Не история

Из ее губ,сперва беззвучно, а затем с хриплым, сорванным шепотом, вырвалось короткое, грязное проклятие. Не страх даже, а яростная, бессильная злоба на того, кто это сделал. Перед ней стоял он — тень знакомого человека. Левая сторона лица была превращена в кровавую маску: содранная кожа, вздувшаяся скула, глаз заплыл и слезился. Но по-настоящему леденил душу не это. По шее, от края челюсти и почти до ключицы, змеился порез ,такой будто его грызли волки.