Ты мне не подходишь

. . .. .. Будильник Дэя взрывается громким треском, и он морщится. Тело кажется налитым свинцом, глаза отказываются открываться. Он ищет в себе силы хотя бы пошевелиться и выключить звук. Рука прижата к кровати, и Дэй хмурится от непривычной тяжести. Тяжесть шевелится, унося с собой часть тепла, и будильник наконец замолкает. Дэй тянется вперёд — и тепло прижимается к его груди. Что-то вроде рук обхватывает его за талию. Прежде чем Дэй успевает осознать, что происходит, он чувствует низкое мурлыканье, вибрирующее прямо у сердца. Тепло перемещается, и под подбородок ему тычется что-то мягкое. Запах лаванды заполняет ноздри. Дэй должен… что-то сделать, да? Он должен… но так тепло… так уютно… и… … БАМ! БАМ! Дэй резко подскакивает на кровати, сердце колотится как бешеное. Он ищет глазами угрозу. Вздрагивает от низкого рычания — слишком близко, слишком опасно. На нём лежит что-то гораздо тяжелее обычного одеяла. Лапы упираются ему в плечи и с силой вдавливают обратно в матрас. Дэй моргает — над ним нависает Нап. Уши кота плотно прижаты к голове, рычание не прекращается. Нап… здесь? —Открывай! — орёт Киккин и снова колотит в дверь. — Пора на обед! Обед? Который час? Дэй пытается приподняться — Нап переносит вес тела. Кот садится верхом на его талию, ладони твёрдо упираются в грудь Дэя. Эта поза… —Отвали, Киккин! — Нап чуть откидывается назад и рычит в сторону двери. Кот находится опасно близко к… определённой зоне. Дэй хочет, чтобы Нап сдвинулся— —Я сейчас эту дверь выбью! — угрожает Киккин и молотит по дереву ещё сильнее. —Киккин, не ломай дверь, — вздыхает Бубба. —Убери его отсюда, Бубба, — огрызается Нап и снова шевелится. В этот момент Дэй наконец осознаёт: на коте опять та самая огромная футболка. Она задралась достаточно высоко, чтобы стало видно, что под ней — Дэй мгновенно хлопает ладонями по глазам. Звёзды, как он может думать о таком? Как он может думать о Напе *так*? Они ещё даже не до конца друзья, а его грязные мысли уже… —Дэй? — Нап подаётся вперёд. Запах лаванды снова заполняет ноздри, и образ той проклятой футболки, которая опять задирается— —Отодвинься, пожалуйста, — хрипит Дэй. —П-прости, — вес мгновенно исчезает. —Я слишком тяжёлый? Тебе плохо? Дэй хватает подушку и со всей дури бьёт Напа по морде. Кот с удивлённым взвизгом отлетает назад и падает на кровать Киккина. Дэй выскакивает в ванную и запирает дверь на замок. —Какого хрена, Дэй! — орёт Нап снаружи. Дэй стоит, прижавшись спиной к двери, всё тело пылает. Он снова закрывает морду лапами. Ему так стыдно. Нап никогда бы не посмотрел на него *так*, а Дэй тут разводит проблемы (опять). …ему нужен холодный душ. Немедленно. План рушится от того, что он не взял с собой ничего — в первую очередь одежду. И он до сих пор не знает, который час. Дэй в отчаянии трёт морду лапами. В ванной есть халат — можно будет надеть после душа. Он вздыхает и начинает приводить себя в порядок. На середине холодного душа в голове прокручиваются воспоминания прошлой ночи. Дэй замирает, когда слышит собственный голос: «Я люблю тебя» и «поспишь со мной». Он стоит под ледяной струёй, чувствуя, как горят щёки. О звёзды! Убейте его прямо сейчас. Как он мог это сказать? Как он мог наговорить Напу всё это?! Дэй снова заливается краской и хочет стукнуться головой о стену душа. Зачем он это сделал? Ну, он знает зачем, но почему?! Нап никогда больше не заговорит с ним!.. Почему Нап вообще лёг к нему в кровать? Точнее, почему он вообще был в их с Киккином комнате? Где был Киккин прошлой ночью? Дэй смотрит сквозь тёмное стекло душа туда, где, он знает, находится дверь. Что-то здесь не так, и Дэю это очень не нравится. Он заканчивает душ и прислушивается — нет ли голосов за дверью. Тишина. Дэй оборачивается халатом, аккуратно выжимает воду из ушей и завязывает их. Медленно приоткрывает дверь и выглядывает. Никого. Дэй открывает шире, осматривает комнату — и никого волшебным образом не появляется. Кто-то заправил его кровать, пока он был в душе. Дэй подходит к шкафу за одеждой и телефоном. Бледнеет, увидев время. Уже за полдень. Он проспал слишком долго, а душ отнял ещё больше времени. Если повезёт — успеет хотя бы разобрать все заявки сегодня. О здании совета и календаре можно забыть. Чёрт, он подводит Фредди. —Думаешь, он всё ещё в душе? — доносится голос Буббы с той стороны двери. —Не, наверное, уже вытирается. Не завидую — мыть и сушить всю эту шерсть, — отвечает Киккин, и дверь пищит. Дэй хватает стопку одежды, чуть не роняя телефон, и бросается обратно в ванную. Закрывает дверь как раз в тот момент, когда открывается главная. Он стоит, уставившись на ручку, и мысленно ругает себя за то, что опять прячется в ванной. Конечно, он почти неделю не разговаривал нормально ни с кем из друзей, и с Напом будет неловко, но именно поэтому ему нужно выйти и поговорить с ними. Он не нервничает. С чего бы ему нервничать? Это же глупо. Дэй качает головой на самого себя. Нет времени на это. Быстро вытирается, расчёсывает шерсть насколько успевает. Пока чистит зубы, слышит приглушённые голоса за дверью. Похоже, там больше, чем просто Киккин и Бубба. Подозрения подтверждаются, когда он открывает дверь и видит в комнате семерых друзей. Все головы разом поворачиваются к нему. —Эм… привет? — Дэй слабо улыбается. Бобби демонстративно толкает Киккина локтем в рёбра. —П-привет! Как дела?— неловко улыбается Киккин. Бобби разочарованно вздыхает. —Ты не можешь просто свалить всё на меня, — шипит он ей. —Я в порядке, — Дэй поднимает брови, но не комментирует вторую часть их перепалки и идёт к шкафу. —Скажи что-нибудь! — шёпотом шипит Хоппи кому-то, когда Дэй открывает шкаф. —Почему ты сама не скажешь? — огрызается Киккин. —Ты же его лучший друг! — шипит в ответ Хоппи. Дэй захлопывает шкаф чуть сильнее обычного. Краем глаза видит, как Пикки вздрагивает от громкого хлопка. Он поворачивается к комнате. —Ладно, мне кажется, вы все хотите мне что-то сказать, — Дэй переводит взгляд с одного на другого. Никто не отвечает. —Это была идея Бобби! — Киккин тычет пальцем в медведицу. —Моя идея? Вы все согласились! — Бобби отталкивает пернатый палец. Она выглядит здоровее, чем раньше — шерсть не тусклая, но всё ещё немного худая. —Бобби права, — вмешивается Бубба. —Не все согласились! Некоторые просто решили за нас! — вклинивается Хоппи. Они начинают спорить между собой. Дэй смотрит на Напа, Крафти и Пикки — те не ввязались в перепалку. Он уже открывает рот, чтобы спросить, что вообще происходит, но телефон в кармане вибрирует. Дэй достаёт его — уведомление от Фредди. Быстро открывает. «Дэйлайт, всё идёт хорошо? Я хотел бы посмотреть на твоих финальных кандидатов перед тем, как ты их примешь. Это не значит, что я тебе не доверяю, но старшекурсники привыкли к тому, как совет работал раньше. Хочу избежать новых проблем. Дай знать, когда сможешь прислать финальный список. – Президент Фредди Фазбер» Дэй чуть не подавился языком. Фредди ждёт заявки уже сегодня! А он даже из комнаты не выходил! Чёрт возьми. Дэй перепрыгивает через Пикки, сидящую на полу, спотыкается о хвост Напа у своей подушки. Хватает рюкзак с ноутбуком внутри, закидывает на плечо и бросается к двери. — Ч-что — эй! — кричит Хоппи, когда Дэй распахивает дверь. Он захлопывает её за собой и мчится к лестнице. К этому времени он уже должен был разобрать хотя бы половину заявок! Он перепрыгивает ступеньки и вылетает через нижнюю дверь. Сильно хочется пропустить еду. Он не заслуживает после такого провала, но обещал Поппи и уже пропустил завтрак. Дэй бежит к столовой, не выходя на бетонные дорожки, чтобы не врезаться в кого-нибудь. —Дэйлайт! Дэй автоматически оборачивается на полное имя. Видит очень злую крольчиху, которая быстро сокращает расстояние, а за ней бегут остальные. —Зачем вы меня преследуете?! — кричит Дэй толпе за спиной. —Перестань бежать — и я перестану гнаться! — орёт Хоппи, даже не замедляясь. Дэй ускоряется только из-за её страшного выражения морды. —Перестаньте гнаться — и я перестану бежать! — он так сосредоточен на ней, что спотыкается о ступеньки и влетает в стеклянные двери. Двери поддаются под внезапным весом, и Дэй восстанавливает равновесие уже в холле столовой. Моргает, оглядываясь по почти пустой столовой. О…кей. Получилось даже слишком хорошо. Он добрался до столовой в рекордные сроки. Дэй оглядывается через плечо и ныряет в сторону от дверей как раз вовремя — зелёная крольчиха чуть не сносит его. Хоппи тормозит, хватаясь за ближайший пустой обеденный стол. Через секунду Киккин врывается следом — и они оба врезаются в стол. —Вы в порядке? — Дэй бросается к ним и помогает Киккину подняться на ноги. — Ай, — ноет Киккин, потирая бок. —Киккин, — Хоппи поворачивается и сверлит его взглядом. —Погоди, погоди, я случайно! — Киккин отступает на пару шагов и получает дверью по морде — Бобби распахивает её. Остальные тяжело дышат позади. —Как… они… так быстро, — задыхается Крафти. Пикки жадно хватает воздух и просто качает головой. Нап упирается лапами в колени, тоже ловит дыхание. Бубба прислонился к стеклянной двери, которую держит Бобби, и тяжело дышит. —Все целы? — спрашивает Дэй, шире распахивая дверь и жестом приглашая всех внутрь. Они вваливаются и валятся за стол, в который первыми врезались Хоппи и Киккин. —Принесу воды, — Дэй торопится к стойке с напитками и разливаёт воду по маленьким пластиковым стаканчикам. Удаётся унести только шесть. —Неплохая разминка, — Хоппи берёт стакан. — Ты даже не запыхался, Дэй. —Вы были такие медленные, что у меня было полно времени отдышаться, — шутит Дэй. —О, правда? Не против доказать это в забеге? — глаза Хоппи опасно сужаются. —Нет времени на это, — Бубба берёт свой стакан хоботом. — Сейчас важнее другое. Он залпом выпивает воду, как шот. —Спасибо, Дэй, дай помогу. Дэй раздаёт остальные стаканы, Бубба возвращается с одним дополнительным и своим полным. Все отдышались и допивают воду. Дэй бросает взгляд на часы над дверью — пора. —Я сейчас— —Поесть! — Пикки вдруг оживляется. —Отличная идея. Пошли. Она хватает Дэя за рукав и тянет к короткой очереди. Дэй оглядывается на остальных в поисках помощи. Нап идёт прямо за ним, остальные следом — и Дэй вдруг чувствует себя преступником, которого конвоируют в тюрьму. В очереди он пытается брать то, что проще унести, но Пикки меняет всё, что он кладёт, на что-то другое. — Зачем? — растерянно спрашивает Дэй. — Ты неправильно питаешься, — отвечает Пикки, кладя ему на тарелку стейк из тофу. — Это слишком много— — Съешь. Всё. —…ладно. Дэй и не подозревал, что Пикки умеет делать такое страшное лицо. Он позволяет ей наполнить тарелку разными блюдами. Порции она делает небольшими, но всё равно это займёт больше времени, чем он может себе позволить. Придётся съесть по паре кусочков от каждого и сбежать. Дэй вздыхает и следует за Пикки к их обычному столику на террасе. Садится на своё место, Крафти рядом, Нап занимает своё привычное место с другой стороны от Дэя. Все рассаживаются — и повисает неловкая тишина. Дэй плохо переносит молчание. —Вы не поехали сегодня в столицу?» — спрашивает Дэй, обращаясь ко всем за столом, и начинает делить еду. — Нет, — отвечает Киккин. — Почему? — небрежно спрашивает Дэй. Он почти уверен, что знает причину. —Один из наших дорогих друзей был так занят и так напряжён в последнее время, что мы хотим ему помочь, — театрально шмыгает носом Бобби. Дэй ставит стакан на стол и вздыхает. —Ладно, простите. Я никогда не хотел вас игнорировать. Просто был очень занят, — он оглядывает стол. — Чем именно? — спрашивает Бубба через несколько мест. Дэй замирает: он вдруг понимает, что не знает, насколько публична вся эта история со студенческим советом. Пока он колеблется, Бубба продолжает: —Это связано со студенческим советом? —Да, — Дэй крутит вилку в лапах. — А сколько вы знаете? — Президент Фазбер объявил, что предыдущий состав студсовета и несколько сотрудников академии отчислены или уволены за преступную деятельность на территории школы. Нам рекомендовали не взаимодействовать с ними, — Бубба бросает взгляд на остальных. —Мы видели объявления по всей школе о наборе новых членов в студсовета, — добавляет Хоппи. —Больше особо и рассказывать нечего — вздыхает Дэй. — Сейчас я единственный член, и всё идёт кувырком, — он виновато улыбается друзьям. — Простите. —Прощение принято, — фыркает Киккин, скрещивая руки. Бобби толкает его локтем в бок. — Он хотел сказать, что мы все по тебе скучали и хотим помочь, — медведица поворачивается к Дэю с тревожным взглядом. — Мы волнуемся за тебя, Дэй. —Волнуетесь? Не стоит волно— —Я не разговаривал с тобой шесть дней, — хмурится Киккин. —Я не хотел— — За последнюю неделю ты спал в общей сложности семь часов тринадцать минут, — вмешивается Бубба. — Откуда вы— —Мы заботимся о тебе, Дэй— —ХВАТИТ! — рявкает Дэй. Все вздрагивают от громкого окрика. Дэй тут же чувствует себя виноватым. Стресс, видимо, уже на пределе. — Дайте мне рассказать, хорошо? — все головы за столом кивают. — Хорошо. Я единственный член совета, и мне срочно нужны новые люди. Сегодня мне нужно разобрать все заявки, чтобы отправить их мистеру Фазберу. Ещё нужно прибрать бардак, который оставил старый совет, и доделать то, что они не сделали. Я был занят и не хотел заставлять вас волноваться. Мне правда жаль. Как только закончу — у меня снова будет больше свободного времени. —Мы поможем, — Крафти смотрит на остальных. — Правда ведь, ребята? Все кивают, и в груди у Дэя разливается тёплое чувство, хвост начинает вилять быстрее, но тут же накатывает вина. —Я очень ценю, но у вас ведь есть планы на сегодня? Воскресенье же, — спрашивает Дэй. Он отнимает у них один из немногих свободных дней. —Конечно есть! — Хоппи подмигивает. —Мы хотим провести день с другом, — улыбается Крафти. —Я не могу позволить вам тратить день на помощь мне, — пытается объяснить Дэй. Он чувствует лёгкое касание на руке и поворачивается к единственному, кто может спасти ситуацию. —Я согласен, — кивает Нап. Уши Дэя начинают опускаться от облегчения, но кот продолжает: —со всеми. Сегодня мы тебе поможем, — в жёлтых глазах Напа появляется опасный блеск. — Хочешь ты этого или нет. —Мы никого не будем заставлять! — тут же вмешивается Бобби. Она хмурится на Напа, который опускает взгляд и откусывает кусок обеда. Дэй оглядывает друзей, которые уже шутят и едят так, будто и не собирались отдавать свой единственный выходной ему. Он в меньшинстве и, честно говоря, совсем не хочет оставаться один, поэтому молча доедает свой обед. Хвост за спиной крутится пропеллером. Когда все заканчивают и подносы убраны, они следуют за Дэйем к зданию студсовета. По дороге он объясняет, что нужно сделать сегодня и что было бы хорошо успеть. —К сожалению, заявки можешь разобрать только ты, — говорит Бубба, пока Дэй открывает заднюю дверь одним из ключей. — Я бы помог с календарём — это не должно занять много времени. —Спасибо, Бубба, — отвечает Дэй, прикладывая ключ-карту ко второму замку. Он открывает дверь и идёт к выключателям на стене, пока все заходят следом. —Я никогда раньше здесь не была, — шепчет Крафти. Её голос отдаётся эхом в бетонном коридоре. Дэй включает свет и ведёт всех по заднему коридору к лифту. —Когда доберёмся до холла, мне нужно забрать бумажные заявки — вчера забыл проверить, — говорит Дэй, когда двери лифта закрываются. Никто не подумал, что лифт не рассчитан на восьмерых одновременно. Дэй оказывается прижат к панели кнопок и случайно нажимает «верхний этаж» вместо первого. — Ай! — Подвинься! — Я сейчас тебя ударю, Киккин! — Я не нарочно! —ПРЕКРАТИТЕ ДВИГАТЬСЯ! — рявкает Бубба. Дэй не знает, чьи руки упираются ему в спину. Теперь, когда все затихли, стало спокойнее. — Дэй, лифт выдержит наш вес? — спрашивает Бубба. — Думаю, да, мы же едем вверх, — Дэй бросает взгляд на цифровой счётчик этажей над дверями. Повисает неловкая тишина. — Ну… как у всех дела? — Клянусь звёздами, Киккин— Лифт резко дёргается и останавливается. Все теряют равновесие. Дэй откидывается назад — и тот, кто стоял за спиной, точно не парень. На секунду удаётся отдышаться, прежде чем лифт проваливается и снова останавливается с рывком. Дэй качается вперёд и упирается ладонями по обе стороны от панели, чтобы не нажать случайно на кнопки и не усугубить положение. Ноутбук с грохотом ударяется о стену лифта. Тот, кто был за спиной, падает на него — и Дэй теперь точно уверен: это одна из девушек. — Бобби—, — задыхается Бубба. Ещё больше веса обрушивается на спину Дэя, вдавливая его в стену, а одна лапа слона с грохотом упирается в стену рядом с его головой. Дэй вздрагивает от звука и поворачивает голову. Бобби всем телом прижата к его спине, морда пылает, взгляд упорно упирается в куртку Дэя, когти вцепились в ткань. Бубба держит лапу на стене у головы Дэя, стараясь не раздавить их обоих своим весом. Слон сосредоточенно смотрит в стену лифта. Его морда тоже начинает краснеть. — Дэй, — цедит он сквозь стиснутые зубы. Дэй резко поворачивает голову к кнопкам. Ему приходится отталкиваться от двоих, чтобы хоть что-то увидеть. Рука Буббы исчезает, Бобби тихо ахает от чего-то. Дэй нажимает кнопку открытия дверей. Взгляд падает на цифровой счётчик этажей — там мигает предупреждение о превышении веса. — Мы слишком тяжёлые, — говорит Дэй в внезапно наступившей тишине лифта. Теперь, когда рука Буббы убрана, он видит остальных. Пикки закрывает морду лапами, Киккин пытается отползти от неё — он стоял над ней на руках и коленях. Далеко уйти не успевает — врезается в Крафти, которая пытается слезть с колен Хоппи. Фиолетовый хвост мелькает в поле зрения. Нап прижался к стене, обхватив поручень, и опустился на колени — так низко, что не налетел на кого-то, как все остальные. Двери открываются — и никто не шевелится. — Я… я пас! — голос Киккина срывается, он буквально ныряет из лифта. — И я! — пищит Крафти и выскакивает следом. Хоппи выходит молча, но уши у неё подозрительно красные. — П-простите, — бормочет Бубба и выскакивает так быстро, как только может. Вес сзади исчезает — Бобби отходит и опускается на колени рядом с Пикки, которая всё ещё лежит на полу, закрыв морду лапами. — Пикки, ты не ушиблась? — спокойно спрашивает Бобби. Если бы Дэй не видел минуту назад, как она полыхала, поверил бы, что её ничто не тронуло. — Киккин—он—он—о боже—, — Пикки несёт какую-то чушь, пока Бобби помогает ей встать. Нап распутывает лапы с поручня и встаёт, хмуро глядя по сторонам. — Больше никогда так не делаем, — заявляет он и топает к выходу из лифта. Бобби идёт следом, поддерживая всё ещё ярко-красную и бормочущую Пикки. Дэй вздыхает и сдерживает желание стукнуться головой о стену лифта. Это было невероятно неловко для всех — и для него в том числе. Придётся спрятать запись с камер наблюдения. Если кто-то из учителей увидит — точно всех потащат к психологу или ещё куда похуже. Дэй выходит из лифта с тяжёлым вздохом — нужно найти, куда разбежались друзья. Когда все снова собраны в кабинете президента студсовета, Дэй объясняет, что сегодня нужно обыскать каждую комнату и выкинуть весь мусор или неподобающие вещи. Хоппи и Киккин берут рулон мусорных пакетов и идут в подвал. Пикки, Крафти и Бобби берут второй рулон и поднимаются на верхний этаж. Бубба садится за компьютер на столе президента и смотрит, что успел сделать Дэй. Дэй замечает, что никто не обсуждает, кто на кого налетел в лифте. Он их не винит — атмосфера и без того неловкая каждую секунду с того момента, как они вышли. Все заняты делом — кроме одного. Дэй ставит ноутбук на журнальный столик и подходит к коту, развалившемуся на пуфике. Специально встаёт так, чтобы перекрыть солнечный свет. Нап хмурится и приоткрывает один глаз. — Ты загораживаешь мне солнце, — бурчит Нап. — Ты пришёл сюда только чтобы поспать? — Дэй любопытно наклоняет голову. — Прошлой ночью я почти не спал. Кто-то не давал мне уснуть, — губы Напа изгибаются в ленивой ухмылке. — И чья же это вина? — Дэй приподнимает бровь. Пусть он вчера был не в себе, но всё начал именно кот. — Эй, это не я умолял поспать вместе. — Может, я найду другой компьютер, — Бубба резко встаёт. — Не думаю, что в здании есть ещё один рабочий, — Дэй пытается вспомнить и игнорировать жар на щеках. — В подвале есть старые, но они не работают. — Ладно, — вздыхает Бубба и снова садится. Дэй поворачивается к Напу — тот опять закрыл глаза. Ну, Нап может проводить свой выходной как хочет, но зачем тогда тащился сюда, если собирается просто спать? Дэй качает головой — скорее с улыбкой, чем с раздражением. Достаёт связку ключей и кладёт её на стол рядом с Буббой. — Если кто-то закончит раньше или заскучает — мне всё ещё нужно понять, от каких дверей эти ключи. Я спущусь на первый этаж забрать бумажные заявки. Скоро вернусь, — Дэй направляется к двери. — Понял, — кивает Бубба, не отрываясь от экрана. Дэй ещё раз бросает взгляд на развалившегося кота и идёт по коридору к лестнице. Можно было бы взять лифт, но после того случая как-то не хочется. Он поднимается на третий этаж, чувствуя приятную усталость в ногах — хоть какая-то физическая нагрузка за день. Он уже давно забросил тренировки. Придётся наверстывать на зимних каникулах. Дэй забирает коробку для бумажных заявок и с облегчением вздыхает — их совсем мало. Мелочь, но приятно, что коробка уже не ломится, как раньше. Он несёт её обратно наверх — все три пролёта лестницы помогают хоть немного размяться. В кабинете он обнаруживает только Буббу. — Куда делся Нап? — спрашивает Дэй, ставя коробку на журнальный столик, который он притащил из комнаты с телевизором. Он также приволок один пуфик — чтобы было на чём сидеть низко и дотягиваться до столика. Возвращается к столу и замечает, что связки ключей уже нет. — Он сказал, что заскучал, и пошёл пробовать ключи по всему зданию, — отвечает Бубба, не отрываясь от экрана. Дэй прячет улыбку и открывает ящик, куда складывал остальные бумажные заявки. Устраивается на пуфике, включает на телефоне музыку — на этот раз «для учёбы», чтобы лучше сосредоточиться. Громкость делает тихой, чтобы не отвлекать Буббу. Дэй решает начать с бумажных заявок. Он следует совету Поппи и откладывает в стопку отклонённых те, где есть ошибки или анкета не заполнена полностью. Это сокращает количество больше, чем он ожидал. Потом он просматривает оставшиеся и добавляет в отклонённые тех, у кого слишком много дисциплинарных замечаний. Оставляет только тех, у кого одно или вообще ноль. Ещё раз проходит по стопке и вычёркивает тех, кто заваливает хотя бы один предмет или близок к завалу. Фредди сказал, что можно немного снизить планку, но не сильно. Теперь стопка отклонённых выше, чем стопка «может быть». Дэй пролистывает их ещё раз, чтобы посмотреть внимательнее, и останавливается на знакомом имени. Крафти Корн. Дэй внимательно читает её анкету. Она не заваливает ни один предмет, но и идеальных оценок нигде нет. Замечаний в дисциплинарке нет. Взгляд падает на вопрос, который он сам добавил в анкеты. Нашёл его случайно, когда копался в старых архивах совета. Восемь лет назад этот вопрос убрали из формы. Вопрос простой: «Почему вы хотите вступить в студсовет?» Я хочу вступить, чтобы помогать ученикам академии и президенту. Им обоим нужна поддержка, и я готова отдать всю свою. Дэй шмыгает носом и аккуратно кладёт анкету отдельно. Крафти хочет помочь ему! Он и так это знал, но увидеть написанное чёрным по белому — совсем другое чувство. — Дэй? — зовёт Бубба. — Н-ничего, — Дэй улыбается через плечо слону. — Ладно, — Бубба явно не верит, но не настаивает. Дэй возвращается к двум оставшимся анкетам. В итоге только две он готов отправить Фредди как возможных кандидатов: Крафти и пантера по имени Амо Хиджики. Закончив с бумажными заявками, Дэй откладывает их в сторону и достаёт ноутбук. В почте совета больше восьмисот писем. — Эй, Бубба, — Дэй неловко поворачивается к слону. — Можно тебя на секунду попросить о помощи? —Конечно , — Бубба встаёт из-за стола и подходит. — Чем помочь? Бубба помогает Дэю разобраться с фильтрами в почте. У Дэя явно меньше технических навыков, чем у остальных. Надо будет сказать Поппи — летом добавить это в программу тренировок. — Ах, не стоило мне оставаться, — бормочет Бубба. Дэй следует за его взглядом и видит заявку самого Буббы. — Бубба? — удивлённо спрашивает Дэй. — Я не хотел, чтобы моё присутствие влияло на твоё решение, — вздыхает слон. — Я всё ещё могу уйти. Не переживай, если отклонишь — не обижусь. — Отклонить тебя? — Дэй кликает на анкету. Пробегает глазами почти идеального кандидата. Идеальные оценки, всё заполнено, всё приложено… ой. На дисциплинарном листе два замечания. Дэй присматривается. Одно — якобы Бубба украл что-то у директора средней школы. Второе — ударил кого-то во время баскетбольной тренировки. Дэй поднимает брови и поворачивается к слону. — Директор разворовывал фонды. Я просто обратил на это внимание, но всё равно получил выговор, — хобот Буббы нервно сворачивается в клубок. — А удар… в первый же день тренировок баскетбольный хулиган выбрал меня мишенью. Я говорил родителям, что не хочу в баскетбол, но они сказали, что мне нужна секция. Между их запретом бросить и ежедневным адом от этого придурка я… сорвался. — И что с тем парнем? —Я сломал ему нос. После этого меня больше не заставляли ходить на спорт, — в голосе Буббы нет ни капли сожаления. —А директор? — Он устроил скандал из-за трофея, который я “украл”. Вся эта шумиха привлекла внимание к его махинациям. Никто не подумал, что ребёнок, поднявший весь шум, сделал это нарочно, — так что мне дали замечание и ни одного спасибо. — Ты подавал заявку в студсовет на первой неделе учёбы? — Нет, у меня есть друзья-старшекурсники, они рассказывали, какие там люди, и я планировал заполнить время другими клубами. А ты знал, что математический клуб Evol входит в топ-5 мирового рейтинга? — Не знал, — Дэй улыбается неловкому слону. — Спасибо, что объяснил, Бубба. Постараюсь сделать всё честно. — Конечно, — Бубба возвращается за стол. Дэй продолжает сортировать заявки и натыкается ещё на несколько знакомых имён. Первой открывает анкету Хоппи. Дисциплинарка чистая, но оценки слишком низкие — Дэй не может с чистой совестью её взять. Ему становится стыдно отправлять её в отклонённые. Когда знаешь человека лично — это намного тяжелее. Следующей открывает анкету Бобби: оценки достаточно высокие, дисциплинарка чистая. Отправляет в «может быть». Дэй сортирует всех, у кого оценки слишком низкие или слишком много замечаний. Кроме Буббы. Курсор зависает над его именем. Два замечания — Дэй говорил, что максимум одно… но у Буббы идеальные оценки, а замечания случились годы назад! Дэй устало трёт глаза и возвращается к главному критерию: «Почему вы хотите вступить в студсовет?» Я считаю, что ученикам нужен кто-то, кто будет их представлять и защищать, когда больше некому. Совет должен быть голосом студентов, и я знаю, что могу помочь совету и его высокоморальному президенту добиться этого. Дэй вздыхает и переводит Буббу в «да». Он просто отправит Фредди топ-5 кандидатов и пусть тот решает. От этого становится чуть легче — не ему одному принимать окончательное решение. Дэй ловит себя на том, что больше всего смотрит именно на этот вопрос при сортировке «может быть». Большинство ответов его не устраивают. Он пролетает анкеты как на автомате — ответы почти ни у кого не объясняют, зачем им нужен совет. Похоже, все просто хотели проверить, получится ли попасть. Это помогает отсеять очень многих. Он возвращается к анкете Бобби. «Почему вы хотите вступить в студсовет?» Я верю, что совет может приносить пользу не только ученикам, но и всей школе. Я хочу поддерживать свою школу столько, сколько смогу, и какой способ лучше, чем быть наверху? Не в смысле «самый верх». У нас сейчас потрясающий президент, и я хочу помогать ему, а не отнимать у него место. Дэй снова шмыгает носом от ответа Бобби. Почему они все упоминают именно его? Почему считают его таким хорошим президентом? Он же ещё ничего не сделал как президент! Дэй ещё раз шмыгает и заставляет себя закончить. Осталось совсем немного! В итоге из электронной почты он отбирает только троих: Бубба, Бобби и геккон по имени Мартин Гик. Вместе с двумя бумажными анкетами он готовит всё к отправке Фредди. Перечитывает письмо на опечатки и отправляет президенту. …Сколько времени Нап на него пялиться? — Чем могу помочь? — Дэй поворачивается к коту, который сидит рядом с пуфиком. Нап опирается локтем на стол, подбородок на ладони, и просто смотрит на Дэя. Дэй не может разобрать, что именно происходить в этих жёлтых глазах. Это не та холодная отстранённость, которую он ненавидит — что-то более мягкое. Может быть. — Я нашёл ещё несколько замков для твоих ключей и подписал их, — Нап кладёт связку на журнальный столик. —Некоторые ключи вообще ни к чему в здании не подходять. — Ты проверил все двери? — впечатлённо спрашивает Дэй. — И распределительные щитки, и все файловые шкафы в подвале, и панели обслуживания лифта, — зевает Нап. Дэй смотрит на уставшего кота и хочет сжать его в объятиях за всю эту работу, но колеблется. Можно ли обнять Напа? Они спали рядом прошлой ночью, но Нап ни разу не говорил, что хочет какого-то физического контакта. — Нап? — Дэй наклоняется ближе, чтобы кот услышал тихий вопрос. Нап напрягается — и Дэй думает, что это уже само по себе ответ. — Да? — так же тихо отвечает Нап, чуть отстраняясь, чтобы избежать любого касания. — Ничего, — Дэй качает головой и отодвигается. Нап хмурится. — Ч-что— — МЫ ЗАКОНЧИЛИ! — громко объявляет Киккин. — МЫ ВСЕХ ОБОГНАЛИ И САМЫЕ ПЕРВЫЕ! — Хоппи подхватывает его энергию. Они гордо стоят у двери. —Вы отнесли всё в правильные баки? — спрашивает Бубба. — Конечно отнесли. Мы же не звери, Бубба, — Хоппи качает головой. — Хорошо, тогда идите помогите остальным, — Бубба отворачивается к компьютеру, отмахнувшись. Дэй удивлённо замечает вспышку раздражения на морде Хоппи. — Надо проверить, как там остальные, — соглашается Киккин и разворачивается. Хоппи бросает ещё один сердитый взгляд на Буббу, прежде чем уйти следом. Дэй хмурится, закрывает ноутбук и начинает убирать его. Он не понимает, в чём дело, но разберётся позже. Нужно отнести бумажные заявки в архив и проверить, как идут дела у остальных. Который час вообще? Дэй смотрит на телефон — почти четыре. Вау, день пролетел так быстро. Хотя он ведь проснулся только ближе к одиннадцати. Дэй хватает бумажные заявки, открывает один из файловых шкафов за столом президента. Подписывает папку, кладёт туда анкеты и направляется к двери. — Дэй? — зовёт Нап. Он опирается лапой на журнальный столик, будто собирается идти следом. Ах да. Дэй нужен ключи со столика, чтобы попасть в архив в подвале. — Я только отнесу эти папки в архив совета, скоро вернусь, — Дэй хватает связку и выходит из кабинета. Спускается по лестнице в подвал. Открывает дверь, идёт к нужному шкафу — и телефон в кармане начинает вибрировать. Дэй отвечает, даже не глядя — только один человек имеет его номер и сейчас не в здании. — Привет, Попс, — Дэй зажимает телефон между плечом и головой, ставя папку на шкаф. — Предполагаю, ты один? — спрашивает Поппи. — Да, а что? — Дэй наконец справляется с замком после того, как перебрал миллион ключей. — У меня новости про ту сову, о которой ты рассказывал. — Ты про Одетту? Она уже вышла из реабилитации? — Нет, — вздыхает Поппи. — Она мертва. Дэй замирает с протянутой к папке лапой. — Как? — голос сжимается в горле. — Один из её поклонников. Остальные, кого эта сова помогла убрать из академии, тоже мертвы. Все, кроме бывших членов совета. Те все пропали без вести. — Ты думаешь, они…? — Не знаю. Но тебе нужно быть осторожным. Я буду держать тебя в курсе того, что мы найдём, — в голосе Поппи слышится хмурый тон. — Я буду начеку, Попс. И ты тоже береги себя, — Дэй кладёт папку в шкаф и закрывает его. — Конечно. Поговорим завтра, — на той стороне трубки слышны голоса. — Пока. — Пока, — успевает выдавить Дэй, прежде чем связь обрывается. Он вздыхает и запирает шкаф. Похоже, Поппи собиралась начинать очередное совещание. Дэй секунду смотрит на ключ в замке, мысленно желая Одетте удачи, где бы она сейчас ни была среди звёзд. Она была самой боевой птицей, какую он когда-либо встречал… — Твой папа опять звонил? Дэй чуть не подпрыгивает до потолка. — Блин, Нап. Нам точно нужно повесить тебе колокольчик. — Предпочитаю сохранять элемент неожиданности, спасибо, — отвечает Нап, прислонившись к дверному косяку. Дэй понимает, что не знает, сколько кот услышал из разговора и что именно он мог сказать вслух. — Много успел услышать? — неловко спрашивает Дэй, начиная идти между рядами шкафов к коту. — Только конец, где ты опять был невыносимо слащав с папой. Снова. Он что, слишком опекает? — Что-то вроде того. Пошли найдём остальных и двинем в столовую, — Дэй натягивает улыбку и запирает дверь архива за ними. — Ещё раз спасибо, что проверил все эти ключи. — Не за что, солнышко. Хвост Дэя совсем не виляет от этого прозвища. Серьёзно. . ... .