Перезапуск

      Это было необходимым. Никто и ничто не было в безопасности, пока Юникрон был жив. Да, его нельзя было погасить. Он принял свою первозданную форму. Форма вечной энергии, которая не могла иссякнуть и которую нельзя уничтожить. Запечатать его замком времени было единственным способом его остановить. Однако оба Прайма понимали, что это временная мера. Замок не может удерживать разрушительную сущность вечно. Она рано или поздно найдёт способ выбраться. И если всё это пустить на самотёк, если Юникрону позволить выбраться и вновь нести во вселенной хаос и разрушение, то вся эта борьба, все труды стольких поколений окажутся напрасными.       Это было рискованно. Они оба это понимали. Но иного варианта, как принять такое сложное и неоднозначное решение, Праймы не видели.       Вектор Прайм открыл врата во временной поток с большим трудом. Он всё ещё был слаб для этого, но упрямо настоял, чтобы собрат не вмешивался и позволил ему самостоятельно решать, способен ли он использовать свои способности хранителя времени и пространства или нет. И Оптимус не настаивал, лишь попросив дать знать, если что-то пойдёт не так или предшественнику нужна будет помощь. Но слава Праймусу, всё обошлось, и они оба целые и невредимые ступили на знакомый родной металл коридоров Комплекса Всеискры.       Почти.       По настоянию одного из Первых Тринадцати Оптимус первым прошёл через портал. Ослепительно яркая воронка с разноцветными переливами в миг ударила по оптике, сбивая её настройки. Он вышел из неё, чуть пошатываясь, почти вслепую и тут же ощутил накатившую на него дурноту. Процессор пошёл кругом, показатели внутреннего хронометра сбились, выдав на несколько нанокликов абсурдные данные, а после запустилась череда перезапусков некоторых систем и активация их калибровки.       Оптимус уловил перенастроившимися аудиодатчиками не твёрдое приземление собрата рядом и тихий хлопок резко закрывшегося позади них портала. Связь звянькнула резким упадком сил, что могло значить только одно...       Младший Прайм быстро постарался перезапустить оптику, чтобы иметь возможность хоть немного среагировать, но... Тихий звук соприкосновения металла о металл и всё ещё мутное изображение запустившегося видеозахвата показало несколько необычную картину.       Нет, Вектор Прайм не рухнул обессиленно на пол, хотя его корпус явно вознамеривался это сделать. Ноги его больше не держали, но упасть ему не дали.       Хранитель времени даже сам сначала не понял, кто помог ему устоять, кто поддержал, подхватив его корпус, пока не раздался знакомый до дрожи в коленных шарнирах мягкий бархатистый баритон.       — Ты ещё слабоват для таких перемещений, Вектор.       Вектор Прайм, с трудом перенастроив оптику, активировал видеозахват и несколько растерянно уставился на меха перед собой. Статный белоснежный корпус, чей величественный силуэт подчёркивали белые крылья, компактно сложенные за спиной, яркая светло-жёлтая оптика, и он был всего-то на шлем выше Праймов. Для хранителя времени было крайне неожиданно увидеть его здесь. Снова.       — Праймус? — устало обронил он, неосознанно скользнув манипуляторами по белому корпусу в поисках дополнительной опоры.       Хотя этого и не требовалось. Создатель достаточно крепко его держал, чтобы не дать ему осесть на пол. Это было приятно, вновь видеть, касаться и слышать своего альфу, чувствовать его заботу и поддержку, но...       — Почему пренебрегаешь собой? — мягко, но раскатисто поинтересовался Всевышний.       Его тон был нежен, голос ласкал аудиодатчики, но выражение фейсплейта было строгим, а жёлтая оптика требовательно смотрела на одного из Первых Тринадцати в ожидании ответа. Вектор Прайм не выдержал его взгляда и, словно провинившийся спарк, отвёл оптику в сторону, упрямо промолчав.       Оптимус наблюдал за ними со стороны, игнорируя дурноту, что накатила на него ещё в момент выхода в поток времени и всё не хотела его отпускать. Процессор немного шёл кругом, но его уже не шатало, ибо внимание всё было сосредоточено на двух участниках развернувшейся перед ним сцены.       Так и не дождавшись ответа от своей бэты, Праймус неожиданно перевёл требовательный взгляд на младшего Прайма.       — Оптимус? — точь-в-точь таким же тоном произнёс он, одним только своим видом дав понять, что переадресовал свой вопрос лидеру Кибертрона.       Тот внутренне стушевался, полностью отметая последние крохи сомнений, что перед ними мог сейчас быть не Праймус. Матрица не стала бы реагировать ласковой волной тёплой энергии будь это иначе. И этот его величественный вид, этот твёрдый уверенный взгляд ясной жёлтой оптики... Шлак! Он, конечно, понимал, что Всевышний принимал форму более удобную для... взаимодействия со своей бэтой, когда впервые перезажжёг искру Вектора Прайма. Но вот так вот столкнуться с ним фейсплейт к фейсплейту...       — Он посчитал, что достаточно восстановился, чтобы использовать свои способности, — без задней мысли выдал Оптимус правду, даже не думая лгать ему.       А смысл? Это же Праймус! Он и так это узнает, как ни старайся скрыть. Тем более Оптимус и сам старался позаботиться о максимальном восстановлении предшественника и был против его затеи выхода в поток времени в таком всё ещё ослабленном состоянии. Слишком рано. Хранитель времени ещё не был готов к столь энергозатратному делу.       — И ты его не остановил, — несколько укоризненно констатировал очевидный факт Праймус, продолжая при этом удерживать мягкость своего глубокого баритона.       К сожалению, не было понятно недоволен ли он и насколько сильно. Не просто же так он доверил Первородную искру младшему Прайму, взяв с него обещание беречь его бэту. Возможно, позволив хранителю времени применить свои силы, чтобы явиться сюда, он таким образом нарушил данное обещание. И осознание этого факта заставило почувствовать себя неловко.       — У нас договорённость, что я не вмешиваюсь в его действия, если они так или иначе касаются Вас, Праймус, — виновато пояснил Оптимус, уловив, как связь зазвенела смущением.       Вектору Прайму стало немного не по себе от этих слов.       — Вот как, — отозвался Всевышний, вернув взгляд своей уверенной светлой оптики на своё чадо.       Тот бросил на него быстрый смущённый взгляд, полный истинно праймовского упрямства, и неловко отведя его в сторону, вяло попытался отстраниться от своего альфы.       — Моё упрямое дитя, — ласково пророкотал Создатель, выпуская из объятий свою бэту, но стоило лишь бело-розовому корпусу лишённого поддержки пошатнуться на подкосившихся ногах, как он подхватил его снова. — Весь в меня.       Хранитель времени вновь неосознанно скользнул манипуляторами по белой броне в поисках дополнительной опоры и тут же опять вознамерился отстраниться от него. Но Праймус сразу не поддался, продолжив удерживать своего упрямого спарка в вертикальном положении.       — Я сам, — тихо отозвался Вектор Прайм, бросив бесплодные попытки высвободиться из крепких объятий.       Он всё ещё чувствовал себя неловко в кольце белоснежных манипуляторов, прижатый так тесно к груди Создателя, вопреки тому, что ему нравилось его внимание, его присутствие... Однако он бы всё-таки предпочёл иметь хоть небольшую дистанцию со своим альфой. Хотя бы для приличия. В конце концов, они же здесь не одни! И вообще у него для более тесных контактов есть Оптимус.       Младший Прайм ощутил это, что заставило его несколько смутиться от столь невинных любезностей и реакции собрата на них. Развернувшаяся перед ним сцена казалась слишком личной, слишком особенной в проявлении их взаимных отношений. Праймус действительно вёл себя, как заботливый альфа, на что Вектор Прайм реагировал, как истинная его бэта, считающая себя достаточно взрослой, чтобы обходиться без излишних нежностей от своего Создателя. И тот снисходительно от него отстранился.       Матрица в этот момент вновь окатила приятной тёплой волной и в процессоре Оптимуса вдруг мягко зазвучал этот будоражащий баритон.       "Не дай ему упасть," — пронеслось чужой мыслью сквозь процессы операционной памяти, отдаваясь эхом в каждом закоулке сознания.       Оптимус несколько растерянно поднял взгляд на Всевышнего и, встретившись с его твёрдым уверенным взглядом, убедился, что это действительно был он. Его полуприказ-полупросьба. Он коротко кивнул в ответ, неуверенно шагнув к ним навстречу. Праймус осторожно отпустил бело-розовый корпус, который, шатко покачнувшись, тут же был аккуратно подхвачен младшим Праймом. Тут уже хранитель времени не пытался сопротивляться и спокойно принял помощь собрата, опёршись о него.       — Тебе нужно подзарядиться, Вектор, — произнёс Всевышний, отступив на пару шагов от Праймов и развернувшись, приглашающе взмахнул манипулятором. — Пойдёмте, я отведу вас.       Праймы переглянулись. Они представляли себе несколько иной сценарий прохождения данной встречи и в ней точно не было этого статного важно удаляющегося от них меха, чей образ принял Праймус. Вероятно, у него были свои планы на своих последователей, раз он явился к ним лично. Но что задумал Создатель? Для чего он их куда-то ведёт? А главное, куда? Оба Прайма могли только гадать об этом. Однако они беспрекословно подчинились его воле и неспешно последовали за ним.       Всевышний вёл их по длинным высоким коридорам, минуя пару залов. Он чётко уверенно шёл впереди, чеканя каждый свой шаг, что гулким эхом разносился в просторных помещениях. Его белоснежная броня слегка отражала лёгкие отблески не слишком яркого освещения, а крылья, аккуратно сложенные за спиной, чем-то напоминали большой щит для защиты тыла.       Праймы следовали за ним молча, ощущая состояние друг друга. Да, Оптимус чувствовал себя гораздо лучше, в отличии от Вектора Прайма, который без надёжной опоры сейчас не решился бы самостоятельно продолжить путь пешком. Однако младшему Прайму тоже было не совсем хорошо. Его слегка шатало, вопреки тому, что он восстановил все настройки своих систем, и он не понимал, что с ним не так. Самодиагностика не выдавала ему существенных отклонений.       Они оба достаточно долго пробыли за завесой времени. Возможно, это-то и сказывалось на их общем состоянии. И если хранитель времени был физически ещё не готов к таким перемещениям, что забрало у него столько сил, то Оптимус был и вовсе неприспособлен к ним. Ибо такую же дурноту он чувствовал и тогда, когда они только вышли в безвременье.       Очередные двери приглашающе распахнулись перед ними, являя своим гостям большое просторное помещение с рядами больших широких платформ.       Реабилитационный зал.       Вектор Прайм с первого взгляда понял, куда их привели. Он не мог не узнать это место, где когда-то долгие несколько ротаций восстанавливался после стазиса. Вернее, он так думал раньше. Сейчас-то он уже прекрасно понимал, что был тогда впервые перезажжён, и Создатель ему просто заботливо помогал здесь прийти в прежнюю форму.       Он остановился у одной из платформ, махнув своим сопровождаемым манипулятором на неё. Праймы поняли его жест и тяжело опустились бамперами на горизонтальную поверхность. Стало немного легче. Им обоим. Они чувствовали, что нуждались в отдыхе, а конкретно Вектор Прайм ещё и в дополнительной подзарядке, но о своих потребностях никто из них заявлять не стал. Сначала дело, а потом уже...       Неожиданно перед их фейсплейтами появилось по протянутому кубу. Хранитель времени тут же устало принял его из манипулятора Создателя, вяло, но с явной привычностью приступив к его распечатке. Да, он доверял ему. Как Праймусу вообще можно не доверять? Оптимус в принципе тоже ему доверял. Он даже и не думал, что Всевышний мог подсунуть им что-то вредоносное, но... Он замешкался, неуверенно обхватив предложенный куб энергона и вопросительно поднял оптику на Праймуса. Тот невозмутимо отступил от них, завозившись с какими-то кабелями у примыкающей рядом стены. Вектор Прайм спокойно сделал несколько небольших глотков, а Оптимус, вскрыв куб, только тогда понял, что его смутило в предложенном топливе. Оно не было привычного голубого цвета со слабым светловатым отсветом. Его оттенок был холодным белым, чуть серебрящимся при свете зала. Таким знакомым... Он видел уже подобное не так давно. Это сильно напоминало... Нет, не может быть. Оно было очень похоже на...       — Это... "Белый свет"? — осматривая содержимое куба, недоумённо поинтересовался младший Прайм, несколько сбитый с толку своей же догадкой.       Ответ не заставил себя ждать.       — Это глубинный энергон, которым после активации заправляются бэты, — невозмутимо отозвался Праймус, присаживаясь рядом со своим спарком с пучком кабелей в манипуляторах.       — Да, он самый, — бросив уставший взгляд на собрата, тихо проронил Вектор Прайм.       Он спокойно поглощал медленными небольшими глотками столь редкий сорт энергона, окатывая по связи приятными тёплыми волнами удовольствия. Ему оно очень нравилось.       Оптимус смотрел на довольно поглощающего ценный вид топлива предшественника и на долю клика позволил себе немного залюбоваться им. Такой красивый и заманчиво привлекательный, прям, как и его аль...       — Мне нужен доступ к твоей медпанели, Вектор, — ровно отозвался Всевышний, приподнимая пучок проводов, что лохматым веером торчали из толстого кабеля, который уходил куда-то за мощные пластины вскрытой стены.       Оптимус отвёл взгляд в сторону, осознав, с чем именно возился Создатель. Он собирался подключить Вектора Прайма к своим системам напрямую. Ведь они сейчас все вместе находятся в Комплексе Всеискры, а это корпус Праймуса, все коммуникации здесь — его системы, этот кабель — его проводка и то, что он сейчас делает... Младший Прайм слышал щелчок раскрытия медпалели, слышал тихую возню, и клацанье подключаемых штекеров. Вот так просто, в его присутствии!..       Он сам не понял, когда опустил оптику на куб и с чувством глубочайшей неловкости рассматривал его в своих манипуляторах. Процессор вдруг сфокусировался на мысли, что ему вручили именно "Белый свет", который настолько редкий, что он не то, чтобы пробовать, он за весь свой актив повстречал его только в убежище хранителя времени и пространства. О его свойствах он знал только со слов своего Amica Endura и немногочисленных записях Иаконского архива, но...       Целый куб. Глубинного энергона самого Праймуса. В его манипуляторах.       Оптимус медленно сглотнул скопившийся в топливоприёмнике антифриз.       — Пей, Оптимус. Станет легче, — неожиданно подал голос Всевышний, отстраняясь от своей бэты.       Младший Прайм слегка дёрнулся от неожиданности и поднял растерянный взгляд на альфу своего партнёра. Короткий миг оптика в оптику, мягкое "угу" от сидящего между ними предшественника в подтверждение последних слов, и Оптимус снова отвёл взгляд, опустив его на куб. Что ж, если Вектор Прайм с таким удовольствием заправлялся им, то возможно действительно дурнота пройдёт после порции "Белого света". Причин не доверять Праймусу у него не было, поэтому попробовать стоило.       Всё ещё испытывая смущение от всей этой ситуации, он медленно поднёс куб и, неловко обхватив его уголок губами, сделал маленький неуверенный глоток. Вкус данного вида энергона на удивление был пресным, как и большинство видов слабозаряженного, но конкретно этот вид имел лёгкое сладковатое послевкусие, что несомненно должно было нравиться маленьким бэтам. Оптимус сделал ещё несколько более уверенных глотков и вдруг ощутил, как топливопровод внутри окатило приятным согревающим теплом. А это уже было странным. Обычно согревающим эффектом обладал сильно- и сверхзаряженный и лишь несколько видов среднезаряженного. Но "Белый свет"?.. Оптимус и не предполагал, что он обладал таким свойством.       Заправка проходила в несколько неуютной тишине. По крайней мере, неуютно чувствовал себя Оптимус. Он впервые заправлялся в присутствии Всевышнего, его же глубинным энергоном и под его, казалось, пристальным вниманием. Однако несмотря на всё это чувствовать себя он стал действительно гораздо лучше. Дурнота постепенно отступала, сосредотачиваться на чём-либо стало проще, изображение видеозахвата перестало изредка рябить и приобретало привычную чёткость. Тихий гул в процессоре стих, что позволило лучше оценить сложившуюся ситуацию.       Всё шло абсолютно не по плану! Да, плана у них особо-то и не было, но всё-таки... Выйти в поток времени, передать Юникрона Праймусу и вернуться обратно к команде на Атлантиду-2 — не такой уж и сложный алгоритм действий. Однако у Праймуса явно были на них свои планы, раз он вместо того, чтобы принять у них сущность своего брата, привёл их сюда и заправляет энергоном. Но что он задумал?       Сделав очередной глоток топлива, Оптимус перевёл взгляд на собрата. Тот, опрокинув в себя последние капли "Белого света", бесцельно покрутил в манипуляторах пустой куб. Собирался с мыслями.       Ему тоже было несколько неловко от воцарившейся тишины. Импульсы по связи достаточно чётко об этом возвещали, несмотря на угнетающую его усталость. Хотя точная причина его чувств была так до конца и не понятна. Это могло быть из-за близости Создателя, из-за того, что младший Прайм знал о его тяги к нему, из-за того, что не мог понять, что тот задумал... В конце концов, он мог банально зеркалить чувства самого Оптимуса. И это тоже не позволяло до конца расслабиться.       — Мы пришли сюда по делу... — подал вдруг голос Вектор Прайм, но его тут же прервали.       — Это подождёт, — отмахнулся Праймус, мягко забирая из манипуляторов своей бэты пустой куб, и дематериализовав его, продолжил. — Тебе нужно отдохнуть, Вектор. Ты истощил себя активацией ловушки времени, и ещё до конца не восстановился.       Первородная искра нежно откликнулась на жест заботы со стороны Всевышнего, что не могло укрыться от внимания Оптимуса. Он ощутил этот импульс по их связи, ощутил мягкую благодарность со стороны хранителя времени и пространства. Да, они все здесь понимали, что ему необходим отдых, нужно немного покоя, чтобы подзарядиться и вновь прийти в норму. К тому же все остальные условия для восстановления уже выполнены. Бак заправлен, электроэнергия уже поступает по подключённому к его системам кабелю, и оставалась только перезарядка.       Вектор Прайм понимал это. Понимал, что о нём так же, как и когда-то, решил позаботиться Создатель, создав для него все необходимые условия. Но то, что это происходило сейчас, да к тому же ещё и при Оптимусе... Нить всколыхнулась пониманием с его стороны и тут же легонько вспыхнула согласием. Он медленно перевёл взгляд на собрата, встречаясь с его ясной жёлтой оптикой. Его фейсплейт был несколько темнее его обычного оттенка, что только лишний раз подтверждало, что его мысли крутились около того факта, о котором сам Вектор Прайм думать не особо желал.       Он нехотя подчинился Праймусу, заползая на платформу и укладываясь позади них. Он с радостью бы перебрался на соседнюю, но этот толстый кабель, который ему подключили, не давал права выбора. Собственно, он так же не был уверен, что смог бы самостоятельно перебраться на какое-нибудь другое место, ибо сил было мало. Хотя Оптимус бы помог и... Хранитель времени бросил взгляд на него. Он хотел бы, чтобы тот оставался с ним рядом, как и за завесой времени.       Младший Прайм тоже смотрел на него, ощущая его желание и тоже хотел быть с ним рядом. Лечь, обнять, прижаться к желанному корпусу, ощутить ответное стремление быть ближе, тепло стравливаемого отработанного воздуха, всполохи электромагнитных полей, что заворачивают в тёплый кокон спокойствия. Но они были здесь не одни.       Праймус развернулся к своей бэте полубоком, коснувшись бедром бело-розового манипулятора, и бросил поочерёдно взгляд на одного и на другого Прайма. Он всё понимал. Понимал, что поставил их обоих в неловкое положение и что при таких условиях уйти в состояние оффлайна будет проблематично.       Оптимус наблюдал со стороны, как белая ладонь Всевышнего опустилась на розовый шлем, как нежно его погладила и как связь всколыхнулась в ответ на этот жест. Приятный сладкий импульс, истинно бэтская невинная реакция на прикосновение заботливого альфы. Младший Прайм так и не понял, что произошло дальше, что сделал с Вектором Праймом Праймус. Коротких вспышек разрядов видно не было, воздействие электромагнитных полей, как при активации протокола влияния, он тоже не ощутил, но предшественник медленно потушил оптику и плавно соскользнул в состояние оффлайна.       То, что это он ему помог, не было никаких сомнений, ибо при таком раскладе уйти быстро в процесс перезарядки вряд ли бы получилось.       Оптимус опустил оптику на уполовиненный куб в своих ладонях, слыша размеренный вентцикл мирно посапывающего собрата и ощущая на себе внимание Праймуса. Он залпом осушил оставшуюся половину и неуверенно поднял взгляд на него. Так и есть, тот неотрывно смотрел на него, словно чего-то ожидая и от этого становилось ещё более неловко.       — Рекомендую и тебе последовать его примеру, Оптимус, — мягко пророкотал Всевышний, протянув раскрытый манипулятор своему последователю.       Немного замешкавшись младший Прайм отдал ему пустой куб и проследил, как тот в один короткий жест исчезает в белых пальцах. Телепортация? Похоже, но перемещать иные предметы, кроме собственного корпуса... Вектор Прайм ничего не рассказывал о таких возможностях. Вероятно, это способность только Праймуса.       — Благодарю за заботу, но я прекрасно себя чувствую, — со всей своей вежливостью учтиво ответил Оптимус.       Говорить вот так с Всевышним, когда тот в облике обычного меха сидел рядом и внимательно смотрел, как на равного, было несколько неуютно. Неформальная обстановка, его расслабленная поза и белый манипулятор, что по-свойски мягко, но уверенно лёг на плечевой блок мирно шуршащего вентиляцией хранителя времени... Это всё почему-то заставляло чувствовать себя не на своём месте. Словно он тут лишний.       — Ты истощал силы, помогая Вектору восстановиться, и помимо этого преуспел в одном энергозатратном деле, — ровно произнёс Праймус, бросив короткий взгляд на свою бэту, а после вновь вернув внимание на нынешнего матриценосца, несколько тише добавил. — Ему понравилось тебя обучать.       Оптимус невольно остановил вентцикл, когда понял, что тому всё известно о его тренировках с Вектором Праймом в безвременьи. Он откуда-то знал, что они там делали, и то, как хранитель времени довольно сиял своей невероятной алой оптикой, искренне улыбаясь уголками губ, когда у собрата всё успешно стало получаться.       Праймус всё знал.       И хотя это не было какой-то невероятной новостью. Он же всемогущий титан, самый-самый первый, начало из начал. Он многое знал и умел. Ему многое было подвластно, что навсегда останется недоступным обычным мехам. Но всё равно понять это снова, когда они смотрят друг на друга оптика в оптику... От этого было немного неловко.       — Я старался, — несколько смущённо отозвался Оптимус, на миг опустив оптику на белый манипулятор, что покоился на плечевом блоке предшественника.       Это выглядело так естественно, так гармонично, что он не мог не засмотреться на них. Однако он быстро спохватился. Осознав, что беспричинно пялится на оффлайнового хранителя времени и его альфу, младший Прайм отдёрнул себя и мгновенно отвёл оптику в сторону.       Праймус всё ещё смотрел на него. Он чувствовал это. Очевидно ждал от него действий. Да, обучение было действительно достаточно энергозатратным, чтобы ощущать некоторую слабость после прохождения целого курса. Пустяковую, совсем незначительную, но при переходе в поток времени это всё-таки отразилось на нём.       Неожиданно в процессор ударило осознание, что Праймус сейчас обходился с ними обоими, как с бэтами. Он предусмотрительно встретил их, привёл сюда, где можно банально отдохнуть, озаботился об их самочувствии, заправил самым ценным сортом энергона... И теперь, как ответственный заботливый альфа укладывал в оффлайн.       Искра мягко отозвалось на это, затопив ложемент приятным теплом. Об Оптимусе уже давно так не заботились. С тех самых пор, как он уже стал более или менее самостоятельным спарком. Альфы давали ему свободу и благоразумно соблюдали выстраивающиеся личные границы своего чада. Оптимус порой скучал по ним, по тому времени, когда мир для него был прост, светел и безопасен, когда рядом были создатели. Всевышний своими действиями спровоцировал эту внезапную волну ностальгии. Да, она была слабой. Да, младший Прайм невольно спроецировал чувства к давно погасшим альфам на Праймуса и это... это ощущалось несколько странно и одновременно приятно.       Оптимус немного смутился своих чувств, что вспыхнули на осознание проявленной к нему создательской заботы. Он на миг ощутил себя спарком под пристальным ласковым взглядом альфы, ожидающего, когда его чадо соизволит выполнить указания. Это было неловко, забавно и... Шлак! Эта ситуация воспринималась, как некая игра, роли которой определены по умолчанию, а обстановка полностью подталкивала следовать заранее определённым действиям.       Оптимус не мог не подчиниться.       Хотя бы потому, что перед ним был Праймус.       Он бросил молчаливо взгляд на строгий фейсплейт всё ещё ожидающего его действий с виду обычного, но очень величественного на вид меха, и нехотя поднялся с платформы. Он не хотел оставлять Вектора Прайма одного, но с ним был его альфа, который по-прежнему по-свойски держал манипулятор на его белом плечевом блоке. Младший Прайм не собирался становиться между ними, да и ложиться, собственно, тоже. Мысль об этом вызвала новую волну неловкости. А вдруг Праймус собирался остаться с... Фейсплейт опалило жаром прежде, чем он отдёрнул себя от глупых мыслей. Как бы не намеревался поступить Праймус, но мешать ему Оптимус не станет. Да в самом-то деле, имел же он право побыть рядом со своей бэтой! В конце концов, Вектору Прайму он доверял, его чувства к нему были сильнее, чем к Создателю. К тому же он сам признавался, что воспринимает того только, как альфу и прошлый опыт считал постыдным недоразумением.       Однако всё же Оптимус счёл самым логичным перебраться на соседнюю платформу, чтобы никому из них не мешать. Пусть они побудут вместе, хоть от этой мысли и было как-то не по себе. Он шагнул к соседней платформе, намереваясь расположиться для оффлайна там, но его остановил тёплый импульс Матрицы в груди.       — Вернись обратно, — подозвал его Праймус своим приятным бархатным баритоном.       Оптимус недоумённо опустился ровно на то же место, откуда встал, и поднял вопросительный взгляд на Всевышнего. Тот красноречиво отодвинулся на самый край платформы, коротким кивком шлема дав понять, кому предназначалось это место рядом с хранителем времени и пространства.       — Вам лучше быть вместе, — ровно пояснил он, убирая манипулятор с корпуса своей бэты, а после тихо велел. — Ложись.       Младший Прайм замер от несколько неожиданного жеста и, слегка замешкавшись, последовал столь мягкому приказу. Он охотно взобрался на платформу, придвигаясь к собрату ближе, и бросив быстрый полный неловкости взгляд, опустился, приняв горизонтальное положение. Расстояние между розовым шлемом и белоснежным бедром было не слишком велико, поэтому Оптимусу было не слишком уютно от соприкосновения его шлема со столь величественным бампером самого Праймуса, что только разжигало его пламя смущения, которое красноречиво темнело на его фейсплейте. Ему было не по себе от такого положения, но зато Вектор Прайм был рядом. Однако даже придвинувшись к родному корпусу вплотную, он так и не смог расслабиться. Он чувствовал присутствие Праймуса позади себя, над собой, чувствовал затылком тепло его корпуса, слышал тихий-тихий шелест его вентиляции, улавливал плотные всполохи его электромагнитных полей. Такие призрачные, что они почти сливались с общей атмосферой этого места.       Шлак, провести перезарядочный цикл в Комплексе Всеискры! С любимым мехом и под пристальным вниманием его заботливого альфы! Самого Праймуса!!! Это было чем-то нереальным, чем-то, о чём даже помыслить невозможно. Одна только мысль об этом будоражила процессор так сильно, что было совсем уж как-то не до оффлайна. Даже умиротворённый фейсплейт собрата напротив никак не помогал расслабиться.       Неожиданно шлема нежно коснулись, невесомо скользнув пальцами по аннтенке. Белая ладонь полностью легла основанием на макушку, одним только теплом отвлекая от всего мира вокруг. Оптимус замер, ощутив это мягкое прикосновение, что одним только своим фактом успокоило, вынудив расслабиться вопреки сложившейся обстановке. Ни разрядов, ни импульсов, ни всполохов электромагнитных полей. Ничего больше не было. Только это приятное тепло ладони, что плавно заструилось вниз по всему корпусу.       Оптимус погасил оптику позволив себе насладиться столь пьянящим ощущением. Это был лишь короткий миг, когда видеозахват ненадолго отключается, чтобы активироваться вновь. Младший Прайм собирался снова его включить, легка повернуться к Всевышнему и неловко полюбопытствовать, что тот делает. Однако этого не произошло. Он уже не в силах был зажечь оптику, невольно соскользнув в сладкий морок чего-то туманного, серого и расслабляющего. Это было похоже на какую-то магию, по велению которой, он так и не смог понять, как погрузился в глубокий оффлайн. Ведь в такое состояние его даже хранитель времени вогнать не мог.