Вирус

      По длинному светлому коридору шагали военные с оружием. С ними шла маленькая девочка, которая с любопытством озиралась, пытаясь ускользнуть. Её каждый раз останавливали. В руках она держала плюшевого зайца, который забавно скалился. Военные сказали, что её родители болеют. Но отец так кричал и умолял не забирать её, угрожая убить всех, что девочка смотрела на спину спасителя с недоверием. Он утверждал, что её нужно проверить на вирус, хотя она была абсолютно здорова. Малышке не нравилось находиться в этом странном месте, где пахло медикаментами. Такой запах иногда стоял у них дома, когда она болела. Пройдя большое расстояние, они остановились перед дверью с номером «100». — Куда мы пришли? — Спросила девочка.       Она повторяла этот вопрос снова и снова, пока военные не завели её в кабинет. — Док, дальше сам, — сказал один из них, передавая её. — Приказ доставить к тебе. — Хорошо, я разберусь.       Взрослые продолжали беседу, и девочка, воспользовавшись моментом, медленно отступала назад. Её насторожили кушетка, непонятные аппараты и шприцы на столе. Она точно знала, что ей там не понравится.       Девочка резко сорвалась с места и побежала по коридору, смеясь. Её туфельки звонко стучали по пустому полу. Она думала, что бежит очень быстро, но её остановили у третьей двери и вернули обратно.       Теперь она осталась одна с доктором в белом халате. Его натянутая широкая улыбка показалась ей неприятной. Доктор сидел за столом, не собираясь приближаться к ней. — Привет. Я добрый доктор Лоренс, — представился он, продолжая улыбаться. — А как тебя зовут? — Сара, — ответила девочка. — Какое чудесное имя. И зайка у тебя тоже замечательный. — Его зовут Кексик, — радостно сказала Сара, поднимая игрушку повыше. — А у вас есть любимая игрушка, дяденька Ло?       Она сократила имя, как всегда. Мужчина слегка поморщился, задумавшись, как отыграется на ней за эту грубость. — О, много, — охотно согласился Лоренс. — После твоего обследования покажу всю коллекцию. — Правда? — Глаза девочки засияли. — Честно-честно?       Лоренс приложил руку к сердцу. — Клянусь. — Только уколов боюсь, — Сара посмотрела на стол. — Но я потерплю ради зайчиков. Обещаю, не буду плакать. — Конечно, — кивнул Лоренс. — Ложись на кушетку.       Сара устроилась, положив Кексика рядом. Ей так спокойнее. Лоренс наполнил шприц лекарством, но прежде чем сделать укол, крепко зафиксировал её руки. — Доктор Ло, зачем? — Спросила Сара. — Запомни, — резко ответил Лоренс. — У тебя новый дом и новое имя. — Нет, я Сара, — упрямо возразила девочка, пытаясь вырваться. — Отпустите меня. Хочу домой к маме и папе. — Тем хуже для тебя, — сказал Лоренс и нажал на кнопку.       Сара закричала. Её крик эхом разнёсся по кабинету и даже по коридору. Она кричала, пока не потеряла сознание. — Как тебя зовут? — Снова спросил Лоренс. — Сара, — тихо ответила девочка.       Раздался новый разряд, и она снова погрузилась во тьму.       Когда Сара очнулась, тот же вопрос прозвучал снова. Она ответила не сразу. Боль была невыносимой, слезы иссякли, оставив лишь страдания. Кексик валялся на полу, брошенный, а Сара чувствовала себя одинокой на холодной кушетке. — Джесс, — сказала она хриплым голосом. — Меня зовут Джесс.

***

      Джесс направлялась к хижине Алби, горя желанием поскорее начать забег. Она была уверена, что им нужны дополнительные бегуны, учитывая скудный состав группы. Чем больше людей, тем быстрее они смогут найти выход. Это было очевидно. Не было смысла отказываться от добровольной помощи. Нога скоро заживет, тем более что ни ей, ни Рэйчел не нужно было объяснять, как ужасен лабиринт. Джесс посмотрела на высокие стены и поняла, что готова узнать его устройство и приспособиться к его условиям.       Откинув ткань, преграждавшую путь, Джесс первой вошла внутрь. Рэйчел пробормотала что-то о ткани, попавшей ей в лицо, и последовала за ней. Их встретила та же компания: Алби, Уинстон, Минхо, Ньют и Галли. Присутствие последнего было понятно — он всегда доставлял неприятности. Джесс также не понимала, зачем им нужно было чье-то разрешение. Возможно, чтобы не подрывать авторитет Алби и не давать другим повода для самовольства. В своем лабиринте девочки свалили всю ответственность на Энди, отказавшись от руководства. Единственная, кто предложил помощь, была Рэйчел, которая сейчас стояла рядом с ней, ожидая решения.       Рэйчел первой оказалась в лабиринте и помогала Джесс освоиться. Алби прокашлялся, готовясь говорить. — Я не могу позволить вам стать бегунами и отправиться в лабиринт, — начал он.       Джесс почувствовала, как её руки опустились, а вместе с ними и надежды. Рэйчел не сдержала протестующего возгласа. В дальнем углу комнаты Галли сиял довольной улыбкой, в отличие от остальных. — Я запрещаю вам туда входить или мы выгоним всех девушек из Глэйда, — отрезал Алби. — Почему? — Не могла поверить Рэйчел, выходя вперёд. — У вас два бегуна, ты же смотритель бегунов, скажи своё слово.       Она указала на Минхо, который стоял с мрачным видом. — Решение окончательное, — буркнул он, не вдаваясь в подробности. — Вот именно, — вставил Галли. — Не переживайте, мы найдём вам работу. Это будет продуктивнее.       Пока Рэйчел спорила с Галли, Джесс не могла смириться с услышанным. Неужели это правда? Они нашли выход из лабиринта, выбрались наружу, рассказали обо всём. А теперь парни смирились с тем, что их не выпустят? Джесс выругалась, заглушая все разговоры. Её громкий возглас привлёк даже внимание Ньюта, который молча наблюдал за происходящим. — Вы смирились с такой жизнью?       Вопрос, который она задавала и девчонкам. Джесс категорически не была согласна с такой жизнью. Ей до паники хотелось наружу, хотелось увидеть жизнь, а не эти уродские стены. Это желание и рвение было с ней с самого начала и не угасло до сих пор. Минхо перевёл взгляд на неё. Он то должен был чувствовать что — то подобное. Рэйчел отошла в сторону, давая Джесс говорить. — Считаем, что вы принесёте больше пользы в Глэйде, — сказал Алби. — Наши бегуны справятся.       Джесс задышала быстрее, сжимая и разжимая пальцы. Она старалась успокоиться, глядя на крышу хижины, стены. Всё что угодно, лишь бы не сорваться. Через несколько минут она выдохнула и потянулась к ремням, которые крепили маску к её спине и груди. Стянув их через плечо, она бросила на пол и снова посмотрела на Алби. — Сами копайте свои корешки, я в этом не участвую, — сказала она.       Не дожидаясь ответа, Джесс вышла из хижины под хлюпанье Галли. — Жду тебя у строителей! — Крикнул он. — Не состарься!       Джесс задыхалась. Она бросилась в лес. Бег стал её жизнью на два года. Два года она искала выход и наконец нашла. Хромая, Джесс рисковала споткнуться на неровной земле, но ей было всё равно. Солнце скрылось за кронами деревьев. Джесс постепенно замедлялась. Дыхание оставалось ровным, нога болела только одна. Она остановилась, зацепившись за дерево. Сухая кора царапала руки, но Джесс не обращала внимания.       Почему они боятся?       Может, наплевать на правила и уйти? Но тогда пострадают девчонки, которые и так винят её за прошлую выходку. Чем она может заняться? Джесс подняла камень и с криком бросила его в чащу. Затем ещё один и ещё…       В темноте леса раздались шаги. Кто-то шёл за ней. — Быстро бегаешь, — сказал Минхо, приближаясь. — Еле успел.       Джесс проигнорировала его шутку о хромоте и продолжала бросать камни в чащу, борясь с желанием ударить Минхо. — Джесс, пойдём со мной. — Позвал Минхо. — Куда? — Без интереса спросила Джесс. — Хочу кое — что показать.       Джесс пошла за Минхо по тропинке. Чуть дальше виднелась еще одна хижина. Внутри царил беспорядок, как позже объяснил Минхо, это было рабочее место бегунов, картохранилище. Куратор открыл дверь, приглашая Джесс войти. — Мне же запретили быть бегуном, — угрюмо напомнила Джесс, оставаясь на пороге. — Зачем ты привел меня сюда?       Минхо кивнул, приглашая ее войти. Джесс решила воспользоваться его разрешением. Дверь закрылась за ней. Внимание девушки привлек большой круглый стол, точнее, то, что скрывалось под тряпкой на его поверхности. — Хочу показать тебе это, — сказал Минхо и одним движением скинул ткань на пол.       Перед Джесс предстала конструкция — макет? Она подошла ближе, чтобы рассмотреть его. Это были выстроганные досточки, собранные в разных последовательностях, с множеством поворотов и тупиков. Макет лабиринта. Детальное изображение их клетки. Минхо сел на край стола, ожидая, пока Джесс ознакомится с ним. — Что за цифры? — Спросила Джесс, указывая на боковины, где были выгравированы числа от одного до семи.       Минхо внимательно посмотрел на нее и начал объяснять: — Это секции лабиринта. Он меняется и перестраивается. Утром открывается новая секция. Порядок всегда один и тот же.       Джесс кивнула, понимая, о чем идет речь. Ночью она слышала странные звуки из лабиринта, будто стены двигались. Ее лабиринт не перестраивался, но был полон ложных ходов, тупиков и углублений с подсказками. Чтобы выбраться из этого ада, нужно было разгадать пароль из букв.       Джесс обошла лабиринт по кругу, возвращаясь к Минхо. Если это его работа, то он проделал невероятно много. Она молча посмотрела на куратора бегунов, ожидая дальнейших объяснений. Минхо хрустнул шеей, словно готовясь к серьезному разговору. — Обещай, что наш разговор останется между нами. Я вижу твое желание помочь, поэтому решил показать. Алби убьет меня, если узнает.       Джесс кивнула и села рядом. — Выхода нет.       Эти слова пронзили Джесс, как кинжал. Такого не может быть. Выход должен быть. Джесс пыталась сохранять спокойствие, но внутри все кипело. Минхо говорил уверенно, но его спокойствие только усиливало тревогу. — Как это нет? Он должен быть, — не согласилась Джесс, отходя от стола. — Может, он спрятан в Глэйде, как это было у нас. — Джесс, я сам пробежал лабиринт. Каждый поворот, каждый тупик. И не один раз. Будь там выход, мы бы его уже нашли. Поэтому нет смысла рисковать вами, сама понимаешь.       Джесс снова взглянула на макет. Все детали были на месте, и картина выглядела цельной. — Алби велел не говорить остальным, и ты знаешь почему.       Да, Джесс понимала. Если остальные узнают, что выхода нет, это может вызвать панику и разрушить хрупкий порядок в Глэйде. Пока бегуны уходят в лабиринт, остальные могут работать спокойно и жить с надеждой. Джесс шумно выдохнула и ссутулилась, опустив голову на колени.       Она нашла выход, а её заточили там, где его нет. Джесс поверила Минхо, потому что он решился рассказать ей об этом, несмотря на запрет Алби. Алби считал, что нет смысла отправлять её и Рэйчел в лабиринт, раз Минхо и Бен уже там бесцельно бродят. Он не хотел рисковать лишними руками на огороде. Но оказался прав: это было бесцельное времяпровождение. Теперь Джесс это поняла.       Минхо легко коснулся её плеча. Джесс подняла голову и посмотрела на него. На его лице мелькнула слабая улыбка. — Всё равно не хочу копать корешки, — сказала она.       Минхо рассмеялся, и Джесс тоже не смогла удержаться от улыбки. Было обидно, что всё так вышло. — Ты смирился с этим? — Спросила она.       Минхо задумчиво потянул за ремни. — Думаю, да, — согласился он. — Поначалу это было дико. Я весь день психовал в лабиринте, понимая это. Как ты тогда накричал на Алби. Он сказал, что я всё равно ничего не изменю, но своими забегами я хотя бы поддерживаю надежду на выход. — А может, они уже утратили надежду, — предположила Джесс. — И просто делают вид, чтобы вдохновить тебя. — Знаешь, Галли не переживёт, если в рядах Глэйда появятся новые стервы, — сказал Минхо. — Он и меня еле терпит.       Минхо протянул кулак, Джесс его отбила. — Если думаешь отправиться в лабиринт одна, не стоит. Алби не шутил про изгнание. Порядок превыше всего. — Даже не думала об этом. — Джесс посмотрела на свою правую ладонь. — Идти в лабиринт одной — самоубийство. Не хочу подставлять девчонок. Они и так недовольны моим прошлым решением. — Можешь рассказать о вашем лабиринте? — Спросил Минхо, видя её желание открыться. — У вас — Глэйд, у нас — Пустыня. Мы жили среди песка. Он был везде: в Пустыне, в лабиринте. Бегать было трудно. Плюс проблемы с водой и едой. Ветер поднимал песок, видимость была плохая. Хорошо, что прислали маски и очки. Если сунуться в лабиринт в одиночку, можно наткнуться на ящера или оказаться засыпанным песком.       Джесс пыталась. Сначала всё шло хорошо, но потом мысли заполнили голову, и сосредоточиться стало невозможно. Стены лабиринта давили. Джесс тряхнула головой, прогоняя воспоминания. — Лабиринт был небольшим, но с множеством углублений и пещер, где были спрятаны буквы пароля. Выход был спрятан под нашими палатками. — Как ты догадалась, что выход спрятан под палатками? — Минхо слегка повернулся, сидя на полу. — Откуда у тебя такая идея? — Меган подсказала мне. — Джесс задумалась. — У нас были ямы с буквами. Когда мы их собрали, получилось слово — пароль для выхода. Но выхода не было. Я вернулась вечером на ужин, и Меган шутила, что вход и выход из хижины одинаковые. — Да, глупо. — Минхо поморщился. — Зато сработало. — Джесс развела руками. — Я задумалась. Может, это и правда. Ошибкой было, что я сразу бросилась его искать. В тот вечер они не закрыли ворота, и ящеры могли выйти к нам.       Минхо выругался. По описанию Рэйчел, ящеры — жуткие твари. — Сколько ты его искала? — Два года.       Два года без сна, теорий, планов. Джесс искала способы выбраться из лабиринта. Забраться на стену или стоять в лифте — бесполезно. Она перепробовала всё, кроме самого лабиринта. Джесс боялась его. Но больше её пугало то, что она сдалась. На пороге входа её ноги дрожали, сердце замирало, лоб покрывался потом. Энди шутила, что если бы рядом с Джесс что-то лопнуло, она бы намочила штаны. Тогда они чуть не подрались. Джесс сжала ладони.       Минхо заметил, что Джесс выглядит подавленной, и предложил возвращаться. Он сказал, что поговорит с ней позже, но сейчас они уже опаздывали.       Сделав крюк через лес, из которого убежала Джесс, они вернулись в Глэйд вместе. У гамаков парней их ждала расслабленная Рэйчел. Минхо прошел мимо, решив, что уже поздно бежать в лабиринт. Вылазку перенесли на следующий день.       Рэйчел объяснила, что девочки разошлись искать работу. Она решила дождаться Джесс. — Какие варианты? — Спросила Джесс. — Медики — Клинт и Джефф, живодерня — Уинстон, строители — Галли, повара — Фрайпан, плантации — Ньют, — перечислила Рэйчел. — Кухня, — решили девушки одновременно и направились туда.       Кухня оказалась небольшой, но вмещала трех человек. Джесс взяла нож для чистки картофеля из рук Фрайпана, а Рэйчел занялась мытьем посуды. Фрайпан не пытался быть строгим, наоборот, весело рассказывал о своей работе и делился интересными историями о других Глэйдерах. Рэйчел быстро нашла с ним общий язык, делясь своими шутками и опытом.       Джесс молчала. Она ловко орудовала ножом, пока движения не стали медленными. Выхода нет. Она понимала, что имел в виду Минхо, когда говорил не рассказывать никому. Джесс крепче сжала рукоятку. Выхода нет. — Джесс, — окликнула Рэйчел, заметив её задумчивость.       Джесс улыбнулась и продолжила чистить картошку. Она пыталась заглушить мысли, но они не уходили. — Фрайпан, налей воды.       На кухню вошёл Ньют. Его движения стали более скованными, но он всё же подошёл. Он единственный не высказал свою позицию по этому поводу. Джесс сосредоточилась на картошке, чтобы забыть утро. — Держи, Ньют, — сказал Фрайпан, передавая ему кружку.       Ньют выпил воду и присоединился к разговору с Фрайпаном, вытирая пот с лица майкой. — Многие пошли работать на мои плантации, — услышала Джесс. — Думаю, теперь дела пойдут быстрее. — Алби не пустил их в лабиринт? — Тихо спросил Фрайпан. — Я не успел на собрание, слышал крики. — Да, — ответил Ньют. — Их не пускаешь на смерть, а они ещё и недовольны.       Рэйчел осторожно бросила в Джесс тряпку для посуды, чтобы отвлечь её от разговора. — Эй, Рэйчел, ты что творишь? — Воскликнула Джесс, бросив в неё картофельную кожуру, но, к счастью, не нож. — Давай я лучше закончу, — спокойно ответила Рэйчел, подходя ближе. — Ты сейчас сломаешь рукоять или поранишь Ньюта. Обойдёмся без жертв. Иди отдохни или хотя бы успокойся.       Джесс чуть не возразила, но поняла, что может кого-нибудь покалечить. Похоже, ей действительно нужно было устроиться на живодёрню. Она передала нож Рэйчел. — А что ты думаешь? — Спросила Джесс у Ньюта.       Её любопытство взяло верх. Почему он молчит? Все высказались: Минхо показал картографную и объяснил причину, Галли злорадствовал, а Ньют… ничего. Он стоял молча, но раз их совет состоит из четверых, его мнение тоже важно. Ньют посмотрел на неё с невозмутимым спокойствием. Его золотистые глаза светились уверенностью и лёгкой усмешкой. Парень выражал эмоции взглядом, даже не подозревая, насколько он отличается от Джесс. Тихие просьбы Рэйчел не были услышаны. — Я полностью согласен с Алби. Мне нечего добавить. — Такой же трус. — Почему она так реагирует? Неужели не хочет отдохнуть? — Спросил Ньют у Рэйчел, когда Джесс вышла из хижины, а Фрайпан отправился за чем — то. — Она и так на нервах.       Рэйчел молчала, но её природная болтливость взяла верх. Пусть идет и спрашивает у Джесс. У Джесс… — Эта проблема у неё в голове, — наконец заговорила Рэйчел, указывая на свою голову. — Когда ты два года живешь с лабиринтом и тебе нужно бежать… — Можешь короче, — со смешком перебил Ньют, наблюдая за её страданиями. — Это всё, что у она умеет, — быстро ответила Рэйчел, почувствовав облегчение от ненужного объяснения. — Она любит доводить дело до конца, а вы ей не даете. Готовьтесь к холодному приему. — А ты? — Прищурился Ньют. — Ты же тоже была бегуном, но не рвешься в лабиринт, как она. Ты должна быть помешана на нем, как и Джесс.       Рэйчел замерла, глядя на Ньюта с таким выражением, что он задал самый страшный вопрос в её жизни. — Я должна поддерживать Джесс, — отвечала она. — Но я не настолько безрассудная, как она. Она однажды притворилась мёртвой, чтобы поближе рассмотреть ящера. У неё получилось. А ещё она осталась там на ночь…       Ньют внимательно слушал Рэйчел. Джесс была ниже его на голову и худее, но каждый раз, когда они встречались, казалось, что она заполняет собой всё пространство. Она была безумна, и это не нравилось Ньюту. Ему с трудом верилось, что она откажется от идеи проникнуть в лабиринт. Она была опасна не только для ящеров, но и для людей. Эш до сих пор жаловался на боль в руке и спине и даже добровольно согласился отсидеть в кутузке, признав вину. Галли ходил с фингалом. За один день Джесс успела покалечить двух рослых парней. Они заслужили, но если так будет продолжаться, Глэйд не устоит. С Джесс нужно было быть жёстче, иначе её безрассудство приведёт к катастрофе. Ньют молча вышел, оставив Рэйчел наедине с её мыслями.       Джесс шла по траве к Ящику, откуда их недавно извлекли. Сейчас там никого не было, и это было важно для неё. Ящик закрывали металлические ворота. Джесс села рядом и замерла. Она не собиралась снова в лабиринт, но решила заняться другим делом. Вопросом, который мучил её с того дня.       Внизу, в лифте, были люди в масках и странных костюмах. Их было много. Они были в таком шоке, что даже не закрыли им глаза — они и так были ослеплены. Джесс увидела экраны. В одном из них был изображен лабиринт, из которого они только что вышли. Они следили за ними. Джесс заглянула внутрь. Там всё ещё была кровь, пропитавшая их в тот день. Лифт был небольшим, но казался огромным, когда поднимал десять девушек. Она открыла ворота, спустила верёвку из плюща, которой их вытаскивали, и спустилась вниз. Лифт остался неподвижен. Джесс внимательно осмотрела пол, какие-то тряпки и ощупала стены. Затхлый воздух сразу ударил в нос, и она поморщилась.       Как узнают, что они делают?        Джесс не понимала, что именно ищет, но, вероятно, это то, что она не помнит.       Дойдя до последнего угла лифта, она услышала покашливание за спиной. — Тебе кажется, нужно найти работу. Что ты здесь делаешь?       Это был Галли. Джесс не удивилась, но видеть его здесь было неприятно. Особенно за таким странным занятием. Она решила молчать, но Галли поднял верёвку и закрыл ворота лифта.       Небо у Джесс стало в решётку. Она осталась стоять, уперев руки в бока. — Что за дела, Галли? — Вырвалось у неё после третьей попытки. — Открой. Ну, прости, что испортила твоё представительное лицо. Скоро пройдёт.       Галли наклонился к решётке так близко, что тень скрыла его лицо. Джесс увидела в его глазах и улыбке ненависть. Он мстил ей за вчерашнее. — Посиди здесь, без воды и еды, — сказал он. — Может, выучишь урок, что здесь нужно подчиняться приказам. Сюда редко заходят, до ужина далеко, так что тебя нескоро хватятся. Попробуй покричать — может, кто-нибудь услышит. — Ты трусливый урод, — ответила Джесс.       Галли топнул ногой по решётке, стряхнул грязь с ботинок и ушёл, бормоча что-то о уважении.       Джесс села на пол, прислонившись к стене лифта. В воздухе всё ещё пахло затхлостью. Она достала нож из ботинка и поднесла его к лицу. Лезвие блеснуло. Стоит ли? В лифте точно нет устройств слежения, так что её смерть не будет иметь последствий. Но тихая смерть — не для неё. Джесс тихо рассмеялась и положила нож рядом с собой.       Снаружи доносились голоса девушек и парней. Нога всё ещё болела.       — Вот это да! Быстрые ноги нам нужны. Не хочешь стать бегуном?       Энди предложила Джесс стать бегуном. Она сделала вид, что не услышала. Энди ушла без ответа, и Джесс почувствовала облегчение. Она не хотела брать на себя такую ответственность.       Но Энди не сдавалась.       Джесс поджала ноги, пряча улыбку в одиночестве. Энди назвала бы её той версией, которой она была, когда только попала в лабиринт: трусливой, беспомощной плаксой, боявшейся его до смерти. Если бы ей тогда запретили туда входить, она бы вздохнула с облегчением и, возможно, разрыдалась от радости. Но Энди открыла клетку, и теперь её снова пытаются запереть.