На секунду могло показаться, что на них сейчас откуда-нибудь сиганёт притаившаяся дикая кошка, но даже пресловутого кабана, резко выбегающего из кустов на новый в лесу запашок, не появлялось. Стало очевидно не по себе.       — А что не так? Наша вертушка напугала животинку, вот они и попрятались, — Стейси пожала плечами.              — Да, когда мы приземлились было тихо… Какое-то время, но… — Энн нахмурилась, оперев локти о колени, — но потом шум зверья вернулся, и наш отряд их точно не волновал. А сейчас, когда мы тут мирно сидим, у здешних обитателей тем более не должно быть причин бояться нас.              Майк заерзал на месте, словно ребятенок, которому рассказали лагерные страшилки перед сном.              — Я… Я, пожалуй, пойду спрошу у командира Дорана как обстоят дела с его докладом в штаб, — он поспешно встал, отряхивая штаны и поплелся к мужчине, который ругался и что-то бормотал себе под нос.              Девушки остались сидеть одни в тени исполинских размеров дерева. Они молчали, но напряжение было ощутимо, слово облако темной ауры, парящее вокруг подруг.       — Не подкармливай мое плохое предчувствие, — Стейси почесала голову, поправляя гарнитуру на ушах, — наверное обезьянки увидели длиннющую анаконду, ну помнишь, как из фильма, который мы недавно смотрели. Такая черная и страшная, — Стейси сделала жуткий дрожащий полушепот, и Энн закатила глаза от этого великого актерского мастерства, — а макаки оповестили лес. Вот все и попрятались.              Где-то недалеко в деревьях послышался быстрый сухой звук, напоминающий щелканье. Энн приподняла голову, навострив ухо. Сердце беспокойно застучало, отдаваясь эхом в ее толстую нагрудную броню.              — Ты слышала? — она резко дернула Стейси за ремешок.              — Чего? — лениво спросила зеленоглазая, повернув голову в ту же сторону, куда смотрела Энн.              — Звук, щелкающий, знаешь, такой будто дятел стучал по дереву.              — Ну так может это и был дятел? — Стейси, посмотрела на подругу, на лице которой читался испуг, отчего снайперша почувствовала легкий ком в грудине и нервно сглотнула.              — Нет, это явно что-то другое…              Девушки замолчали, вслушиваясь, но никаких щелкающих звуков больше не было. Их окружала все та же мертвая тишина, отчего ни капли не становилось спокойнее на душе, наоборот, было как-то жутковато.              — Так, все хватит, — Стейси хлопнула по коленям, вставая с земли, — дятлы, анаконды… Давай больше не будем нагонять ужасу. И так тошно из-за этого тупого плохого предчувствия, которое беспокоит с самого утра.              — Прости, — коротко и тихо сказала Энн, оставаясь сидеть на месте.              — Да ладно, что уж там… — Стейси отмахнулась от извинения подруги, привыкшая слышать это от Энн по любой мелочи, — пойду спрошу у старика, когда мы будем выдвигаться. Кажется, пятиминутный перерыв слегка затянулся, — девушка посмотрела на воображаемые часы на руке и пошла в сторону мужчин, которые теперь уже вдвоем ругались и бормотали что-то себе под нос.              Они сидели в тени деревьев на небольшой возвышенности в паре метров от дам. Парнишка громко и глубокого вздыхал, то и дело махая рукой у лица и шеи, пытаясь хоть как-то спастись от ужасной духоты. Майк крутился около командира Дорана словно маленький чихуахуа, не хватало только высунуть язык и повилять хвостиком.              — Говорю Вам, командир, аккумулятор полудохлый, — с умным видом пискнул парень.              — Ты полудохлый, а аккумуляторы в полном порядке, я их поставил прямо перед полетом и проверил сто раз, дело в другом, — мужчина раздраженно хлопнул по коробке радиостанции как батя по неработающему телевизору, — штаб молчит. Дерьмо, если Том опять уснул на рабочем месте, я возьму эту антенну и запихаю ему прям в жопу.              — Старик, пять минут прошли, мы выдвигаемся или как? — Стейси выглянула из-за плеча командира, — чем дольше мы тут сидим, тем больше таракашки в голове Энн разгоняют ее воображение.              — О чем речь? — мужчина со шрамами посмотрел сначала на Энн, потом на Стейси.              — Дятлы беспокоят, — снайперша махнула рукой в сторону Энн, тихо сидящей под деревом, прижав колени к груди, — говорю, мы выдвигаемся или как?       — Не могу связаться со штабом, — командир цокнул, вертя дипольные антенны, — что за хрень? Ни за что не поверю, что партизаны расставили глушилки по периметру, — мужчина нервно дергал ногой. Духота в джунглях, будто назло отряду, усиливалась. Виски Дорана неприятно пульсировали, а со лба стекал пот, противно покалывая кожу. Но ни один мускул на его лице не дрогнул - нет у закаленного вояки времени на жалобы, — значит так, вы трое идите вперед, а я пока разберусь с этой шайтан-машиной, — мужчина встал с места, разминая поясницу, — если смотреть по карте, ближайший пост партизан не близко, поэтому никаких трудностей по пути не должно возникнуть, но все равно будьте бдительны. Я попытаюсь связаться со штабом еще раз и догоню вас. Всё понятно?              — Есть, сэр, командир сэр… Командир Доран, — Майк отдал честь, приставив ладонь к виску и выпрямившись по струнке.              — Если будут проблемы, мы свяжемся с тобой по рации, только не усни, ладно? — Стейси хлопнула Майка по плечу, — пошли, модник, оставим начальника с его начальнечискими делами наедине.              — Идите уже, молодежь, — отмахнулся Доран, — и, Стейси, иди впереди. Каждые несколько метров останавливайся и внимательно осматривай территорию, — он тыкнул пальцем в ее снайперскую винтовку.              — Э, руки! — она отдернула пушку, чтобы ни один потный палец мужика больше не касался ее малышки, — ладно, старик, будет сделано.              Солдаты дернули руками и ногами, разминая мышцы. Стейси подошла к Энн, мягко положив руку ей на плечо. Голубоглазая не сразу подняла голову, будто находилась в каком-то беспокойном трансе.              — Пойдем, — снайперша громко сказала, отчего Энн дернулась, вставая с места.       — А Доран?              — Догонит…       — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Энн, смотря в сторону мужчины.              — Старик забыл, как работает его радио-коробка, — Стейси сказала через плечо, шагая вперед, безмолвно приглашая остальных следовать за ней.       Теперь солдаты уже втроем продолжили путь согласно маршруту. Время было за полдень, но Солнце не спешило сбавлять обороты, агрессивно просачиваясь сквозь листья жгучими лучами. Постепенно отдаляясь от места привала, Энн заметила, что джунгли медленно оживали – где-то вдалеке опять ревели обезьяны, подхрюкивали кабанчики, насекомые стрекотали и гудели, даже влажный ветерок проснулся, вновь шурша листвой. Будто незримый враг остался позади, и животинка могла спокойно вернуться к привычной жизни. Как и приказал Доран, Стейси шла впереди, останавливаясь каждые несколько метров, и осматривая местность с помощью ее верной снайперки. Явных угроз не было, но отряд не терял бдительности. Никогда не знаешь откуда выпрыгнет враг. «Партизаны» хоть и было довольно пафосным названием, так их обозвали в штабе по непонятным причинам, на деле же это были обычные наемники, которые согласны на любую работу, главное, чтобы хорошо заплатили. Клиенты были разношерстные - от мелких картелей, обычно заказывавших доставку груза через не охраняемые границы, до крупных корпораций, которые не желали пачкать руки и нанимали боевиков для грязной работенки. Одним словом, пираты и головорезы. Тем не менее, опасность они представляли даже опытным солдатам, особенно если нападали «стаей» как голодные дворовые псы на мирно проходящего прохожего. Об этом свидетельствует разукрашенная шрамами морда командира Дорана. Тот встречал партизан чаще чем женщин, которые соглашались переспать с ним спустя всего полчаса знакомства и рюмки дешевого коньяка - по его рассказам это происходило чуть ли не каждый день.       — Мы можем остановиться на минуту? — тихо спросил Майк.       — А что такое? — спокойным голосом спросила Энн.       — Мне надо отлить, — порозовев, ответил Майк, пятясь назад, уже ища глазами за какой куст спрятаться.       — Тебя посторожить? — ухмыльнулась Стейси, металлически пошумев винтовкой, — а то смотри, какая-нибудь змейка укусит тебя за зад, и Энн придется высасывать яд. Хотя я бы посмотрела на это.       — Нет, спасибо, — Майк сдавленно пискнул, быстро скрывшись в кустах.              — Ну, мое дело - предложить, — девушка пожала плечами и подошла к Энн, и ее голос резко снизился до шёпота, — тебе не кажется, что с парнем что-то не так?              На секунду девушки замолчали, и из-за зарослей послышался характерный журчащий звук.              — С Майком-то? Вроде славный парень, — Энн пожала плечами, — он выполняет приказы, спокойный, да и адекватный вроде. Не понимаю, чего ты к нему привязалась.              — Да, он славный… Для какой-нибудь офисной крысы, — Стейси ответила шипя, словно кошка, — я с трудом верю в то, что он оказался лучшим в отборе.              — Ну он же новичок, можно сказать что, это его первая крупная миссия, — Энн говорила мягким голосом, что резко контрастировало с язвительным тоном снайперши, — волнуется, наверное…       — Да конечно, заволновался так, что забыл, как правильно держать ствол в руках, — не успокаивалась Стейси, — я тебе говорю, пацан темнит. Либо его затолкали к нам по блату, либо тут какая-то другая причина.              — Стейси, мы не какие-то элитные солдафоны, чтобы к нам рвались за славой и богатством. Тем более Доран сказал, что он отличный боец.              — Да? А он сам-то верит в то, что сказал? — Выплюнула зеленоглазая, — я думаю, кто-то свыше просто неожиданно подкинул Майка вместе с новым приказом о краже бумаг.              — Вот только не надо тут включать конспиролога, — Энн вздохнула, закатывая глаза, — у нас есть приказ, да он немного изменился, но работаем с тем, что имеем.              — Не надо включать конспиролога, — Стейси спародировала голос Энн, — сама-то недавно ссыковала из-за гребанного дятла.              — Это был не дятел…              — О чем я и говорю… — взгляд Стейси переключился на кусты, в которых сидел Майк, — что-то он долго… Эй, Майк!       В ответ последовала только тишина, и едва слышный шёпот.              — Ты что оглох? — Стейси начала медленно и осторожно подходить, специально громко шелестя травой, привлекая внимание. Шепот прекратился, и Майк резко выпрыгнул из кустов, заставил девушку дернуться.              — Извиняюсь, ширинку заело, — с глупым смешком ответил солдатик, — мы можем идти.              Девушки переглянулись. Стейси сморщила лицо, смотря на Энн и словно говоря: «Я же говорила, что он странный». Энн же помотала головой, нахмурившись, что снайперша прочитала как «Не начинай, а».       — Мы идем? — парень выглядел довольным, будто поход в туалет даровал ему новые силы.              Стейси заглянула в прицел снайперской винтовки, осматриваясь. Поблизости не было никого, включая мелких животных.              — Всё чисто, — она коротко доложила. Майк уже хотел сделать шаг, но Стейси его остановила, — нет, надо связаться с Дораном.              — Зачем? Какие-то проблемы? — Энн сложила руки на груди.              — Можно и так сказать. Мы уже прилично прошли, надо узнать где носит этого старикана.              — Может еще не связался со штабом? — Майк почесал голову, которая уже блестела от пота.              — Сомневаюсь. Он не стал бы тратить так много времени на возню с радиостанцией. Оставил бы на потом. Это не критично, пока мы в относительно безопасной зоне.       — Она права, мы шли медленно, Доран давно должен был догнать нас, — кивнула Энн, — я свяжусь с ним, а вы прикройте меня.       Майк раздраженно вздохнул, будто вредный подросток и уселся между деревьями. Стейси оперлась на поваленное бревно, выставив снайперскую винтовку наготове и не отрывала глаза от прицела.       Энн сняла небольшую рацию с плеча и присела в тенек.              — Бета вызывает Альфу. Как слышно, Альфа? Приём, — девушка отпустила кнопку, дожидаясь ответа, а затем повторила, — это Бета, вызываю Альфу. Приём.       Но ответа не было. Рация молчала, не издавая даже шипения, которое могло бы указать на помехи и трудность коммуникации. Энн повторила еще и еще, но Доран будто провалился под землю. Девушка нервно поджала губы. Она сразу вспомнила о мертвой тишине, которая окружала их во время отдыха и, конечно, о том странном щелканье. На ее счастье рация зашипела, и Энн даже улыбнулась, облегченно выдыхая. Сейчас старик скажет что-то в духе: «Опять колено заныло, сижу на пеньке отдыхаю» или «Че, уже соскучилось по командиру?». Но улыбка еще никогда так быстро не сходила с ее лица. Вместо ожидаемого ответа мужчины, голубоглазая услышала только долгое и громкое щелканье. Твою мать, это было то же самое гребанное щелканье!       — Ну что там? — через плечо спросила Стейси, не отводя взгляда от прицела, но когда никакой реакции не последовало, она развернулась в сторону подруги, — Энн?       Глаза снайперши расширились, при виде девушки в красной бандане. Энн стояла неподвижно, бледная как призрак и с пустыми глазами, жутко смотрящими на рацию. Стейси быстро вскочила с места, подбегая к подруге. Майк, заметив перемену в настроении поднялся с места, неспешно подходя к девушкам.       — Энн, что с тобой? Ты связалась с Дораном? — Стейси нервно теребила плечо подруги, — что он сказал?              — Там… Там… Не Доран, — ответила Энн, еле шевеля губами.              — Что ты имеешь в виду? — непонимающе спросил Майк, — а кто если не он?              — Там… Щелчки, — девушка, говорила так будто увидела призрака, — дятел…              — Дай сюда, — Стейси выхватила рацию из дрожащей руки подруги. Ситуация накалялась и меньше всего ей хотелось разбираться в том, что там опять послышалось Энн, — Альфа, это Гамма. Приём. Повторяю, это Гамма. Как слышно? Приём.       Казалось прошла вечность прежде чем рация снова зашумела, но на этом раз никаких щелчков уже не было, просто белый шум.       — После этой миссии, обратись к специалисту, Энн. Или возьми отпуск, — Стейси толкнула плечом подругу, чтобы хоть как-то привести ее чувства, — и вообще…              — УбЛюДоКкК… — резко донеслось из рации и тут кровь застыла в жилах уже у всей троицы. Это был хрипящий звук, отдаленно напоминающий голос их командира, но что-то в нем было неестественным, незнакомым и даже жутким. Солдаты нервно переглянулись. В висках застучало и на лбу собрались крупные капли пота, но причиной была уже не духота, а ничем не поддельный страх.       — А-альфа? Прием, — тише повторила Стейси, но сколько бы они не ждали, рация больше не ответила, — говоришь, щелчки слышала? — Стейси повернулась к Энн, а та просто кивнула.       Ситуация была дерьмом в квадрате. Всё начало походить на низкобюджетный хоррор с самым клишированным сценарием - сначала проблемы со связью, потом гнетущая тишина и странные звуки, а теперь и вовсе, один из членов отряда вдруг куда-то пропал. А Энн, Стейси и Майк - та самая группка тупых тинэйджеров, которых будут разделять и вырезать по одиночке.       — Мы возвращаемся, — Энн тихо отдала приказ, так как по уставу, она обязана была взять на себя командование в случае потери лидера, хотя девушка очень надеялась, что это только на время, пока отряд не найдет Дорана, по крайней мере раненным, но живым. Стейси без споров последовала за подругой, заметно напрягшись, и даже, в какой-то степени, поверив, что щелчки, которые слышала Энн, это не просто глупая птица, долбящаяся в дерево, а нечто большее. Ну, а если этот старый пень решил их разыграть, то время он выбрал совсем неподходящее. Снайперша уже представила, как ножом нацарапает на лбу Дорана здоровенный член, чтобы командир до конца дней носил это клеймо - какие шутки такой и шрам. Майк же что-то проворчал себе под нос и побрел за девушками.              Идти назад за Альфой было необходимо, хотя бы для того чтобы сообщить о возможном ЧП по полевой радиостанции, с которой старик долго возился и из-за которой задержался, если дело, конечно, точно в ней. Будь все в порядке, Доран был бы уже здесь с ними, или хотя бы дал о себе знать, выругавшись в рацию куда содержательнее чем просто «ублюдок». Тем не менее, деваться было некуда и отряд поспешил обратно к месту, где они последний раз видели командира.

***

      Тет лениво перепрыгивал с дерева на дерево, недовольно щелкая мандибулами.              «К-джит, Ки’лат, и это охотничий рай, о котором ты так трещала? Да пока я найду достойную добычу у меня валары отрастут до поясницы», — воин прыгнул на толстую ветку и присел на корточки, осматриваясь по сторонам. Тет был недоволен - охота с самого начала не задалась. Нет, он конечно встретил уманов и ему даже удалось разобраться с небольшим отрядом, но это было совсем не так, как он хотел...              Наткнувшись на небольшой отряд вооруженных самцов, всего три особи, у охотника в голове появился небольшой план - напугать их, чтобы уманы, поджав хвосты, разбежались в разные стороны, и разобраться с каждым по очереди - авось среди них будет хотя бы один, кто даст достойный отпор, да и что уж таить, он обожал пугать малышню на материнском корабле, а с уманами, наверное, будет еще веселее. Убегающая добыча непременно должна подогреть его кровь, чувство азарта, и потешить самолюбие, ведь чем дольше жертва жива, тем ценнее будет трофей и тем большим спектром эмоций - от гнева до животного ужаса, он успеет полюбоваться, прежде чем свет в их глазах навсегда угаснет. Они-то не знают, что это большая честь стать трофеем космического охотника, хотя знать им это вообще необязательно.              Конечно Тет хотел бы еще немного посидеть и понаблюдать за гладнокожими, все-таки раньше Пьед-амедха он видел только в качестве полупрозрачной голограммы на корабле или в виде отшлифованной до блеска черепушки, висящей у соклановцев на трофейной стене. Но вот эти внизу были все в масках - ничего не видать, ну и ладно, он еще успеет насмотреться, когда будет очищать их бошки от кожи и мозгов. Тем более, что план был готов - бери да делай. Но все, конечно, пошло по одному месту. Затаившись на дереве, охотник натянул тетиву механического лука, и выстрел попал прям под ноги одному из самцов. Нет, он не промахнулся - Тет был хорошим стрелком, даже одним из лучших, хотя соревноваться ему было особо и не с кем - мало кто в клане пользовался луком, так как этот вид оружия появился у Кровавой метки только недавно и был принят слегка скептически. Кто-то из соседей позаимствовал умановскую технологию стрельбы, улучшил и подарил пару луков клану Тета, и будучи еще ребенком он выпросил один у матери. Та, конечно, была только рада подарить любимому сыну новую игрушку. Как же он любил стрелять - это умение было единственным освоенным самостоятельно - остальному охотника с детства обучал Кра’Вей. А тут он сам - прям гордость берет.              Даже сейчас воин радовался своему, казалось бы, простому выстрелу под ноги зазевавшемуся уману. Теперь-то они поймут, что не одни и начнут паниковать. Тет затаился, наблюдая: самец сначала дернулся, видимо не сразу поняв, что только что произошло, а потом опустил голову рассматривая блестящую металлическую стрелу, торчащую из земли. Потом он что-то крикнул, и остальные начали быстро мотать бошками по сторонам, выставив оружие вперед. Да чего же уманы забавные - такие маленькие и дерганные, как зверьки. Тет сделал еще один выстрел - стрела насквозь проткнула тонкое дерево, прямо перед носом одного из мягкотелого. И еще один и еще, и еще, попадая то под ноги людишкам, то в деревья рядом с ними. Вот сейчас-то самцы точно перепугаются и разбегутся, сверкая пятками, тем более, благодаря обостренным чувствам и не без помощи биомаски, охотник отчетливо слышал, как участилось умановское сердцебиение. Они были напуганы. Но вместо ожидаемого бегства, бойцы что-то вякнули, прижимаясь спинами друг к другу и начали палить во все стороны как обезумевшие, превращая кору деревьев в щепки, а большие листья в решето. Вот пустоголовы. Кажется, наличие оружия полностью отключило самцовые мозги и чувство самосохранения. А у уманов такое вообще есть? Пушки, конечно, у них мощные да только стреляли они не туда куда нужно. Тет как сидел наверху на ветке, так и остался незамеченным.       «Хорошо, раз стрел мы не боимся, как насчет столкновения в лоб?» — воспользовавшись тем, что воины в унисон прекратили стрельбу и начали ковыряться в их оружии, заменяя какие-то детали на новые, охотник тяжело спрыгнул прямо перед мордой одного из солдат. Тот даже не успел пискнуть, как Тет насадил гладкокожего на длиннющее ритуальное копье, обрамленное замысловатыми надписями. Самец закряхтел и подергался, а затем безвольно обмяк, напоминая своим видом шашлычок на шампуре. Оставшиеся два солдата раскрыли рты, с ужасом наблюдая как перед ними из ниоткуда, искрясь сначала появилась когтистая рука, легко смахнувшая труп с копья, а затем и высокая фигура, отбрасывающая зловещую тень на мужчин. Тет наклонил голову набок словно любопытный кот — «А теперь бегите».              Но и тут он опять ошибся - безумцы щелкнули оружием и с орами открыли огонь, вынудив Неокраплённого быстро отпрыгнуть обратно на дерево. На бицепсе тонкой струйкой потекла ярко-зеленая кровь - все-таки задели, обезьяны. Времени на размышление не было и через минуту с рычанием Тет смахивал с копья уже второго мужчину, ногой выбив оружие из рук последнего выжившего. Охотник не спеша приближался к уману, который что-то верещал, отступая назад и отмахиваясь руками. Вот сейчас ну точно начнется самое вкусное. Тет спрятал копье за спину и даже не активировал запястные клинки - сначала он поиграет с человечишкой, а потом уже окропит оружие его алой кровью. Гуманоид довольно застрекотал, то сжимая, то разжимая кулаки. Еще один тяжелый шаг в сторону испуганной обезьянки и…              Мужчина резко вытащил пистолет из кобуры, висящей на поясе и выстрелил прямо в металлическую маску Тета - пуля рикошетом вернулась обратно владельцу, продырявив бедолаге лоб. Тело шумно упало на землю, а Неокраплённый встал как вкопанный, потупив голову.              «К-джит, да вы должно быть издеваетесь надо мной?!» — с рычанием он пнул автомат, валяющийся на траве. Кровь молодого война быстро вскипела от ярости, и он это почувствовал. Опять… Опять он позволяет своей вспыльчивости управлять его разумом. Да, эта черта характера присуща юнцам его возраста, но Тет раздражался особенно часто – так на нем сказывалась давление от нужды оправдываться перед матерью и кланом и постоянно доказывать, что он не слабак и не недомерок.       Нужно успокоиться- охота только началась, никто и не говорил, что достойная добыча сама прыгнет ему в руки. Нужно продолжать поиски, но сначала…              Хоть эта шайка уманов и не заслужила того, чтобы собрать с них трофеи, оставлять поверженную добычу вот так валятся тут нельзя. Посчитав глазами убитых бездарей ещё раз, Тет склонился над одной из туш. Решительным движением руки он полоснул лезвиями по одежде, бесцеремонно раздевая позорника. Местами продольно разрезав кожу и подсеча её в общих для большинства гуманоидов узелках, с характерным треском он стал срывать кожу, обнажая влажную плоть. Теперь ему оставалось только подвесить партизана вниз головой и проделать то же самое с его бестолковыми напарничками. Он достал пару длинных жгутов и выбрал дерево - не слишком низкое, но и не слишком высокое - остальные уманы должны увидеть это зрелище. Такова унизительная участь для никудышных воинов, своеобразный знак бесчестия по отношению к добыче. Но также это послужит предупреждением для остальных - они могут стать следующими, а бояться и бежать или же наоборот вступить в бой - решать только им. Оставив бескожих сушиться на солнце, Тет активировал маскировочное устройство и скрылся в джунглях.              

***

      Молодая кровь еще некоторое время сигал по веткам. Он предпочитал именно такой способ перемещения наземному. «Высоко сижу, далеко гляжу» – это было про него, в прочем, как и про большинство из его расы, ведущих охоту в лесах и джунглях.              Вот и оно – аудио датчики биомаски засекли чьи-то негромкие голоса, а вскоре он и сам увидел вдалеке квартет из четырех солдат. Приблизившись на приличное расстояние, он активировал переводчик - благо несколько самых широко используемых умановских языков он загрузил заранее, находясь еще на материнском корабле. Откровенно говоря, болтали те о какой-то голимой чепухе - лохматый, розовый, голубой крем. Это вообще связано с их целью пребывания здесь?              Он следил за их передвижением какое-то время, пока группа не остановилась - должно быть решили отдохнуть. Хотя тем лучше для него - отличная возможность узнать подробнее о потенциальных четырех головешках на трофейной стене и разработать хороший план. Эти выглядят совсем по-другому - болтовня совершенно противоречила более серьёзному виду и вооружению представших его взору уманов.              Позволив себе приблизиться еще чуток, он наконец мог разглядеть четверку получше. Первыми его внимание привлекла троица, сидящая в тени высокого дерева: особь мужского пола и две… Самки? Точно, это были они. О самце он не мог особо что-то сказать - какой-то худосочный. Он их товарищ или их пленник, которого не кормили много дней? Наверное, он такой тонкий специально - может какой скрытый разведчик или бегун. И что у него на лице - это умановские визоры для глаз? Глазная броня? Если так, то даже неудивительно - он знал, что у Пьед-амедха большие зрительные органы, на вид очень уязвимые: маленькие надбровные дуги да и посажены глазёнки как-то не глубоко - бери да выкалывай забавы ради. А почему только он в глазной броне? Остальные слишком самоуверенные или слишком глупые? А может эти не броня вовсе, а украшение для лица? Ладно, не его это дело разбираться в тонкостях моды гладкокожих, тем более тут кое-что поинтереснее - две самочки. Он сразу заметил - они меньше чем их товарищи. Умановские самки все такие крохи или только этим не повезло с ростом, как Тету? У его вида женщины были намного крупнее самцов - чего уж говорить, Ки’лат была выше Неокрапленного на три или четыре головы, а про мать он вообще молчит. По рассказам его соклановцев, никто из них никогда не убивал уманок - те либо носили детеныша, либо были безоружны, либо просто не представляли охотничьего интереса. Про размер женских особей разговоров не было, а про умановских воительниц тем более. Может это вообще редкость редкостная встретить такую? Значит ли это, что Тет будет первым кому посчастливиться добыть такой ценный трофей? Биомаска тщательно просканировала девушек - плод не носят, серьезных повреждений организма тоже нет, конечно слабовата мускулатура, но так и самец, сидящий рядом с ними, тоже не отличался большим набором мышечной массы. Зато защищена троица получше тех позорников. Особенно самая мелкая самочка - увешена броней словно костяной Мнит’э с их угодий, на которого он часто охотился с Кра’Веем. Интересно, а это ей поможет, когда Тет придет за ее маленькой головушкой?              Но для начала нужен план - маловероятно, что ему удастся так просто разделить компашку. Все-таки недооценил он тех уманов - маленькие, зато храбрые или просто дикари, почувствовавшие силу из-за пукалки в руках. А если те не испугались, то эта четверка точно - помимо лучшей экипировки, чем-то они еще отличались от тех неудачников в джунглях, но пока Тет не мог понять, чем именно. Ответ пришел сам собой, когда взгляд охотника переместился на мужчину, сидящего поодаль от троицы. На вид он старше и опытнее, о чем говорили многочисленные шрамы на его лице. Выглядел он серьезнее, крупнее и мускулистее всех уманов, которых Тет успел встретить. Он был уверен - это их вожак и это не просто сныряющаяся по лесам группа уманов, они здесь с какой-то целью и для этого им как раз и нужен тот, кто будет их вести - опытный предводитель. Он хочет его голову первой - без лидера остальные станут менее скоординированы, и возможно с ними будет легче разобраться позже. Осталось самое сложное - придумать план и разъединить уманов.              Тет стал внимательно слушать разговор молодых самца и самок. По тому, что он слышал от них ранее, когда отряд только попался ему на глаза, ничего нужного выявить он смог кроме того, что их лидер беспокоился о каких-то паризанах… Маризанах… О партизанах, точно. Он не хотел, чтобы эти «партизаны» их услышали. Возможно те, кого он убил были ими. Но не будут же эти четверо гладкокожих так снаряжаться из-за тройки неудачников - возможно их целая стая, значит где-то недалеко может быть и база, и этот лидер ведет своих воинов именно туда. И если Тет узнает куда, у него будет столько возможностей найди среди стаи достойных соперников. Вот это он поживится сполна.              Пока Неокраплённый витал в облаках, самки что-то прощебетали на своем умановском, а потом все трое разом замолчали. Тет даже на секунду подумал, что его заметили, когда Пьед-амедха начали прислушиваться к звукам, хотя вокруг была абсолютная тишина. Он напрягся, однако, на его облегчение, троица снова зашумела, а позже самец, видимо устав от бессмысленной самочей болтовни, ушел к их вожаку.              Среди из разговора переводчик его биошлема уловил пару слов, которые не удалось перевести, скорее всего это были имена, возможно умановские вещи, неизвестные их базе данных. Ему понравилось слово «майк» - если это имя, то звучит даже неплохо для умана.       — Майк-к-к-к-к, — Тет прорычал тихо, а последнюю букву пророкотал с задорным щелканьем, отчего вышло громче чем он хотел.       Самка в толстой броне сразу подняла голову, и следом он поймал быстрый громкий стук ее крохотного сердечка.       «Все-таки услышала», — он сузил глаза, наблюдая за ней, — «напугалась».       Воительница, кажется, пыталась объяснить свой страх второй уманке, но та что-то пробубнила и ушла к самцам, оставив девушку одну.              Меньшая уманка не стала озираться или бить тревогу дальше, после того как её товарищи опрометчиво ей не поверили. Сейчас, глядя на неё Тет не мог понять, замерла она чтобы заострить своё внимание на окружении вокруг или наоборот, успокоилась, но самочье сердцебиение определенно замедлилось. В любом случае, пока не было смысла трогать ее, а если бы он и захотел, то давно бы уже пригвоздил Пьед-амедха к стволу дерева, у которого она сидела. Но это уже противоречило охотничьему кодексу. Всему своё время, он успеет еще наиграться с уманкой по правилам, тем более что удача, кажется, только что повернулась к нему лицом - троица молодых воинов оставила их лидера одного. Тет довольно замурлыкал - ему даже не пришлось ничего делать, они навлекли на себя беду, сами того не осознавая.              Он ждал, пока несчастные уйдут на приличное расстояние; его мандибулы тихо цокали от стремительно растущего нетерпения, мышцы перекатывались под толстой кожей. Он был словно дикий кот, готовящийся к прыжку. И вот, датчики биошлема уже почти перестали улавливать шаги, а значит пора и ему сделать свой ход….