Скованные одной цепью, связанные одной целью

Песня "Я хочу быть с тобой."-Наутилус Помпилиус. В комнате с белым потолком с правом на надежду. В комнате с видом на огни с верою в любовь. Обычный день как и тысячи таких же. Серый туман окутал жёлтые деревья и не понять есть ли дождь или нет, ни людей не домов не видать. Холодно. Я кутаюсь в толстовку и куртку, а папа заботливо натягивает мне шапку. Видимо боится, что заболею. По осени я часто ловлю вирусы и пропускаю первые недели учёбы. Я правда делаю это не специально, оно само. Отец бережно заправляет чёлку под шапку и наставляет, чтоб я долго не шаталась по городу после учёбы. Его слова проносится мимо моих ушей и я не смотря на его заботу, не принимаю объятий, с которым тот внезапно тянется. -"Пап, ну всё. Я опоздаю! "- говорю я, закатывая глаза, вырываясь быстрей на улицу. Сегодня он слишком заботливый, слишком аккуратный и красиво выглядящий.Это очень хорошо, ведь он наконец-то вышел с запоя. Так не хватало его трезвого вида. И теперь, когда я это вижу, то мне как- то не по себе. Но да ладно. Я бреду в школу, валяю дурака на уроках, залипая в окно, где видно не более метра из-за тумана. Зато есть место для фантазий. Ты сам можешь вырисовывать силуеты, строить свой театр тень. И вдруг я вижу, как серый пар выстилает образ мужчины в пальто, он извивается будто крича мне что - то. Пробивая стекло он манит меня к себе и я даже поддаюсь вперёд на что реагирует учитель и окликает меня.Покорно я отворачиваюсь от манящего силуета и делаю вид, что пишу что-то в тетради. Час, два, три и сколько можно терпеть эту учёбу. Смотрю на стрелки часов, которые, как назло слишком медлено ползут к нужной цифре. Осень обдаёт холодным ветром и влажным полуснегом моё лицо. Очень не приятно и мерзко на улице, поэтому я быстрым шагом двигаюсь к дому. Свет не горит, хотя папа сегодня не на работе и должен быть дома. Звоню в дверь, на что не получаю положительного отклика. Видимо ушёл к друзьям. Приходится искать на дне портфеля ключи от дома и замёршими пальцами открывать замок. Прохожуу в тёмный коллидор, попутно скидывая верхнюю одежду и портфель. Видимо сегодня дома одна. Наконец то можно будет глянуть любимый сериал с влв парочками и не бояться, что в комнату кто- то неожиданно зайдёт. Мою руки в ванной горячей водой, чтоб хоть как - то согреть леденые руки смотрю в зеркало и отмечаю, что выгляжу сегодня чуть хуже, чем обычно. Иду на кухню, чтоб заварить чая и порыскать в холодильнике, но не доходя до него - падаю. В моменте всё рушится, в моменте обычный день становится худшим, в моменте появляются и обостряется все чувства. Паника, страх, слёзы, надежда, попытка всё изменить. Передо мной весит фигура моего отца. Он бледный и видимо уже давно не живой. Верёвкой, откуда он такую достал чёрт его побери! Верёвкой туго затянуто горло, пётлёй, что оставила красный след на шее.Он повешенный на грёбанной советской люстре, в которой недавно сам менял лампочки. Я сижу на полу, я боюсь подойти, я плачу внутрь себя, я умираю вместе с ним. Сердце колошматит как не в себя, пытаюсь оторваться с места и с пятой попытке подрываюсь к нему. Бью ЕГО по ногам, думая что это шутка сейчас он откроет глаза и скажет, что это такой розыгрыш. Но тубаретка отлетевшая чуть ли не на метр и его холодное, леденее чем мои руки тело, говорит об обратном. Я отбегаю. Я в ужасе. Есть ли вообще я? Это сон? Это всё глупый сон. Я уснула на уроке и сейчас противный голос учительницы разбудит меня. Долбаёт линейкой по голове и я приду в себя. Этого не происходит. Я кричу. Этот крик без слов :"Помогите. Вызовите скорую. Папа повесился. Кто-то придите на помощь", звучит просто протяжное:"Неееет". Мне больно, я сижу на полу, обхватив колени двуми руками. Я смотрю на него, такого обездвиженного, белого, но при этом аккуратного, в поглаженной сука одежде и побритого. Он готовился. Он знал, что сделает это. Он обманул меня. Я чувствую, что стадия агресссии приближается уверенными шагами, но тут холодок прокрадывается по комнате и телу. Отец резко открывает глаза и смотрит в упор на меня. Его уста раскрываются в довольной улыбке. Я в оцепинении. -"Привет, доча. Что-то ты рано пришла. С уроков сбежала?" - как ни в чём не бывало говорит тот, улыбаясь всё шире и шире. Мои глаза как два хрустальный шара округляются от испуга, я быстро моргаю, медленно отползаю к входной двери. -"Ну ты чего, Уль, не бойся. Подойди к папочке. "-он берёт своими трупными руками петлю и легко снимает её, падая на пол. -"Что это за нахер? Ты умер, ты же мёртвый." - всё что удаётся вымолвть мне. Это совсем не мой отец, это уже что-то дьявольски притягательное. -" Ну же, пошли со мной, ты же хочешь умереть? Там хорошо я попробывал. Уж всяко лучше, чем жить с твоей матерью. "-отец заливается не человеческим смехом и начинает двигаться в мою сторону, протягивая руку. Я молчу, в голове ноль мыслей, ноль вариантов действий, ноль меня. -" Я же вижу как тебе здесь сложно. Просто возьми мою руку, детка. Давай" -" Нет. Уйди блять. Уйди отсюда" - я кричу что есть силы, рву все голосовые связки - "Я не хочу умирать! Я хочу жить! Я не хочу быть с тобой! " Пытаюсь открыть сильно зажмуренные глаза, что даётся с неимоверннной тяжестью. Когда тёмная пелена немного рассеивается, я оказываюсь совсем в другом месте. Пытаюсь поматать головой из стороны в сторону, но это даётся с трудом. Она тяжёлая и кажется не двигается и вовсе. Разглядываю помещение вокруг. Белые, скорей даже бежевые, грязные стены кружатся мутным образом вокруг меня. Смотрю налево и вижу чёрный силует женщины примотанной к зелёное железной кровати. Сердце стучит безостановочно от непонимания. Хочу посмотреть на свои руки, чтоб понять сон ли это. Но не могу. Режущей болью обдаёт их. Привязана, прикована к кровати. Как собака. Я вспоминаю. Я в псих больнице. В комнате с белым потолком с правом на надежду. В комнате с видом на огни с верою в любовь.