Грехи

      — Босс, к вам посетитель, — в кабинет, постучавшись, заглядывает Луссурия. Занзас не отрывает взгляда от карты на столе — изучает крупные точки наркотрафика. Савада хочет избавиться от них, и он бы пальцем не пошевелил, но не смог отказать, когда к наследничку подключился и Тимотео. Проще было сделать, лишь бы не слышать их нытьё.       — Я никого не принимаю.         — Но босс…       — Что? Ты глухой? — раздражается Занзас. — Для особо одарённых…       — Это Симона Амати, — договаривает Луссурия.       Он поднимает голову.

***

      Симона допивает кофе и ставит пустую чашку на блюдце. Платье с открытыми плечами, и она жалеет, что отказалась от накидки, которую предлагала ей Карла — замёрзла. Но подобного плана наряды ей нравятся, и Симона ничего с собой не может поделать.       Взгляды и шёпот в свою сторону Симона игнорирует — не новенькая на этом поле боя. Наверное, удивляются, как после всего произошедшего она посмела не только остаться в живых, но и налаживать отношения с Десятым боссом Вонголы. Боссом, от которого её нерадивый братец пытался избавиться, решив, что Савада Тсунаёши будет ему по зубам.       Идиот.       Никто не понимал (да и Симона, если честно, тоже), почему Вонгола оставила их семью в живых после предательства. Должна была уничтожить, стереть с лица земли, но Тсунаёши решил иначе. И как-то убедил в этом Девятого.       — Какие люди. Думал, что ты в могиле. Но ты и тут выкрутилась.       Симона оборачивается, встречаясь взглядом с серыми глазами. Скуало ухмыляется, вскидывая острый подбородок.       — Как и положено змее, помнишь, как про меня говорили. Здравствуй, Скуало.       — Привет. Босс готов тебя принять. Проводить?       — Я помню, где находится кабинет Занзаса.       — Удачи. Если что — кричи, — напутствует Скуало. Смысла кричать нет — вряд ли кто-то побежит её спасать.       Симона толкает дверь и вступает в клетку со львом.       — Выглядишь недовольным.       — Какого хрена ты здесь забыла?       — Я по делу, — сообщает Симона, становясь напротив Занзаса. Не садится — он не предлагает, она сама не собирается.       — С предателями семьи не имею дел.       — Я получила амнистию Десятого. Этого недостаточно?       О том, что он сам организовал восстание, чтобы убрать Тимотео, Симона любезно это не вспоминает, хотя ситуация витает в кабинете, утяжеляя воздух. Чем она хуже? Ситуация одна, только вот роли разные — Занзас хотел власти, хотел убрать отца, Симона же не думала об этом. Ей было достаточно того, что она имела.       Не её вина, что Марко захотел большего.       Занзас вцепляется в неё взглядом: распущенные тёмные волосы, тёмные глаза, кулон в виде маленького серебряного сердца, покоящегося на ключицах; обнажённые плечи, обтянутые тканью чёрного платья — обманчивая хрупкость. Занзас знает, что Симона Амати не так проста — если понадобится, вцепится в глотку и не отпустит. Не зря бывший босс семьи Амати, её отец, спихнул на неё сеть борделей — сынок бы не потянул. Впрочем, сынок и управление семьёй не потянул. Но одно ему удалось — послал всю семью на эшафот.       Слабачка бы не справилась с ведением дел. А Симоне удалось не только сохранить бордель, но и усилить влияние семьи в этом бизнесе.       — Тебе просто повезло, что босс — Савада. Другой бы пристрелил вас всех.       — Может быть, — не спорит Симона, — но я не в ответе за поступки своего брата. Я вообще не знала, что он собирается делать — жила в другом месте и занималась борделем.       — Не строй из себя невинность.       — Но это правда. Если бы знала, то остановила. Что поделать — папин брак был неудачной идеей. И, как выяснилось, появление Марко — тоже.       — И зачем ты пришла сюда? Савада и передо мной попросил покаяться?       — Помоги найти Марко.       Предатель должен умереть.       — Что дальше?       — Официально стану во главе семьи и буду пытаться исправить всё то, что он натворил. План таков, — делится Симона, сцепляя руки в замок. — Хотя, мне кажется, от этого вовек не отмыться.       — Марко ведь никогда не был верен семье, — припоминает Занзас старшего брата Симоны, законного наследника. — Всегда думал только о себе и своём удовольствии. Что ж, твой отец получил по заслугам, когда сделал главой его, а не тебя.       — Я же женщина. Во-вторых, бастард. Ты и сам знаешь, как это бывает. Спасибо, что не избавились.       Знает. И понимает, почему всё досталось Марко. Не сказать, что Симона получила объедки со стола, но босс из неё вышел бы получше. Адриано Амати оказался труслив, и теперь с последствиями предстояло разбираться ей. Удивительно, как ещё позволили поговорить с Савадой, а не убили где-нибудь в переулке.       — Вария займётся, — говорит Занзас. — Расскажи детали Скуало.       — Спасибо. Оплата…       — С ним же.       Симона с облегчением улыбается. Что ж, если удалось уговорить Занзаса помочь, то и с остальным, думает Симона, я справлюсь.       Иначе точно покину мафию ногами вперёд.       Савада Тсунаёши дал ей шанс что-нибудь сделать, и этим она воспользуется.