Дневник Эмберли Вейл

Пожалуй, включу-ка я в свой собственный архив этот конкретный отрывок из мемуаров Каина, которые я подвергла в принципе всем формам секретности… *** …Я уже не знал, что мне делать и куда деваться, чтобы быть уверенным в своей безопасности. Оказался пойман в ловушку по всем фронтам, попавшись на милую детскую мордашку. Юки при первой встрече показала почти весь спектр своих возможностей, что лежали далеко за пределами человеческих. А потом вдруг стала… за неимением лучшего синонима — самой «Невинностью». Её стало очень легко принять за обычную девчонку лет пятнадцати, весёлую и радующуюся жизни. Уж не знаю, что ей там наговорила Эмберли, но они стали выглядеть как две сестры, несмотря на разительные отличия во внешности. И так все три недели сплошь беззаботного варп-перелёта. Никогда так спокойно не летал от одной звезды к другой. А сейчас сердце рухнуло в пятки, когда эта милая девочка снова стала собой. Да так там и осталось. Она без видимых усилий движением пальцев подняла здоровенный шаттл, сотворила портал из теней размером с ворота ангара и лёгким взмахом руки перебросила «Аквилу»… не знаю даже, на какое расстояние. Но понимаю, что нереально быстро. После чего выдала такое, во что очень хотелось не верить. Мы, оказывается, уже долгое время находились внутри варп-разлома таких размеров, что тот прозвали Великим, и у меня возникло подозрение, что это она так сказала про «Ужасное Очко», как его именовала Анна. Но следом в голову тюкнуло осознание, что речь шла не про Око Ужаса, а про какой-то другой разлом. Оставалось надеяться, что на «Аквиле» мы летели по обычному космосу… Однако небылицы, прозвучавшие в процессе, чуть не вызывали у меня истерический смех. Если Юки так же патологически не умеет врать, как и Анна, то всё, сказанное ей, можно считать правдой. Что она реально родом из третьего тысячелетия, причём с самой Святой Терры. И что где-то в нашем мире может существовать этот её Альвхейм, в котором обитают существа, подобные ей сейчас, но о котором я узнаю вот так, мимоходом. И что её тени существуют буквально везде, прячась даже за спиной у Юргена. Следующие полтора часа прошли в относительной тишине. Мельком проверял своё оружие по второму и третьему кругу. Земельда перестала ругаться и последовала его примеру. А потом Понтий наконец нашёл место, которое подразумевала Эмберли. Хуже всех, как всегда, при входе в атмосферу было Юргену, но тот стоически держался, особенно в присутствии всемогущей… не знаю, «Владычицы Теней». Понятия не имею, как её следует называть. Нас немного потрясло, а Понтий молча провёл «Аквилу» сквозь воздушные массы, выполняя пожелание Юки. То ли на этой планете не было зенитных батарей, то ли он решил посадить челнок вдали от основных городов. Впрочем, я скоро узнал, почему нас никто не сбил. Сбивать реально было некому. Даже странно, учитывая, что это мир гвардейского полка. Более того, мир-улей. «Аквила» села на отшибе, где-то на полузаброшенном аэродроме. Все спокойно отстегнулись и направились к выходу. Эмберли сказала Понтию оставаться на связи, но в тени. Пилот заверил Инквизитора, что так он и поступит, а я догадывался, что тень Юки была и у него. В случае чего, у нас будет возможность удрать с этой планеты. Первыми наружу вышли Пелтон и Земельда, вооружённые лучше всех в отряде… если не учитывать сверхспособностей Юки. Впрочем, она же сказала, что она сейчас «без» них. Это только до поры до времени, но в данный момент Юки ещё и выглядела слишком похожей на ксеносов. Да не абы каких, а на эльдар, по её же словам. Я вот не видел в ней подобие долговязых ушастых сволочей, но то я, который знал, кто она такая, и что она — воплощение Невинности. Всё впечатление портил только тонкий узкий мечик в ножнах на поясе, который я уже видел в деле и знал, что он создан из… наверное, из материальной тьмы. И её манера держаться, положив ладошку на эфес клинка, прекрасно говорила о том, что она умеет им пользоваться. Уж я-то по себе знал, КАК она это умеет. Юки вышла последней, и её почти счастливая улыбка подействовала на мир вокруг, как восходящее солнце. Не знаю, как она сдерживала себя, чтобы не использовать суперсилы. И почему при этом выглядела такой радостной. До ближайшего человеческого общества было ещё далеко — город-улей был наполовину заброшен. Но Эмберли всё равно одёрнула свою «подчинённую»: — Юки. Держи себя в руках. Однако мать от дочери отличалась мало и тут же возразила: — Ой, да ладно, леди Инквизитор. Хорошая планетка, приятная погодка, а это так редко бывает в нашей службе. Леди Инквизитор посмотрела на неё точно так же, как когда-то при мне смотрела на Анну. А я заметил, что… слишком уж тихой вышла наша посадка. Не исключено было, что нас уже слушали. Пелтон и Земельда одинаково усмехнулись, оставаясь настороже. Юрген тоже брал на прицел все возможные точки, с которых мог раздаться выстрел. Юки выскочила вперёд, идя чуть ли не вприпрыжку. Она сейчас больше всего походила на гиперактивную девочку детского возраста. У любого снайпера, гипотетически наблюдающего за нами, наверное, случился когнитивный диссонанс. Вот села «Аквила», вот из неё вышла нормальная боевая группа в виде нас… А вот выбегает натуральное дитё. Эмберли, — да и все остальные, — краем глаза следили за неугомонной девчонкой. Мы все помнили, что она обладает нечеловеческим восприятием. А я вот заметил, что из теней Мелькома, Земельды, Янбеля и Мотта мелькнули тёмные пятна, уйдя в тень, отбрасываемую шпилями города-улья. Мы успели сделать ещё несколько осторожных шагов, прежде чем девушка впереди немного успокоилась и тихо сказала: — Чисто. Юрген проворчал, вглядываясь во множество тенистых мест: — Без суперсил, ага. Конечно. День превращал шпили города в идеальное царство для нематериальных теней. С какой скоростью они могли перемещаться по ним, я не знал. А уж как они могли схватить парию и впечатать его в стену, я прекрасно помнил. От этого у меня мороз прошёл по коже. Врагу не пожелаю подобного соперника… Хотя нет. Я точно хотел, чтобы Владычица Тьмы оставалась на нашей стороне. А вот всем нашим врагам я бы желал побольше самомнения и беспечности. С неё станется перерезать глотку любому идиоту, который возьмёт нас на прицел. Не глядя при этом в его сторону. Эмберли поравнялась с Юки и сказала, оглядывая шпили улья и улицы внизу: — Как-то пустовато. А это ведь город-улей. В одном таком могут жить от десятков миллионов до миллиардов людей. Владычица Тьмы ответила, не глядя никуда, кроме как вперёд: — Верно. Людей здесь немного. Точно не сосчитаю, но… до миллиона, не больше. — Ты уже там? — Немного. Тень Янбеля несётся по средним ярусам города. — А наши похитители не почуют неладное? — Тени уже были здесь, так что нет. Не должны. По идее. Мы проходили мимо технического лифта, забитого брошенной техникой и грузом. Юки не посмотрела в его сторону, так что пришлось топать дальше. Мой врождённый страх пред сверхъестественным уступил место удивлению и… я бы сказал, почти принятию подобных феноменов. Это очень удобно, когда на нашей стороне существо, способное послать свою нематериальную копию в тени под нашими ногами, которая легко проберётся сквозь любые преграды, разведает любую обстановку, а при случае может и особо опасного врага прирезать. Полностью бесшумно. Это не говоря о том, с какой лёгкостью Юки переместила целую «Аквилу» из одной точки системы в другую. Помнится, я несколько недель провёл в спасательной капсуле, пока летел от корабля к планете. Мы с Юргеном чуть не сгорели в атмосфере, нас обстрелял орк, а потом мы шмякнулись прямо посреди пустынь Перлии. В другой раз, когда на корабле «Огни Веры» дали сбой поля Геллера при выходе из Варпа, и мостик разнесло в бою с демоном, вселившимся в сервитора, мы потом несколько дней летели к Нускуам Фундаментибус, и это почти на всех парах. Оба раза приземление вышло, мягко говоря, жёстким. А тут эта милая маленькая девочка парой движений руки перебросила шаттл, наверное, с края системы к обитаемой планете, разогнав его до невообразимых скоростей, а потом столь же легко замедлив его обратным движением, сжав пальцы. Она бы могла и посадить «Аквилу», но тогда её ощутили бы неизвестные похитители. И мы не знали, ощущали ли они её сейчас. Мы дошли до следующего лифта, пока я гадал, кто они, и какими силами они повелевают, раз смогли умыкнуть Анну из-под самого её носа. Юки же сказала, что её тень в тот момент находилась в тени Анны. И что она отвернулась всего на секунду. И только что сообщила, что с Анной раньше случалось подобное, когда её тётка захватила обезумевшую принцессу в некронскую ловушку. А сейчас, судя по её ощущениям, которым лучше доверять, ловушка была другой. Плюс, когда Анна оказалась в материальном мире — всего на секунду! — она отбросила тень, и копия Владычицы Тьмы, которая до этого следила за их дочерью, вернулась вслед за ней. И обратно во тьму она уходить не захотела! Так что Юки была права. Её тени УЖЕ находились на этой планете. А раз мы тут, и она целенаправленно ведёт нас, то и принцесса до сих пор здесь. Она бы ощутила, если б наша валькирия покинула мир-улей. Вслед за маленькой феей на подвижную платформу зашли все, и Янбель принялся шаманить над контрольным когитатором. Этим лифтом явно пользовались, но давным-давно. Техножрец довольно быстро закончил колдовать над древней техникой, произвёл ритуальный пинок, панель с кнопками и рычажками издала высокий звук, и вся платформа пошла вниз. Скрип подъёмников говорил о том, что технический лифт весьма преклонного возраста. А ещё — что про наше прибытие уже знают аборигены. Так что я совсем не удивился, когда увидел кучу стволов, направленных на нас, когда лифт доехал до нужного яруса. Юки благоразумно спряталась за моей широкой спиной (хотя я бы предпочёл, чтобы местные целились в неё, ведь ей не навредят ни пули, ни лаз-разряд единственного лазгана). Люди, похожие на оборванных эспэошников, держали нас на прицеле, пока платформа опускалась и вставала в пазы подъёмника. Пелтон, Земельда и Юрген выглядели как-то слишком спокойно. Да и Эмберли тоже. Впрочем, в нас и не стреляли, чтобы нервничать, но лично меня десятка два автоганов и стабберов немного напрягали. Самый матёрый мужик, в руках которого и был старенький лазган, приопустил ствол и спросил на архаичном готике: — Хто такые? Лидер нашего отряда (номинальный) показала им инквизиторскую инсигнию и проговорила на относительно общем наречии: — Инквизитор. Ордо Ксенос. А они — моя свита. Люди с сомнением переглянулись, но стволы их ружей не дрогнули. Главный опустил лазган и почесал затылок. — Инкуизитр, гхрите? А хахой тахой Орд Зенос? Эмберли терпеливо отвечала: — Убиваю чужих. И ищу чужих. Истребляю чужацкую ересь. Мужик вскинул брови. — А-а, чужих, гхрите? Корошо, корошо… Нам б вас приходился. А то шляются здеся всякые. Инквизитор обвела взглядом расстрельную команду с лёгким нажимом спросила: — А вы ружья опустить не хотите? Оборванцы перебросились несколькими рублеными фразами на местном языке. А я вдруг увидел, как по их теням промелькнуло едва заметное в приглушённом освещении пятно. Оно беззвучно влилось в мою тень, и я стал слышать… перевод, словно вокс-переговоры в комм-бусине у меня в ухе: «Как думаешь, не звиздят?» «У бабёхи татуха.» «А смазливая, кстати.» «Не то что железный сисястый шкаф…» «Да ты просто по роже от той получил, а так она тоже ничё так.» «Валить-то будем?» Мужик с лазганом прикрикнул на подчинённых, и те замолчали. Но оружия не опустили. Я же ощутил, как Юки, встав ко мне спиной, постучала по камню на медальоне своей дочери. И между нами и ими вдруг появились… не знаю, какие-то пространственные блоки, которые выстраивали светящийся силуэт. Выглядело это, как очередная чертовщина, но какая-то технологическая, а не варп-аномалия. Большинство стволов тут же уставились в силуэт, который вскоре обрёл материальность, став… э-э, наверное, роботом в виде человека. Крепко сбитого человека, у которого был длиннющий чуб и усы, которым бы уважительно кивнули востроянцы. И в форме капитана гвардии. Вот теперь местные жители неуверенно опустили оружие. А уж когда непонятный капитан заговорил на их языке, то вовсе вытянулись по струнке: — «Опустить ружья! И смирно! Перед вами, едрить вас в дупла, полноправный Инквизитор! Какого хрена вы тычете своими пукалками в её милость и раззявливаете хайло?!» Причём первым вытянулся мужик с лазганом. Следующий яростный взгляд усатого достался ему, как и порция командирского ора: — «Клянусь Императором, получишь сорок плетей за такой неуважительный приём, сержант! Какого лешего ты балакаешь с её милостью, как какой-то едрючий вахлак?! И что это с твоим лазганом?! Ты его совсем не чистил?! Да я тебя его вылизывать заставлю, да ещё плетей тридцать всыплю, чтоб запомнил!» Судя по жалкому виду мужика, он лихорадочно желал бахнуться на колени и вымаливать прощение на их языке, но он стоял по стойке «смирно», прикованный к полу истинно командирским голосом капитана. А мне вдруг в голову пришло кристально чистое осознание, что этот… «человек»… происходил прямо с этой планеты. Потом магический автопереводчик выключился, а капитан принялся зубодробительно ругаться. Юки словно отключила у тени уши, судя по звону в моих собственных ушах, пришедшему на смену переводу. По окончанию гневной отповеди капитана, все местные встали на одно колено, а их предводитель вежливо попросил у Эмберли прощения. Но прежде, чем Инквизитор успела принять извинения, из-за моей спины выглянула весёлая Юки: — Дядь-капитан, ну что вы так сурово с бедолагами? Они тут выживали, как могли, а вы сразу ругаться… Компания встречающих было вновь похваталась за оружие, но под суровым взглядом капитана, только что отматерившего их вдоль и поперёк, они остались стоять по струнке. Капитан обернулся на девушку со сложным хлебалом, но в его глазах играла какая-то бесовщинка. Он постарался быть строгим, насколько мог: — А ты, девочка, молчала бы лучше. И что, что они спутали её милость со врагом? Это не гвардейцы, а позорище! Им необходимо получить стоящее наказание. Мужик, в котором капитан гвардии опознал сержанта, заикаясь, попробовал возразить: — Г-го-господин к-ка-апитан, это ж… это ж… Ушастая! Девчонка спряталась за мной наполовину, прекрасно играя роль совсем юного ксено-дитя. Эмберли подыграла своей «подчинённой»: — И где ты видел, вахлак, чтоб ушастые ксеносы были такого роста? Мужик замолчал так, будто она попала в яблочко своим вопросом. Инквизитор, заметив это, задала второй вопрос, более наводящий: — Ага, видел. Только высоких. А где конкретно? Один из компашки — точнее, одна, то есть, единственная женщина из них — вытянула руку. — Разрешите сказать, ваша милость? Эмберли коротко кивнула. Молодая женщина продолжила, причём на хорошем готике: — Мы видели чужих. На нижних ярусах города. И… это действительно родственники… э-э, вашей… мелкой. Юки возмутилась из-за моей спины: — Какие мы родственники, тётя?! Глаза разуй! Местные ушастики тоже, что ль, с крыльями, как у фей?! Она показательно встрепенула тонкими тёмными крыльями, приподнявшись на уровень моих плеч. А вниз не опустилась. Её крылья тихо запели, словно зазвенели маленькие колокольчики. Местные выпали в осадок. Союзный капитан гвардии — нет. Видимо, он в курсе куда более странных вещей, чем наша провожатая. Юки выдала неожиданный укор в адрес Эмберли: — Говорила я тебе — надо одеть меня в одежду сорориток! Инквизитор так изумлённо воззрилась на неё, что непроизвольная шутка сошла за чистую монету. Тот из местных, который упомянул про, видимо, другую инквизиторшу, столь же спонтанно спросил: — Ты про железный сисястый шкаф, мелкая? Фея столь же несерьёзно ответила: — Не, железный сисястый шкаф мне великоват будет. А ты что, дядь, видел такую, что ли? — Да. Там же, где и других ушастых. — А где? — Внизу. На уровнях подгорода… И, пока он рассказывал, моё внимание привлекло некое… шевеление в моей собственной тени. Похоже, зря я три недели назад отказался от её потусторонней защиты. Парень вёл доклад, как перед высшим офицерским составом (один из которого стоял перед ним). Слова, которые я слышал в процессе его доклада, сливались в белый шум, а часть моего зрения будто стала принадлежать и тени, что находилась за моей спиной. Я одним глазом видел происходящие передо мной, и одним ухом слышал речь недогвардейца, а другими в то же время — наблюдал резкое смещение вглубь города-улья. Другая тень, которая так и осталась там, внизу, на жилых ярусах, стремительно летела дальше и дальше. Перед взором мелькала мысленная картинка, сливающася в сплошной поток пластстали и скалобетона. Нижний Улей быстро пронёсся мимо меня, а потом и верхняя часть Подгорода. Вплоть до самых нижних уровней. Вряд ли парень, который докладывал нам, где он видел эльдар, бывал так глубоко. Скорее всего, он видел лишь их разведчиков. И мне стало интересно, как он выжил. Но больше меня занимало видение, передаваемое тенью. Юки могла невообразимо быстро передвигаться, особенно по местам, где чертовски темно. Однако, кажется, для физических действий её теням требовалось хоть немного света, придающего им форму. Юки, наверное, обшарила своей тенью каждый метр Подгорода, пока парнишка говорил, где заметил ксеносов. И я внимательно смотрел, оказывая ей посильную помощь. То есть, давая доступ к своему чутью тунельной крысы. И во многих местах меня за это тень благодарила. Молча, конечно же, так как не могла говорить. Но, к моему ужасу, она умела думать и принимать собственные решения. Тут-то я и понял, почему Юки отказалась спарринговать с Астартес, используя сверхъестественную силу. Коли она дала бы волю теням, те могли натворить страшных дел. К концу рассказа местного, я уже имел в голове подобие гололита с подробной картой Подгорода. И мы явно собирались именно туда, так что я смогу очень хорошо сориентироваться в здешних тоннелях. Даже без какого-либо освещения. Зрение и слух внезапно вернулись в норму, словно тьма отключила меня от своего осколка. Но я знал, что тень осталась там, внизу… — …Так тут есть портал в Паутину? Тень, что была у меня за спиной, вдруг умолкла (если вообще говорила), а Юки, Эмберли — да и все остальные из нашей команды — удивлённо посмотрели на меня. Потустороннее ощущение тени мелькнуло ниже, куда дальше вглубь Подгорода, вплоть до мест, где инфраструктура улья касалась мантии планеты. И там остановилась. А у меня в голове чётко возникла мысль, произнесённая голосом Анны: «Есть…» И этот голос был именно Анны, а не Юки. У них был похожий сопрано, настолько похожий, что на слух я бы их не отличил, но вот в мыслях… …Они будто думали на разных языках. Причём оба языка происходили со Святой Терры, но из разных стран. При звуке мыслей Анны у меня возникли образы, схожие с теми, что я видел на пикте с экрана устройства Юки. Хвойные леса, заснеженные горы, северные холода, крепкие и честные люди, то ли жаждущие смерти в битве, дабы улететь в рай для воинов, то ли держащиеся прочной дружиной, с более светлыми душами. А вот когда я слышал в своих мыслях голос Юки, в голове подымались другие образы. Тоже принадлежащие человеческой культуре, но откуда-то с Востока, с островов, на которых росли кривоватые деревья с красивыми цветами и прямые, высоченные зелёные стебли. С ними ещё приходили на ум картины воинов в примитивных пластинчатых доспехах с обилием ткани и красок, с причудливыми шлемами и жуткими масками. И воины эти были вооружены клинками, похожими на тот, который был у Анны, только немного прямее и из многослойной стали. И их кодекс чести был куда более суров, нежели у двух предыдущих народов… Однако, я отвлёкся, это было отступление. В тот момент, когда я сравнивал мысленные голоса Анны и Юки, которые говорили на разных земных языках, всё пронеслось у меня в голове за один миг. В то же время тень, достигнув места, откуда она услышала ментальный глас дочери, остановилась напротив другой непреодолимой преграды. Здесь был свет, но исходил он от лавы, и тень оказалась за каким-то камнем… или сталактитом, которые в обилии свисали с потолка. Да вот лава вела себя как-то неестественно. Вместо того, чтоб течь себе под твёрдую породу, лава текла вверх, причём довольно быстро, будто гравитация там отказала. Таким образом расплавленные горные породы формировали ярко горящую стену из наполовину жидкого, наполовину твёрдого пламени. Тень, как оказалось, НЕ СМОГЛА проникнуть туда, где… нет теней. Где их физически не могло быть. Я бы оказался ошеломлён этим знанием, но ментальная связь вновь прервалась, и я понял, что мой вопрос прозвучал вслух, а вот ответ Анны — нет. И бойцы то ли СПО, то ли новобранцев Дараинской Гвардии, которые видели эльдар, недоумённо мне отчитались: — Не могу знать, комиссар. Э-э, сэр. — Никак нет. — Мы не знаем даже, как эта штука выглядит, сэр. Эмберли переглянулась с Юки, и по взгляду Инквизитора, увидевшей глаза подчинённой, я понял, что Юки нашла вход в Паутину эльдар. И тот находился прямо за стеной кипящей лавы. Глубоко-глубоко под городом. Моя любимая сменила тему на другую, не менее важную: — Я так понимаю, что я — не единственный Инквизитор, которого вы видели. Кто ещё из моих коллег присутствует здесь, на вашем мире? А то и в вашем улье? Бойцы переглянулись, и сержант нехотя ответил: — Так точно, ваша милость… После гневной отповеди капитана, он перешёл на нормальный готик. — …Она прибыла из ниоткуда. В одиночку. Жёсткая женщина, носит силовую броню с символами власти и веры. Ещё у неё святой меч, жезл, плазменный пистолет и ручной огнемёт с жаровней. Не мы первыми её встретили, а другие, которые… против наших порядков. Те люди больше верят в силу оружия, чем в Бога-Императора. Мои бойцы чуть не попали под раздачу, когда эта фурия вышла из Подулья, прорубая целые просеки в рядах банд… Опять, пока шёл доклад, тень Юки — уже другая — мгновенно нашла описываемую особу. Я столь же быстро опознал в ней Сестру Битвы. Высокая шатенка в силовой броне Адепта Сороритас, по большей части алых тонов, с длиннополой юбкой и жёстким керамитовым корсетом, со стилизованной кованой грудью. Понятно, чего тот боец назвал её железным сисястым шкафом. Ростом боевая баба была даже выше меня. Ой… Едва я подумал крамольную мысль об этой инквизиторше, как она вонзила свой взор прямиком туда, где скрывалась тень Юки. Уж не знаю, сверхчеловеческая ли это чуйка, или она просто увидела движение тёмного пятна на стене. Но пронзительно серые глаза с тонким зрачком сверлили тень подозрительным взглядом, словно силясь посмотреть таким образом в глаза мне. И не знаю, смог бы я выдержать её взгляд, не будь между нами километров пластстали и скалобетона. — …Но сам я её не встречал. Эмберли строго сказала, видимо, тоже узрев коллегу через связь с тенью Юки: — И хорошо, что не встречал, с твоей-то учтивостью. Где она сейчас, можешь сказать? — Не могу, ваша милость Инквизитор, не знаю. Она тяжело вздохнула и снова посмотрела на милую девочку, так и висевшую в воздухе за моими плечами. Юки чуть кивнула. Инквизитор уточнила у сержанта гвардии: — А где она вышла на ваших бойцов? Мне нужно знать, куда идти, чтобы встретиться с коллегой. И предоставьте карту города. Моя подчинённая легко её запомнит. Сержант козырнул и подошёл к ней, снимая рюкзак и запустив в него руку. Юки перелетела от моих плеч к Эмберли, спустившись наконец на пол. Карта у сержанта имелась, но такая же старая и потрёпанная, как и всё их снаряжение. Юки для виду поглядела на карту с минуту-другую, после чего с улыбкой кивнула, и Эмберли сухо поблагодарила сержанта: — Спасибо. Как долго этот Инквизитор здесь? — Несколько месяцев. Я всё это время по верхним ярусам шатаюсь. Мои разведчики ищут уцелевшие технологии, чтобы хоть как-то улучшить жизнь нашего народа. Янбель подключился к разговору: — И вы это делаете без представителей Механикус? Сержант пожал плечами. — Приходится, магос. Их тут просто нет. — Я не магос. — Простите… Эмберли подняла руку, обрывая ненужный обмен репликами. — Довольно. Вы свободны. Дальше мы сами. — Благодарю, ваша милость. Сержант повернулся к своим, пролаял несколько слов на родном языке, и они дружно отправились в соседний с лифтом коридор. Эмберли подождала, пока стихнут их шаги, а точнее, пока Юки примет расслабленную позу, и спросила у нашей проводницы: — И как далеко эта инквизиторша? Фея спокойным голосом ответила: — Пара километров вниз, немного ниже жилых ярусов. Где-то в Нижнем Улье. И она уже двигается к нам. — Ты… у неё? — Ага. А она чуткая. Что-то подозревает. Эмберли тихо вздохнула. — Как бы она нашу цель не спугнула. Кстати, а вокруг нас — тишина? Все мы постарались не издавать звуков, пока наша всемогущая девочка слушала окружение. Я же понял, что Эмберли опасалась другой прослушки, более сверхъестественной, чем просто какой-нибудь из топтунов. Неудивительно. Юки скоро сказала: — Тишина-то тишиной, да есть что-то… эдакое. Почти… почти как я. Только другое. Мотт у неё уточнил: — Как в случае с ловушкой, в которую попала ваша… Эмберли шикнула на него, но Юки согласно кивнула. — Да, похоже. Но не оно. Здесь есть ещё кто-то. По меньшей мере, настолько же могущественный, как и те парии, которые отгоняют варп-шторма. Одним своим присутствием… ***