Растопить лёд

Воздух был густ от запаха старинного паркета, дорогого табака и воска. После бала в Мариинском театре великий князь Алексей Александрович, четвёртый сын покойного императора и глава флота, привёл Беллу сюда. Его гигантская тень, отброшенная керосиновой лампой, металась по стенам, увешанным морскими картами.

— Обычным дамам — цветы или бриллианты — его низкий голос прозвучал почти ласково - Но вы, моя прелестная муза, вдохновившая чертежи новых броненосцев, заслуживаете иного. Ваша красота — это холодная сталь.

Он открыл ларец из карельской берёзы. На тёмно-бордовом бархате лежал револьвер. Это был «Смит и Вессон Русский», модель 1880 года, с гранёным стволом и изящной гравировкой в виде волн на рамке. Рукоять из пожелтевшей слоновой кости была инкрустирована золотым двуглавым орлом — личный знак заказчика.

— Он прекрасен — тихо сказала Белла, беря оружие. Оно было удивительно тяжёлым, идеально сбалансированным в её маленькой руке. Холод металла казался живым.

— Прекрасен и смертоносен — поправил князь — Как и всё, что имеет настоящую ценность в этом мире. Он напоминает, что вдохновение должно быть защищено.

Белла подняла глаза и встретила его взгляд. В этом подарке не было любви, только расчёт и признание равной силы. Револьвер был не безделушкой, а печатью их молчаливого союза — союза гения и власти, музы и её покровителя. Она медленно кивнула.

Апрель 1882 года, Санкт-Петербург.

Земля, 27 апреля 2003 год. Квинс, Нью-Йорк. Последние апрельские сумерки цеплялись за грязный кирпич, окрашивая всё в сизую, неопределённую муть. Мисс Рой шла, засунув руки в карманы лёгкого плаща, не замечая ни прохожих, ни витрин. Последняя сигарета из пачки была выкурена около часа назад, но на губах ещё держался сладкий вкус от вишнёвого фильтра. Казалось, он уже въелся в кожу и вкус исходил именно от неё. Вдруг, из глубокой арки, пахнущей сыростью и настоявшейся мочой, метнулась тень. Жесткие пальцы впились в её плечо, другая сильная ладонь прижалась ко рту, глуша начавшийся выкрик. Беллу рвануло назад, в полумрак, спиной ударило о шершавую стену. Сердце, на секунду замершее, колотилось теперь где-то в горле, адреналин ударил в виски, прочищая сознание. Рой начала рьяно вырываться всем телом, стискивая зубы: — Успокойся — прошипел незнакомец, всё также крепко стискивая девушку в своих руках. Она не успокоилась. Сведя брови, она подорвала колено вверх, заехав обидчику точно в пах. Голос был до мерзости знакомым, отчего злость внутри закипала всё больше. — Ты что, больной?! Тень издала глухой, захлебывающийся стон и отпрянула, сгибаясь пополам. Хватка ослабла. Девичье лицо застыло в глубоком презрении, карие глаза холодно наблюдали за скривившимся Стивом Роджерсом. — Может, в твоё время это и был действенный способ затащить женщину в постель, но сейчас можно просто СМСку отправить — зло тараторила Белла, пока мужчина пытался выпрямиться и нормально взглянуть ей в глаза. — Тише, прошу — сглотнув, проговорил Роджерс. Его лицо скрывала тень от капюшона тёмно-серой кофты, на лице было несколько ссадин, костяшки рук были разбиты практически в мясо. — О, прости — вскинула брови она — Я думала тебе нравится погромче. Уголки её губ на секунду поднялись вверх, не в силах сдержаться после своей же шутки. — Мне нужна твоя помощь… Роджерс продолжал говорить тихо, смотря своими голубыми глазами прямо в её — тёмные в этом мраке вонючей арки. Меньше всего сейчас он был похож на Капитана Америку. Он выглядел как загнанный волк, прижатый к стенке. Капюшон съехал, открыв взлохмаченные, слипшиеся от пота волосы. В свете, пробивавшемся с улицы, она увидела не простую усталость, его лицо было серым, даже землистым, с резкими тенями под скулами. Дыхание было частым и поверхностным, как у человека на грани паники. Он не пытался занять боевую стойку, не пытался её урезонить, он просто стоял, сгорбившись, одной рукой опираясь о сырую стену, будто не в силах удержаться на ногах. Всё в нём кричало о полной, абсолютной потере контроля. И в этом была такая неприкрытая, жалкая человечность, что ярость Беллы на миг схлынула, уступив место леденящему дурному предчувствию. — Что, хозяин-Фьюри выгнал на улицу? — голос продолжал источать безразличную сталь, но дрогнул, выдавая внутреннюю трещину, что с противным скрипом шла дальше и дальше. Он промолчал. Только взгляд его, этот ясный, голубой взгляд, который она привыкла видеть твёрдым и прямым, поплыл, уйдя куда-то вглубь, в темноту за её спиной. В нём не было ответа, лишь пустота. — Мне… — он замялся, кажется, всё ещё не осознавая всю язвительность её фразы — Мне правда сейчас нужна твоя помощь. Он произнёс это не как просьбу, а как приговор самому себе. Слова висели в воздухе, громкие в своей унизительной простоте. — В чём? — Белла слегка мотнула головой — Получить премию за пойманную преступницу? — Меня подставили — выдохнул он, и слова вырвались тихим, сорванным шепотом, будто даже произнести их вслух было невыносимо — Я… не знал к кому ещё могу пойти. Белла смотрела на него. На его впалые щёки, на дрожащие руки, на взгляд, в котором не осталось ни капли той непоколебимой уверенности. Внутри неё что-то ёкнуло — старый, забытый спазм боли. Она знала этот взгляд. Видела его в зеркале. — Блять — выдохнула Белла с невыносимой усталостью, а на лице Стива промелькнула неодобрительная гримаса — Ладно… но, если это ловушка… я клянусь, Роджерс, до рассвета ты не доживёшь. Она развернулась и вышла из арки, не оглядываясь, но всем существом чувствуя, как он, шатаясь, поплёлся за ней. Дорога до её дома заняла десять минут. Она вела его не по главным улицам, а по узким, плохо освещённым проулкам, где громоздились мусорные баки и пахло гнилью. Её голос, монотонный и лишённый всякой заботы, время от времени нарушал тишину короткими, рублеными командами: «слева камера», «эта — муляж», «здесь быстрее». Он подчинялся безмолвно, механически, словно робот на последнем издыхании. Она не оборачивалась, чтобы проверить — звука его тяжёлого, неровного дыхания за спиной было достаточно. Они двигались как два призрака по спящему городу, связанные тонкой, невидимой нитью взаимного отчаяния и недоверия. И когда наконец показался знакомое здание, Белла почувствовала не облегчение, а лишь новый, тяжёлый груз на плечах. Она впускала в свою крепость не просто беглеца. Она впускала хаос.

***

Ключ провернулся в замке с тихим, привычным звуком. Белла вошла первой, небрежно кинула связку ключей на комод и скинула с плеч плащ: — Тед! Ты дома? — крикнула она куда-то вглубь квартиры, параллельно снимая ботинки. Стив замер на пороге, как незваный призрак. Яркий свет из гостиной резал глаза. В воздухе витал знакомый, но чужой уют, запах лавандового средства для пола, кофе и чего-то сладкого, возможно, печенья. — Как обычно, красотка — со стороны кухни вывалился Тедди, с кружкой чего-то горячего в руках — Воу, у нас гости? — нахмурился он, глядя на Капитана — У тебя тут теперь пристанище для беглых зэков? Стив почувствовал, как по его шее разливается жар. Он стоял в грязных кроссовках на чистом паркете, в потрёпанной кофте, и этот… мальчишка в пижаме смотрел на него как на экспонат. И жил здесь. Свободно. Мысль, такая колкая и ужасно неприятная, пронеслась в голове: «Они вместе. Он здесь свой.» Белла, проигнорировав комментарий Тедди, прошла в гостиную: — Когда рейс на Францию? — ровно спросила она, вытягивая палочку сигареты из новой пачки, что лежала на подоконнике. — Через четыре дня, как ты и просила — непонимающе ответил Тедди, заходя в гостиную, за ним вошёл и Стив. — Нужно отменить — серьёзно проговорила Белла, делая затяжку. В комнате повисла тяжёлая пауза. Тедди медленно поставил кружку на столик: — В смысле, блять, отменить? — в голосе уже не было привычной расслабленности, осталось лишь злостное недоумение. — Просто отменить, Теддс — спокойно продолжила мисс Рой, продолжая курить. — Ты мне три месяца мозги ебала чтобы на эту дату попасть! А теперь «просто отменить»? — он развёл руками и выпучил глаза, осознавая всю напрасность своих страданий. — Планы изменились — задумчиво протянула Белла, слабо кивнув в сторону Стива. — Ну пиздец! — выругался парень и ушёл в другую комнату, выполнять неожиданный приказ. Стив почувствовал, как жар стыда поднимается к его ушам. Тишина комнаты давила со всех сторон, но он всё же осмелился её нарушить: — Я… — его голос прозвучал хрипло — Если это что-то важное… мое дело может подождать. Я не хочу создавать вам проблемы. Белла помедлила, впуская дым в лёгкие: — Не переживай — она выдохнула — Ты уже их создал. Роджерс закусил внутреннюю сторону щеки. Было ужасно стыдно за своё появление. Наверняка, он мог бы справиться и сам, не впутывая в эти грёбанные политические игры ни её, ни… Тедди. — Я обязательно свожу тебя во Францию — ляпнул он, подумав всего полсекунды. Белла застыла в изумлении, а затем, глупо улыбаясь, затушила сигарету в переполненной пепельнице. — Ты идиот, Роджерс — оскорбление звучало не в её духе. Не было привычного яда, сочащегося из каждого слова. Была лишь глупая искренняя улыбка, которая говорила ему куда больше всех её фраз. В этот момент в комнату вернулся Тедди. В одной руке у него был ноутбук, а в другой стакан воды. Он протянул его Роджерсу, тот принял. — Спасибо — пробормотал Стив, делая глоток. Вода была прохладной и чистой, ещё одно маленькое напоминание о нормальной жизни, которая теперь казалась другой вселенной. Тедди плюхнулся в мягкое кресло, открывая ноутбук на коленях, Белла осталась стоять у окна, оперевшись копчиком о подоконник. — Садись, бедолага — усмехнулся Тедди, кивая Роджерсу на диван. Стив медленно, будто каждое движение давалось с трудом, опустился на диван. Пружины слегка прогибались под его весом. Он сидел на самом краю, прямой, как будто на военном совете, а не в уютной, беспорядочной гостиной. — Ну выкладывай Капитан — усмехнулась Белла, пристально глядя на виновника их внезапного консилиума. — Меня обвиняют в убийстве — нервно проговорил мужчина, опуская глаза. — Это мы уже знаем — скривился Тедди, щёлкая клавиатурой. — Откуда? — поморщилась Белла, выуживая очередную сигарету. — Все новости только об этом — усмехнулся Тедди, глядя на свою неосведомлённую хозяйку — Ты хоть иногда в сеть заходишь? Мисс Рой лишь скорчила недовольное лицо, передразнивая парня, а Роджерс продолжил: — Сенатор Брэнсон. Его застрелили три дня назад. Оружие… экспериментальное, из арсенала Старка. Было приписано мне. Логины доступа показывают запросы с моего кода. Камеры зафиксировали человека моего роста — он говорил монотонно, зачитывая приговор самому себе — А мотив… вытащили из моего выступления на том злополучном брифинге… Белла слушала внимательно, обжигая внутренности дымом и заполняя им же просторную комнату. — Точно — протянул Тедди — Я смотрел обзор на ту «важную сходку» правительства. — Что за брифинг? — уточнила Белла, нахмурив брови. — Конгресс по вопросам «Будущего национальной безопасности» — объяснил Капитан, усердно вспоминая правильное название — Прошёл неделю назад… — Ага — кивнул Тедди, странно улыбаясь — Слушай: «Мы не должны создавать армию суперсолдат, чтобы контролировать мир. Мы должны использовать силу, чтобы защищать людей. Когда я вижу планы по превращению Щ.И.Т.а в инструмент силовой политики, я вижу те же ошибки, что привели нас к войне. Наша сила…» — начал зачитывать парень, коверкая голос для пущей театральности, Белла не вынесла это первой. — Довольно — остановила она — То есть, ты поцапался с каким-то важным хреном, а потом всё очень гладко сложилось в пользу того, чтобы тебя обвинили в его убийстве? — Да — понуро согласился Стив, чуть закашлявшись — Ты не могла бы.? Белла подняла бровь, а затем неспеша повернула оконную ручку, впуская в квартиру свежий прохладный воздух. Внутри всё ещё пахло табаком, но порывы воздуха, то и дело долетели до Капитана, давая пару глотков нормального кислорода. — То есть ты не отслеживал Брэнсона со своей учётки? — поинтересовался Тедди, выглядывая из-за ноутбука. — Я… даже не знаю, что это такое… — стыдливо признался Стив, крутя уже пустой стакан у себя в руках. — А оружие? Которое типа оформлено на тебя? — Оно хранится в Щ.И.Т.е — пожал плечами мужчина — Я видел его всего пару раз, когда мне сказали, что Говард его… завещал. У Беллы мурашки побежали по спине. Тлеющая сигарета обжигала пальцы, но ещё больше жгло изнутри. Чёрное, липкое чувство ревности пробежало до самых пяток, заставляя злиться. Очень злиться. — Как-то всё слишком… — Тедди задумался, оторвавшись от экрана — складно. — Видимо они долго готовились — продолжила за него Белла, задумчиво глядя в одну точку — И тут подвернулся удачный случай — спор с этим… Брэнсоном. — Свяжусь с ребятами из Пакистана — заключил Тедди, комната вновь наполнилась щёлканьем клавиатуры — Может смогут что-то найти. Тедди затих, уткнувшись в экран, его пальцы лишь изредка отстукивали короткие команды. В комнате повисла тишина, густая и неловкая, нарушаемая только мерным тиканьем старинных настенных часов. — Это надолго — констатировала Белла и оттолкнулась от подоконника. — Я могу чем-то помочь? — неуверенно предложил Роджерс. Белла усмехнулась, неторопливо шагая в сторону коридора. — Только если ты вдруг компьютерный гений — широко улыбнулся Тедди и захлопнул ноутбук — Мои люди сказали, минимум десять часов. Он обернулся через плечо, следя за тем, как Белла надевает обувь: — Поухаживай за гостем, Тедд — гремела ключами мисс Рой — Я за кофе. — Будет сделано, босс — кивнул Тедди ей вслед — Мне энергетик! Дверь захлопнулась, оставляя мужчин одних в тишине квартиры. — Не боись — видя напряжение Капитана, начал Тедди — Вытянем тебя… а если нет… в нашем логове есть свободная комната. — Спасибо — неоднозначно потянул Роджерс, и, взвесив все за и против продолжил — Так вы… вместе? Тедди не понял вопроса и вскинул брови. А затем, шутливо улыбнулся и произнёс: — Ага — вышло легко и прыгуче — Иногда вместе гуляем, по делам ездим, даже бывает ужинаем вместе! Но спим раздельно. Тут Капитан внутренне выдохнул, а затем снова напрягся: — Белла говорит я ужасно пинаюсь во сне — Тедди внимательно следил за реакцией солдата, казалось, это доставляло ему удовольствие, а потом вдруг рассмеялся, пару раз топнув ногами по полу — Да не переживай, красавчик! Не встречаемся мы. Девчонки не в моём вкусе, знаешь. Тедди неопределённо махнул рукой, развеивая все сомнения боязливого Капитана. От этого стало ещё более неловко. — Оу — стушевался Стив, на его щеках вспыхнул еле заметный румянец. Тедди, всё ещё улыбаясь, встал с кресла и потянулся. — Ну что, красавчик, раз уж у нас образовалось свободное время и ты такой любопытный… — он кивнул в сторону коридора — давай покажу тебе кое-что интересное. Коллекцию нашей хозяйки. — Коллекцию? — настороженно переспросил Стив, поднимаясь с дивана. Идея вторгаться в личное пространство Беллы казалась ему глубоко неправильной. — Расслабься — махнул рукой Тедди, уже двигаясь к двери в глубине коридора. — Она сама бы тебе никогда не показала. А зря. Это ключ к пониманию всей этой… — он крутанул пальцем у виска — …загадочной личности. Идём, пока она не вернулась. Он бесцеремонно открыл дверь. Стив, поколебавшись секунду, переступил порог. Комната не была похожа на спальню. Скорее, на мастерскую алхимика, перегруженную историей. Воздух пах старым деревом, воском, пылью и едва уловимо красками и чем-то электрическим, озоновым. Первое, что бросилось в глаза — огромная картина на стене напротив. Серебряный дворец с тончайшими, будто ледяными шпилями отражал свет двух небесных тел: ласкового солнца и призрачной луны, деливших между собой нежно-фиолетовый небосвод. Трава под дворцом была полупрозрачной, изумрудно-зелёной, и в ней колыхались цветы невообразимых форм и оттенков, какие-то напоминали хрустальные колокольчики, другие — пылающие самоцветы. А в небе, извиваясь в грациозном, медленном танце, плыли бескрылые драконы. Длинные, гибкие, как змеи, с голубой чешуёй и струящимися усами, тянущимися за ними, словно шлейфы из тумана. Пейзаж был одновременно ослепительно красивым и бесконечно печальным. У Стива перехватило дыхание. — Босс иногда балуется — небрежно бросил Тедди, заметив его взгляд — Говорит, это терапия. По-моему, похоже на бэд-трип после особо крепкого мефа. Но красиво, не спорю. Стив оторвал взгляд от картины. Вдоль стен стояли стеллажи, заставленные предметами. Не было пыльных витрин музейного типа, вещи лежали, стояли, валялись в живом, почти бытовом беспорядке, но в этом беспорядке чувствовался глубокий, личный порядок. Тедди, загоревшись, подбежал к ближайшей полке. — Вот, глянь! — он осторожно взял небольшую, тяжелую шкатулку из тёмного металла — Внутри кусочек урана, подаренный лично Марией Кюри! — Вы храните дома радиоактивный камень? — Стив невольно отшатнулся. — Да — спокойно пожал плечами Тедди, ставя шкатулку на место — Не ссы, всё по технике безопасности, шкатулка из свинца. Тедди тут же переключился на следующий «экспонат»: — А это… моё любимое! Просто жуть! — он схватил небольшую стеклянную колбу, напоминающую предмет с уроков биологии — Здесь ухо! Художника этого… Ван Гога! Подарок, прямо скажем, на любителя. Тедди водил пальцем по полкам, и его глаза горели, как у ребёнка в сказочной пещере: — О, а это ещё круче! — он аккуратно поднял латунный медальон с ажурной резьбой — Это от «Башни Драгоценностей»! с выставки хер пойми какого года… 1915 или 16… Парень потянулся дальше: — О, а это гаечный ключ Генри Форда — он схватил инструмент и поднёс к самому лицу Стива — Нюхай, всё ещё бензином пахнет! Белла говорила, Форд её водить учил… — И как?.. — наконец подал голос Стив, продолжая рассматривать невообразимую коллекцию — Научил? — Нихера! — усмехнулся Тедди, откладывая ключ на место — Она ему, наверное, целый автопарк раздолбала! Тедди фыркнул и уже тянулся к следующей полке, но тут его взгляд упал на массивный кожаный альбом, лежащий на маленьком столике у окна. — А вот и самое ценное — он аккуратно раскрыл альбом у себя в руках — Фотки она коллекционирует — пояснил Тедди, листая страницы с чёрно-белыми фотографиями — Говорит, память людей ненадёжна, а бумага терпит. Тедди перелистнул страницу. Стив увидел калейдоскоп застывших мгновений. Вот Белла в платье с турнюром стоит рядом с усатым мужчиной в цилиндре на фоне ажурных конструкций — Гюстав Эйфель — было подписано в стороне. Они улыбаются, как старые соратники. Ещё снимок: дымное парижское кабаре, группа бородатых бунтарей. Мужчина с фанатичным взглядом обнимает её за плечи — молодой Пабло Пикассо. Она смотрит в кадр с лёгкой усмешкой. Быстро сменяются и другие фотографии: Белла в строгом костюме на фоне первых конвейеров Форда, потом в богемном платье на вечеринке у Гертруды Стайн, затем — в элегантном вечернем платье рядом с Чарли Чаплином на голливудской вечеринке… И, наконец, та самая. Знакомая лаборатория, молодой Говард Старк с бокалом виски, его взгляд, полный болезненного обожания, направленный не в объектив, а на неё. Она на краю кадра, сидит на медицинском столе, отвернувшись, профиль резок под светом лампы. На сгибе локтя неаккуратно наклеенный пластырь. Стив молчал. Его мир, который ещё пару дней назад казался чётким, с ясными границами добра и зла, прошлого и настоящего, расползался, как дым на этих старых снимках. Она была вне истории. Она сама была этой историей. — Белла говорила эту ты подарил — Тедди ткнул пальцем на снимок с Говардом, Стив слабо кивнул, не отрывая глаз от людей и того ушедшего времени, что хранила обычная бумага. Тедди с лёгким стуком захлопнул альбом, будто закрывая саму историю, и положил его обратно на столик у окна, точно выравнивая уголками. — Ну вот, такая галерея — сказал он, и в его голосе вдруг не стало прежней дурашливости — Теперь ты примерно понимаешь, с кем имеешь дело. Стив молча кивнул, его взгляд ещё блуждал по полкам, пытаясь осмыслить масштаб. И вдруг он его увидел. На отдельной, маленькой полке, почти в самом центре комнаты, среди чужого величия и чужого безумия, лежал простой, поцарапанный серебряный компас. Его компас. Он замер. Воздух будто стал гуще. Этот неказистый предмет лежал не в хранилище, не в ящике. Он лежал на виду, на почётном месте, как будто его только что положили туда и отступили на шаг, чтобы полюбоваться. Тедди заметил его взгляд. Не говоря ни слова, он подошел, взял компас, повертел в руках. Стрелка под стеклом дрогнула и снова замерла, указывая на север. — А, это… — сказал Тедди, и в его голосе прозвучало тихое, нежное уважение — новенькое. Поставила сама, когда принесла. Ни слова не сказала. Но место выбрала… особенное. Он бережно положил компас обратно, точно на то же место, и обвел рукой комнату, где каждый предмет казался излучающим свою собственную, немую историю. — Я не думал… — голос Стива сорвался. — Что она оценит? — Тедди закончил за него. Он смотрел на Стива не как на легенду, а как на растерянного человека, который сам не понимает, во что ввязался — Ты не думай, она конечно, сволочь ещё та, колючая, как ёж в лифчике. Но внутри… тоже человек. Насколько это возможно, конечно… Только очень усталый и очень одинокий. И ей, чёрт побери, тоже нужна помощь. Просто сама она об этом никогда не попросит. Так что не забывай об этом, когда будет тяжело. Ладно? Он вздохнул и похлопал Стива по плечу, уже возвращаясь к своей привычной, легкой манере: — А теперь марш в душ, герой. Запах от тебя, будто от беглого каторжника. Ванная направо в коридоре. Я пока проверю, не вернулась ли наша обожаемая бестия. Стив кивнул, всё ещё переваривая увиденное и сказанное. Они вместе вышли из комнаты, и Тедди прикрыл дверь с почти церемониальной аккуратностью. Именно в этот момент из входной двери в коридор вышла Белла. Она держала в руках картонную подставку с двумя стаканчиками и одной жестяной банкой энергетика, в другой руке бал бумажный пакет. Увидев их стоящими у самой двери её спальни, она остановилась как вкопанная. Взгляд её скользнул от Тедди, который застыл с виноватой улыбкой, к Стиву, застигнутому на месте «преступления», а затем к щели прикрытой двери за их спинами. На её лице не было ни удивления, ни гнева. Оно стало абсолютно пустым, гладким, как поверхность озера перед бурей. Именно это отсутствие эмоций было страшнее крика. — Тедди — её голос прозвучал тихо, ровно, без единой нотки вопроса — Объясни. — Босс! — парень раскинул руки, блокируя её путь вглубь коридора и одновременно прикрывая Стива — Мы просто… культурный обмен устраивали! Гостю скучно стало, а ты сама говорила, надо проявить гостеприимство! — Гостеприимство — повторила она медленно, ставя поднос с кофе на комод — А не вторжение в частную собственность. — Да мы одним глазком! — заверил её Тедди, но под колючим взглядом его бравада начала таять. Он обернулся к Стиву и прошептал — Лучше беги, чувак. Стив, почувствовав ледяную волну от взгляда Беллы, не стал спорить. Он молча отступил, развернулся и почти бесшумно скользнул в дверь ванной напротив, прикрыв её за собой. — Теддс, ты издеваешься? Вопрос повис в воздухе как приговор. В душе заплещала вода, а в коридоре продолжали слышаться недовольные голоса, а затем послышался звук захлопывающейся двери. Стив Роджерс чувствовал себя настоящим ублюдком, ублюдком, заглянувшим в чужую, хрупкую душу. Заглянувшим, и оставившим там свои грязные, чужие следы и отпечатки.